Я плету твою судьбу (СИ)

Вроде и невысоко тут, но копчик умудрилась отбить.

— Теперь понятно, почему у тебя совсем нет друзей, — хмыкнул Войнот.

— Я бы тебе ответила, почему у меня нет друзей, но ты ведь всё равно скажешь «Так вам и надо», — проговорила я.

Больше для себя, чем для стража, но он услышал.

— А, ну да. Снова твои «Вы незаслуженно обижаете Ткачей, вы виноваты в том, что мы такие», — произнёс Кэй где-то совсем близко.

Доски под его весом угрожающе заскрипели, и я поспешила предупредить его:

— Осторожно, сейчас обвалишься.

Не то чтобы я переживала за этого высокомерного сноба, но если мне повезло упасть и не убиться — не значит, что и с его высокородием всё будет в порядке.

Войнот остановился, и лишь лёгкое поскрипывание досок выдавало его положение.

— Так, попробуй поискать лестницу. Как-то же они спускались в этот подпол, — отдал указание Кэй.

Да я так и так собиралась заняться поиском выхода, поэтому сделала вид, что подчинилась приказу.

— Что там вообще такое? — спустя минуту тишины поинтересовался следователь.

Видимо, надоело куковать, как аисту на брёвнышке, и он решил меня расспросами достать.

— Горы сгоревшей мебели, какая-то рухлядь, — начала перечислять я, пока пробиралась сквозь завалы.

Штаны и футболка ещё при падении испачкались в саже так, что я сейчас походила на древнего трубочиста. Надеюсь, теперь Кэй сподобится забрать мой гардероб из гостиницы. Иначе я все его вещи изничтожу.

— Ещё что-нибудь?

— Шкафы, столы… О, лампа, — перечисляла я, продвигаясь к дальней стенке, где, как мне показалось, увидела несколько ступеней.

Пройдя пару метров, замерла как вкопанная.

— Труп.

— Что?

— Я говорю, тут труп. — С каждым сказанным словом голос переходил на новый уровень громкости, к концу фразы превратившись в визг.

Ответом мне стал треск сломанных балок и грохот, с которым Кэй упал рядом со мной. Правда, сделал он это не в пример мне изящнее. Помогал себе воздушными потоками.

— Тебя на секунду можно оставить без появления новых жертв?

— Я случайно, — пошутила я, но тут же прикусила язык, поскольку Войнот наградил меня суровым взглядом.

Похоже, версия, что я на голову отбитый маньяк, которому просто интересно участвовать в поисках самого себя, для Кэя считалась приоритетной.

Неизвестный бедолага, обгоревший так, что идентифицировать его не представлялось возможным, сидел у той самый стены с лестницей.

— Бедняга, — протянула я и под недоумённо вскинутые брови Кэя продолжила: — Не успел выбраться.

— Знаешь, а он вроде и не пытался, — задумчиво произнёс следователь, присев перед трупом, осмотрел его со всех сторон и добавил: — Руки не связаны, ноги, на первый взгляд, целы. Он просто сидел тут и ждал смерти. Готова?

— К чему? — опешила я.

Опять смотреть полотно? Да не хочу я!

— К выполнению своей работы, — раздражённо бросил Кэй.

— А не надо вызывать ребят? Вдруг я что-то поврежу? Присцилла же ругаться будет.

Я сделала шаг назад, а потом ещё и ещё. Меня так пугала перспектива вновь коснуться очередного маньячного творения, что я чуть ли не ногами упиралась, когда Войнот потянул меня обратно.

— Госпожу Мелроуз я беру на себя. Смотри давай, иначе и впрямь решу, что ты чего-то не договариваешь.

Я выдернула руку и вернулась к телу. Гневное рычание непроизвольно вырвалось из моей груди.

— Такой настрой мне нравится, — усмехнулся Кэй.

— Плевать мне на то, что тебе нравится, — огрызнулась я. — Не мешай.

Не тратя больше ни секунды на препирательства, я потянулась к полотну лежавшего передо мной бедолаги… чтобы практически сразу упасть на многострадальную попу и в ужасе отползти от него.

В этот раз убийца постарался на славу. Шикарный букет из ярко-красных маков смотрел на меня из истории жизни жертвы. Но даже не это напугало меня. Я знала мертвеца. Тот самый охранник, что связывал маленьких девочек-Ткачей. Он не насиловал нас, нет. Ему просто нравилось наше беспомощное состояние. И страх, от которого большинство из нас плакало и просило не причинять боли. Большинство. Но не я. А потому чаще всего его ночной игрушкой становилась именно я. До самого выпускного ему так и не удалось сломить меня. Ни разу не расплакалась, ни разу не попросила прекратить пытку.

И сейчас мой очередной кошмар был уничтожен. Лежал передо мной пеплом прошлого.

— Что, очередной знакомец?

Кэй присел передо мной и внимательно следил за эмоциями на моём лице.

— Местный охранник, — выдавила я, сглотнув вязкую слюну.

— А он тебя чем обидел? — допытывался Кэй, даже за подбородок меня взял, чтобы в глаза смотреть.

— Ничем, — соврала я.

Скажу правду — и это точно похоронит мои мечты о свободе. Войноту не хватает именно этой последней капли в чашу подозрений о моей причастности.

В серо-голубых глазах следователя блеснуло разочарование. Но я так и не поняла в чём: что соврала или что не удалось привязать новое убийство именно к моей персоне?

— Цветы есть? — уточнил он, помогая мне подняться и отряхивая.

От этой заботы я подвисла и не сразу ответила. Тем более что судорожно пыталась сообразить, какой из ответов будет правильным. Всё-таки наличие букета в полотне — серьёзная улика.

— Значит, есть, — Кэй сам сделал вывод. — Какие?

— Маки.

Я не стала отпираться. Бросила взгляд на тело и замерла. Там были не просто маки.

— Мне надо ещё раз взглянуть.

— Вошла во вкус? — с издёвкой поинтересовался Войнот, пройдя дальше вдоль стены. — Посмотри, я пока попытаюсь расчистить нам проход.

В этот раз к почившему ублюдку я прикасалась со смесью отвращения и брезгливости. Всего одним глазком взглянуть, чтобы убедиться в собственном подозрении.

Маки по-прежнему были на месте. Горели ярко, будто отображая тот огонь, в котором сгинул их хозяин. И вокруг всего этого буйства разливался ореол удовольствия. Наконец до меня дошло, что же меня смутило ещё в предыдущей жертве. Я не просто видела, с какими чувствами умирали жертвы — я ощущала эти эмоции. Впитывала их.

— Кэ-эй, — протянула я, — у нас большая проблема.

— Что ещё? — Следователь в этот момент пробил очередную балку, что перекрывала выход из подвала.

— Наш маньяк действует не один. — Я вскинула руку, прикрываясь от яркого света, и успела заметить, как вытянулось лицо Кэя. — Смерти последних жертв окрашены эмоциями. Да так, что даже сквозь нити ощущаешь эти чувства.

— И? — Войнот спустился ко мне, подал руку, а вниз бросил заклинание стазиса, законсервировав место преступления. — Что ты хочешь этим сказать?

— У маньяка есть сообщник, чаровник, — твёрдо проговорила я, уверенная в своём предположении.

— Хм.

Большего я от Кэя не добилась. Он продолжал молчать и когда мы выбрались наверх, и когда дошли до безопасной зоны. Даже не смотрел на меня толком, погружённый в мысли. Единственное, что я от него услышала, — так это просьбу подождать его в маголёте.

Я не стала спорить, тем более что и сама хотела уже от всего спрятаться, а уютный салон чудесной машинки предоставил мне эту возможность. В окно я наблюдала за тем, как следователь сначала переговорил с командиром огнеборцев, что-то показывая ему в месте пролома. Затем Кэй дошёл до матроны, которая, судя по всему, заняла пост старшей. Приятная миловидная женщина, и хотелось бы верить, что она и по характеру такая же. По крайней мере, то, что госпожа Мордо — та ещё тварь, было видно даже внешне. Всё-таки личность человека помечает его внешность. И если поначалу это не так заметно, то чем больше гадкого творит человек, тем больше его чёрная душа проступает сквозь внешнюю оболочку.

— О чём задумалась? — Кэй сел в маголёт и завёл двигатель.

Его голос звучал подчёркнуто беззаботно. Но плотно сжатые губы и то и дело играющие желваки выдавали состояние Войнота с головой. Следователь был в бешенстве.

— Об отражении внутреннего мира человека на его внешности, — ответила я, озадаченно следя за собеседником.

Кэй вывел машину на трассу и взял такой разгон, что у меня сердце гулко ухнуло от страха.

— Что происходит?

— Наша сегодняшняя жертва, оказывается, тоже был тем ещё уродом, — проговорил Кэй, вцепившись в руль так, что костяшки пальцев побелели. — У него были странные пристрастия по отношению к маленьким воспитанницам.

— Я знаю, — не удержавшись, прошептала я.

Войнот бросил на меня резкий взгляд и вновь вернулся к дороге.

— Тебя тоже?

— Да.

Признание вырвалось само собой. Будто в глубине души я хотела этого — довериться Войноту. Я потупилась в окно, не желая встречаться со следователем глазами.

— Почему не сказала?

— Потому что это стыдно, — со вздохом ответила я.

Мимо пролетал лес, смазываясь в зелёную завесу. И мне хотелось скрыться в этой глуши, лишь бы не продолжать этот разговор.

— Стыдно, что надо мной измывались, а я не нашла в себе смелости пожаловаться на этого урода. Привлечь внимание.

— Насколько я понял, при вашей бывшей матроне твои заявления всё равно бы ничего не решили. — Кэй смягчился, и в оконном отражении я увидела, как он посмотрел на меня с сочувствием. — Только поэтому мне не сказала?

— Нет, — выдохнула я. — Побоялась, что ты опять на мой счёт его запишешь, что это я из мести подстроила очередное убийство.

Кэй замолчал, сбросил скорость и слетел на обочину.

— Таис, давай начистоту. — Он развернулся ко мне, дождался моего осторожного кивка и продолжил: — Да, ты действительно находишься в списке подозреваемых. Но в самом его конце. И то только потому, что этого пожелало моё начальство. Лично я не считаю тебя убийцей. Для нашего маньяка ты слишком… м-м-м… вспыльчивая и высокомерная.

— Ну, спасибо, — криво усмехнулась я. — Вдруг я прикидываюсь? Я же коварный Ткач.

— Кто из нас без недостатков? — В улыбке Кэя появились мягкость и тепло. — Но наш убийца — явно человек холодной выдержки и долгосрочного планирования. Единственный раз, когда что-то пошло не по его сценарию, — это неудача с твоим похищением.

— Да, он был очень сильно удивлён, что я не пошла с ним, — нахмурилась я, вспомнив и разочарование в голосе маньяка, и его оплеуху. — Думаю, теперь я не так сильно ему нравлюсь.

— Не факт, цветы он тебе продолжает дарить, — заметил Кэй, наклонился ко мне и доверительно добавил: — Больше не скрывай от меня ничего.

— Хорошо, — нервно сглотнула я, отчего-то раскрасневшись.

Мне не нравилась моя реакция на близость с Войнотом. Уж лучше продолжать на него злиться и обижаться.

Кэй тем временем вновь вклинился в поток машин и направил маголёт обратно к городу. В салоне звучала лишь лёгкая ненавязчивая музыка, и постепенно я совсем успокоилась. Даже призраки прошлого угомонились в голове.

Вскоре на горизонте показались шпили Военной академии республики Виарто — самого престижного учебного заведения в нашей стране. Будучи маленькой, я лелеяла мечту поступить туда: вдруг за время моего взросления законы в республике изменились бы и Ткачам открыли пути не только к бытовым знаниям, но и к высшей магии? Но потом мне объяснили, что только Высокородные могут иметь и особенный дар Богов, и способности к укрощению стихийной магии. И надежда поступить на алхимика загнулась, так и не успев расцвести в полной мере. Поэтому свои выдающиеся успехи в смешении веществ я демонстрировала в кулинарии.

— Она умерла из-за Ткача, — прервал молчание Войнот.

Я в недоумении посмотрела на Кэя. Он будто не со мной говорил, а продолжил свой мысленный диалог.

— Кто? — осторожно поинтересовалась я.

Появилось ощущение, что сейчас происходит какой-то очень важный момент. Кэй нервничал и барабанил пальцами по рулю. Да даже губы то и дело покусывал.

— Девушка с фото. Витала — так её звали. Мы познакомились в Академии. — Он мотнул головой в сторону проносящихся мимо корпусов. — Девушка из семьи Малого рода.

— Вы любили друг друга?

За этот вопрос я тут же выписала себе ментальный подзатыльник. Не это надо было спрашивать, раз Кэй так разоткровенничался. Но почему-то именно характер отношений Виталы и Войнота волновал меня до сбившегося сердцебиения.

— Да, — помолчав, коротко ответил Кэй и, словно решив что-то для себя, принялся рассказывать: — И это стало проблемой. Моя семья… Да ты и сама знаешь. Мне не позволили бы жениться на ней. Но Витале было плевать на официальный статус. Мы просто радовались тому, что есть друг у друга. Пока она не заболела. Распад энергоканалов.

Я рвано выдохнула. От этой болезни не вылечиться. Бич всех магов. И главное, от неё никак не уберечься. До сих пор никто не знает, почему одни заболевают, а другие нет.