Помоги проекту - поделись книгой:
Мой любимый Тёмный Ангел
Пролог
Лиана проснулась прямо перед началом рабочего дня, с трудом поднявшись с грубой узкой кушетки, на которой отчаянно не хватало хотя бы соломенного тюфяка. Но подобные раритеты в столице Ишира не водились.
Тяжело выдохнув, она быстро завязала свои волнистые темно-каштановые волосы в высокий хвост, поправила свитер и влажной салфеткой с тоником протерла лицо.
В оранжерее девушка ночевала уже больше двух недель. Работала в две смены, потому что ей срочно нужно было заработать приличную сумму — больше двух тысяч кредитов. Именно столько стоил новехонький холодильник размером в полстены, который она мечтала подарить беженцам из Сайганской республики.
На головизоре как раз началась пятиминутка новостей. Пока Лиана шла вдоль растений и подключала ручной полив, ведущий программы рассказал об очередной волне несчастных жителей Сайгана, которые массово бежали из Республики, раздираемой войной.
Активисткой в защиту беженцев она стала еще два года назад — когда девушке едва стукнуло семнадцать. И это не просто акт милосердия во имя милосердия. Лиана сама — беженка, и всю «прелесть» такого положения знала не понаслышке. Её родители погибли еще на родине — на острове Сату — после нападения организованной банды экстремистов. Лиану и еще больше сотни детей вывезло правительство Ишира и отправило в Ширлеон. Дальше был приют, потом после шестнадцати лет девушка выживала самостоятельно. Уже два года она училась в ИВВА на факультете медицины и биохимии, а всё своё свободное время проводила в этой оранжерее или подрабатывала в кафешках официанткой.
И всё вроде бы наладилось: у неё была нормальная комната в общежитии, стабильный заработок, бесплатная учеба в престижной Академии… Но из-за специфической внешности (кудрявые темные волосы, смуглая кожа и немного раскосые глаза) она постоянно ощущала на себе гнет и давление общества, потому что по происхождению была сатуиркой.
Поэтому Лиана была одиночкой.
По новостям сообщили, что поток беженцев стал настолько велик, что несчастные обездоленные люди заполнили бедные кварталы столицы, как вши голову нищего. На экране Лиана увидела толпы грязных и испуганных лиц, затравленно смотрящих по сторонам.
Большинство сайганцев были голубоглазыми блондинами, хотя встречались и темноволосые представители этого народа. Они были очень красивы, даже более красивы, чем среднестатистические иширцы. Впрочем, иширцами были все жители этой планеты, но как-то уж повелось, что представителей немногих закрытых республик, всё ещё не вошедших в состав Единого Государства Ишира, иширцами не называли в принципе. Расовые предрассудки!
Девушка печально вздохнула и отвернулась от экрана.
Быть «не иширкой» на своей собственной планете было весьма тяжело.
Она начала осматриваться, определяя, какие именно цветы должна сегодня полить, и наткнулась взглядом на огромное величественное растение с ярко-фиолетовыми листьями, с которых медленно и тягуче капал приятно пахнущий сок.
Это растение не принадлежало Иширу, хотя никакой таблички с объяснениями под ним не было. Лиана просто знала, что перед ней самый настоящий инопланетянин. И дело было не только в цвете его листьев. Дерево испускало… силу. Невидимую, мощную и какую-то очень особенную, от которой по телу девушки постоянно пробегали мурашки, стоило ей подойти к растению на расстояние вытянутой руки.
К этому фиолетовому чужестранцу девушка всегда относилась с трепетом. Откуда директор оранжереи Михаэль Шортс его взял, она не знала. Но ухаживала за ним очень старательно, иногда разговаривая, как с живым человеком. А дерево в ответ подрагивало своими мясистыми яркими листьями, словно понимая её.
Улыбнувшись «инопланетянину», как другу, Лиана принялась за работу, но, не прошло и получаса, как на входе послышались торопливые шаги.
Противный хохот, разнесшийся по оранжерее, заставил девушку вздрогнуть и испуганно обернуться. О нет! Опять эти придурки!
Она запаниковала, пытаясь придумать, в какую сторону лучше ускользнуть, но было уже поздно: её заметили.
Эта троица доставала Лиану всякий раз, как они попадали в оранжерею. Дело в том, что парни — учащиеся четвертого курса ИВВА — уже два месяца отрабатывали в оранжерее за какие-то свои провинности, и это добавило девушке множество неприятных минут.
Они травили её за необычную внешность и за принадлежность к народу Сату. А главный их зачинщик — Лейз Аштар — ко всему прочему еще постоянно домогался. Правда, Лиана не верила в то, что могла быть ему в этом плане интересна. Её специфические черты обычно отпугивали таких «блистательных» сумасбродов, ведь парни были очень популярны в среде Академии, и девчонки выстраивались в очередь для возможности попасть к парням в постель. Поэтому Лиана воспринимала подобные поползновения просто как прием психологического давления.
И вот прямо сейчас эти гордые смазливые лица уставились на неё с превосходством и насмешкой во взглядах.
— Привет, Замухышка, — бросил Лейз привычное оскорбление, — скучала?
Лиана пренебрежительно фыркнула.
— Больно надо, — огрызнулась она и отвернулась, делая вид, что очень занята подсчетами количества минералов, которые нужно добавить в воду для полива фиолетовой красавицы.
Наступила странная тишина, из-за которой девушка ощутила нарастающую тревогу в груди. Наверное, ей не стоило поворачиваться к придуркам спиной…
В тот же миг её подхватили на руки и стремительно понесли в сторону бокового выхода. От изумления Лиана в первые мгновения вообще не издавала ни звука, но потом очнулась, дернулась и попыталась закричать, но её уже опустили на ноги и грубо прижали к стене, предварительно закрыв рот рукой.
Лейз скомандовал своим отморозкам держать её за руки, а сам… полез свободной рукой девушке под свитер.
Лиана запоздало запаниковала и попыталась вырваться, но хватка парней только усилилась.
— Не дергайся, — прошептал Лейз, наклонившись в самому её уху, — мы просто немного поиграем… пока. Я так давно хочу посмотреть, какая ты там, под одеждой. А если ты мне понравишься, то… так уж и быть, одарю тебя и продолжением! Думаю, для тебя такой, как ты, будет честью развлечь такого парня, как я…
Он нащупал нижнее белье и сдернул его вниз. Горячие руки обхватили обнаженную девичью грудь, а Лиана ощутила паническое отчаяние.
Прикосновения показались мерзкими и отвратительными. Лиана продолжала тщетные попытки вырваться и закричать, но это больше походило на слабые конвульсии и приглушенное мычание. По щекам побежали слезы боли и ненависти.
В этот миг она всем сердцем возненавидела этих отморозков. Несмотря на их травлю в прошлом, она не верила в то, что они решатся на что-то более серьезное. Как оказалось, девушка жестоко ошиблась! Ей нужно было пожаловаться на их поведение с самого начала. А теперь… теперь неизвестно, чем это вообще для неё закончится.
Лейз начал шарить по её груди, а потом опустился ниже, пытаясь проникнуть под леггинсы. Лиана снова дернулась, что заставило его еще сильнее вжать её в стену, и девушке пришлось просто закрыть глаза, чтобы не сойти с ума.
Господи!!! Что же делать??? Помогите!!!
И вдруг…
Послышались глухие удары, крики и… тихое рычание. По телу Лейза прокатилась дрожь, и хватка со всех сторон резко ослабла.
Лиана распахнула глаза, с ужасом взирая на то, что парни — все трое — корчились на полу от боли, держась за животы и головы, но больше рядом никого не было.
Девушка задрожала, быстро одернула свитер и стремглав рванула обратно в оранжерею.
Бежала так стремительно, что едва не перевернула горшки с ценными растениями. Добравшись к подсобке, она вскочила в нее и намертво заперла дверь. Сжавшись в комок, села в углу и закрыла глаза.
Её дико трясло. Зуб на зуб не попадал. Пережитый ужас заставлял кружиться голову. Было так страшно, словно вернулось детство, в котором её чуть не убили вместе с родителями. Тогда Лиану тоже также трясло. Ад на земле снова вернулся…
Слез не было.
Была паника.
Однако даже через эту панику пробивалась отчетливая и ясная мысль: кто-то её спас! Но кто???
Глава 1. Ангел
-Марли, ты что-нибудь нашел??? Марли?? Да ты оглох, что ли???
— Заткнись, Франко! Похоже, у нас тут труп… Мальчишка какой-то… голый… весь в проводах… кажется, не дышит…
— Плевать! Ты что-то ценное ищи!!! И побыстрее!!! Патруль может заметить нас в любую секунду!!!
— Франко! Он живой!!!! Слышишь??? Мы должны его вытащить!!!
— Пусть патруль вытаскивает! Тебе что, делать больше нечего??? Аппаратуру какую-нибудь забирай, оружие, золото, в конце концов!!!!
— У него волосы золотые…
— Марли!!!! Ты псих!!! Бери что-то ценное и тащи свою задницу обратно!!!!
— Я без него не уйду…
***
— Эй, Билли, ты это видишь?
— Какого…? Что за штуковина?
— Похоже, инопланетный корабль! Стоп… а не мусорщики ли около него шастают???
— Да, это они. Проклятье! Кажется, уже успели облазить судно и что-то унести. Включай тревогу, сообщи командованию, что у нас ЧП!!!
Замигали многочисленные приборы, на экране вспыхнуло изображение немолодого офицера.
— Сэр, у нас тут над Льдистым океаном дрейфует объект неизвестного происхождения, но мусорщики уже успели в нем побывать. Какие будут распоряжения?
— Это работа для военных… — хмуро сообщил командир. — Мы в такие дела не суёмся…
***
В воздухе противно воняло серой и гарью. Марли по прозвищу Шоккер нёс в руках тело худощавого подростка, едва ли не спотыкаясь от напряжения. Тело мальчика было прикрыто какой-то грязной тряпкой, а длинные светлые волосы свисали едва ли не до пола.
Подземные коридоры отчаянно петляли. Наконец нашлась лестница, ведущая ни нижние уровни, а потом и лифт. Эти проклятые лаборанты забрались так глубоко!
Мальчик почти не дышал, и сердце стучало редко-редко.
Марли периодически вглядывался в его лицо, надеясь увидеть дрожание ресниц. Проклятье, блондин так сильно напоминал ему младшего брата Сэма! Именно поэтому Шоккер не смог оставить мальчика на том корабле.
Мало ли, что с ним сделает патруль! Легавые могли мальчишку просто добить: уж Марли навидался подобного на своём веку.
Но на планете он знал только одно место, в которое мог заявиться с мальчишкой и не попасть за решетку — в подпольную лабораторию Уинстона, в которой, как говорили, занимались какими-то нелегальными экспериментами.
Марли был также далек от науки, как одна галактика от другой. Лаборатория, в его понимании, означала наличие умных людей в белых халатах, поэтому… там точно могли бы оказать мальчику помощь.
Конечно, его быстро остановила охрана, завязалась перепалка, потому что в лабораторию впускали только своих, но проходящий мимо мужчина в белоснежном халате изумленно уставился на безвольное тело мальчишки в могучих руках и заинтересованно уточнил, что Марли нужно.
Узнав же, откуда у него взялся подросток, «ученый» тут же убедил Шоккера в том, что тот пришел точно по адресу, и теперь о несчастном прекрасно позаботятся.
Марли облегченно выдохнул и передал мальчика в руки санитарам, после чего пообещал навестить своего нового друга и с чувством выполненного долга поспешил обратно на поверхность…
***
— Кто это??? Нет, ты только посмотри на его гены!!! Он зоннён, но… кажется с мутацией. Ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное? Это же уникальный экспонат!!! Предлагаю тестировать его стандартным способом с добавлением стимуляторов… — доктор Лихон весь лучился восторгом.
— Жизненные показатели мальчика пока слишком низкие, — возразил ему доктор Шрейзер, поглядывая на огромную колбу с мутной жидкостью внутри, в которой вяло плавало худощавое тело. Волосы мальчишке так и не отрезали, хотя Чиль Лихон доказывал, что они будут только мешать. Решили не спешить. Все-таки зоннён им попался впервые, да еще и столь необычный. — Предлагаю оставить его на несколько недель в восстанавливающей сыворотке и испробовать на нем новые стимуляторы…
— Думаешь, зоннёнская кровь сможет выделить нужные нам антитела? — заинтересовался Чиль Лихон, уже веселее поглядывая на новый экспонат.
— Очень может быть… — улыбнулся Гарт Шрейзер. — Судя по всему, мальчик стал жертвой пиратов и дрейфовал в той посудине уже очень давно. Вряд ли его станут искать, так что облавы не стоит опасаться. Идеальный вариант для любых экспериментов! Подкормим его немного и запустим серию испытаний. Зоннёнский организм сильнее иширского и может дать интересные результаты. И в сроки впишемся, и сможем запросить дополнительное финансирование. Тебе не кажется, что в его лице нас посетила сама фортуна?
Чиль Лихон ухмыльнулся.
— Ты прав, мой друг! Ты совершенно прав!!! Давай назовем его Энджел в честь прилетевшего с неба ангела удачи…
***
Вой сирены оглушал до дрожи. Испуганные доктора в белых халатах бегали от прибора к прибору, вынимая свои личные карты из компьютеров, сгребая в коробки документацию и все информационные носители. Глава лаборатории — Гарт Шрейзер — трясся, как в припадке, пытаясь вынуть из базового компьютера самые важные его части.
— Гарт! Что делать с Энджелом??? Мы успеем достать его из колбы? — обратился к нему запыхавшийся мужчина средних лет, больше похожий на торговца ширпотребом, чем на доктора и ученого.
— Оставь, Лихон!!! — рыкнул глава. — Мы его не спрячем, да и он, скорее всего, сдохнет сразу же, как покинет привычную среду. Он еще слишком слаб, чтобы выжить самостоятельно… Главное, не оставляйте никаких документов!!! Встречаемся в бункере!!!
Люди замельтешили еще лихорадочнее, а подземное помещение еще сильнее задрожало от взрывов, с помощью которых полиция и ОПНО* (
***
Энджел открыл один глаз, потом второй, ощущая непрекращающуюся вибрацию в колбе, в которой плавал. Всё его тело, подключенное трубками к приборам внутри, ощутило острый дискомфорт, а издалека донесся оглушительный вой. Правда, жидкость в которой он находился, немного глушила наружные звуки, но панику на лицах пробегающих мимо людей в белых халатах он смог рассмотреть даже через толстый и мутный слой стекла.
Его голова начала кружиться уже через минуту после начала воя: трубка, подающая кислород медленно прекращала функционирование. Чувствуя нарастающее кислородное голодание, Энджел задрожал и инстинктивно перешел в новый режим своего тела, позволяющий ему поддерживать работу внутренних органов при помощи энергии и без доступа кислорода.
Паника снаружи нарастала. Существа за стеклом, до этого момента очень осторожно взаимодействующие со своим оборудованием, теперь беспардонно переворачивали столы и разбрасывали мелкие приборы и документацию по полу.
Энджел следил за ними с удивлением и даже с некоторой долей любопытства, ведь это было первое в его осознанной жизни изменение окружающей среды, которое он видел. Но тревожные сигналы, поступающие из приборов, к которым он был подключен, заставляли его хмуриться и переосмыслять происходящее.
Поделиться книгой: