Помоги проекту - поделись книгой:
Вот хоть и не хотелось мне его обманывать, но и сказать, что парнишка и правда видел сумеречную рысь, очень не хотелось. Пусть думает, что почудилось. Ну, по крайней мере, пока. Мне еще самой нужно в себя прийти от всех этих новостей.
— Ты о чем, Лаврик? — я с удивлением посмотрела на первокурсника.
А тот только судорожно вздохнул и выпрямился.
— Так. Не обращай внимания, ведьма, — сказал он вдруг и неприязненно на меня посмотрел.
— Не ведьма, а Ведяна, — отчеканила я и посмотрела на него с возмущением. Да у меня даже пузырьки в кармане звякнули, такая вдруг поднялась волна негодования.
И вот с чего бы? Ведь я и правда ведьма. И слово это совсем даже не ругательное. И никогда таким не было. А вот подишь ты.
— Так ел ты или нет? — я ведь такая, всегда на своем стою. И пока не даст мне кто ответа, не отстану. Лаврик только посмотрел на меня да и сознался, махнув рукой:
— Не успел. Магистр сразу сказал тебе отнести, Ведяна.
Вот то-то же. Сразу запомнил, как меня зовут.
Главное — с самого начала себя поставить. Пусть уважает ведьмочку-то.
А на счет ужина я права тоже оказалась. То-то он на стол посмотрел и сглотнул.
— Ну, так пойдем, перекусим, наконец, — я схватила его за руку и потащила к столу.
Что сказать.
Я, конечно, понимаю, что Рыське нужно много энергии, чтобы порталы-то открывать. Но вот всегда думала, что он ее черпает из своего подпространства.
И ведь так оно и есть, на самом-то деле. А то я не помню, бабуля вон много чего про сумрачных рысей говорила.
Но вот оставить мне только один горшочек из трех, это как-то совсем не по-фамильярски, вот что я вам скажу!
— Эмм, — начала я, заглядывая в горшочек, где в густой подливке плавали несколько кусочков мяса и нарезанный дольками картофель. Ну, ничего. На двоих вполне хватит. У нас с бабулей, бывало, особенно по зиме, и того не было. Редко, конечно, но бывало. Когда зимы стояли лютые да снежные, тогда мы и малым обходились. А тут целый почти горшочек с гуляшом.
Неожиданно Лаврик вздрогнул и повернулся к двери.
— Ты куда? — удивленно крикнула я.
Парнишка только рукой махнул. И на руке его я увидела вдруг браслет с изображением пятиконечной звезды, в центре которой сиял и переливался самый настоящий огонь.
Я ахнула.
Да что же это? Ведь сгорит, сгорит паренек ни за грош. И было кинулась за ним, но вовремя остановилась.
Ведь Лаврик будто совсем не чувствовал того огня. Выходит, огонь-то не был настоящим. Да и горелым не пахло, и Лавр даже вот не дернулся.
Так это, наверное, магия? Точно. Это магия… Я ж в Боевой Академии-то. Магию в действии я практически и не видела. Жили мы с бабулей уединенно, магов у себя не принимали. Да и маги от нас как-то вот подальше держались.
— А это что у тебя на руке-то, горит? — крикнула я ему вдогонку, не сдержалась. Парнишка остановился на секунду, повернул голову, сверкнул глазами и выпалил:
— Допуск это. Когда вот так горит, значит Сандр Огненный в Академии.
— Ладно, некогда мне тут с тобой, — он махнул рукой и вприпрыжку понесся по коридору, только подошвы засверкали.
Глава 9
Я оторопело глядела ему вслед. Сандр Огненный! Ой-й… Маг такой силы и мощи, ректор Боевой Академии, вернулся.
Мне почему-то стало не по себе. Кожа покрылась мурашками и желудок заныл. Еще бы ему не заныть. До сих пор я без ужина-то.
А мурашки…Ну, бывает. И причем тут ректор Академии?
Я ведь его еще и видеть не видела.
Захлопнула дверь, которая теперь слушалась меня как своего создателя, и магический замок защелкнулся будто так и надо.
Я только головой покачала. Вот вам и зачарованные замки. И это в Академии, цитадели боевых магов-то.
Желудок издал мученическую трель, и я кинулась наконец к столу. Опустошила горшочек в одно мгновенье и скорее налила себе травяного чаю.
А хорошо готовят в Академии-то. Да просто отлично! Мясо мягкое, сочное. Соус тоже не подкачал. А картошечка ну прямо как у нас с бабулей была. Рассыпчатая, чуть сладковатая. Да такую картошечку и без мяса умять можно за милую душу.
Я сделала глоточек чая и чуть не поперхнулась. Горячо-то как.
Скорее поставила назад и потянулась к чайничку, чтобы получше его рассмотреть.
Да, чудеса у них тут, в Академии-то. Чайник на ощупь был холодным и сделан точно не из глины. Поверхность блестящая да ровная. Хоть как в зеркало в нее смотрись. Я и посмотрела. Ужас! Растрепанная, глаза на пол лица, бледная как смерть.
А чайничек точно зачарованный. Правда, никаких чар я не почувствовала. Значит, не ведьминские. Это что же, у них вот таких чайничков полно? А может быть, это тоже артефакт, как дядька Симеон ту кладовочку называл, что сюда нас подняла…
Я потянулась к чуть остывшему напитку и пригубила. Пить можно. Горячий, но все ж не кипяток крутой. А на вкус… Вполне себе. Вот очень даже неплохо. Конечно, до домашнего настоя этому чаю далековато, не говоря уж о том душистом напитке, что получался у бабули. Но вот мне прямо захотелось поближе познакомиться со здешней кухаркой.
Я одобрительно кивнула и допила приятный, чуть терпкий чаек.
Хорошо-то как…
И вдруг почувствовала, как меня стало клонить в сон.
Откинулась на спинку ветхого стула и закрыла глаза.
Вот что за невезение, а!
Конечно, она не выдержала даже моего куриного веса и с тихим извиняющимся треском раскололась на несколько частей.
Понятное дело, я свалилась на грязный пол. Зато сонливость почти прошла. Почти, да не совсем. Я потерла пострадавшую пятую точку и, зевая во весь рот, поднялась. Да посмотрела на кровать, в которой придется мне провести сегодняшнюю ночь.
Сразу захотелось помянуть недобрым словом дядьку Сименона.
Вот как можно поселить адептку-первокурсницу, пусть даже и не в ту академию попавшую, в такую вот комнату, с позволения сказать?
Мало того, что грязища, так еще и белья-то нет постельного. Но недобрые слова застряли где-то на полпути и я даже не поняла как оказалась рядом с постелью.
С полузакрытыми глазами раскатала матрац да и как была, в юбках, которыми уже не раз подмела здешний пол и даже успела на нем поваляться, упала и сразу заснула.
Жалко, что ненадолго.
Вот что тут за место такое, а? Уж с чем-с чем, а со сном у меня никогда не было никаких проблем.
А тут на тебе.
Только уснула, а перед глазами откуда не возьмись нарисовалась мужское лицо. Да такое суровое! Вот смотрит он на меня, глаза-то зеленые как трава первая, волосы вьются, до плеч спускаются. Хмурится мужчина-то, и в глазах, зеленых его глазах, вдруг загораются яркие алые искры.
“Так вот ты какой, Сандр Огненный”, — вдруг пришло мне в гудящую от усталости и недосыпа голову.
Сандр Огненный?!
Вот с какого перепугу он мне привиделся? Наверное, потому, что вспомнила вдруг рассказы бабули. Ведь она, рассказывая о магах и об огненных магах в особенности, чуть не с придыханием произносила его имя.
Это моя бабуля-то!
Она ж никого ни в грош не ставила, из магов-то. Мол, может ли какой маг сравнится с природной силой ведьмочек?
Да ни один. Ведь у нас источник магии — весь мир вокруг. А у магов источник-то внутри. И не могут они пользоваться мировой-то энергией. Никак не могут.
Потому и перегорают часто. И еще что-то там такое говорила, уже сейчас и не вспомню.
И одна мысль пришла мне в голову. Да такая, что я открыла глаза и даже подскочила на постели. Вот это зря. Пылища поднялась столбом и я аж закашлялась. Нет, ну что у них тут с домовыми-то? Нет никакого пригляду за Академией!
Но даже этот столб пыли не смог выбить неожиданно пришедшую мысль из моей головы. Неужели моя строгая и неприступная бабуля все таки… Ну, все таки не была на самом деле такой вот неприступной?
А что, если у нее была тайная страсть вот к этому Сандру?
Думаете, не могло такое быть? Ну-у… Конечно, между ведьмочками и магами такая пропасть, что и не перепрыгнуть ее.
Но что, если сердцу не прикажешь, а?
Ой, Ведянка. Что-то не туда тебя повело, подружка. А вот если это и правда, то сколько тогда им было лет?
Я вернулась в постель и постаралась выбросить эти совершенно вот ненужные и даже опасные мысли из головы.
Да какое мне дело, сколько им было лет-то? Откуда вообще у меня взялись эти фантазии?
Я нахмурилась и перевернулась на другой бок.
Дурацкое состояние.
Сон не шел.
А шли непонятно откуда взявшиеся образы молодого, полного сил и отваги мужчины. Широкий разворот плеч, камзол в талию. Упрямый подбородок с ямочкой и манящие зеленые глаза.
Ужас какой-то.
Я, конечно, ведьмочка молодая и не инициированная, но это все-таки перебор. И, главное, ладно бы то был образ мужчины, которого я хоть раз видела.
Так нет.
В селе, рядом с которым мы жили, мужчины водились. Были мужчины, что и говорить.
Но никого похожего на вот этого я не видела никогда.
Или… Светлая мать…
Видела я его, видела. Только не в той книжке, которую бабуля заставляла меня читать да запоминать.
Нет, в другой. В той самой, с тяжелыми страницами, в толстом кожаном футляре, которую она как-то раз забыла спрятать.
Как та книжка называлась, я уж и забыла.
А вот мужчину этого, выходит, нет. Его зеленые малахитовые глаза со сверкающими в них огненными искрами опять так и встали передо мной.
Глава 10
Проснулась я от барабанного стука в дверь. Да что ж такое-то… Это не заброшенный чердак, в который меня засунули явно по недоразумению, а проходной двор какое-то!
Такой сон перебили-и… Я широко зевнула, с трудом открыла глаза и повернулась на другой бок. Стук повторился с новой силой, и тут до меня дошло, что надо как-то отреагировать.
Светлая мать… Я подскочила на кровати и весь сон как ветром сдуло.
Ведь я в Боевой Академии!
Соскочила да и бегом к дверям.
— Кто там? — пискнула, услышав чье-то тяжелое дыхание за дверью.
— Свои, — прогудел знакомым голосом дядька Симеон.
— Открывай, Ведяна. К ректору пойдем, — гулко прозвучал в пустом коридоре его голос.
А я бы и рада открыть, да дверь стояла как вкопанная.
Вот как захлопнула ее вчера, так и все.
Неужели я сломала магический замок? С моим-то везением. Могла, могла и сломать. Как? А вот кто его знает. Как говорится, ломать — не строить.
Я пугливо дернула за ручку, очень надеясь что дверь очнется от беспредела и отреагирует. Бездушная деревяшка даже не подумала.
— Хм, — я откашлялась, глотая вязкую слюну. Сразу во рту пересохло, водички бы сейчас колодезной, сладкой.
— Так не могу я, дядька Симеон. Не открывается, — грустно прошептала и на всякий случай еще раз покрутила ручку в разные стороны.
Поделиться книгой: