Помоги проекту - поделись книгой:
Мда, типичная картина. В шестом веке таких вдоволь насмотрелся. На одной стороне напряжённые из-за боевых действий солдаты, за которыми не могут уследить их командиры, а на другой отчаявшиеся гражданские, которые запутались, кто их настоящий враг.
— Ваша беседа, конечно, очень занимательна, — прервал их спор разрушитель, — но если поскорее не уберёмся отсюда, то как бы сюда не нагрянул остальной взвод этой девицы. У них ведь там ещё как минимум один среброкровый. Риг, прирежь её.
На это имя отозвался мой недавний противник. Тот самый призыватель живого оружия, уже успевший прийти в себя. Осклабившись, он шагнул к распластавшейся на полу Лунэлле, занёс меч и пронзил её голову. Вот так, одним взмахом клинка в роду Блейков стало ещё одним воином-мистиком меньше.
— А с этим чего будем делать? — Риг мотнул головой в мою сторону. — У меня такое чувство, что он и не пытался меня прикончить. Хотя мог бы. Неприятно признавать, но я ему продул.
— А вот это он пусть сам нам расскажет. — «Багровый» повернулся ко мне. — Итак, ты носитель, это раз. Твой мбс-браслет не пашет, это два. И в этом бою ты явно не был заинтересован в победе своих товарищей по оружию, это три. Так каковы же твои цели?
— Я думал, это уже и так очевидно, — ответил я с лёгкой усмешкой. — Я был бы не прочь поближе с вами пообщаться. У нас вполне могут обнаружиться общие интересы.
Багровый прищурился:
— А может оказаться, что феорцы придумали план Б и решили внедрить шпиона в наши ряды. И решили, что когда перед нами предстанет столь уникальный персонаж, способный полностью обращаться в демона, наши сердца тут же растают.
Да не полностью я обращаюсь!
— А разве ещё не растаяли? — произнёс я с наигранной обидой.
— Да я вот сам разрываюсь между желанием познакомиться с тобой поближе и желанием прикончить тебя.
— Второе у тебя вряд ли получится.
Носитель не удержался и хохотнул.
— Тогда давай проведём классический тест, который покажет, годишься ли ты быть одним из нас.
Он кивнул шиповику. Тот запустил длинную лозу в толпу гражданских, раздался высокий писк, и стебель подтащил к нам ту самую девочку, с которой всё началось. Как он там сказал — классический тест? Что-то у меня плохое предчувствие…
— Давай посмотрим, подходишь ли ты на роль злодея, — произнёс главарь носителей, и шиповик бросил девочку на пол передо мной. — Прикончи эту малявку. И предупрежу сразу: одна попытка торговаться или увиливать, и сделке конец.
Глава 13
Истинный злодей
Пятница.
— Давай посмотрим, подходишь ли ты на роль злодея. Прикончи эту малявку. И предупрежу сразу: одна попытка торговаться или увиливать, и сделке конец.
Сказав это, парень в багровом плаще стал выжидательно смотреть на меня, а я посмотрел на девочку. Бедняжка побледнела и затряслась, понимая, что эти люди не шутят.
Готов ли я убить ребёнка? Хороший вопрос. Это вам не отказаться от дружбы и союзов, не расправиться с вооружённым врагом, не поработить предателя. Это убийство невинного. Готов ли я перейти эту черту ради исполнения своего плана по вербовке носителей?
Нет… Этот вопрос изначально был неправильным. Я вообще не с той стороны подошёл к проблеме.
Демоническая форма: активация.
Здесь нет магии поддержки. Здесь нет никого, кто мог бы потягаться со мной в скорости и рефлексах. Мгновение, и я оказываюсь перед разрушителем. Когтистая лапа хватает его за шею.
На самом деле я немного приукрасил, и с этими ребятами не всё так плохо. Особенно с этим, багровым. Если кто забыл, он не побоялся встать на пути у броненосца и ударить его в лобовую, да и после не растерялся и быстро составил рабочую тактику. Причём тактика эта предусматривала подойти в упор к этой бронированной громадине, способной размазать человека в лепёшку, и сунуть ей палец под броню. У этого парня есть яйца. Но ему незачем знать, что я так думаю.
— А второй пункт? — спросил разрушитель, насколько позволяла сдавившая его шею пятерня.
Хо, так мы говорим на одном языке?
— Второй: злодеи не выполняют приказов незнакомых людей и не пытаются ни перед кем выслужиться.
Главарь носителей расплылся в зловещей улыбке:
— Поздравляю. Ты прошёл тест.
Я разжал пальцы. Потерев шею, парень поднялся и ещё раз осмотрел поле битвы.
— Полагаю, мы здесь закончили. Уходим.
— И нахрена нам ещё один рот? — недовольно проворчала «копия» Мелены. — И без того жрать нечего. Эй, ты! — Она обернулась ко мне. — Не зазнавайся из-за того, что Кредос принял тебя, и не думай, что резко стал одним из нас. Хочешь получить паёк — поможешь нам ограбить армейский склад. А иначе будешь травку во дворе щипать.
— Травку? — усмехнулся я. — Нет, ребята, вы точно не годитесь в злодеи.
И развернулся к трупам солдат на полу. Проведём ещё одну демонстрацию. Для закрепления своего статуса, так сказать. Как там Секрот говорил: у молодых девушек мясо вкуснее? Подхожу к Лунэлле, склоняюсь над её телом, срываю одежду и вгрызаюсь зубами в плоть.
Помещение тут же наполняется страхом и испуганными воплями гражданских. А мне плевать, я сижу и жру. И правда ведь вкусно! И почему основную боевую силу, будь то войска, террористы или городская знать, почти всегда представляют мужчины? Чёртов сексизм!
Наевшись, я поднял взгляд. О, надо было видеть лица этих носителей. Небось, до встречи со мной мнили себя страшными и ужасными? Всё равно что дворовые коты, игравшиеся с мышами, а затем встретившие тигра.
— Вот теперь точно уходим, — сказал я, вытерев рот формой всё той же Лунэллы и поднявшись на ноги.
Угадайте, каким был первый вопрос, когда мы отошли от разгромленного магазина?
— Как ты это делаешь?
Да, что же ещё это могло быть. И задал его главарь носителей. По имени Кредос, как я недавно узнал.
— Мы, как и любые маги, выпускаем энергию демонов наружу и преобразуем в боевые заклятия. Но твои трюки — это же чистейшее баферство. Во всём Зайране это считается невозможным.
— А я особенный, — отозвался я.
— Я уже догадываюсь об ответе, но на всякий случай спрошу: а нас не научишь, как стать такими же «особенными»?
— Такие знания стоят дороже всех ваших жизней вместе взятых и помноженных на тысячу. Но чем-нибудь менее ценным, может, и поделюсь. Если вы сами окажетесь для меня полезными.
— Заманчивая сделка, но сам понимаешь, за пять минут такие вопросы не решаются. И несмотря на твои громкие слова о том, что зло никому не подчиняется, если хочешь увидеться с нашим лидером, то придётся для начала доказать, что ты готов поднять руку на феорцев, а не пожирать ради показухи убитые чужими руками трупы.
— Так вы задумали контрнаступление на войска?
— Нет, разве что временами устраиваем набеги на армейские объекты. Но два дня назад, увидев тебя, я понял, что грядут перемены.
— А я, увидев тебя, подумал, что ты и есть лидер найзарских носителей.
— Хах, нет. Я всего лишь управляю одним из боевых отрядов и отвечаю за набеги на войска. Дар у меня для этого просто идеальный. А у нашего лидера способность куда более заковыристая. Сам поймёшь, когда с ним встретишься.
— Кстати, раз уж вы видели в действии небольшую часть моего арсенала, я бы тоже был не прочь ознакомиться с вашими способностями. С тобой, шиповиком, оружейником и кислотником всё понятно, а что насчёт этой девицы, что до сих пор прикидывается Меленой? Она искажатель, и я сейчас вижу иллюзию, или…
Женщина недовольно скривилась и отвернулась, а Кредос ответил:
— Или. Никаких иллюзий тут нет. Лицо Рексы сейчас именно такое, как ты его видишь.
— Преобразование внешних тканей тела, значит? Но мы уже далеко ушли от магазина, тут все свои, а она до сих пор остаётся в чужом облике. Что же она такое прячет? Ах, ну да. Что ещё это может быть, если не жуткое уродство?
— Всё, Рекса, он сам догадался, — обратился Кредос к своей подчинённой, — можешь больше не маскироваться.
Недовольно фыркнув, женщина отозвала преобразующее колдовство, и маска Мелены сползла с её лица. Явив взору жуткую образину. Словно её лицо искусали демонические гончие, затем его облили кислотой и напоследок прижгли пламенем. Там, где я нуждаюсь в магии Секрота, эта Рекса может пугать людей одним своим видом. Даже её волосы втянулись внутрь, оставив лысую голову.
Причины такого уродства просты и понятны. Ведь её сила — тоже по сути баф. Но покуда действует она не на всё тело, а только на внешний покров, то не делает владельца инвалидом, а лишь обезображивает его. Пока она поддерживает магию в активном состоянии, может выглядеть как угодно. Но как только колдовство спадает, красавица превращается в чудовище.
— Эй, слушай-ка, как там тебя… — обратилась ко мне Рекса.
— Ноэл.
— Ноэл, ты ведь стопроцентно бафер. Преобразовываешь тело, и внешний покров тоже меняется. Чёрная шкура, острые зубы — своими глазами всё это видела. Но при этом оригинальный фейс у тебя в полном порядке, вполне себе смазливенький. Не поделишься, как ты это провернул?
— Я уже ответил на этот вопрос Кредосу. К тому же в твоём случае уже поздно чему-то учить. Даже если ты научишься правильно использовать перевоплощение, вот это, — я ткнул пальцем на её лицо, — уже никуда не денешь. Тут понадобятся дорогие пластические хирурги и полная пересадка кожи.
Или достаточный запас энергии и хороший контроль, чтобы поддерживать ложный облик постоянно. Это возможно: всё же у нас тут не боевая магия, требующая выплесков энергии в больших объёмах. История Селтеронии знала случай, когда вражеский шпион с такой же магией несколько месяцев жил в королевском дворце, прикидываясь наследным принцем. Разоблачили в последний момент, иначе правил бы нами засланный казачок.
— Пластика? Хах, для этого надо как минимум свалить из этой сраки и добраться до крупного города. А все выходы из Найзара перекрыты. У феорцев чуть ли не половина войск занята не самим городом, а охраной периметра и задачей не выпустить никого наружу. А если как-нибудь и свалим, в нормальных клиниках документы затребуют, а мы все в розыске. Не говоря уже о том, сколько бабла придётся отвалить за операцию.
— То есть нужно: а) прорвать кордон военных и вырваться из Найзара; б) заставить Бюро безопасности убрать нас из списка разыскиваемых преступников; в) заработать много денег.
— Ага, мечтай.
— Это вы, как я посмотрю, любите помечтать о великом, занимаясь при этом мелкими грабежами в отрезанном от мира захолустье. А я привык добиваться своего. И потому уже скоро я покину Найзар. Уйдёте ли вы вместе со мной — зависит от вас.
Рекса окинула меня заинтересованным взглядом. Обычно такой взгляд от женщины означает повышенные шансы оказаться с ней в одной постели. Только вот на эту дамочку даже мне, носителю демона ночных кошмаров, страшно смотреть.
Хотя на время «того самого» она может перевоплотиться в кого угодно. Даже в Сай… Брр, прочь такие мысли! Заставлять перевёртыша превращаться в предательницу, которую я ненавижу и при этом всё ещё немножко люблю, и совокуплять её в таком облике — это уже какая-то дикость. Даже извращенцы не поймут и будут косо поглядывать.
— А куда мы тем временем идём? — спросил я.
— Выполнять вторую часть плана, — ответил Кредос.
— А первой, надо понимать, было истребление отряда Лунэллы?
— Именно. И выполнена она была на пять с плюсом. И этот самый плюс прямо сейчас шагает рядом с нами, одетый в форму наших злейших врагов.
— Переоделся бы во что-нибудь другое, если бы кое-кто не взорвал машину, в которой остались все мои вещи, — съязвил я. — Последний наряд остался на военной базе, но туда мне теперь путь закрыт.
— Да уж об одежде можешь не париться, — махнул он рукой. — Если со съестными припасами в городе и правда есть проблемы — одни закончились, другие стухли, — то одёжка висит на вешалках в брошенных магазинах и хлеба не просит. Мы и сами, как видишь, все на стиле. — Он похлопал рукой по багровому плащу. — Тебя тоже сводим, как свободная минутка выдастся. Знаю одно хорошее местечко недалеко отсюда. Только консультантов нет, полное самообслуживание.
— А прямо сейчас этой свободной минутки не найдётся? — спросил я. — Раз уж моя военная форма так мозолит всем вам глаза.
— Эээ, нет. Фишка в том, Ноэл, что на второй части плана ты понадобишься нам в этой самой форме.
— В ролевые игры захотели поиграть? — шутканул я.
— Ага. В одну крайне увлекательную игру под названием штурм военной базы. Теперь, когда они лишились двух десятков бойцов и среброкровой командирши, их оборона заметно просядет. И нам не найти лучшего момента для решающей атаки. А твоя роль в этом будет сам догадайся какая.
— Подойти к базе, шатаясь и держась за обляпанный вишнёвым соком бок, и изобразить последнего выжившего. Для полного комплекта надо было прихватить голову Лунэллы, чтобы я нёс её в руках и поглаживал со слезами на глазах. А затем устроить диверсию изнутри, дабы облегчить вам атаку.
— Не облегчить, а принять в ней самое непосредственное участие! — поправил меня Кредос, назидательно подняв указательный палец. — Помнишь, что я говорил ранее? Если вдруг выяснится, что ты не готов поднять руку на своих недавних сотоварищей, то в нашем союзе не будет никакого смысла.
И в итоге мы всё-таки пришли к этому. Хотя на что я рассчитывал? Что и дальше смогу прикидываться шлангом, пока с феорцами расправляются другие носители и демоны? Чтобы заслужить доверие этих ребят, придётся доказать им, что я — враг их врага. Другого пути просто нет.
Хотя после того, что я услышал сегодня в магазине, совесть уже не замучает. Да и в целом-то ничего нового для себя я не услышал. Некоторые вещи не меняются даже спустя тысячу лет.
Пока барды в трактирах пели баллады о подвигах воинов славной Селтеронии, эти самые воины не кошечек с деревьев снимали, а проливали кровь. Людей, демонов — не важно. Кого король объявит врагом, того и убьём.
И никто не проверял, сгорела вон та деревня во время набега киргунских варваров, или трупы там появились уже после остановки войск Селтеронии, которым захотелось развеять скуку и снять напряжение.
— Ну так что, ты с нами? — поторопил меня Кредос.
— С вами, с вами, — ответил я. — Но нужен ли нам вообще этот спектакль с моим внедрением? Вспомни-ка, на чём основаны мои способности.
— На темноте, — недолго думая ответил разрушитель и осмотрелся. — А на улице тем временем как раз темнеет. И это очень кстати, ибо ждать мы не можем. Нужно ударить прежде, чем феорцы прознают об уничтожении отряда среброкровой девки и предпримут меры. А меры у них я знаю какие. Запросят подкрепление у союзных отрядов в городе, и на месте нас встретит не тридцать, а под сотню солдат, которые ещё и оцепят район и спрячутся в домах, устроив нам засаду и перекрыв пути к отступлению.
Вскоре мы стояли недалеко от колледжа, в котором расквартировался девятый взвод под командованием ныне покойной Лунэллы, и выглядывали из-за угла одного из домов. На входе, как обычно, дежурили двое солдат, у заднего выхода должно быть столько же. Нас было восемь. По дороге один парень отделился и ушёл в другом направлении, но я не спрашивал, куда и зачем.
— Первый ход за тобой, новичок, — негромко проговорил Кредос.
Новичок, хех. Да я сильнее и опытнее вас всех вместе взятых.
Ныряю в тень и ползу к часовым. На улице темно, у них нет и шанса меня заметить. Главное — не попадать в свет. Подползаю, материализуюсь и двумя взмахами когтей укладываю обоих. Быстро и чисто.
В своё время я уже успел заглянуть в комнату видеонаблюдения и знаю, что их позиция находится вне зоны охвата камеры.
Открываю дверь, вхожу внутрь. Из глубины коридора слышатся голоса. Похоже, не все ещё легли спать. Строгого распорядка дня тут нет. Ни подъёмов, ни отбоев. Главное, будь готов по сигналу тревоги через минуту стоять в холле в полном боевом облачении.
Как сказал ранее Кредос, он хочет убедиться, что я в состоянии убивать своих, но будет, цитирую, страдать от комплекса неполноценности, если я сделаю за носителей всю работу. Потому моя задача — снять часовых, разобраться с видеонаблюдением и устранить Нальтера — второго (хотя со мной уже третьего) среброкрового во взводе Лунэллы.
Среброкровый этот — классический «защитник», мастер магических щитов. И потому неприятный враг для носителей с боевой магией. И нет, он не родственник того, которого я прирезал в особняке Эйхартов. Он вообще из другого региона.
Но первым делом — видеонаблюдение. Снова ухожу в тень и ползу по полу к нужному кабинету в административном крыле. Приоткрываю дверь, вхожу внутрь. На самом деле «комната видеонаблюдения» — слишком громкое название. Всё же у нас тут не столичный вуз, а провинциальная шарашка, и вся система ограничивается одним дешёвеньким монитором, на который выводятся изображения сразу со всех камер.
Перед этим монитором сидит и клюёт носом одинокий солдат. Моё появление он замечает (всё же я вам не Арсия), поворачивается и узнаёт сотоварища.
Поделиться книгой: