Помоги проекту - поделись книгой:
— А-а-а-ах! — резко открываю глаза и подрываюсь с моего лежака.
Вокруг лишь темный трюм корабля, где я и уснул после долгой работы.
И никого вокруг, только я, вспотевший и дрожащий от пережитого кошмара.
Никаких трупов, никакого дыма и огня, просто сырой трюм судна, что мерно покачивался на волнах. Где-то рядом спят и другие солдаты, не обращая на меня никакого внимания и отдыхая, ведь скоро снова в бой и нужно набраться сил перед этим.
— Опять… — застонал я и, взяв полотенце, вытер лицо от пота и слез.
Кое-как приведя себя в порядок, я поднялся, облачился в свою боевую экипировку. Полный комплекс камуфляжа егеря, с легкой кольчугой, моя привычная сабля на поясе, а на столе лежит короткий лук и колчан стрел. Пускай стрелок я не самый хороший, но как ополченцу, пускай и занимающего должность полевого врача, я обязан носить его. Все же порой проще стрелять из лука, чем пытаться поражать врага молнией, особенно, когда палить нужно из укрытия, чтобы не выдать себя. Магия — слишком яркий знак.
Накинув плащ на плечи, и уложив лук, я поднялся на палубу.
Там наше судно, как и другие корабли, тихо и медленно двигались в тумане, чтобы не выдать себя раньше времени. Стоящий на посту сообщил, что нам плыть еще часа два, так что поднимать солдат рано. Пускай спят, ведь скоро будет жарко.
Я же просто встал у перил и постарался успокоиться.
Кошмары мучают меня постоянно, из-за них толком спать не могу. Медитация помогает, но тут есть и свои сложности, ведь порой нет сил на что-то другое, и просто падаешь на лежак. Так что кошмары стали моим постоянным спутником каждый раз, от чего нормального отдыха просто нет и лишь медитация помогает восстановить силы и холодные мысли. С последним особенно сложно, ведь стоит мне увидеть орков, как перед глазами вспыхивают те воспоминания…
Однако сейчас думать об этом не стоит.
Нужно немного прийти в себя и подготовиться к будущему походу. Наш флот сейчас двигается в сторону Залива Когтя, что на северо-востоке Кель’Таласа, к нему прилегает Замок Блеклых сумерек. Раньше это была академия магии, такая же, как и та в которой преподавал я, только для более старших учеников. Туда ходили на практику и изучали разные научные изыскания в прошлом.
Орда разбила там крупный лагерь и построила свои укрепления, так что наша задача ударить по ним. Вот флот и вышел из Сильвергарда, а затем двинулся на восток, по пути мы встретили судна противника и вступили в бой. Вышло не без потерь, но прорваться нам удалось. Подавляющее магическое преимущество сыграло свою роль. Не зря нам временно выделили сразу двух Магистров, сам Бело’вир тут и Дар’Кхан. Жаль, долго нам ими наслаждаться не удастся. Часть магов вернется в столицу, ибо опасно оставлять её настолько оголенной надолго, часть — пройдет с флотом до вытекающих из озера Абасси рек и залива Горна, загоняя флот Амани обратно в логово.
Эта мысль заставила меня заскрежетать зубами.
Картель Хитрой Шестеренки вступил в Орду, и сейчас помогает им. Пушки, порох, канониры, разведка на пущенных-таки в производство дирижаблях… И это еще далеко не все. А ведь многих из этих уродов я когда-то знал, как того же Взрывкусса, а потому убивал их с особой жестокостью. Были же деловыми партнерами и могли работать вместе, но сейчас эти ублюдки поддерживают наших врагов.
И особенно тролли Амани.
Эти твари сейчас все делают, чтобы резать и грабить в наших лесах.
Они привели сюда орков, и они же тут главные зачинщики.
Мне страшно представить, что стало с теми несчастными эльфами, которых не успели эвакуировать из деревень. Они попали в лапы Орды и судьба их максимально ужасная.
Снова беспомощность, снова отчаяние и ярость охватывает меня. Я никого не сумел спасти…
Эти мысли причиняли почти физическую боль. Все это так мучало меня и просто разрывало изнутри, что я с трудом сдерживал себя. Хотелось рвать и менять, кричать и разрушать все что попадает на глаза.
Вот чего я хочу. Вот что не дает мне покоя. Пока они существуют, пока эти животные дышат, я не могу нормально спать. Только убивая их моя боль утихает, чувство вины за не спасенных родных унимается, а сам я могу хотя бы перестать чувствовать пустоту внутри.
Я все потерял.
Все уничтожено и разрушено.
Больше меня ничего не волнует. Только истребление этих существ.
Все остальное вторично, не нужно, пусто и забыто, только эта цель сейчас важна.
Только она одна…
— Тише, тише, девочка, — послышалось недалеко.
Повернувшись, я увидел одного из магов, что сейчас занимался дракондором. Маг был в нехарактерных для его братии доспехах, что отложил посох и оружие, ухаживал за животным.
— Покажи, где болит. Тут? Ничего, — он вскоре заметил меня. — Эй, целитель, помоги, пожалуйста. Этой малышке нужно лечение.
— А, да, иду, — кивнул я и подошел к зверю.
Заметив меня, дракондор немного напрягся и испуганно поджал хвост.
— Ур-р-р-р-р, — жалобно заскулило животное.
Да уж.
Раньше звери хотели меня покусать, потом подружиться, а сейчас боятся и стараются держаться подальше.
— Сейчас, — сказал я и тут же погрузился в медитацию.
Буйные мысли, ярость и злость внутри меня, вскоре начали утихать и подавляться. Негативные эмоции уходили далеко назад, оставляя мой разум кристально чистым. Далось мне это с трудом, ведь пережитые ужасы преследовали чуть ли не постоянно. Так что пришлось приложить немало воли, чтобы успокоиться.
Да, нельзя лечить, если ты постоянно в ярости.
Злость практически не отпускает меня, а потому я должен подавлять все эмоции, когда помогаю другим. Это ведь моя работа, быть целителем.
Вскоре мне удалось унять эмоции, и дракондор перестал сильно бояться меня.
Я осушил склянку с зельем и, создав туман, стал обрабатывать больные места бедной зверушки.
— Это не из наших птичек, — заметил я.
— Аманийская, — ответил Ястреб. — Мы всегда стараемся аккуратно избавляться от наездников, чтобы не навредить дракондорам. Амани слишком жестоки к своим птицам… Как только Джан’алай это терпит?
Эльфы не чтут Диких Богов, но игнорировать такую силу будет только глупец. Мы уважаем Аманийскую Четверку уже за то, что они не вмешиваются в дела смертных… Ну, за исключением одного раза, но тогда эльфы навредили скорее природе в целом, чем только Амани.
Джан’алай — одна из этой четверки, божественный дух дракондора. С таким покровителем у них должен был бы быть статус каких-нибудь священных животных, но вот поди ж ты.
— Эту девочку грубо дрессировали, — он показал на следы от явно жесткой уздечки. — Клюв сильно поврежден и ей больно есть. Как появится возможность, отправим её и других в наши питомники. Там им помогут профессионалы.
— Говорят, нет более преданного дракондора, чем тот, кого освободил от тролльского наездника, — хмыкнул я, продолжая лечить.
— Знаю, — кивает Ястреб. — Но у меня уже есть Бывалый, так что второе крыло не нужно. К тому же, она не обучена нашему стилю полета и будет не так эффективна. Мы своих растим и учим с раннего возраста, а уже взрослые для таких вещей слабо пригодны. Так что пускай малышка вылечится и уйдет жить в питомнике или отправится на острова, где Амани её не достанут.
— Будем надеяться.
Основные раны на животном мне удалось вылечить, пускай и не до конца. Некоторые травмы слишком глубокие, чтобы их так просто исправить. Главное, чтобы не мучалась несчастная, а там посмотрим.
— Благодарю, — сказал Ястреб. — Чистого неба тебе.
— Ага, — пожимаю плечами.
Теперь можно не сдерживать себя и…
— Эйс, — позвали меня. — Там Юрилиан. У нее лихорадка от ран началась. Помоги.
— Иду…
Похоже, мне придется еще некоторое время сдерживать себя…
Глава 3. Залив Когтя.
На берегу нас, разумеется, ждали. Чистка местных вод от ордынского флота просто не могла пройти незамеченной, когда враг все еще контролировал берег, а если каким-то чудом мы и смогли бы провести бои скрытно, под покровом множества иллюзий, это все равно не помогло бы. Отсутствие привычных дымовых сигналов, связных на драконах и грохота военных барабанов не нуждалось в разъяснении.
Впрочем, легче ордынцам от этого не становилось. Они понятия не имели, где именно будет высадка, и будет ли вообще. Все, что они могли сделать — это растянуть линию дозорных по всему немаленькому побережью и где-то расположить летучий отряд на всякий случай… О том, где этот отряд и какой у него состав, мы, конечно, имели не большее представление, чем Орда о нас. Но по логике вещей, там должны были быть быстрейшие орочьи силы — как волчьи всадники или наездники на дракондорах.
Поэтому и атаку начали там, где дополнительные силы расположили бы вряд ли. Прямо у крупнейшего лагеря Орды на северном побережье, в Заливе Когтя.
Когда корабли появились из предрассветного тумана, никто не затрубил тревогу и не начал будить войска — дозорные или были уже мертвы, или, заранее помеченные магией, умерли в тот же миг, когда попытались что-то предпринять. Сильвергард выделил нам целых трёх магистров, каждый из которых, что редкость для подобных магов имел немалый боевой опыт. И уж для кого-кого, а для Дар’Кхана Дратира, немало побегавшего в свое время со Следопытами, скрытно пролететь в лагерь орды и уничтожить десяток-другой орков-дозорных было детской игрой.
Настолько же детской, как для Бело’вира — поднять волну, быстро и, главное, аккуратно, повлекшую наш флот к берегу. Высадка должна была начаться через считанные минуты, скорость тут — это главное.
Но, честно говоря, ощущение противоестественности от того что эти двое работали в одной упряжке было настолько сильным, что пробивалось даже через пелену яростной апатии, окутавшую меня со дня смерти родных.
Орочий лагерь тем временем уже начинал копошиться. Мы может и могли уничтожить мирских стражей, но духи призванные вражескими заклинателями — дело иное. Вот только сами заклинатели были слишком малочисленны и расхлябаны, чтобы действовать достаточно быстро. Все же маг — не воин, от них по настоящему солдатской дисциплины требуют редко.
Несущий меня транспортник неестественно мягко для такой скорости ткнулся в берег и я, не дожидаясь спуска трапа, спрыгнул вниз. Вместе со мной за борт посыпались и другие эльфы, достаточно уверенные в своих силах, чтобы смягчить падение. Не смотря на кажущуюся хаотичность действа, каждый из нас четко знал, откуда кому прыгать и куда отходить, дабы не мешать друг-другу — учениям по подобной высадке мы посвятили несколько часов перед отплытием. Мы тут же рванули вперед, чтобы обезопасить выход более тяжеловооруженных товарищей.
Однако долго растерянность противника продолжаться не могла и видать кто-то догадался разбудить командира, что начал шустро организовывать оборону. Взревели сигнальные рога, орки и огры начали строиться, а из лагерных укреплений послышался грохот гоблинских пушек. Маги отклоняли ядра куда-то, но подобное требовало от них немалой концентрации внимания, а ведь скоро еще и картечью бить начнут… Такое вообще только напрямую на щит принимать, а магов способных прикрыть армию от такого у нас — раз, два и обчелся. И пока заклинатели заняты защитой и обоюдным противостоянием, решать судьбу битвы будут обычные воины.
Это, кажется, понял и ордынский полководец. Орки, огры и тролли рванули в нашу сторону, но были опрокинуты залпом стрел, и первая волна захлебнулась, а второй сначала пришлось пройти по трупам.
— В атаку! — закричал командир и кивнул мне.
Я тут же воззвал к ветру и направил его вперед, чтобы ускорить эльфов. Наш отряд первым вступил в бой, чем удивил врага своей прытью. Клинки обрушились на тела тварей, рассекая незащищенную плоть. Это позволило нашему отряду возглавить клин, впивающийся в толпу варваров и разделяющий ее, словно волнолом.
Мой клинок рассек лицо орку, затем со второй руки срывается Нефритовая молния и отбрасывает тролля.
Резко пригибаюсь, молот другого орка едва не задевает меня, но весом оружия его самого несколько занесло.
Делаю ему подсечку, от чего громила теряет равновесие, чтобы быть заколотым саблей, а затем замедляю темп, пропуская других вперед. Я бы, конечно, предпочел бы остаться на передовой, но в тыл вот-вот начнут поступать раненые. Будь я проклят, если обменяю жизнь сородичей на пару зеленых шкур… Тем более, что им и так живыми не уйти.
Поделиться книгой: