Помоги проекту - поделись книгой:
Я расталкиваю на своём пути военных, за мной попятам бежит короткостриженая брюнетка с очками на переносице: длинная юбка по колена, синий пиджак с эмблемой «золотого огня», в руках кипа папок, а на груди железный бейдж: «главный секретарь». На её поясе висит «ключ карта», причём так открыто, что даже не опытный воришка смог бы его с лёгкостью стянуть и остаться незамеченным.
— О! Белый Дракон пришел!
— Алестер, расскажешь потом, как всё пройдёт?
— Вот чёрт, везёт же некоторым!
— Дракон, мы же с тобой пару раз в одном отряде были, дай знать, как всё пройдёт!
Я добрался до нужной мне двери и чуть приоткрыл её, дабы «главный секретарь» прошла первой. Развернулся к толпе военных. Мужчины и женщины смотрят на меня с огоньком в глазах.
— Как бы это… увидимся! — широко улыбнулся я и тут же прошмыгнул в комнату, резко закрыв за собой дверь, — Вух… все прямо взбудоражены.
Меня встретила небольшая тёмная комната с широким компьютером, у которого пять больших экранов: ведётся сьёмка и показатели жизнеобеспеченья объекта. Так же в помещенье, прямо в стене возле компьютера, огромное стекло — окно, через которое блюстители закона наблюдает за преступниками. Но сейчас иной случай.
За столом сидят три человека в черной строгой униформе. На груди знак «золотого огня». У каждого бейдж, и лишь у одного он выделяется своим высоким положением в «Пантеоне».
— Привет, Алестер! — глотнул из кружки горячий кофе Адам Штейн, бывший когда–то командир одного из «Ударных Отрядов». Он же когда–то тренировал Ваню в академии «Убийц Богов». На морщинистом лице красуется белый шрам, каштановые волосы побелели, пальцы ссохлись, кожа погрубела и покрылась седыми волосами. Эх, время никого не жалеет. На груди у него бейдж «командир внутреннего порядка». Он отвечает за то, что бы среди военных не появился разлад.
Рядом с Адамом его помощники, к ним присела «главный секретарь», разложив свои бумаги на столе.
— Здорова! — подошел я к Адаму, и глянул в окошко.
За стеклом металлическая комната — допросная. Есть лишь железный стол и три стула, два уже заняты. Один занимает Альбертина — Богиня Мудрости. На ней золотой доспех, волосы собраны в хвостик, глаза зеленые как изумруды, лицо милое и утончённое. Эх, боги вот, не стареют. Хотя я и сам больше не буду стареть. Мой пик внешности остановился в тридцать лет. С одной стороны круто, с другой, как-то пугает. Жить вечно… к такому я ещё не могу привыкнуть.
Напротив богини мудрости, в смирительной рубашке и с белым мешком на голове, сидит охраняемый объект, которого сегодня полностью воскресили. Её руки, ноги, шея, торс закованы в черный металл «Воус», который высасывает любую силу. Нельзя допустить того, что бы она сбежала из башни. Она пленница, но у неё есть шанс стать свободной и вступить в ряды «Альянса». Всё зависит от её ответа.
— Я пошёл, — похлопал я по плечу Адама.
— Удачи! — глотнул он кофе и нажал на кнопку записи видеокамер.
Я подошёл к двери в углу помещения, что практически не выделялась на здешнем тёмном фоне. Открыл проход и попал в маленькую металлическую комнату. Я пересёкся взглядом с Мудрой, мы оба кивнули в знак приветствия. Альбертина — «Заместитель Главнокомандующего», правая рука Амедео. Пока Бога «Смерти» нет на месте, она заглавного в «Пантеоне».
Я отодвинул стул и присел за стол. Волнение в груди нарастает с каждой секундой. Это мой шанс, и я не должен его упустить.
Мешок на голове «объекта» дернулся, послышался мерзкий смех, а следом женский голос:
— Ого… а ты подрос, мальчик.
Альбертина встала из–за стола, сделала три шага и оказалась за спиной объекта. Одним движением руки, богиня сбросила мешок с головы воскрешённой, раскрыв её внешность. Золотые локоны упали на плечи, кожа белая и покрыта кровавыми пятнами, улыбка мерзкая, словно у дикого зверя. На меня уставились жуткие алые глаза.
— Давно не виделись, «Первородная» Элишь!… — улыбнулся я прошлому.
Глава III
Семья
В «допросной» повисла давящая тишина. На меня уставились алые глаза, на лице «Первородной» читается игривая усмешка. Она даже не удивлена, что её воскресили. Женщина не может двигаться из–за оков и смирительной рубахи, но это нисколько её не огорчает.
Альбертина вернулась за стол, сев рядом со мной. Начинается разговор, где нужно внимательно следить за словами собеседника.
— Где я?… — оглядела Элишь комнату, — Вокруг витает странная сила. Да и планета… она движется. Как странно.
— Мы в «Ковчеге», — тут же ответил я, — Дианир убил «Цикл» и переписал мою судьбу. Теперь я «Истинный Свет», в какой–то степени — «Истинный Абсолют». Люди и Боги теперь свободы. Нас ведут «Падшие», те, у кого забрали «свет» — бывшие «Абсолюты». Теперь мы путешествуем по мирам, и освобождаем живых от прописанной судьбы.
— Врешь… — усмехнулась женщина, покачав головой, — Никто не свободен, пока отец жив! — её лицо изменилось, она свела брови вместе и словно пытается что-то уловить, — На мне больше нет его «слова»… это как?
— Твой камень, — кивнула Альбертина, — Мы воссоздали твою плоть из света «Благодати» Алестера. «Свет» испепелил из твоего «камня жизни» ауру Единого. И я так понимаю, что это и было «слово» Всеотца. Дальше, твой камень проходил насыщение божьей энергией. Вы, Первородные, однако не убиваемые создания. Даже после смерти ваши камни способны регенерировать плоть, если их зарядить. Только вот если бы не Алестер и его «Благодать», то нам бы не хватило энергии.
— Хм… — поджала губы Элишь, не сильно–то порадовавшись новости о свободе, — Перейдём к делу?… Что вам от меня надо? Зачем потревожили меня — Великую Элишь?
Я сжал кулаки, положил локти на стол и приблизил серьёзное лицо к центру стола.
— Обмен… мы тебе свободу, счастливую жизнь со своими детьми в новом обществе, а ты укажешь… где Ваня! Точнее, в каком мире переродилась его копия. Когда он тебя убил, твоя сила смешалась с его силой. Твой камень жизни излучает «Созидание» Вани, которым он тебя уничтожил. Ты чувствуешь его силу⁈
Теперь Элишь приблизила лицо к центру стола, прикусила нижнюю губу и жадно вдохнула носом. Словно дикий зверь пытается уловить след добычи.
— Да, чувствую. Как и ты… чувствуешь Арана? — я на секунду побледнел, — Я вижу в тебе частичку силы этого мальчишки. Я помню, как он выжег своей силой моё тело в «Колыбели Единого», ощущения не из приятных… как в принципе и финальный удар «Чёрного Дракона», которым он испепелил мою жизнь и мои силы. Признаюсь, Ваня меня удивил. Такая мощь… она есть лишь у «Асов», — прошептала Элишь последнее слово с ухмылкой, она всё поняла и тут же продолжила диалог, — Понятно! Если ты обошёл «Цикл», и вместе с тобой «Падшие», значит… на пороге финальная битва, и ты хочешь собрать своих умерших друзей воедино, что бы они сразились с «Асами»! Правильно понимаю?
Умна, как Дьявол… ничего не скрыть от неё. Первородная раскрыла план меньше чем за минуту, услышав лишь «цену» за её свободу.
— Вот вы сумасшедшие! — посмеялась Элишь, увидев по нашим лицам с Альбертиной, что она права в своих догадках, — Одолеть «Асов»⁈ Да вы хоть знаете, кто они такие? «Падшие» вам не рассказывали?
— Рассказывали… — кивнул я, — «Высшие» войны Единого, те, кто встали на вторую ступень развития всего живого, охраняя первую ступень, где стоит их отец. Вот что мы знаем.
— Сила их неописуема, — продолжи Альбертина, — Как мы поняли, это особый вид «Истинных Детей». Мы их не встречали, и поэтому у нас нет точной информации об их боевом потенциале.
— И лучше вам их не встречать! — покачала Элишь головой, перестав смеяться, — Они не просто, «особый вид»… они нечто «иное», необъяснимое. Даже отец не понимает, что они такое. Асы, как люди любят говорить, — ошибка «эволюции», которая привела к невероятным последствиям. Таких за 180 миллиардов лет родилось лишь четверо. Они существа, в ком радужный фрукт эволюционировал «два» раза. Понимаете?
— Чего?… — дрогнул мой голос, и я на секунду поперхнулся, — Это как?
— Разве «радужный фрукт» не растворяется в избраннике Царей, когда в его теле смешивается тьма и свет? Ведь так происходит процесс обращения в «Истинного ребёнка» Всеотца.
— Я же сказала, — улыбнулся женщина, — это чудо, которое не объяснить. Став «Истинными Детьми» Единого, через какое–то время им удалось вновь эволюционировать. Никто не знает, как их тела смогли сохранить «радужный фрукт» для второй эволюции. Этот факт просто нужно принять. Его не объяснить, но он есть.
— А что насчёт «Падших»? — решил я задать щекотливый вопрос, — Они за добро? Кто они? Ты знаешь про день «чистки»?
— Я не жила в те времена, когда мой отец истребил их расу. Он практически не говорил о прошлом. Так, мельком упоминал, что ненавидит «свет», и истребит его. Отец к чему–то готовился… ему, не просто так потребовалась армия детей, которые обладают чудовищной силой. К сожалению, мы — Первородные, не были близки с отцом, как это могло показаться. Мы были инструментом. Нам давали указания, и мы их выполняли, так как на большее были не способны. Пока, конечно, в один момент не нарушили закон Единого. Впервые мы тогда ослушались его слова и создали расу «Богов». Это стало пиком терпения Всеотца. Он закрепил за нами твой «Цикл» Алестер, а так же запер нас на безжизненной планете, где мы вечно должны были охранять «Кузню». Это устройство хранилось для отца, в случае, если ему понадобятся новые «радужные фрукты». Любой из Абсолютов в плену отца, его «Благодать», может породить несколько тысяч Царей, из которых прорастёт «Радужный фрукт»… Вот и всё, — она пригляделась к нашим лицам, — Разочаровала? Ожидали иного разговора?
— Значит, ты не знаешь историю «падших»? — решила уточнить Альбертина, на что Элишь отрицательно покачала головой, — Тогда перейдем к сделке. Ты знаешь, где искать копию Вани? «Падшие» сказали, что не могут его найти. Его сила иная… она размывается на фоне всех «Циклов» и теряется во тьме миров. Они не могут его найти… но ты можешь! Твоя сила получила крупицу силы «Черного Дракона». Ты как компас, можешь указать верную дорогу. Так ведь?
— Хм… — призадумалась Элишь и на секунду закрыла глаза, словно пытаясь разобраться в своих внутренних силах, — Допустим, что да… я могу почувствовать Ваню. Могу указать, куда двигаться и навести на его мир. Что взамен?
— Я уже сказал, что мы дадим тебе взамен! — вспухли у меня вены на лбу, — Ты сможешь завести детей. Ты породишь истинное потомство и будешь свободно жить внутри нашего общества! Свобода — вот что мы дадим тебе взамен на твою помощь. Ты ведь всегда этого хотела, разве не так? — стал мой голос серьёзнее, — Если недостаточно, то говори свою цену.
Элишь по–доброму улыбнулась и глянула на мой правый наруч доспеха с изображениями белых линий.
— Я не могла любить… его слово — закон, оно обременяло на смерть всех тех, кого я всем сердцем полюблю. Чем дольше я с ними была, тем быстрее приближался их конец. И да… у меня есть дети! Два моих милых мальчика: Вельзевул и Мефистофель. Больше мне не нужно детей. Достаточно.
Моя правая рука вспыхнула голубым огнём, и в комнате материализовался огненный человек. Его верхнее туловище как у людей: это беловолосый молодой парень с голубыми, чистыми, глазами, на шее чёрные стигматы. Всё остальное его тело состоит из потоков голубого огня.
В глазах Мефисто я впервые увидел неописуемую радость. Он сделал шаг вперёд, но всё же побоялся приблизиться слишком близко к родной матери. Словно он сомневался: «а может ли он к ней прикоснуться?».
Первородная изменилась в лице, она сияла от счастья, а на кровавых глазах возникли горячие слёзы. Они, наверное, думали, что больше никогда не увидятся. Их последняя встреча, стала финалом их истории. Вельзевул и Мефистофель помогли Вани убить свою родную мать. Но у Элишь не было выбора. Она была пленником в руках собственного творца. Но сейчас… оковы сброшены.
Мы с Альбертиной насторожились, увидев как чёрный металл «Кью» на теле Первородной вмиг покрылся трещинами, а следом и вовсе раскрошился, превратившись в пыль. Я резко схватил Богиню за ладонь, остановив её поспешные действия. Покачал головой в разные стороны, без слов попросив её не вмешиваться.
Элишь встала со стула и одним движением разорвала рукава смирительной рубахи. Она начала по–доброму смеяться, протянула руки и положила ладони на щеки сына.
— Мама… — улыбнулся Мефистофель.
Родичи синхронно обнялись, крепко прижавшись друг к другу. Они не могли до конца поверить в то, что всё происходящее вокруг них, взаправду.
Из глаз Элишь покатились слезы, она ощутила тепло своего сыны и его истинные чувства к ней. На Первородной больше нет оков Всеотца. Она свободна, и вправе любить, кого пожелает. Элишь бросила сыновей-огней лишь по одной причине… если бы она осталась с ними, то обрекла бы каждого на неминуемую смерть. Она была вещью в руках безумца. Инструмент для выполнения определённых целей.
Первородная поцеловала сына в щёку, и прижалась к его лбу лицом, пытаясь насладиться моментом как можно больше.
— Где Вельзевул? — вытерла она слезы.
— Скоро вернётся… — дрогнул голос Мефисто, а с его глаз покатились огненные слёзы.
Мы с Альбертиной молчали и Элишь это заметила. Она понимает, что мы ждём её ответа. И она готова его озвучить.
— Спрашиваешь, помогу ли я вам? — села она обратно за стол и сжала кулаки так, что металл в комнате начал деформироваться, а лампочка на потолке мерцать, алые глаза загорелись с такой ненастью, что у меня засвербело в душе, — Я выполняла то, что скажут… была той, кем меня создали: первая «Первородная», верная любящая дочь Всеотца… но на самом деле — обычная вещью. Всё, хватит! С меня довольно!… На мне больше нет его оков! Я свободна!… И признаюсь честно, — Элишь мерзко улыбнулась, её кровавые порезы открылись и на стол упала алая кровь, — Вы не найдете ни в одном из миров того, кто ненавидит «Единого» так, как ненавижу его «Я»! Так что если вы хотите сразить его, я с вами! Я укажу путь, где таиться копия Вани и помогу вам в битве против Асов. Но! — она сморщила недовольно носик, — Никаких цепей и камер!… Я свободна… и если я сказала, что буду за вас, значит так и будет. Даю своё слово, что не предам людей и богов. Главное, выполните своё обещанье. Я хочу жить… по–настоящему. Хочу насладиться временем, и потратить его так, как я сама захочу… я свободна… я больше не вещь…
В голосе Первородной было скрыто столько боли, столько отчаянья, что мне стало её даже жалко. Её маска сброшена. Теперь передо мной сидит настоящая Элишь. И она не так ужасна, как все думали.
Я встал из–за стола и протянул руку в сторону Первородной. Искренне улыбнулся, радуясь за Вельзевула и Мефистофеля. Их семья снова вместе.
— Давай убьём эту мразь… вместе! Мы все станем свободными! Именно поэтому, все мы объединяемся. Единый даже не понимает, что его оковы только укрепили и сделали на всех сильнее. И я клянусь, что ты получишь то, что просишь.
Элишь встала из-за стола и уверенно протянула руку, скрепив наш союз в крепком рукопожатье. Это было начала перемен. Теперь с нами великая, могучая, Первородная Элишь — Богиня Жизни и Смерти. И она поможет мне отыскать одного из трёх умерших друзей.
Скоро я найду тебя… Ваня.
Наступил вечер. Планеты в «Ковчеге» находятся в движенье, как и обычные планеты в солнечной системе. Поэтому свет золотой планеты «Падших» мелькает на горизонте, окрасив облака в тусклый оранжево–золотой свет. В скором времени наступит ночь. И звёзды… ох, это просто сказка. Вид просто невероятный. За счет вечной тяги золотой планеты, и перемещения сквозь вселенные, миллиарды звезд мелькают по небу в вечном движенье. Кажется, что небосвод окутан бесконечным парадом звёзд, что танцуют до первых золотых лучей рассвета.
Рабочий день закончился и люди вышли на улицы, наслаждаясь своим свободным временем. Кто идёт в кино, кто общается с друзьями в парке, кто–то спешит на кружок рисования. Мир живёт привычными, когда–то для человека и бога, красками. Всё так ярко, так хорошо… что кажется сном. Мы восстановили всё очень быстро. Дали людям и богам то, что каждый уже позабыл… нормальную жизнь. И я не отдам Единому их свободу. Я буду бороться за счастье каждого живого существа на «Ковчеге».
На мне коричневый плащ с широким воротником, благодаря которому я скрываю своё лицо. Под плащом чёрный, классический костюм. Выгляжу я в нём представительно, поэтому и закрылся. Лучше мне не привлекать взгляды гражданских, а то я так не дойду до ресторана. Все сбегутся и будут просить автографа или расспрашивать, как там борьба против «Единого». Не хочу говорить о делах. Сегодня я отдыхаю и ужинною с красавицей.
На горизонте мелькает стеклянное здание с огромной красной вывеской:
«Красная Роза»
Самый элитный ресторан на первой планете «Ковчега». Не многие могут себе позволить поесть в подобном заведенье. У каждого гражданского есть зарплата за его работу, и зарабатывают все прилично. Налички нет. Деньги приходят на гаджет — виртуальная валюта.
В кармане завибрировал телефон. Тут же достал устройство и увидел на экране фотографию Евы, когда она упала с лестницы. На её лице поникшая гримаса ожидания, когда её физиономия встретиться с бетонными лесенками. Я тогда не мог поверить, что успел сфотографировать такой нелепый момент.
Принял вызов и прислонил телефон к уху.
— Привет. Как оно? — сказал я с радостным голосом.
— Здорова… ага… здорова… — в ответ угрожающий голос.
Я на секунду замедлил шаг, не понимая, где накосячил.
— Эм… прости? — сказал я это тонким голоском, не понимаю, за что извиняюсь.
— Прости?… Слушай, я же тебе друг?
— Да…
— Ты ведь мне как родной брат, а я тебе как родная сестра. Верно?
— Абсолютно…
— Я ведь твою белоснежную задницу вечно прикрываю. Вечно за тебя горой. Да?… братишка…
Теперь я и вовсе остановился, широко раскрыв глаза.
— Скажи честно, ты где–то сидишь на высотке со снайперской винтовкой и смотришь через прицел в мой затылок?
— Как жалко, что тебя таким не убить… — прошептала она с горячей ненавистью в голосе, — Ты сегодня разговаривал с Элишь… без меня! Ты же поклялся, что возьмёшь меня с собой, когда настанет момент разговора. Ты же знаешь, как для меня это было важно!!! А теперь мне приходиться ждать, пока Амедео и Альбертина освободятся и всё мне расскажут… спасибо, Брат.
Я не успел ответить, как трубку на другой стороне связи сбросили. Мне стало так стыдно, что хотелось провалиться под землю. Как я мог забыть… чёрт, я так воодушевился, что совсем забыл про Еву.
— Вот я идиот! — стукнул я кулаком сам себя по лбу, и недовольно рыкнул, — Она будет долго обижаться… чёрт… ты идиот, Алестер Ламберт! Кретин!
На мои возгласы обратили внимание гражданские. Они застыли, признав меня… уже вижу, как в их глазах вспыхнул огонёк интереса. Сейчас начнется!
Пока в толпе есть просвет, я использовал «Пространством» и добрался до входа в здание ресторана: золотая арка, изумрудного цвета мраморные лесенки и на входе милаха портье в красной шапочке и в малиновом пиджаке. Что сказать, кто-то отдыхает в своё свободное время, а кто-то подрабатывает.
Я поднялся по ступеням, ощущая странный запах гари. Ну да ладно, я уже опаздываю.
Подошёл к портье. Мы мило друг другу улыбнулись, и я протянул ему золотой талон — бронь на столик.
Поделиться книгой: