Помоги проекту - поделись книгой:
Лариса Ена
Тринадцатая
Несмотря на то, что на улице было довольно морозно, в самой лаборатории было тепло и душно. Практически бесшумная работа исследовательских приборов лишь иногда прерывалась щелчками и писком считывающих устройств.
— Ну что там? Как обычно, тишина? — Олег Алексеевич Кукушка, заместитель начальника лаборатории НПКО, энергичный мужчина сорока семи лет, со скучающим видом взглянул на монитор.
— Тишина. Висит, подлец, не реагирует ни на что, — со вздохом ответил Джейк Сандерс — представитель от Африканских республик, в расслабленной позе сидевший в офисном кресле.
— Уже девять месяцев торчим тут, а толку никакого, — буркнула младший научный сотрудник по контактам Маша Соснова, бросая на кипу документов карандаш. — Хоть бы знак какой подали. Висит этот корабль в своем защитном поле, как в коконе. Может там все померли? Может его как-то вскрыть?
— Мария Сергеевна… Машенька, — Олег Алексеевич с иронией посмотрел на сотрудницу. — Вы еще молоды, поэтому не понимаете некоторых вещей. Вот скажите, если бы вы прилетели на неизвестную и, возможно, враждебную к вам планету, вы что, сразу бы вышли в ожидании букета цветов? Или сначала осмотрелись?
— Так сколько на нас смотреть-то можно? Мы уже чуть ли не танцы с бубнами устраиваем для них на смотровой площадке, показываем, какие мы миролюбивые и умные, а они не реагируют. Могли бы каким-нибудь огоньком на обшивке мигнуть, мол, видим, товарищи, ваши старания, но пока боимся.
— Наука о происходящем в космосе, рыбонька моя, предполагает долгие сроки в ожидании результата.
— Да понимаю я это всё. Просто страсть как интересно поглядеть, что они из себя представляют. Сколько у них глаз, есть ли крылья… Весь мир в напряжении, а они засели там…
— Шеф, вас к начальнику вызывают, — прервал их разговор Джейк, переговорив по рации и показывая начальнику пантомиму, как ему на шею набрасывают веревочную петлю.
— О, Валерьевна решила изобразить бурную деятельность, очередное собрание ни о чем. — сразу скис Кукушка. — Ладно, вы тут ежедневный отчет доделайте за меня и отправьте в штаб. Ну, все как обычно, радиационный фон в норме, видимых изменений на объекте не произошло и бла-бла-бла, всё по шаблону.
Войдя в кабинет начальника лаборатории, Кукушка кивком головы поприветствовал собравшихся за большим овальным столом и сел на свободный стул, отметив про себя, что в этот раз на совещании присутствовал начальник штаба — Турин Станислав Петрович, неприятнейший человек, не доверяющий никому на свете.
— Итак, коллеги, продолжим. — Александра Валерьевна неосознанно поправила пропуск, висящий на шее. — Как вы знаете, попытки выйти на контакт с объектом пока не увенчались успехом. Защитное поле, окружающее космический корабль, не изменило радиационный фон на территории и не повлияло на окружающую среду…
— Александра Валерьевна, — неожиданно прервал ее Турин, — думаю, эти факты давно известны всем присутствующим. — Давайте ближе к делу.
— Эммм, — Александра Валерьевна дернулась, как от пощечины. — Простите, Станислав Петрович. В общем, в виду того, что объект не проявляет активности длительное время, финансирование некоторых лабораторий урезали, поэтому нам придется сократить штат.
В кабинете раздался возмущенный ропот присутствующих.
— Позвольте, — пожилой мужчина дрожащими руками поправил очки с толстыми стеклами. — Но ведь доходы от туристов, желающих посмотреть на объект, а также членские взносы представителей разных стран, поступают в этот самый бюджет. Куда же деньги деваются?
— Вольдемар Олегович, давайте не будем разводить демагогию. Это не моя прихоть, а указ сверху. Принимать решение о сокращении тех или иных сотрудников будем коллективно, исходя из здравого смысла и руководствуясь справедливостью.
— Ага, твои-то родственнички и лизоблюды тут точно останутся, — тихо пробормотал Олег Алексеевич, с неприязнью глядя на начальницу.
— Вы что-то сказали? — Александра Валерьевна холодно посмотрела на своего зама.
— Я говорю, что всё правильно, нужно оптимизировать расходы и убрать лишних людей, — Кукушка широко улыбнулся, изображая искренность.
— Вот и славно. К четвергу подготовьте мне списки тех, без кого наша лаборатория вполне сможет обойтись. Уверяю, это временная мера. В любом случае…
Неожиданно в кабинет без стука вошел молодой человек и, торопливо подойдя к Турину, что-то взволнованно прошептал ему на ухо.
Начальник штаба изумленно вскинул брови и, обведя взглядом присутствующих, взволнованно произнес:
— Господа, объект активировался…
Новость быстро облетела всех и вся. Началась невообразимая суматоха: журналисты выстроившись перед квадрокоптерами с камерами, перекрикивая друг друга, сообщали о произошедшем. Толпы любопытных зрителей в едином порыве стали скандировать, держа плакаты с приветствиями над головой. Ученые и военные, бегали по полю, активируя оружие и исследовательское оборудование. Весь этот переполох вызвала появившаяся череда бегающих огоньков на корпусе инопланетного корабля.
— Началось, — одновременно со страхом и восторгом произнесла вслух Маша, чувствуя, как у нее отчего-то задрожали руки.
Она, как и несколько миллиардов жителей планеты Земля, наблюдала, как дно инопланетного корабля словно пошло волнами, а затем несколько деталей в виде пластин отъехало в сторону, обнажая бездонную черноту. А потом появился белый луч, шедший из глубин корабля до самой земли. Сначала он был тонкий, словно нитка, потом, постепенно расширяясь, стал в диаметре около десяти метров, освещая достаточно большую площадь.
В очередной раз, ахнув от изумления, люди наблюдали, как плавно и величественно в этом луче к земле плывет серебристая сфера, сияющая огоньками, как рождественская елка.
— Надеюсь, там не бомба, — к Маше подошел Джейк, заботливо накидывая ей на плечи короткую шубку. — Ты выскочила в одном халате. Замерзнешь!
— Спасибо, я даже не заметила, — поблагодарила девушка, не отрывая взгляда от сферы, которая опускалась всё ниже. — Не может быть там бомба, хотели бы, давно бы нас уничтожили.
Как только сфера приземлилась, луч из корабля погас, а сам он вновь стал похож на висящую в небе гору. Несколько военных осторожно приблизились к сфере, вытянув перед собой приборы, определяющие уровень радиации. Маша и Джейк слышали в рации у рядом стоящего мужчины, что солдаты передают, что, судя по показателям, пока все нормально.
— О, господи! Там ребенок! Человеческий ребенок! — вдруг раздался удивленный возглас солдата, который подошел почти вплотную к космическому объекту. — Он живой!
К сфере экстренно были направлены машины с медработниками, специалистами по внеземным цивилизациям и военный грузовик. Заглянув через прозрачный иллюминатор, прибывшие действительно увидели лежащего внутри крепко спящего малыша, который во сне причмокивал и чуть шевелил крохотными пальчиками.
С помощью лебедки сферу поместили в грузовик, который повез драгоценный груз в медсанчасть.
Турин лично присутствовал при изъятии ребенка из сферы, которая, надо сказать, довольно легко открылась. Стоя за защитным стеклом, он наблюдал, как медики, облаченные в защитные костюмы, осторожно достают младенца и помещают его в специальный бокс.
— Слава, что думаешь? — обратился к своему начальнику его заместитель, Олег Исаевич Рыжиков, так же наблюдавший за процессом.
— Думаю, что у нас проблемы, — чуть помедлив, ответил Турин. — Это какой-то хитроумный план вторжения. С данной минуты объект с инопланетного корабля переходит под юрисдикцию военных. Вся эта научная братия должна мне докладывать об этом… ребенке… каждый час.
— Считаешь, что один детеныш может погубить человечество?
— Не смешно, Олег. Мы даже представить не можем, на что способно это существо и зачем его прислали. Кто знает, быть может он заражен смертельными вирусами, которые выкосят весь род человеческий. Нет уж, эта тварь должна быть под нашим контролем.
К военным подошел один из врачей, участвовавший в осмотре ребенка.
— Станислав Петрович… Это обычный ребенок. Мужского пола. Ему где-то месяц, если считать по земному.
— В смысле обычный?
— Мы осмотрели его, сделали сканирование, взяли анализы. Он ничем не отличается от земного дитя. И ДНК тоже человеческое.
— Ничего не понимаю, — Турин хмуро смотрел через стекло на плачущего малыша, вокруг которого суетились врачи. — Почему он орёт?
— Так есть хочет. Сейчас техники подключат аппарат и накормим. Ну, я пошел обратно.
Подождав, пока врач вернется в бокс, Турин повернулся к Рыжикову:
— Ну, есть какие-то мысли?
— Если честно, я в растерянности. Зачем нам присылать идентичного нам? Может, таким образом, они хотят показать, что настроены на дружбу? Мол, смотрите, мы вас понимаем, кто вы и что вы.
— Ага, а может хотят показать, что знают нас, как облупленных и запросто могут распределить своих шпионов по всей планете. Ты представляешь, с их техническими возможностями, они могут запросто подменить наших детей на их. Эти псевдо-дети вырастут, попадут во власть, узнают все наши секреты и всем жителям Земли наступит трындец. Будь моя воля, я б уже сейчас начал готовиться к вторжению, а не сопли бы жевал, как эти ученые. Я уже подал рапорт на увеличение бюджета для разработки более мощного оружия, чем то, которое у нас есть на данный момент.
— Может ты прав, а может и нет. В любом случае, на данный момент мы можем только ждать. Да и президенты всех стран выступили за то, чтобы наблюдать за малышом. Всем интересно, что из этого… ребенка… вырастет.
Маша подошла к Джейку и положила перед ним на стол небольшую коробочку, перевязанную ленточкой.
— С днем рождения! Вот, небольшой презент тебе.
— О, спасибо! — Сандерс расплылся в улыбке. — Очень приятно! Кстати, слышала последние новости по ящику?
— Ты про то, что по всему миру объявились мамашки, которые утверждают, что ребенок с космического корабля их сын, которого похитили из утробы?
— Ага.
— Да просто жаждут своей минуты славы, вот и придумывают. Любой тест ДНК подтвердит, что это не их ребенок. Пусть зарабатывают на интервью, взахлеб рассказывая свои истории, нам не жалко. Не удивлюсь, если половина из них вообще не были беременными.
— Малыш спит?
— Да, была у него минут пятнадцать назад. Такая славная крохотулечка. Кстати, его решили назвать Адам.
— Опа! Как первого человека в раю?
— Я б его Алешкой назвала… Хотя, Адам в данной ситуации ему и правда подходит. Жалко малыша, ведь он всю жизнь в лабораториях жить будет под прицелами камер. Еще эти военные вечно рядом крутятся, у меня от их вида волосы дыбом встают. Всё готовятся, вдруг у Адама хвост появится или рога.
— Мы не дадим его в обиду, — успокоил девушку Джейк.
Александра Валерьевна, вместе с остальными сотрудниками, с тревогой и любопытством смотрела на инопланетный корабль, по обивке которого вновь забегали огоньки.
— Интересно, что нам выдадут в этот раз, — пробормотала она на ухо своему заму.
— Может щеночка? — нервно хихикнул Кукушка. — Ну а чего, от них всего можно ожидать.
— Смотрите! — Александра Валерьевна схватила его за рукав, — снова низ корабля разъезжается в стороны! Господи, что же сейчас будет?
Под изумленные возгласы, появившийся луч из корабля вновь аккуратно доставил на землю блестящую сферу. Один из военных, прибывший первым, сообщил по рации, что внутри находится ребенок.
— Еще один? — Олег Алексеевич растеряно потер подбородок. — Что всё это значит? Именно в этот день месяц назад прислали Адама.
— Не знаю.
Сферу привезли в медицинский блок и, открыв люк, поместили ребенка в медицинскую поддерживающую капсулу для обследования.
— Это девочка. — Александра Валерьевна, ознакомившись с первичными документами, передала планшет заму. — Обычный ребенок, без каких-либо отклонений. У меня вообще нет ни одного предположения, зачем инопланетяне это делают. На что они нам намекают?
— На нашу беззащитность. — к говорившим подошел Турин. — Нужно что-то с этим делать. Какие планы на этих существ у научного сообщества? Когда будете проводить опыты и вскрытия?
— Станислав Петрович, побойтесь Бога! Какие вскрытия? Это обычные дети, а не ящерицы. Соглашусь, возможно это клоны, созданные продвинутыми технологиями инопланетян, но это младенцы, которые могут только есть, спать и испражняться.
— Потом, когда вырастут, будет поздно, — Турин фыркнул и пошел в бокс, самолично взглянуть на младенца.
— А если мы сейчас отправим малышей в поликлинику, для опытов, то представители внеземных цивилизаций сочтут это актом агрессии и бабахнут по нам со всей дури, — запоздало ответил Кукушка и, тяжело вздохнув, отправился в свою лабораторию. Появление младенца предвещало бессонную ночь с построением графиков и отправкой бесконечных отчетов в вышестоящие инстанции.
Имя девочке из сферы даже придумывать не пришлось: раз есть Адам, будет и Ева. Малыши лежали в разных комнатах, обвешанных многочисленной аппаратурой, в специальных капсулах, под постоянным видео-наблюдением и контролем врачей. Оба ребенка физически были здоровы, чувствовали себя хорошо и с интересом разглядывали пришедших к ним людей.
Маша, оторвавшись от экрана, на котором можно было наблюдать за медицинским боксом с младенцами, улыбнулась и повернулась к Кукушке:
— Олег Алексеевич, а что с ними будет дальше? Они же не могут вечно в капсуле быть.
— Думаю, как проведут все необходимые исследования, их переведут в лабораторию в Питере, а может и в Москву. Вся их жизнь обречена на бесконечное наблюдение, как за зверями в клетке.
— Какой кошмар, — Маша всплеснула руками. — Но ведь это бесчеловечно! Что подумают о нас те, кто сидит в космическом корабле! Я уверена, что детей нам дали специально, чтобы наблюдать за нами, как мы себя с ними поведем. И если, как вы сказали, их будут всю жизнь держать в клетке, не думаю, что нас примут за разумных существ.
— Мария Сергеевна, это не нам решать, — Кукушка пожал плечами. — Там, наверху, лучше знают. Мы с вами люди подневольные: сказали наблюдать, мы и наблюдаем. За нами контроль похлеще, чем за младенцами. Один Турин чего стоит со своими подозрениями! Ох и нахлебаемся мы еще от него.
Турин обвел тяжелым взглядом присутствующих на совещании. Сидящие за столом поеживались и растеряно переглядывались.
— Итак, господа, — наконец начал он. — В течении всего года, в одно и то же число, с космического корабля нам спускают сферы с детьми. Их уже двенадцать! У кого-нибудь есть идеи, зачем их присылают и когда это кончится?
Поделиться книгой: