Время, гравитация, любовь и прочие неприятности

Алена Фаверо

Время, гравитация, любовь и прочие неприятности

1 октября

Остался последний земной год и, если не успею найти любовь, миссия обнулиться.

Эта мысль заставляет открыть глаза. Смесь из злости, грусти и обиды накрывает волной. Снова воплотиться? Начать сначала? Отбрасываю одеяло и хватаю халат. Босиком топаю к окну, чтобы открыть шторы и впустить немного света. Рывком распахиваю гардины и морщусь от пейзажа за окном. Новосибирск по-прежнему идеален. Для черно-белых фильмов и ссылки.

Отфильтрованное осенними облаками солнце проникает в комнату и меня обступает эстетика. Вид этого пространства смягчает ощущения от неприятных мыслей. Вот итальянское бархатное кресло, привезенное из Милана. На стене картина Фрейдуна Рассули «Путешествие домой». Испанская доска под ногами, четырехметровые потолки, 120 квадратных метров моего идеального мира.

Горячие потоки воды помогают мыслить рациональнее. Итак, у меня год. Ни одного мужчины, которого бы я могла полюбить. Еще меньше тех, кто мог бы полюбить меня. Протираю запотевшее зеркало. С той стороны моргают зеленые глаза, в обрамлении бесцветных ресниц, крупный нос с веснушками между ними и ничем не запоминающиеся губы ниже. Все это на рыжеволосой голове. Нелепое человеческое тело. Слишком тяжелое, слишком материальное, с коротким сроком службы. После высших миров, эти 185 сантиметров плоти с разными отростками — как отечественный автопром. В начале неполадки с тормозами, потом заводится через раз и покрывается ржавчиной. Очень непрактичное тело. На его содержание уходит половина времени, которое здесь и так тянется, как очередь в женский туалет после спектакля.

Я всегда отличалась от других детей ростом и внешностью. Но никогда из-за этого не переживала. Слишком отчетливо помню другое воплощение, в котором туловище было покрыто склизкими щупальцами, которые росли прямо из головы. Которая одновременно являлась пищеварительной системой. Которая получала информацию через процесс переваривания. Я в прямом смысле думала жопой. Поэтому тело в отражении, кажущееся остальным людям нестандартным, можно считать подарком.

К сожалению, подарок это только для меня. Земляне ориентируются на заложенные местной эволюцией стандарты красоты. Моя внешность попадает только в категорию «на любителя», по версии всех, кто не поленился мне об этом сообщить. И это усложняет поиск партнера.

Хотя, если честно, мне не интересна тема отношений. Как отчет, который надо сдать завтра, но что-то внутри шепчет «еще одну серию». И только за полчаса до конца срока, включается «экстренный протокол». Ощущаю этот вторник не как очередной день рождения, а как последний рубеж. Готовность, смешанная с усталостью, бурлит как гейзерная кофеварка на плите. Вздыхаю всем телом.

Земля с этой ее гравитацией, сменой сезонов и честными выборами — в моем черном списке. Галактика Млечный путь — как село с покосившимся забором. А Земля — палатка в степи. Застрять здесь еще на десятки лет? Тело передергивает ознобом и ложка летит на пол. Гравитация.

Душа приходит в низшие миры, чтобы познать материальность и отделенность. Это иллюзия, но даже я попадаюсь на нее. Как будто сильнее погружаясь в игру.

Мой родной мир — крупнейший центр развития, объединяет 94 измерения и управляет ими. Мгновенная материализация, доступ к любым ресурсам, отсутствие времени. Даже если попытаться объяснить устройство IC 1101, никто здесь не поймет. Для землян это как смартфон во времена викингов. Моя миссия — что-то вроде практики после диплома. Остался один шаг и один год.

Телефон, вибрируя, ползет по столу. На экране высвечивается имя контакта, и я делаю глубокий вдох, как перед прыжком в воду.

— Доброе утро. С днем рождения — обе фразы одинаковым тоном.

— Спасибо, мам — отвечаю, наливая кофе в термо кружку.

— Ты хоть заедешь сегодня? Или, как всегда, работа важнее? — она мастерски выделяет важные для манипуляции слова.

— Я заеду, мама.

— Торт купи, будь добра. Только не шоколадный. И не тот, что в прошлый раз. Где ты вообще берешь такие? — тоном генеральской дочери, которой она и является.

— В магазине, мам.

— В том, что для богатых? Дерут втридорога, а есть невозможно. Лучше сама испеку — без пауз доносится из трубки, пока я надеваю туфли.

— Хорошо, мама.

— А что ты без настроения? Не рада меня слышать? — даже вопросы звучат как утверждения.

— Все хорошо, собираюсь в клинику — шумный вздох на том конце и затянутое молчание. Жалею, что произнесла слово на «к». После упоминания работы всегда следует «притча» о том, как у тети Тамары сын — настоящим врачом стал, хирургом. А психов лечить — разве достойная профессия?

В этот раз лекции нет, видимо, в честь дня рождения. Нетерпеливо звеню связкой ключей, решаю выйти после окончания диалога.

— Ну тебе что, нечего матери сказать? — спрашивает трубка.

— Конечно есть, мам.

— Какая же ты эгоистка — добавляя тяжелые вдохи проговаривает она, — Это в отца. Я тебя такой не воспитывала.

— Да, мама — беру сумку и выхожу — взять шампанского?

— Ой, да не надо мне от тебя ничего.

— До вечера, мам — гудки.

Общаться эта женщина умеет только на языке критики и обесценивания. Она — сенсей манипуляции. Повышенный уровень сложности для прохождения опыта, как босс в видео игре. Только что бы она не сказала — мне «никак». Земля — не мой мир. И все, чего я хочу — вернуться домой, в IC 1101. А прямо сейчас — кофе.

2 октября

Зеваю и убавляю температуру в салоне. Утренние пробки на работу — ад, как на картинах Босха. С чертями и пеклом. Поглаживаю руль и пассажирское кресло. Белоснежный кожаный салон — мой остров эстетики на колесах. А зачем еще нужны деньги? Как просто на Земле создавать доход и как сложно отношения.

Вздыхаю, вспоминая вчерашний вечер с родителями. Каждая поездка к ним — испытание на прочность, голодные игры и Форт Боярд в одном. Отец спокоен или «отключен». Немногословный, но тонко чувствующий, он может поддержать и даже в чем-то понять. Всю жизнь к нему два вопроса: почему стал строителем и почему женился на этой женщине. У нее, как у воды, три состояния: она обвиняет, она страдает, она недовольна. Самый сложный, самый невыносимый и самый близкий для меня человек на Земле. Женщина, давшая жизнь этому физическому телу. Хотелось бы испытывать хотя бы благодарность.

Моя миссия завершена на 94 %, из которых пять — любовь с мужчиной, а последний — связь с матерью. Не знаю, что из этого сложнее. У нее только один трек на повторе: «Амалия, пора замуж и детей. Амалия, с таким характером ты никому не нужна. Амалия, ты эгоистка и проживешь всю жизнь в одиночестве». Припев: «Никчемная дочь». Ни финансовая стабильность, ни профессиональные успехи ее не волнуют. Все хорошее во мне для этой женщины скрывается в тени патриархатных представлений. Как бы я не пыталась, этот 1 % стоит на месте уже несколько лет. И пока неясно, «боссом» в конце уровня окажется любовь мужчины или любовь матери.

В моем кабинете светло и пахнет маслами. Лаванда, мята, цитрусовые — сейчас смешались и по очереди «выпрыгивают» как пестрые цветы из полевого букета. Ароматы — в моем чарте сразу после эстетики. Это то, что делает прибывание здесь почти выносимым.

Снимаю пальто и как ритуал, подхожу к панорамному окну. Осенним пятном внизу раскинулся парк вокруг самого большого в России Оперного театра. В студенчестве я ходила на балет и оперу каждую неделю. Билеты на бельэтаж можно было купить в день спектакля и стоили они 200 рублей. Я училась смотреть и слушать открытым сердцем, чтобы тело звенело изнутри, как камертон. Чтобы до мурашек, до слез, до дрожи. Искусство, музыка, творчество — общение на уровне сердца. И занимает почетное третье место в моем рейтинге спасения от скуки земной жизни.

Четвертое место — книги. Хорошие книги, написанные душой, а не желанием славы и денег. В моем мире есть что-то похожее на чтение, только происходит это интенсивнее и быстрее. Скорость информации там выше скорости света здесь. Но состояние от прочтения истории, послевкусие и легкая эйфория от мира, в который погружаешься — тоже есть. Через одно прикосновение можно узнать миллиарды историй целой цивилизации. И одни саги увлекательнее других.

На полках дубового шкафа за моей спиной, собраны только научные труды. Но разве нельзя их считать историями? Они про путь тех, кто пришел на землю, чтобы лечить и тех, кто выбрал более сложную миссию пациента.

Стук прерывает мои рассуждения. Дверь медленно открывает женщина лет 30. Из-за роста, а может манеры держаться, она выглядит, как скромная старшеклассница. При этом опрятное платье сидит по фигуре, в руках брендовая сумка прошлой коллекции.

— Добрый день! Можете присаживаться — улыбаюсь я и жестом показываю на черные кожаные кресла посередине кабинета.

За час беседы выясняю, что Елену беспокоят бессонницы, потеря аппетита и вялость. Это длится уже год, витамины, диеты и спорт не помогают. Депрессия. Многие обеспеченные клиенты вздрагивают на этом слове и стараются от него защититься. Но ни наличие денег, ни «прекрасный муж», ни «самые лучшие дети», не являются репеллентом от заболеваний. Психика человека — сложнейший механизм, который изучен меньше, чем космос. Уровень вашего мира в целом — первоклашка на лекции «Энтропия вселенной».

Выписываю Елене антидепрессанты, объясняю, что это безопасно. Уверяю, что они не вызовут привыкания, а просто помогут мозгу быстрее восстановиться. Помечаю важность здорового сна, хорошего питания, медитаций и прогулок. Почему-то многие люди ищут ответы в карме и ретроградном меркурии, а не в нарушенном режиме и постоянном напряжении. Назначаю Елене встречу через 4 недели и прощаюсь.

Скукота.

В этой клинике такой ценник, что прийти могут только те, у кого депрессия, выгорание или тревожность. Хотя, есть несколько постоянных с увлекательными историями о шизофрении и биполярном расстройстве. А самый любимый — пациент с онеройдом. Он директор крупного завода, но периодически выпадает из этой реальности, словно расщепляясь и попадая в другую. Мужчина продолжает осознавать себя здесь и одновременно перемещается по вселенной. Его душа — словно совершает скачок, частично оставаясь на земле. Для меня этот пациент — как волшебное зеркало, или радио, через которое можно узнать о последних новостях.

«Жду тебя на Орджоникидзе, 31». Большими буквами «СРОЧНО». Сообщение от моей единственной подруги освещает экран. Задерживаю взгляд на вечере, проглатывающем город. Сумка, ключи, телефон. Может показаться, что я обычная земная женщина. Но в отличии от остальных, я помню свои прошлые воплощения и миссию на Земле. Иногда даже могу «видеть» прошлые жизни другого человека и его задачи здесь. Общение с Олей началось именно так. Я увидела ее душу, ядро того, кем она является на самом деле. За обесцвеченными наращёнными волосами и ярким макияжем скрывается свет, который девушка не осознает. На этой планете она во второй раз и снова, чтобы направлять. Она учитель, который сможет помогать менять пути душ, которые воплотились в неблагополучных условиях. Но пока Оля не приближается к своему предназначению, а движется параллельно ему. Поэтому и страдает. Эта простая и добрая девочка из деревни верит, что станет счастлива, когда выйдет замуж за богатого мужчину. Но синхроничность не помогает в получении того, что не является задачей души.

Адрес отеля Marriot мне знаком, это одно из самых любимых мест города. Плюс находится совсем близко к клинике. Нужно пройти через парк Оперного театра, свернуть чуть левее и передо мной огромные окна, гнутый витраж, кованные ограждения, фасадные скульптуры. Трехметровая Гестия, богиня домашнего очага. Барельефы по мотивам сказок Пушкина. Мне красиво.

Новосибирску всего 120 лет, он не избалован архитектурными шедеврами. Город развивался в постреволюционный период и застроен, в основном, брутальным бетоном. Остальная часть — потрескавшийся и обвалившийся сталинский ампир. Если бы не условие оставаться в локации рождения, давно бы уехала в Эдинбург или Прагу.

Оля сидит за дальним столиком у окна, как кукла Барби, красивая и напряженная. Светлые волосы волнами укрывают спину, обтянутую трикотажным платьем. На ногах, как всегда, изящные туфли с длинными шпильками.

— Привет, подружка! С прошедшим днем рождения! — приветствует она и встает, чтобы обнять.

— Это тебе — протягивает блондинка небольшой пакет. Заглядываю внутрь и не сразу распознаю содержимое двух коробочек. Тушь и помада. Красная помада?

— Амачка, тебе очень пойдет — нежно мурлычет Оля и одаривает меня детским взглядом из-под пышных ресниц — немного туши, яркие губы — будет супер — с энтузиазмом поясняет она, снова устраиваясь в кресле.

— Спасибо, Оль — как можно искреннее благодарю я. И убираю пакет в сумку. На дне замечаю три гигиенички — единственное, что я использую из косметики.

— Ты за рулём? Может шампанского? — игриво предлагает подруга.

— Давай в другой раз. Я буду кофе — высматриваю официанта, чтобы сделать заказ. — Так в чем была срочность? — спрашиваю, заметив, что один из парней в белых рубашках заметил мою поднятую руку.

— Слушай, сегодня в магазин заходила такая пара. Он — просто с обложки, высокий, голубые глаза, типаж Джейкоба Элорди. Весь в луи и прада, прикинь. Но самая жесть — лохушка с ним. Просто ни о чем. Корни отросшие, ногти без маника, сумка сикей за десятку. И фейковые сен лоран в ушах. Я стою такая, че вообще происходит?

— Может она интересна ему как личность — предполагаю я, поняв из рассказа только слова по-русски.

— Какая там личность? Женщина должна выглядеть богиней и чувствовать себя богиней, потому что без энергии «инь» мужчина не сможет раскрыть свой потенциал — решаю не спорить, ведь когда человек верит во что-то, реальность подстраивается. Веришь ли ты в то, что тебе помогает или в то, что вредит — это и будет истиной. В мире почти не существует объективности. Даже то, что доказано сейчас, завтра может быть опровергнуто. И наоборот. Все зависит от восприятия.

— Оль, а почему встреча была срочной? — решаю просто вернуться к вопросу.

— Ну так я и говорю. Пока лохушка была в примерочной, мы с ним поболтали. Он мне так улыбался. Ну знаешь, не просто улыбка, а такая, с намеком. Запал, по-любому. Потом позвонил кто-то и он так специально громко сказал, что встреча сегодня в восемь в этом рестике. Ну я такая, типа намек понят. Прикинь. Может это судьба — просияла Оля и отпила коктейль. Это очередная история об удивительной встрече с потенциальным мужем. Меня могло бы это раздражать, но каждый раз, когда я смотрю в ее серые глаза, вижу образы будущего, где она по-настоящему счастлива. Окруженная искренними улыбками детей, девушка обретет себя. И мужчина ей для этого не нужен. Отношения, как и деньги, никого не портят и не улучшают, только усиливают и обнажают то, что и так было.

А я даже не знаю, что может открыться во мне. Никаких длительных привязанностей на этой планете со мной не случалось. И теперь за год нужно создать то, о чем мне даже говорить скучно.

— Оль, а где вообще знакомятся с мужчинами? — подруга давиться коктейлем и закашливается.

— Прикол. Первый раз от тебя слышу в одном предложении слова «мужчины» и «знакомиться». Ты что вдруг, решила стать женщиной, а не роботом? — изучающе смотрит блондинка.

— Просто мне почти 30 — искренне вздыхаю я и отпиваю молочную пену из большой кружки. Оля словно ищет на моем лице признаки сарказма. Но там только серьезность и, может быть, усики от кофе. Вытираю губы салфеткой и повторяю вопрос. Подруга с энтузиазмом придвигается ближе и включает тон учителя.

— Клубы, бары, рестики. Но для этого нужно выглядеть как черничный кекс. — поднимаю брови. — Аппетитно — поясняет свою метафору Оля и продолжает с большей энергией.

— Еще спортзалы, бассейны и автосервисы, но не обычные, а где тюнингуют машины. Горнолыжные курорты. Бутики. Автосалоны — читая растерянность в моих глазах, подруга на секунду прерывается — Но можно через приложение — с ноткой разочарования добавляет она.

— Приложение — звучит отлично — удовлетворенно откидываюсь на кресле, радуясь, что нашла подходящий вариант. Учитывая график работы, конференции в других городах и мою нелюбовь к людям в целом, онлайн общение кажется правильным выбором. Конечно, ради миссии я готова на все, но зачем все, если можно проще. Займусь этим завтра же. Вряд ли это займет много времени.

3 октября

Потенциальный муж Оли так и не пришел. Она сказала, что ей «пофиг», но было видно, что расстроилась. Словно в шарике стало меньше гелия. Наверно, так выглядит постепенная потеря надежды и веры в себя. Или мужчин. Или мир. Или все вместе.

И моя поддержка неуместна так же, как воодушевлённое «ты справишься», сказанное многодетной матери-одиночке молодой студенткой. Лучше просто быть рядом.

Итак, регистрация в приложении для знакомств. С глубоким вдохом поднимаю голову вверх и мысленно обращаюсь к моим наставникам на IC 1101. Что это за миссия такая? Нет бы поручить управление государством или создание шедевров живописи. На худой конец, блогером могла бы стать или летчиком-испытателем. Любовь к другому человеку — это познание через отсутствие. Вечная душа — это свет и радость. А природу любви можно познать только в мире с иллюзией ее отсутствия. Какая же я душная. Это все из-за сложностей мыслительного процесса через слова. Скучаю по старой доброй телепатии. В моем мире нет языка в том понимании, какое вкладывают земляне. Есть символы, архетипические энергии, состояния материи, направленность, свет. Отвлеченная рассуждениями, скачиваю и открываю приложение. Имя, возраст — пока все логично. «Цель знакомства» — нужно выбрать один или несколько пунктов. Ставлю галочку напротив «отношений». Морщусь, замечая строчку «брак, создание семьи». В образовании отмечаю «ученая степень». И зависаю на вопросе «расскажите немного о себе». Одно слово — это «немного»? «Психиатр». Звучит одновременно как достижение и угроза. Пожалуй, так и оставлю.

Фотографий у меня ровно пять. Одна для обложки научного журнала, остальные — для программ конференций. Ни одного селфи. Видео только с пейзажами. Помнить, кто ты на самом деле — и дар, и проклятье. Я с детства живу как старая, душная бабка. В три года рассуждала о природе времени, в пять — изучала английский, для поступления в институт. Гулять, играть, фантазировать — некогда, если срок ограничен.

Готово. Амалия, 30 лет, Новосибирск. Психиатр. И мое веснушчатое лицо в обрамлении медных волос. Предчувствие хорошее, может быть, получится вернуться домой даже быстрее срока.

10 октября

«Хочешь ночевать иногда вместе?» — первое сообщение в списке непрочитанных, и я снова нажимаю «удалить», даже не открывая.

«Кто ты по знаку зодиака?». «Почему такая бомбита скучает?». «Приезжай ко мне». Удалить. Удалить. Удалить.

За неделю я нажала эту кнопку чаще, чем хотелось бы.

Моя внешность «на любителя» здесь никого не отпугнула, видимо, собрались исключительно любители. «Психиатр» в описании тоже не сработал и был удален после пятнадцатого вопроса «че в натуре психиатр?».

Я отсматривала карточки с фотографиями, читала анкеты и отвечала на вопросы. Уже к третьему дню повальных грамматических, стилистических и пунктуационных ошибок, стало казаться, что проверяю сочинения «как я провел лето». Обычно терпимая даже к коллегам, произносящим «фобИя», я стала отправлять в бан за «что бы», когда это подчинительный союз.

Наливаю в бокал бархатного баролло, которое полюбила после поездки на винодельню Тосканы. Из гостиной доносится джаз с характерным потрескиванием пластинки. В распахнутые двери балкона заползает осенний вечер. Почти классика моей жизни, если бы на белом диване дожидалась книга, а не телефон с открытым приложением.

Шесть непрочитанных. Первое — с пожеланием доброй ночи от Станислава, 38 лет. На фотографии крупный мужчина в кожаной куртке, рядом с мотоциклом. Ну допустим. Открываю раздел «о себе».

«Жизнь это книга и каждая страница это прожитый день который мы проживаем, и переживаем каждый день начинаем заного как бы перезагружать но в внутри себя мы надеемся на лучшие (не пытайтесь найти эти слова где-то это мои слова)».

Намек на философию. Как вообще можно написать слово «заного» при наличии встроенного автокорректора?

Речь человека — отражение его мышления. Перечитываю еще раз слова, которые как заботливо предупредил Станислав, принадлежат только ему. Но безуспешно. Не понимаю. Делаю большой глоток вина и снова жму «удалить».

30 октября

Первый снег выпал сразу крупными хлопьями. Даже пятна грязных фонарей выглядят романтичнее. В чем эта магия замерзшей воды?

Паркую машину и выхожу на хрустящую улицу. Мимо проходит женщина с девочкой лет 5. Девочка хохочет и ловит снежинки. Укутанная в шарф, она не может двигать шеей, поэтому поворачивается всем телом, круглым от количества одежды. Чувствую, как на щеки наползает улыбка.

— Добрый вечер, Амалия Александровна — обращается ко мне знакомый мужской голос.

— И вам, Виктор Сергеевич — оборачиваюсь, чтобы поприветствовать хозяина голоса, шестидесятилетнего бомжа. Точнее сказать, человека без прописки, потому что у него даже место жительства есть. Виктор Сергеевич интеллигентный и добрый старичок, доктор физико-математических наук. Его судьба как роман о большом успехе и еще большем поражении. Восемь лет он живет в подвале соседней пятиэтажки. Всегда вежливый, но не навязчивый, зимой чистит снег, весной сажает цветы, летом подметает. С подстриженной бородой и в опрятной одежде, старик больше похож на смотрителя маяка, чем на сибирского бомжа.

— Вы сегодня задумчивы, Амалия Александровна. Или мне показалось? — с улыбкой спрашивает он.

— Задумчива, Виктор Сергеевич.

— Что бы там не было причиной, дайте этому второй шанс — шутливо и легко произносит голос из бороды. Шорох метлы удаляется вместе со стариком. Второй шанс?

А ведь последнюю неделю я почти не захожу в приложение для знакомств. В лифте жму кнопку с цифрой 9 и достаю телефон. Нахожу спрятанную от коллег и других любопытных глаз иконку. Десять сообщений. Внимание привлекает незнакомая аватарка. «Валентин подмигнул вам». Перехожу в профиль Валентина. Брюнет с телом музейной скульптуры. В графе о себе «лирический герой». Интересно. Лифт открывается на нужном этаже. Спешно бросаю вещи в коридоре и думаю, что написать Валентину. Лицо кажется приятным, он точно высокий и у меня появилось предчувствие, что в это раз будет встреча.

«Не умею подмигивать. Ни здесь, ни в реальности. Поэтому просто привет» — перечитываю дважды и отправляю. В животе разливается странное, но приятное ожидание и волнение.