Рыжая бестия нарасхват (СИ)

— Ну все, хватит! — высказался Саша. — Хватит галдеть! Дайте парню отдохнуть, чтоб он смог хоть на ногах стоять на своей собственной свадьбе. Пойдем, малыш. Ян, мы приедем завтра, а точней, уже сегодня. Поправляйся, дружище.

Ребята вышли, оставляя нас с доктором решать, как будет лучше.

В больнице я провел еще два дня. Яна, как и хотела, занималась организацией свадьбы. Отец позвонил и сообщил: «Раз ты в порядке, увидимся на церемонии». Признаюсь, у меня наступила очередная переоценка ценностей, а за ней и необъяснимый ступор.

Мысль о свадьбе с нелюбимой девушкой уже не казалась мне такой радужной, но ради ребенка я определенно решил пойти на этот шаг. Даже если в будущем придется пожалеть об этом.

Поведение родителей казалось странным даже для белой вороны, как я. Авария единственного сына оказалась для них недостаточно веской причиной, чтобы нарушить свой рабочий график и наведаться в больницу. И фраза «увидимся на церемонии» начала отдавать неприятной горечью. Другими словами, если я умру не по их графику, на похороны мои они тоже не придут? Я недобро ухмыльнулся своей мысли и попытался прогнать ее из головы. Тем более, благодаря Марине, это было несложно. Она включила заботливую мамочку не только со своими сладкими детьми, но и со мной. Пришла с самого утра и помогала всем, чем могла. Развлекала, болтала без умолку: рассказала все, что произошло в жизни наших общих друзей за последние полгода; кормила, показывала фотографии детей. В общем, делала все, лишь бы веселить меня до прихода Саши.

Когда я глядел на них, меня стыдливо кольнуло легкое чувство зависти. Стало неловко. Я всегда любил своих друзей как родных брата и сестру, которых у меня никогда не было, и очень рад видеть их счастливыми. Но мне тоже хотелось понять, каково это… вот так любить, таять в чьих-то глазах, наслаждаться теплом и желать прожить вместе до последнего вздоха.

Наши отношения с Яной были очень далеки от подобных, и с каждой минутой до меня это доходило все лучше, а на душе становилось холодно и одиноко.

Яна звонила и давала полный отчет о подготовке. Спрашивала советов, которые в конце концов практически не применяла. Из-за больничного запаха, который усиливал ее токсикоз, здесь она появлялась редко. Хорошо, что вспомнила и забрала меня в день выписки.

Работу пришлось отложить, перекладывая ответственность на шустрого помощника, внезапно порадовавшего меня своей хваткой. Он очень хорошо справлялся с обязанностями. Давал успокоение, которого мне не хватало, потому что в голове у меня засела странная мысль и грызла изнутри, порождая еще больше сомнений. Надеясь на то, что отчет об аварии успокоит мою больную фантазию, я даже позвонил нужному человеку, чтоб он посодействовал ускорению процедуры проверки. А покамест я старательно отгонял неприятную догадку: не верилось, что бывший ухажер Яны мог пойти так далеко и организовать мою аварию.

Разговор с Яной об Игоре я решил отложить. Новость о его появлении у меня на работе и той пьяной выходке могли напугать девушку, а это совсем лишнее в ее положении. Но становилось интересно, как она поведет себя, когда увидит его на нашей свадьбе. Они с матерью вместе составляли список приглашенных гостей. И мимо нее не мог проскользнуть факт, что он тоже приглашен на торжество и будет сидеть чуть ли не в первых рядах. В глубине души я надеялся на его понимание, что он вежливо откажется. Думаю, мой отец пережил бы отсутствие любимого крестного сыночка на церемонии. Выносить на общее обсуждение подробности личной жизни не хотелось.

Прошлое не должно портить будущего, если оно будет оставаться прошлым.

Приехав домой, Яна приготовила ужин. Поковыряла салат и снова упорхнула на подготовку к свадьбе, сообщив: «Любимый, я хочу, чтоб все прошло идеально. А потом никто нас не разлучит». Чем лишила меня дара речи.

В такой суматохе и пролетели оставшиеся до торжества дни.

Мы сняли за городом небольшой люксовый отель. Ночевали в разных спальнях, а к обеду запланировали встретиться у алтаря. Все как в американском кино. Родители обеих сторон настояли на своих списках гостей, и в итоге получилось больше трехсот приглашенных. Триста человек! Большинство из которых даже не помнили, как я выгляжу, а многие и вовсе не знали. Все это скорее походило на прием адвокатов и других «нужных» обществу людей, а не на спокойную свадьбу в кругу близких людей, какой мне хотелось.

Хотя! Разве я думал раньше о женитьбе? Яна была счастлива, и этого мне хватало.

Стоя в своем номере, поправляя костюм, я в сотый раз думал, что же мне еще нужно для полного счастья. Я в собственной семье постоянно ощущал себя гадким утенком. Всегда был другим, и привык к этому. Отец часто упоминал, что отсутствие моих амбиций, это как заводской брак, генетический сбой, который, по идее, не должен перейти к моим детям.

В дверь постучали, прерывая ход моей мысли, и я пошел открывать.

— Ну что, жених, ты готов? — спросил друг без особого энтузиазма.

— Если можно так сказать.

— Глядя на твою кислую физиономию, хочется кривиться. Думаю, лимон сейчас бы мне показался слаще.

— Да иди ты! — Я шуточно толкнул Саню в плечо, а дав ему возможность пройти, продолжил возиться с запонками. — Я хоть благодаря свадьбе увижу тебя в костюме.

Я действительно не помнил Саню в официальной одежде, и должен признать, что выглядел он очень статным.

— О да, за это тебе спасибо, — произнес он, весело ухмыляясь. — Не думал, что малыш будет в таком восторге от моего вида.

— Хитрец. — Я посмеялся вместе с ним, понимая, насколько была довольна его жена и как она это выразила.

— Должен сказать, там уже немало народу собралось. Наверное, даже на цыганских свадьбах меньше гостей собирается, — перевел тему друг, зная, что помпезная свадьба была не моей идеей.

— Ты не смей так перед моими пошутить, а то нас обоих отсюда выгонят.

Перестав смеяться над шуткой, я с наигранной строгостью покорил пальцем, в полной мере осознавая, как серьезно и горделиво относятся к гостям мои родители и будущая жена.

— Ну что ты? Буду тише воды ниже травы. Выпить хочешь?

Только сейчас я заметил у него в руках небольшую бутылку хорошего коньяка.

— Нет, прости, я еще обезболивающие принимаю. Боюсь, намешаю и потом сорвусь на какую-нибудь глупость…

— Сбежишь?

— Вот уж, нет уж! Куда мне бежать? А вот послать кого-то со всеми хвалеными почестями — запросто.

— Тогда я выпью за тебя. Не могу с трезвой головой смотреть на то, что ты творишь со своей жизнью.

— Сань…

— Молчу! — прервал он, поднимая руки. — Просто, это серьезный выбор, Ян. Я хочу видеть тебя счастливым. Надеюсь, так и будет. Кстати, что там с отчетом по поводу аварии?

Друг знал о моих сомнениях и тоже посчитал то происшествие более чем странным.

Мы переглянулись. Сильно задумавшись, я ответил, но не совсем веря в свои же слова:

— Чисто. Никакого постороннего вмешательства.

— Значит, случайность, которая никогда не случайна? — продублировал Саня мои сомнения.

— Не знаю, что сказать. Посмотрим, появится ли урод сегодня на свадьбе и как себя поведет.

— Ян, ты, конечно, прости, но ты уверен, что ребенок…

Я понял, к чему он ведет, и быстро перебил его:

— Нет, не думаю, что такое возможно! Яна сильно ругала его и себя. Радовалась окончанию их нездоровых отношений и говорила, что ни за что в жизни к нему не вернется.

Проговорив последнюю фразу, я услышал еще один резкий стук в дверь и отправился открывать.

На пороге стояла мать, если быть точней, мачеха. Будучи молодым студентом, отец женился на очень целеустремленной девушке, и как только они закончили учебу, мама неожиданно забеременела. Из его редких рассказов я узнал, что она не сильно обрадовалась мысли, что ради воспитания ребенка придется отложить карьерный рост. По воле судьбы этого не случилось: она умерла при родах из-за врачебной ошибки. Погоревав, молодой отец через полгода женился во второй раз, а меня отдали на воспитание череде постоянно сменяющихся нянек. Не стоит вдаваться в красочные подробности и объяснять, что менялись они с большими скандалами: практически каждая была поймана за ухаживанием не столько за сыном, сколько за отцом. Не могу сказать, что мачеха меня не любила, проще сказать — она вообще никак ко мне не относилась. Пожалуй, нейтрально — самое подходящее слово для наших с ней отношений. Она всего лишь копировала отношение отца. Если он был рассержен, то и в этом она показывала свое недовольство. Если он радовался, пускай и редко, — она выдавала кислую улыбку. А потом меня отправили на учебу подальше от родных стен, и мы редко встречались.

Но что я могу требовать от женщины, если меня даже родной отец не особо любил? А сейчас наши отношения даже описать трудно. Я его единственный сын и самое большое разочарование! Нарушив традицию передавать профессиональный опыт, я окончательно упал в его глазах.

Да и пофиг! Я давно привык к этому цирку и уже не обращаю особого внимания.

— Мама, — сказал я по привычке, глядя на женщину, совершенно не испытывая какого-либо тепла.

— Ян, — ответила вежливо она, входя к нам с бесстрастным видом.

Мачеха пятидесяти лет выглядела всегда шикарно. По важности ее внешность стояла у нее на втором месте после карьеры. Всегда идеальная прическа, стройная фигура, будто у молодой девушки, и, конечно же, дорогие элегантные вещи знаменитых брендов.

— Что, мальки, уже выпиваете? — произнесла женщина, заметив сидящего в углу друга с бокалом в руках.

Она брезгливо посмотрела в сторону Саши, задержав на нем взгляд лишь на пару секунд. Повернулась ко мне и неестественно выпрямила спину, показывая свою неприязнь.

— Доброе утро, Елена Ивановна, — вежливо ответил друг, не обращая внимания на ее холодный тон и высокомерный вид.

Мне всегда было неловко за то, как родители относятся к моему лучшему другу. У нас было много скандалов по этому поводу. Не понятно, почему они замечают в нем лишь человека «не семейной» профессии и парня из неблагополучной семьи.

— Зашла сообщить: через час ты должен быть внизу. И веди себя подобающе. Сегодня нам удалось собрать здесь очень важных и влиятельных людей. Может, тебе безразлично их присутствие, но твоей будущей жене эти знакомства очень полезны.

От высокопарной постановочной тирады опять возникли сомнения: я оплачиваю свою свадьбу или прием, собирающий адвокатов всей Москвы и не только?

— Как скажете, — выдал я на автомате, уже мечтая, чтоб этот день закончился побыстрей. — Отец здесь?

— Да. Они с Игорюшей встречают самых главных гостей.

Упоминание о неприятном для меня человеке женщина произнесла с обожанием в голосе. От этого я машинально напрягся. Мало того что после нашего разговора он осмелился прийти на свадьбу, так он еще и больше любим и почитаем в моей семье, нежели кто другой.

Интересно, узнай мои родственники о нашем треугольнике, что бы они сказали?

— Игорь здесь, говорите? — спросил я вслух и заметил, как Саня тоже напрягся. Он беззвучно прошевелил губами: «Какого хрена?»

— Да, папе пришлось его уговаривать приехать. У него были какие-то важные дела. Он позвонил твоему отцу и вежливо сообщил об этом, но было бы нехорошо, если бы у него не получилось попасть на свадьбу. Вы же знаете друг друга с детства, можно сказать, вы как братья… двоюродные, — добавила мачеха, понимая по моему перекошенному лицу, что сильно перегнула палку, заявляя о наших близких отношениях.

Глядя на женщину, у меня создавалось ощущение, что я попал в какую-то гребаную сказку. Чувствовал себя чертовым Гарри Поттером — ненужным подкидышем счастливому семейству. Отец не видел меня после аварии, но зато сильно волновался из-за того, что на мою свадьбу не попадет бывший моей невесты. Бред, а не ситуация!

«А-а-а, по хрен!» — мысленно отмахнулся я в очередной раз, встретив полное непонимание семьи. После свадьбы у меня появится собственная семья. Ребенок, которого я буду любить и баловать, как никого другого. Создам свой идеальный мир, а они пускай крутятся в своем важном мирке, в котором, кроме закона, криминала и чьей-то финансовой состоятельности, ничего больше не обсуждают.

— Прости, друг, — было первое, что я сказал, как только дверь закрылась за спиной мачехи, не имеющей желания оставаться с нами и секундой больше.

— Ян, забей! Меня родные родители не никогда любили. Я уж как-то переживу, что твои меня недолюбливают. — Он махнул рукой, показывая, что ему действительно безразлично.

— Да я вообще сомневаюсь, что у нас в семье кто-то кого-то любит, — автоматически озвучил я свои мысли.

— Вот поэтому-то и важно жениться по любви, мой добрый друг! Я же как бревно — неотесанный Буратино — не умею говорить о чувствах, но скажу честно, как могу: если бы не Марина, я вообще бы этот мир видел только в серых красках. Она мое все. Моя малышка всегда была рядом и теплом с любовью несознательно отогревала мою черствую душу. Не будь у меня ее и Аньки, я бы никому в этой жизни не верил и не доверял. Они стали для меня маячком, напоминающим, что меня кто-то любит и что существует настоящая дружба. — Друг сделал новый глоток, продумывая каждое слово. — А теперь у меня есть мои детки-котятки. Ради них и живу! И с радостью осознаю, что вся эта любовь мне досталась за нелюбовь из прошлого. Каждый день смотрю на них и благодарю вселенную за этот охрененный подарок, о котором я когда-то и мечтать не мог.

Слыша глубокую речь от друга, я задумался еще больше.

Санька никогда не был болтливым. Разговаривать о чувствах — совсем не его стиль. Он убежден, что поступки говорят громче слов. А про его безумную любовь к Марине можно книгу написать. Друг поставил свою обожаемую малышку на пьедестал и даже боялся дотронуться, не желая обидеть. Еще до того как они с Мариной все решили в отношениях, я замечал, как Саня по глупости срывался, считая, что его «божество» принадлежит не ему. Убеждал себя, что не достоин ее и она заслуживает быть счастливой… увы, не с ним.

К счастью, все наладилось. Они наконец-то вместе и очень счастливы. Верю, проживут рука об руку много лет.

Когда я вижу такую любовь, приходит осознание, насколько все это странно и прекрасно одновременно. И мне начало казаться, что я смогу испытывать подобную привязанность только к своему ребенку. За все годы ни одна женщина не смогла попасть мне в сердце и пробудить то прекрасное чувство, которое испытывал друг.

— Надеюсь, и у меня скоро будет мой котенок, а мама-кошка наконец-то подобреет, — усмехнулся я, выражаясь его языком.

— Надеюсь, друг, надеюсь! — засмеялся Саня, словно выходя и задумчивого транса.

Глава 8. Ян

Мы поболтали о делах клиники. Я похвастался, что мой помощник справляется гораздо лучше, чем я мог мечтать. Даже пошутил, что, может, возьму его в компаньоны, как когда-то сделал партнер Саши. У парня появится еще больший стимул стараться, да и мне не жалко, если он будет иметь процент от бизнеса.

Время пришло. Сделав обреченный глубокий вдох, я мысленно представил себе балаган, собравшийся внизу. Поймал понимающий взгляд друга, увидел его приободряющую улыбку, и мы отправились в общий зал.

— Совсем скоро я стану семейным человеком, взяв в жены красивую девушку вместе с моим ребенком-котенком, — прошептал я чуть слышно.

— Не ударь в грязь лицом, — строго произнес отец — первое, что он сказал, когда подошел и потянул меня за локоть.

— Вам тоже доброе утро, отец!

— Не паясничай.

— Ох, да что же вы все сегодня взялись учить меня, как себя вести в вашем высшем обществе? — раздраженно выпалил я ему в лицо, ошалев от его беспокойства не о счастливом моменте сына, а о мнении общества.

— Ты правильно подметил! Это наше общество! Ты, по беспечности и не от большого ума, не захотел быть его частью. — Хмуря брови, недовольный отец окинул меня презрительным взглядом и пошел встречать очередного важного гостя.

Хотелось догнать его и спросить, помнит ли он вообще, что я его сын. Но это была совершенно бесполезная и глупая идея. Это как пытаться разговаривать с ушлым политиком, у которого одна мысль в голове: «Все будет либо так, как того хочу я, либо никак!» Поэтому я просто промолчал, не желая портить и без того не радужное настроение, и отошел в сторону.

Поздоровавшись с огромным количеством незнакомого мне народа, я отправился к алтарю, украшенному цветами.

В ожидании невесты я улыбнулся друзьям и их деткам. Аленка была одета в маленькое воздушное платье нежно розового цвета, напоминала сладкую зефирку. Алеша выглядел серьезно и деловито, в таком же костюме, как и у отца. Он смотрел на сестренку, как маленький охранник, желающий уберечь объект своего внимания от любой опасности.

Глядя на детей, я задумался: кого же родит Яна? Первенцем будет сын или дочь? У меня на лице растянулась блаженная улыбка. Какая разница. Главное, что у нас будет ребенок, и я его не оставлю!

Окидывая огромный зал внимательным взглядом, я снова начал хмуриться. Никак не мог найти Игорюшу, и в мое сознание стали просачиваться нехорошие мысли. Не хотелось думать, что он может быть грубым с Яной, если окажется с ней наедине. Я не заметил его среди гостей, и нутро мне подсказывало: этот скользкий гад все же не упустил свой шанс!

Беспокойство росло, и стало стыдно, что я не смог оградить свою беременную невесту от такого человека, как он. А когда через полчаса кто-то зашел в зал, собравший уже всех гостей, и сказал, что невесты нигде нет, мне стало совсем не смешно! Приглашенные начали шуметь: перешептывание превратилось в один сплошной гул. Я напрягся от нехорошего предчувствия. Когда я набирал номер Яны, мне было ясно, что телефон будет отключен, но я все же попытался…

Невесту не нашли даже в подсобных помещениях отеля, и мне все стало понятно без слов.

Бросив строгий взгляд в сторону ничего не понимающих друзей, я подошел прямиком к отцу и прорычал ему на ухо, чтобы нас не слышали посторонние:

— Где Игорь?

— Я не знаю. Он тут при чем? Невеста от тебя сбежала, а ты винишь других?

— Он живет на прежнем месте? — задал я следующий вопрос, не желая разбираться с отцом и с тем, как он защищает крестного сына.

— Да.

Поднявшись в номер отеля, я схватил ключи, документы и собрался поехать по хорошо знакомому мне адресу. У выхода краем глаза заметил маленький белый лист бумаги, сливающийся с таким же ярким постельным бельем на кровати. Подойдя ближе с задумчивым лицом, я медленно поднял листок и увидел на нем лишь одно слово, выведенное красивым каллиграфическим почерком: «Прости».

Хренасе! Что значит — прости? — взорвалась первая мысль в голове. Как можно объяснить эту ситуацию, написав шесть букв?

Было понятно, что Игорь причастен к исчезновению невесты, а вот по своей воле она ушла или нет, мне предстояло узнать при встрече.

Я скомкал лист в маленький комочек, раздраженно кинул его в угол, спустился вниз, сел в машину и поехал домой к братцу.

Рычание мотора послужило лучшим успокоительным и заставило меня думать трезво. На удивление, невеста выбрала отель совсем недалеко от его дома. И только сейчас я задумался, не совпадение ли это? Через пятнадцать минут я подъехал к элитному двухэтажному коттеджу. Ворота оказались открыты, словно приглашая долгожданного гостя заехать на огонек. Оставив машину как попало перед гаражом, я взлетел по ступенькам и постучал в дверь. Меньше чем через минуту Игорь распахнул ее и фальшиво, но дружелюбно улыбнулся, будто ожидал меня увидеть и был несказанно рад моему появлению.