Он изменил мою жизнь

Глава 4

Вика

Следом за новым боссом ретировалась и Нина Мегеровна, видимо и правда стало стыдно, что её отчитали как нашкодившего ребёнка. Коллеги принялись оживлённо обсуждать, восхищаться и расхваливать новое начальство. Я молча их слушала, допивая свой подостывший кофе. В принципе, согласна с ребятами, кажется, этот Леонид куда лучше, чем Антон Миронович, и под его руководством мы будем процветать.

– Вик, ты что молчишь? – обращается ко мне Машка.

– А что говорить? Пока рано судить, но первое впечатление приятное, – произношу, пожав плечами.

– Если характер такой же, как и внешность, то нам чертовски повезло, – мечтательно говорит подруга.

– Ты, как всегда, – усмехаюсь и отвлекаюсь на вибрацию в кармане униформы. – Чёрт! – срывается с губ, когда вижу имя на экране сотового.

– Опять этот мудак? – спрашивает Маша, и в ответ я только киваю.

– Я пойду домой, – сообщаю, возвращая всё ещё трезвонящий телефон в карман.

– Ладно, если что, ты знаешь куда идти, – произносит, на что я искренне ей улыбаюсь и направляюсь на выход из ресторана.

Сотовый продолжает вибрировать без остановки, и в конце концов я сдаюсь. Прячусь на лестнице, уверенная в том, что гостиница пустует, и ни на кого не наткнусь.

– Что тебе надо? – вздыхаю в трубку.

– Ты чё не отвечаешь? Яйцами обзавелась? – раздаётся насмешливый тон.

– Опять напился, – констатирую, прикрывая глаза и мысленно призывая себя к спокойствию.

– Тебя, вроде как, это не должно волновать, – проговаривает, и на фоне слышно, как щёлкает зажигалка.

– Меня волнует, что ты не приходишь в суд, – уже не помню, в который раз начинаю этот разговор.

– И не приду, – отвечает и шумно выдыхает, судя по всему, струйку сигаретного дыма. – Не видать тебе развода как собственных ушей, – и опять этот насмешливый тон.

– Паш, зачем ты это делаешь? – отчаянно задаю вопрос, чувствуя невероятную усталость, не столько физическую, сколько моральную.

– Просто так, забавы ради, – и всегда один и тот же ответ.

– Что плохого я тебе сделала, чтобы ты так надо мной издевался? – к горлу подступают слёзы, и я шумно сглатываю, не позволяя им скатиться по щекам.

– Всё! Всё говно в моей жизни из-за тебя! – кричит так, что мне приходится убрать телефон от уха.

– Что ты несёшь? – вздыхаю, потому что слышала это уже миллион раз. – Что я сделала не так? Может работала слишком много, чтобы содержать семью из трёх человек? Или всегда решала все проблемы в одиночестве? А может моя вина в том, что я оплачивала твои кредиты? Что я сделала, Паша? – всё же по щекам побежали влажные дорожки.

– Я не просил тебя всё это делать, на работу не отправлял и оплачивать мои кредиты не надо было…

– Боже, ты это всё серьёзно? – вроде слышала это уже, но не могу перестать удивляться.

– Развода я тебе не дам, либо вернёшься ко мне, и не будем разрушать семью, либо жди проблем, – бросает и отключается.

Какой же он козёл. Как я могла разглядеть в нём что-то хорошее? Опустив телефон на колени, я накрываю лицо руками и бесшумно плачу, чтобы хоть немножко легче стало.

– Кхм, простите, – вырывает из транса уже знакомый голос.

Вздрогнув, я убираю руки с заплаканного лица и поднимаю голову. Убеждаюсь, что это новый босс, и чувствую, как начинаю гореть от стыда. Мужчина же без стеснения спускается ко мне и опускается на ступеньки рядом со мной.

– Вы давно здесь? – спрашиваю, шмыгая носом.

– Достаточно, – кивает. – Не хотел мешать, – добавляет, давая понять, что он услышал весь мой разговор.

– Но решили подслушать, – нервно хмыкаю.

Можно, конечно, извиниться, встать и скрыться с его глаз, но я истощена и без сил, ещё пара таких разговоров, и лягу в больницу с нервным срывом. Это была бы слишком большая роскошь, так давно желанный отпуск, но я не могу себе это позволить, у меня есть Ева, и оставить её не могу.

– Каюсь, – произносит всё с тем же каменным лицом, и смотрит на меня изучающим взглядом. – Как вас зовут? – спрашивает, и я могла бы съязвить, ведь не так давно он назвал меня проституткой, но передо мной стоит мой начальник, а остаться без работы сейчас ни в коем случае нельзя, и так проблем выше крыше.

– Виктория, – отвечаю и, поджав губы, забираю протянутый мужчиной платок с инициалами Л.А.

– У вас проблемы, Виктория? – деловито интересуется.

– Не волнуйтесь, на работе мои проблемы не сказываются, – бросаю нервно.

– Я спрашиваю не об этом, будьте добры отвечать на конкретный вопрос, – голос ровный, но стальные нотки трудно не заметить.

– Да, у меня проблемы, но я сама с ними разберусь, – в сердцах отвечаю. – Довольны? – какого-то чёрта добавляю.

– Встаньте, – произносит приказным тоном, сам поднявшись на ноги.

– Что? – таращусь на него как баран на новые ворота.

– Встаньте и пойдёмте со мной, – повторяет, подав мне руку.

Смотрю на раскрытую ладонь с опаской и не решаюсь вложить свою. Встаю самостоятельно и смотрю на нового босса, прикусывая губы, чтобы скрыть дрожь. Мужчина опускает взгляд на мой рот, смущая меня окончательно, особенно, когда я замечаю, как дёргается его кадык.

– Надеюсь, вы не в таком виде пришли из дома, – говорит спустя, наверное, вечность неловкой тишины.

– Упаси господь, – восклицаю и тяну полы платья-халата, но это бесполезное дело.

– Хорошо, – кивает, задержав взгляд на моих ногах.

Все мужики одинаковы. Что Антон Миронович облизывался на наши голые участки тела, что этот Леонид.

– Переодевайтесь, и я жду вас в холле, – проговаривает, ошарашивая меня.

– Зачем? – спрашиваю, не скрывая своего удивления.

– Не люблю повторять дважды, – бросает на меня строгий взгляд, после чего разворачивается и уходит.

Глава 5

Вика

Поднимаюсь из подвального помещения, где у нас находятся прачечная и раздевалка, с надеждой, что за эти пять минут, новый босс забыл о моем существовании, и я смогу тихо сбежать домой. Но куда уж там, Леонид ждал меня в самом центре холла и с неохотой слушал Нину Владимировну. А стоило ему меня заметить, как знаком руки подозвал к себе. Идти к нему не хочется, но не стоит играть с судьбой и злить новое начальство в первый же день знакомства.

– Она уже что-то натворила? – интересуется Нина. – Дроздова, что ты уже выкинула? – обращается ко мне с неприкрытой злобой. – Тебе мало выговоров? Хочешь остаться безработной? В твоем случае это не лучший вариант, не так ли? – затараторила, как курица.

– Нина Владимировна, что вы себе позволяете? – опять у босса наблюдается безэмоциональное выражение лица, и только пугающе спокойный тон выдаёт его.

– Поймите, Леонид Алексеевич, если овец не держать в страхе, они сядут на голову…

– Вы сравнили своих коллег с овцами? – едва заметно прищуривается мужчина.

– Не коллег, а сотрудников, – поправляет начальника, и тот явно не в восторге от этого.

– Подождите моего возвращения, Нина Владимировна, нам придётся с вами побеседовать, – холодно бросает и по-хозяйски обхватает мою талию, подталкивая к выходу.

Опешив, я просто на автомате перебираю ногами, чувствуя, как от прикосновения мужчины по телу побежали мурашки, а сердце забилось беспокойным ритмом.

Что за чертовщина?

– Босс? – на выходе нас встречает один из его охранников.

– Ключи, – всё что произносит, протягивая руку, чтобы мужчина в чёрном вложил в неё маленький пульт с выгравированным кольцом, внутри которого находится знак, больше похожий на флаг какой-то страны.

И не думая убирать с моей талии руку, Леонид ведёт меня к припаркованному у самого входа внедорожнику. Разблокировав машину, открывает пассажирскую дверь и помогает забраться в автомобиль, после чего захлопывает дверь с такой силой, что я вздрагиваю. Пару секунд спустя мужчина занимает водительское место, нажимает на кнопку «старт» и трогается с места.

– Куда мы едем? – спрашиваю, едва он вклинивается в поток машин.

– Домой вас отвезу, – сухо бросает.

– Вы не спросили моего адреса, – произношу и сжимаю ручку двери.

Вопрос дня: чем думала Виктория Дроздова, когда с такой лёгкостью села в машину к совершенно чужому человеку?

– Вбейте в навигатор, – кивает на приборную панель, где встроен экран.

Как послушная собака выполняю, нажав на лупу и написав свой адрес.

– Вы всех сотрудников будет возить до дома? – не выдерживаю спустя минут пять.

– Только тех, кого оскорбил, – голос у него не меняется, оставаясь ровным и без единой эмоции.

– Понятно, – всё, что говорю, понимая о чём речь, и отворачиваюсь к окну, прижав сумку к себе, будто щит.

– Я вас слушаю, – раздаётся в приказном тоне.

– Что, простите? – хмурюсь, посмотрев на него.

– Ваши проблемы, – сухо и конкретно.

– Не думаю, что это хорошая идея, – бурчу, отвернувшись к окну.

– Виктория, я уже говорил, что не люблю повторять дважды, – строгим и раздражённым тоном наконец показывает, что он всё-таки испытывает хоть какие-то эмоции.

– Простите, конечно, не хочется портить отношения с новым начальством, но это не ваше дело, – проговариваю, стараясь чтобы голос звучал ровно.

– Хм, – всё, что прилетает мне в ответ.

Совершаю глупость, когда поворачиваюсь к мужчине, потому что залипаю на него, как собачка на горстку еды. Откинувшись на спинку водительского кресла, Леонид уверено держит в одной руке руль, пальцем второй чешет подбородок, будто о чём-то задумался. Крепкое тело расслаблено, но ткань пиджака натянулась на в меру накачанных руках. Не знала, что мужчина может выглядеть так хорошо в таком возрасте.

Нет, я не знаю, сколько ему лет, но, судя по седине в русых волосах, ему давно не двадцать. На загорелом лице едва заметные морщинки, и то только вокруг глаз, а складка межу бровей, скорее всего, образовалась из-за его хмурости. Чуть полные губы, плотно сжатые, иногда едва заметно дёргаются. Но больше всего привлекают внимание кисти рук с паутиной синих вен, которые становятся ещё заметнее, когда мужчина сжимает руль.

– Если вы закончили, предлагаю продолжить разговор, – раздаётся низкий голос без единой эмоции, а вот я готова провалиться под землю.

Он знал, что я его разглядываю! Какой позор! Что вообще на тебя нашло? Когда ты в последний раз осматривала мужчин с таким интересом?

Лет десять назад, наверное, когда в моей семье всё было хорошо, а впереди меня ждало большое и счастливое будущее. А потом один телефонный звонок разрушил всё. Небо покрылась чёрными тучами, и они свалились на меня тяжелым грузом.

– Зачем вам мои проблемы? Почему я вообще нахожусь в этой машине? – спрашиваю и внимательно смотрю на его профиль.

– Не знаю, я так почувствовал, – отвечает, оставаясь каменным изваянием.

– Как? Решили проверить, правильны ли ваши догадки? – начинаю закипать.

Я устала и физически, и, благодаря Паше, морально. Устала быть сильной, справляться со всем сама, разрываться на сто частей, чтобы везде успеть. Честно, плевать, что новый босс решил записать меня в проститутки только из-за чёртового платья, но какого чёрта он прицепился ко мне?

– Я извинился, – сухо произносит, бросив короткий взгляд на меня.

– Не слышала, – нервно хмыкаю.

– Отвожу вас домой, это уже извинение, – в его тоне снова мелькает раздражение.

– Спасибо, но не лезьте в мою жизнь, пожалуйста, – говорю отчаянно и с мольбой, после чего откидываю голову на спинку и, прикрыв глаза, мысленно считаю до десяти.

Оставшееся расстояние до дома мы едем в тишине, за что я благодарна этому пока что загадочному мужчине. Мне кажется странным, что он вызвался отвезти меня домой. Выглядит он слишком… да в нём всё слишком. Аристократичная осанка, уверенная походка, каменное лицо, равнодушный взгляд. И вдруг подслушивает мой телефонный разговор и решает подвезти меня до дома.

Глава 6

Когда машина заруливает в наш двор, я сжимаю ручки сумки, и готовлюсь покинуть поскорее салон автомобиля, где всё пахнет роскошью. Но забываю обо всём, когда вижу перед подъездом свою Еву и нашу тётю. Что ей опять нужно? Я и так отдала ей всё, что у меня было.

– Чёрт! – срывается с губ на автомате.

– Что? – интересуется новый начальник, напоминая мне, что я не одна.

– Ничего, – отвечаю, прочистив горло. – Спасибо, что подвезли, – бросаю и, едва он тормозит, выскакиваю из машины.

Моё появление не остаётся незамеченным, и, кроме бабушек на скамейке у подъезда, на меня, точнее на внедорожник за моей спиной, обращает внимание и тётя.

– Как интересно, – протягивает женщина с округлёнными глазами. – Вика? – переводит на меня вопросительный взгляд.