Семья волшебников. Том 3

Та, к счастью, ничего не слышала, она задувала свечи на торте. Целых девять свечей! Дети почтительно расступились — в прошлом году Астрид дунула с такой силой, что сожгла какой-то девочке брови, и та рыдала, пока Снежок все не исправил.

— Не спеши так с решением, — сказал Совнар Лахдже. — Счет в Банке Душ никому еще не помешал. Пользоваться необязательно, он просто будет про запас. Нулевка.

— Нет, — снова отказала Лахджа. — Вырастет, сама решит.

Она размышляла, рассказать ли Совнару про бутылку и кукурузину, спрятанные в особо секретном, защищенном сверхнадежными печатями сейфе. Лахджа с Майно так и не решили, что делать с Лаиссалной и Оошоной.

Наверное, все-таки стоит рассказать. Совнар ничего не знает про охоту на Лахджу, пленные демоницы проговорились, что Хальтрекарок запретил ему говорить. А значит, Совнар был бы против.

— Знаешь, Совнар, недавно Хальтрекарок выдал неограниченный кредит некоторым своим женам… — уклончиво произнесла Лахджа. — Чтоб ни в чем себе не отказывали. Ты знаешь что-нибудь про это?

— Так вот откуда эти утечки?! — аж вздыбился рыжий кот, перестав даже поедать пирожное. — А откуда ты об этом знаешь?

— Ну-у-у…

Совнар выслушал Лахджу с тяжелым взглядом. Хальтрекарок в этот раз умудрился оставить своего бухгалтера в неведении, и тому это совсем не понравилось.

— Суть Древнейшего, — подергал усами рыжий кот. — Лахджа, ты как магнит для неприятностей.

— Ну это ты загнул, — отмахнулась демоница. — Ты ведь знал, что я раздражаю его, и все равно ходил в гости.

— Пока что больше не буду, — озабоченно произнес Совнар. — Я, похоже, на краю — еще немного, и Хальтрекарок меня заменит.

— Какой у тебя глубокий вывод.

— Если он специально сказал этим клушам, чтобы не говорили мне… я вышел из доверия, Лахджа. Это очень плохо для бухгалтера.

— И что мне…

— Нет, — перебил Совнар. — Ничего мне не говори. Вообще не смотри на меня. Мы сейчас оба в дерьме, Лахджа, и я буду с этим дерьмом разбираться. Я выясню, что там планирует на твой счет Абхилагаша, и пришлю тебе весточку, это все, чем могу помочь.

И он растворился в воздухе. Лахджа вздохнула с легкой грустью. Ожидаемо, конечно. Совнар все-таки демон, в ущерб себе он помогать не станет, но и на том спасибо, что обещал выяснить про Абхилагашу.

А про Лаиссалну с Оошоной она даже и спросить не успела. Что с ними делать-то в итоге?

Ладно, успеется еще. Незачем омрачать праздник.

Он был в самом разгаре, кстати. Торт исчезал на глазах, а дети икали от шипучего лимонада. Вскоре блюдца и стаканы опустели, гости стали глядеть по сторонам в поисках развлечений — и как раз в этот момент к столу подошел Майно.

— Астрид Дегатти, сегодня тебе исполняется девять лет, и я обязан передать тебе то, что веками хранилось в нашем роду, — торжественно произнес он.

— Меч! — аж взвилась Астрид.

— Нет, меч мне на заказ сковали, и его тебе пока рано, — разочаровал ее папа. — Карту сокровищ.

Астрид, уже хотевшая расстроиться и поднять бунт, осеклась. Карту… сокровищ?!

— Сокровищ?! — взволновались и другие дети.

— Именно, — достал из кошеля ветхий пергамент папа. — До того, как здесь поселились первые Дегатти и вообще волшебники, в Радужной бухте была пиратская стоянка. Давным-давно легендарный пират Хег Чернозубый — его так звали, потому что он никогда не чистил зубы, — зарыл где-то здесь сундук с легендарными сокровищами, и только он, он один знал то место, где сундук лежал!

— Но он нарисовал карту! — выкрикнул орчонок Гуга.

— Но он нарисовал карту, — подтвердил мэтр Дегатти. — А потом он неожиданно умер, и карта сокровищ досталась его друзьям, которые тоже потом неожиданно умерли. А потом, много лет спустя, эту карту нашли наши предки, и с тех пор каждое поколение Дегатти пытается найти по ней сокровища… но карта зашифрована, и за тысячу лет это так никому и не удалось.

Дети уже жадно изучали карту. Даже тринадцатилетний Кланос принял все за чистую монету, слишком уж серьезный и таинственный вид был у мэтра Дегатти.

Но, конечно, никакого Хега Чернозубого никогда не существовало. Это Лахджа придумала для дочери деньрожденный квест. Они с Майно вместе нарисовали карту с подсказками, придумали серию испытаний и спрятали в лесу сундучок, набитый шоколадными монетами в золотой фольге и леденцами в форме самоцветов.

— Я не уверена, что хочу брать эту карту, — опасливо сказала Мамико. — В этой истории слишком много неожиданных смертей. Что если сокровища прокляты, и мы тоже неожиданно умрем?

— Трусливая гартазианка, — презрительно бросила ей Астрид, хватая карту.

— Я не гартазианка, — возразила Мамико.

— Трусливая негартазианка, — не стала спорить Астрид, надевая на глаз повязку. — За мной, моя команда! Вы что, хотите жить вечно?!

— Да! — отозвался Копченый.

— К чему это, если можно умереть во имя мое?! — толкнула его в грудь Астрид. — Впере-е-е-ед!

Пихаясь и спотыкаясь, из калитки вывалилась целая орава детей. Их глаза жадно горели, они наперегонки мчались к первому упомянутому на карте ориентиру — одинокой иве, что между двух троп на пути к пляжу.

— Какая древняя ива! — восхищался Зубрила, поправляя очки. — Я и не знал!

— Земля Мистерии полна загадок и чудес, — напыщенно сказал Кланос, тоже поправляя очки.

Астрид ревниво посмотрела на своего извечного врага. Кланос закончил второй курс Клеверного Ансамбля, а завтра пойдет на третий. Он уже немножко умеет колдовать… совсем немножко пока, но все-таки он, можно сказать, волшебник, и он тут самый старший, так что может оттянуть на себя верховодство…

Но нет. Никогда, пока она в этой повязке. Это Капитанская Повязка, и в ней она воистину Астрид Беспринципная, ужасная и прекрасная королева пиратов, но больше прекрасная. Никакие Кланосы ее не оттеснят.

— Здесь какая-то тайна! — воскликнула Уберта, когда они прибежали к старой иве. — Куда держим курс, капитан?!

— Я читаю! — провозгласила Астрид. — Это шифр! Тут сказано — от ивы меж двух троп сделайте триста шагов на север, а потом двадцать шагов на запад! Там скажите волшебное слово… и ждите.

Заспорили, кто будет отмерять шаги. Шаги хотели отмерять все, но у Кланоса они были длиннее всех, а у Вероники и младших гоблинят — короче всех.

— Я именинница, так что шаги должны быть мои! — настаивала Астрид.

— Нет, пират Хег Чернозубый не был девятилетней девочкой, — снисходительно поправил очки Кланос. — Он был взрослым мужчиной. Так что шаги должен отмерять тот, кто здесь ближе всех к взрослому мужчине. Я.

— У меня длинные ноги, поэтому я пойду, — с нажимом сказала Астрид.

Но Кланос уже считал шаги, глядя на свои часы с теневым компасом. Вот подлец!

Ничего не поделаешь, пришлось следовать за ним. Астрид только не выпускала из рук карту, потому что на ней еще много указаний, так что без нее Кланос ничегошеньки не найдет.

— Двести девяносто восемь, двести девяносто девять, триста! — горделиво отсчитал Кланос. — Теперь… поворот на запад!

— Курс на запад! — прокричала Уберта. — Лево руля!

— Хорошо справляешься… навигатор, — похвалила Кланоса Астрид. — Капитан доволен тобой.

Они пришли на берег реки. Немножко совсем не хватило — если бы у Кланоса были подлиннее ноги, он бы точно намочил свои щегольские туфли с загнутыми носами. Тут тоже росли ивы, а еще березы и осины. Астрид встала под той осинкой, куда почти врезался на последнем шагу Кланос, торжественно откашлялась и как можно отчетливее воскликнула:

— Снип-снап-снурре-базелюрре!

В ветвях захлопали крылья, и донесся раскатистый глас:

— Кр-ра-а, вы пр-роизнесли волшебное слово, и я…

— Матти, это ты? — нахмурилась Астрид.

— Нет, кр-ра-а, я пр-ризр-рак попугая пир-ратского капитана Хега Чер-рнозубого, и вы пр-ризвали меня волшебным словом, кр-ра-а!..

Вероника подергала Астрид за штанину и шепнула:

— А давай я самого Хега Чернозубого призову?

— Это мы оставим на случай, если нормально ничего не найдем, — шепнула в ответ Астрид. — Не призывай пока никого, ты — наша Скрытая Армия.

Вероника кивнула, чувствуя себя очень важной, и выпятила губы, чтобы лицо стало как можно серьезнее.

— Слушайте загадку, кр-ра-а!.. — выкрикнул призрак пиратского попугая. — Что за дом стоит в лесу? Без двер-рей и без окон, птичьим сделан топор-ром!

— Это легко! — сказал Копченый. — Дупло!

— Это мой праздник, — засопела Астрид. — Почему все лезут вперед капитана?

— Потому что капитан — ничто без своей команды, — сказал Зубрила. — И лучше быть капитаном красавцев и гениев, вроде нас, чем ничтожных чечпоков, у которых только капитан не совсем уж ничтожный.

— Да! — воскликнула маленькая Люмилла.

Астрид не могла не признать, что мысль окиренно здравая. Так что она торопливо скомандовала разбежаться по округе и искать дупло, пока команда не начала делать это сама.

Здесь было еще редколесье, но деревьев все равно хватало, так что поискать пришлось. Но в команде Астрид Хладнокровной было целых шестнадцать кровожадных пиратов, и они обшарили все вокруг, никого не щадя, не оставляя выживших.

— Дупло-о-о-о!.. — разнесся по округе крик Уберты.

— Что ты орешь?! — завопила еще громче Астрид. — Вдруг нас услышат враги?!

— Какие враги? — растерялась Уберта.

— Агенты Зла! Они повсюду!

— Думаешь, агенты Зла — враги пиратов? — презрительно усмехнулся Кланос.

— Они друзья таким… плохим пиратам! А мы благородные пираты!

— Какая чепуха, — фыркнул Кланос.

— Чепуха?.. — прищурилась Астрид. — Именно так сказал бы… агент Зла!

Через некоторое время, когда агента Зла Кланоса успешно разоблачили и привязали к дереву, Дибдель предложила:

— А теперь давайте жечь ему пятки!

— Не по-настоящему! — задергался в путах Кланос. — Убери зажигалку, Вероника!

После допроса и серии пользительных пыток щекоткой агента Зла Кланоса простили, перевербовали, приняли обратно в команду и развязали. Гуга, Дибдель и Копченый вперегонки залезли на дерево и копались там в дупле, а остальные вырывали друг у друга зажигалку Вероники.

Это была поистине кудесная зажигалка! Она каждый раз вспыхивала огоньком нового цвета, причем даже такими цветами, как белый, серый и черный!

— Она наверняка демоническая! — важно сказал Кланос. — Я знаю, нас на ПОСС учили, от нее скверной несет.

— Да ты на Венколор поступил, — фыркнула Астрид. — Ты чо, художником будешь, что ли?

— Вообще-то, да, — выпятил губу Кланос. — Я всегда хорошо рисовал. А теперь я буду рисовать волшебные картины. Хочешь, тебя нарисую?

— Нет!.. а хотя… ты хорошо рисуешь?

— Я на Венколор поступил. Уж в приемной комиссии-то знают, хорошо ли я рисую.

Астрид задумалась. Иметь собственный портрет от художника-волшебника… даже если он Кланос… не, ну фу, конечно, это же Кланос.

Но если он хорошо рисует… это хотя бы отчасти смягчит его бесконечную вину перед ней. Сделает его менее гоблинным.

— Давай, — смилостивилась Астрид.

— Тут написано, что надо идти на запад! — крикнул сверху Копченый и свалился с дерева, едва не сбив Кланоса.

— Т… аккуратней!.. — отряхнулся чуть не упавший Кланос. — Ты же эльф! Чего ты двигаешься, как тролль?!

— Извините, мэтр Пордалли, я оступился, — очень официально сказал Копченый.

Кланос хотел и дальше бухтеть, что эльфы сейчас какие-то никчемные пошли, но его мгновенно задобрило обращение «мэтр». К нему так уже можно обращаться, потому что он учится в Клеверном Ансамбле, но на самом деле к школярам так не обращается никто. Для взрослых, даже неволшебников, он еще не очень-то мэтр, а для детей вообще просто Кланос, а иногда даже вонючка очкастая.

Он вдруг осознал, что он теперь и правда мэтр, вообще-то. Практически взрослый. Нет, конечно, он еще не настолько взрослый, чтобы не играть в поиски клада, но все-таки он уже умеет немножко колдовать…

Записка, найденная в дупле, выглядела очень старой. Потертая, подпаленная по краям — сразу видно, что ее положили сюда аж тысячу лет назад. И да, в ней говорилось, что надо сделать двести шагов на запад, а потом еще сорок на север, а там найти родник и сказать волшебное слово.

Это было нетрудно. Родник нашли быстро и сначала все вместе из него попили, потому что вода была чистая, прозрачная и такая холодная, что зубы заломило. Тут были уже земли дяди Олиала, и Астрид немного заволновалась, потому что если клад найдется здесь, то придется либо делиться, либо безжалостно прикончить дядю Олиала.

— Снип-снап-снурре-базелюрре! — сказала она, наклонившись к роднику.

Вода забурлила, и оттуда высунулась рыба с кольцом в зубах. Она положила его прямо в ладошку Астрид, вильнула хвостом и уплыла. А девочка осталась смотреть на серебряный ободок, на котором виднелись крохотные буковки.

— Вверх по реке пойдешь — больше загадок найдешь, — прочла она. — Путь сей опасен и полон невзгод — только бесстрашный добычу найдет.