Чёрная книга судьбы

Задолго до описываемых событий.

Странствуя по землям Европы, монах-отшельник, которого люди прозвали «Косой», из-за того, что у него правый глаз сильно косил в сторону. И было не понятно, он смотрит на тебя или куда-то в другую сторону.

Настоящее своё имя, которым его нарекли при рождении, он уже и не помнит. А откликается на своё прозвище, которое к нему прикрепилось, когда он ушёл из монастыря и ударился в странствия.

Останавливаясь в трактирах, тавернах или харчевнях, когда приходил в большой город, монах заказывал себе большую кружку тёмного пива (светлое он не любил) и, уединившись в дальний угол, мог просиживать там по нескольку часов, молча наблюдая за посетителями. А бывает и по-другому: заскачет на пару минут, махнёт, прямо со стойки, залпом полную кружку и убежит, бросив монетку на стойку, не требуя сдачи.

Сегодня «Косой», забежав в таверну «Пират Джо», заказал себе кружку «Эберийского» тёмного пива, оно ему больше нравилось, уселся в дальний угол и, подперев руками голову, о чём-то задумался.

Видя такую печальную картину, «Косой, как поставил кружку с пивом на стол, к ней так и не притронулся, из-за соседнего столика поднялся невысокий мужичок и, обведя полупустой зал пристальным взглядом, словно чего-то опасался, подошёл к монаху.

— Можно мне присесть к твоему столику, мил человек? — пробурчал седой мужчина.

— Присаживайся, — очнулся от услышанного голоса «Косой», подняв на стоящего рядом голову, — место не купленное, так что можешь спокойно располагаться.

Присев на стул, мужчина, взмахом руки, подозвал хозяина трактира:

— Джо, налей-ка мне кружечку (он кинул взгляд на кружку монаха) тёмного.

— Ты тоже предпочитаешь тёмное пиво или …? — забурчал себе под нос монах.

— Да! — перебил его, присевший за стол незнакомец.

— Что-нибудь надо к пиву? — поинтересовался, стоявший у столика, трактирщик, немного склонив голову к левому плечу.

— Нет! — резко отрезал седой, — неси пива и оставь нас!

Дождавшись, когда трактирщик принесёт пива и, поставив его, удалится, мужчина, сдунув в сторонку пену, сделал пару глотков.

Оторвавшись от кружки, но держа её в руке, незнакомец посмотрел на монаха, который так и не притронулся к своей кружке:

— Ты чем-то расстроен, друг мой?

— Отчего ты это взял? — взглянул на соседа «Косой».

— Ты уже долгое время сидишь здесь и не притрагиваешься к своему пиву, — произнёс незнакомец. — Вот я и подумал, может, ты чем-то расстроен или у тебя что-то случилось?

— Нет, нет, уважаемый, не знаю вашего имени, у меня всё хорошо! — скороговоркой выпалил монах.

— Нет, я вижу, что что-то у тебя всё-таки случилось? — вновь спросил седой мужчина и приложился к своей кружке.

— Если честно, — наклонил голову «Косой», чтобы его мог слышать, только сидевший за его столиком мужик, а не все посетители трактира, — то да.

— Расскажи, может, я помогу тебе с решением твой проблемы, которая гложет тебя изнутри, — так же тихо, склонив голову, ответил незнакомец.

— Я вчера вечером, чтобы найти себе место для ночлега, заблудился в трущобах, этого старого города, — начал свой рассказ монах-отшельник. — Блуждая по всем его улицам, похожим на лабиринты, я набрёл на какое-то полуразрушенное здание, как потом понял, когда вошёл внутрь, это была заброшенная церковь.

— Ну и как тебе удалось отдохнуть или всю ночь донимали крысы? — поинтересовался сосед. — Этих тварей очень много развелось в последнее время в городе. Они даже днём не бояться выходить на улицы и шастать, разыскивая себе пропитание. А когда наступит ночь и подавно, от этих разносчиков болезней, нет покоя, — ставя кружку на стол, седой стал поправлять себе волосы, словно они мешали ему говорить.

— На удивление, хотя внутри было много мусора, крыс там не было и в помине, словно они чего-то опасались, боясь заходить в это здание, — продолжил свой рассказ монах. — Но спать мне так и не пришлось в эту ночь.

— Почему? — вновь спросил сосед по столику, уставившись на монаха, прожигая его своим пронзительным взглядом, словно пытаясь прожечь в нём дырку.

— А вот из-за этого, — похлопал «Косой» по своей котомке, в которой что-то летало.

— Что это? — незнакомец перевел свой взгляд с монаха на, старую потрёпанную временем и уже порядочно выцветшую, кожаную котомку, которая тут же лежала на столе.

— Э, друг мой незнакомый, эта та вещь, о которой никому и никогда нельзя рассказывать, а тем более показывать, — придвигая котомку ближе к себе, проворчал «Косой», накрывая её руками.

— Тогда зачем ты затеял этот разговор? — переводя свой взгляд с рук монаха на его лицо, буркнул седой мужичок, пожимая плечами.

— Если я тебе открою эту тайну, — крутанул в разные стороны головой, а потом уставился на соседа, — ты никому не расскажешь?

— Ты во всём можешь довериться мне монах, — кашлянул в кулак седой, — я могила!

Схватив в руки свою кружку с пивом, а потом, вновь опустив её на стол, «Косой» тихо продолжил:

— Как я уже тебе сказал ранее, блуждая по лабиринтам этого города, в который я прибыл всего несколько дней назад, чтобы где-нибудь провести ночь и отдохнуть, размышляя о своей дальнейшей жизни, — я забрёл в заброшенную церковь. Разгребая мусор, чтобы приготовить, для себя, ложе и прилечь, я наткнулся на книгу, завёрнутую в грязную тряпку. Нет, сначала я не понял, что нашёл и хотел уже это отшвырнуть в сторону, но что-то мне подсказало, разверни эту вещь и посмотри. А вот когда я развернул тряпку, то до меня дошло, что в моих руках книга.

Сосед, слушая, о чём рассказывает монах, насторожился, но сидел тихо и помалкивал.

— Получше вглядевшись в то, что обнаружил, среди разнообразного мусора, ведь там не было света, как я сказал раньше, был вечер и на улице уже смеркалось.

Повторяя одно и то же по нескольку раз и перескакивая с одного момента на другой, монах продолжил своё повествование, но перед этим вновь схватил свою кружку с пивом.

— Так я могу продолжить свой рассказ? — поинтересовался «Косой» тихим голосом, кося своим глазом.

— Да, да, я тебя слушаю, — встрепенулся мужичок, почесав голову пятернёй.

Но монах говорить не торопился, а припал к своей кружке и стал глотать большими глотками своё пиво. Пена хлопьями падала ему на руки и сбегала по ним на котомку, которая лежала перед ним.

Осушив за раз пол кружки, «Косой» икнул и, вытерев с небольшой бородки пену, продолжил, как прирождённый рассказчик, то повышая голос, то переходя на шёпот. От этого, слушавший монаха мужчина, половину слов, что выплёскивались с его рта, не мог разобрать, но переспрашивать и перебивать, не хотел.

Поставив на половину опустошённую кружку на стол, монах, покрутил в разные стороны головой, потом посмотрел на соседа и спросил, словно забыл, о чём они вели разговор:

— На чём я остановился, что-то всё вылетело из моей головы?

— Ты начал рассказывать, как нашёл в мусоре какую-то книгу! — выпалил незнакомей.

— Да, да, — спохватился монах, припоминая, на чём он прервался. — Так вот, вглядевшись в то, что развернул и держал в руке, я понял, что это не простая книга, с помощью которой можно разжечь костёр и согреться, а что-то совсем иное.

— Откуда ты это понял? — вставил слово седой мужичок, не спуская своих глаз с монаха.

— Обложка этой книги была чёрной и какой-то шероховатой на ощупь, — стал уточнять «Косой», — она видно была из кожи. Только вот, — на секунду монах замолчал и, переведя дух, продолжил, — обложка была не из свиной кожи. Но это не главное, — схватив кружку, он сделал несколько глотков и, опустив, стал вытирать бородку рукой, смахивая с неё пену, и уж потом продолжил, — меня удивило название этой книги.

— Не томи?! — бросил сосед.

— На чёрном фоне обложки, словно вдавленное в кожу, красовалась ярко-красное название книги. И ты не поверишь, мой друг, что там было написано.

— Ты скажи, может, я и поверю тебе?! — выпалил незнакомец, вновь запустив пятерню в свои седые волосы, лохматя их в разные стороны.

— «Книга судьбы», — тихим голосом произнёс монах и, вновь схватив свою кружку с недопитым пивом, припал к ней, замолчав.

Сосед же, услышав название книги, которая лежала в котомке монаха-отшельника, о чём-то задумался, но больше ничего не стал, спрашивал.

Глава 3

— Хелена, куда мы отправляемся? — взглянул на амазонку Макс, когда они вышли из портала в небольшой пещере.

— По словам того человека, который нанял меня, чтобы я разыскала и принесла ему книгу, — стала объяснять Хелена, осматриваясь кругом, в неизвестной для них местности, — мы должны попасть в город со странным названием Москва.

— Почему странным? — уставился на амазонку Макс. — Если ты не в курсе, этот город столица России, откуда я родом.

— Но ты же говорил мне, что жил в небольшой деревушке, где-то в Сибири.

— Правильно! — ответил Макс, вновь взглянув в лицо Хелене, она всё больше и больше нравилась ему. — Я родился в Москве и закончил там школу, а отслужив в армии, уехал оттуда и поселился в деревне, подальше от городской суеты. Но, как видишь, жизнь повернулась иначе, чем я рассчитывал и планировал. И вот теперь я странствую по чужим мирам, о которых даже и не знал, что они существуют. Я всё время думал, что всё это вымысел писателей-фантастов, ан нет, всё оказывается совсем наоборот.

— Теперь мне стало всё понятно, — улыбнулась Хелена.

— Что тебе понятно?

— Ладно, проехали, как любит повторять Михаил! — бросила амазонка, выходя из пещеры. — Давай пошевеливаться, мы очень далеко от того города, в котором находится книга. Нам топать и топать до него!

— А зачем! — выходя за ней, произнёс Макс, — доберёмся до ближайшего города, купим билеты на самолёт и через несколько часов, будем на месте.

— Что за самолёт? — удивлённо посмотрела на парня женщина.

— Увидишь, а теперь нам надо выбраться отсюда и в каком-нибудь магазине купить подходящую, для путешествия, одежду, — Макс мазнул взглядом на экзотический, скорее сказать эротический, наряд амазонки.

— Чем тебе не нравиться моя одежда?! — резанула Хелена, резко обернувшись на парня.

— Хелена у нас в таком наряде по улицам не ходят, — убирая свой взгляд с выпирающих прелестей амазонки, ответил Макс. — У нас в таком костюме появляются только на маскарадах, а в повседневной жизни девушки носят платья, ну или на крайней случай костюм. Как я уже заметил, ты не носишь платья!

— Правильно! — выпалила Хелена. — При моей жизни, оно мне не подходит, только будет мешаться. В платьях пускай расхаживают знатные леди и барышни, желающие побыстрей выйти замуж, а я предпочитаю кожаные брюки и …

— Кожи не обещаю, — перебил Хелену Макс и улыбнулся, вновь уставившись на амазонку, — но джинсы я тебе подберу. Ты в них будешь выглядеть ещё сексопиль…

— Сейчас ты у меня схлопочешь, за такие высказывания в мой счёт! — перебила Хелена и замахнулась на парня.

— Всё, всё, я молчу, — сделал шаг в сторону Макс, — нам надо пошевеливаться, а то скоро начнёт темнеть, а мы чёрт знает, где находимся. Если мы здесь ещё на час задержимся, то дорогу вовсе не найдём и придётся нам ночь коротать в горах.

Спустившись по небольшой тропинке к подножью невысоких гор, Макс и Хелена вышли к небольшому городку. И только они вошли в него, Макс понял, где они очутились.

— Это Китай! — вымолвил Максим Иволгин, когда Хелена ещё ничего не понимая, где они находятся, уставилась на снующий народ и не обращающих на них никакого внимания, словно они невидимые.

— Где это? — не переставая глазеть по сторонам, поинтересовалась амазонка.

— Мы в стране, которая граничит с Россией, — взял Хелену за руку Макс и привлёк к себе, чтобы её ненароком не задели, и она не пустила вход свои приёмы. — Ты немного промахнулась, при переходе в этот мир.

— Я до этого момента здесь никогда не была, — буркнула женщина, отстраняясь от парня.

— Когда-то всё бывает в первый раз, — подморгнул Хелене Макс. — Сейчас найдём ювелирную лавку или банк, если они здесь есть и поменяем наши золотые монеты на деньги.

— Зачем, ведь золото везде входу?! — бросила амазонка, взглянув в лицо парня. — На него мы можем, купить всё в этом мире, что нам будет необходимо.

— Нет, Хелена! — ответил Макс, отпуская руку амазонки и останавливая, пробегающего мимо них невысокого мужчину.

Объяснив, на пальцах и жестами, что им нужно от него и получив ответ, Макс повёл Хелену по улице в ту сторону, куда указал мужчина.

— Там дальше по улице! — на чисто русском языке, бросил китаец, — вы найдёте ювелирную лавку!

Через пятнадцать минут, несколько раз останавливаясь и спрашивая у жителей, правильно ли они идут, Макс и Хелена подошли к небольшому домику. На вывеске над дверью были нарисованы монеты, а под ними надпись. Прочитать, что там было написано, Максим не мог, как не владел китайским, хотя и бывал в Китае несколько. Но нарисованные монеты говорили, что они прибыли по назначению правильно.

Войдя внутрь, Макс увидел за стойкой не китайца, как ожидал, а пожилого, с седыми волосами, мужчину с европейскими чертами лица. Не зная, на каком языке к нему обращаться. Максим мог бегло говорить на английском, немецком и французском, знал и венгерский, говорить не мог, но понимать понимал. Переминаясь с ноги на ногу, он стал объяснять ювелиру по пальцам, что хочет поменять золото на деньги, показывая на лежавшие у него на руке монеты.

— Что ты от меня хочешь, мужик?! — выпалил на чисто русском языке ювелир.

— Вау! — открыл от удивления рот Максим Иволгин, — вы русский?

— Нет, блин, марсианин, разве не видно?! — бросил седой мужчина и ощерился, показав золотые зубы. — А вы, как в эту глушь попали?

— Долго рассказывать, — произнёс Максим, обводя внутреннее помещение престольным взглядом.