Кэри Даль. Тайна Морей

Анна Норд

Кэри Даль. Тайна Морей

— Зеленую фасоль, Уинстон, и, пожалуйста, свари кофе, мне придется еще поработать сегодня, — сказала Кэри, когда дворецкий зашел к ней в кабинет узнать, что леди предпочитает на ужин.

Кабинет Кэри был огромным. Располагался он на втором этаже правого крыла особняка и из большого окна, разделенного рамами на маленькие прямоугольники, открывался вид на чудесный сад. Ровные ряды аккуратно подстриженных кустарников освещались желтым светом фонарей на высоких столбах. Стеклянные плафоны были замкнуты в причудливой формы канделябры. За пирамидальными кронами деревьев виднелись, также освещенные фонарями, высокие кованые ворота, от которых к главному крыльцу вела розоватая гравийная дорога. Работая у себя в кабинете, Кэри всегда могла видеть, кто приехал в поместье.

Она встала из-за стола и открыла окно. Свежий весенний ветерок принес запахи первых цветов, пение вечерних птиц и звуки падающей воды в фонтане. В желтом свете вода сверкала, подобно драгоценным камням, и выглядела совсем теплой, хотя вечера еще были довольно прохладными. Кэри прислонилась плечом к оконной раме и любовалась водой, которая создавала уютную атмосферу, дарила душе спокойствие и тепло. ”Какая разная бывает вода” — подумала Кэри и вернулась на рабочее место. Сложив ноги на столе, на котором в относительном порядке лежало множество папок, книг, разных канцелярских предметов и даже стоял электронный микроскоп, она откинулась в мягком кресле и задумалась.

Итак, на курорт Келибия в Тунисе внезапно обрушился шторм, в результате чего погибло около двухсот человек, а так же были разрушены все постройки на набережной. Конечно, они не отличались прочностью, так как были сделаны в основном из гипсокартона, бамбука и тростника, но все-таки… Главное, что в метеосводках не было никакой информации об изменении погоды и всю неделю на Келибии должно было светить солнце. Хотя, солнце и так светило, шторм не сопровождался ни грозой, ни дождем, ни, даже, ветром. Просто с моря в считанные секунды пришли огромные волны, как будто вдоль берега пронесся гигантский моторный катер, и смыли с пляжа ничего не подозревающих людей, у которых просто не было время на то, что бы убежать. Конечно, это могло быть последствием землетрясения. Но случилось это неделю назад, а позавчера в археологическом музее в Набеле появился новый загадочный экспонат, что давало почву для сомнений по поводу землетрясения. Это был размером со слоновий бивень и такой же изогнутой формы, серебряный клинок без рукояти. По всей его длине с одной стороны тянулись загадочные руны и узоры, а с другой он был инкрустирован драгоценными камнями, размером с грецкий орех, и невиданными морскими раковинками, и только самые края клинка были остро заточены. Разглядывая фото этой вещицы в газете за завтраком, Кэри почувствовала, что она ей что-то напоминает. Полдня Кэри бродила по дому как неприкаянная, пытаясь вспомнить то, что почти стерлось из ее памяти, пока в голове не возникло имя Циатей.

Вскочив на Стритфайтер, Кэри помчалась в британскую библиотеку на Юстон — роуд. От ее особняка в Суррее до Лондона было около сорока километров. Библиотека работала только до шести часов вечера, поэтому пришлось поторопиться, что бы успеть найти нужный материал. А ждать до завтра тогда, когда на старую загадку могло пролиться хоть немного света, не было никакого терпения.

Отыскав в электронной базе библиотеки имя Циатей, отбросив все лишнее, Кэри заказала около десяти книг. В основном, авторы лишь вскользь упоминали о мореходе и богатом торговце Циатее, судно которого попало в шторм у берегов Туниса и затонуло в начале 16 века. Но Кэри знала, что должно быть что-то еще, что-то важное. Ведь недаром Циатей запомнился ей еще с Уимблдонского Университета.

Только в пять часов вечера, Кэри, наконец, наткнулась на книгу, в которой были опубликованы отрывки из журнала боцмана. Журнал этот был найден вместе с другими вещами с корабля после его крушения, которые выбросило на берег. Но так как для местных жителей он не представлял никакой ценности, то был попросту выброшен, найден снова в 19 веке и отправлен в музей в Сусе. Оттуда уже были сделаны копии сохранившихся страниц и опубликованы в книге Александра Фаля, который изучал торговые отношения между Африканскими и Европейскими странами. Циатей заинтересовал его тем, что перевозил из Африки в Европу рабов. Времени на то, чтобы как следует изучить дневник боцмана не оставалось, тогда Кэри отсканировала книгу и вернулась домой.

После ужина она вернулась в кабинет и снова уселась в свое любимое кресло. Уинстон шел за ней следом с подносом и теперь расставлял на столе чашку с блюдечком, сахарницу и кофейник с горячим ароматным кофе.

— Спасибо, Уинстон.

— Не засиживайтесь допоздна, леди.

— Если все окажется так, как я думаю, то завтра я отправлюсь в Тунис.

— Я забронирую вам билет в первом классе, леди, — ответил дворецкий спокойным тоном, привыкший к постоянным путешествиям Кэри. Он относился к ней, как к дочери, но как никто другой умел контролировать свои эмоции.

Кэри налила кофе в маленькую чашечку и поднесла ее к губам.

— Спасибо, Уинстон, спокойной ночи.

Тем временем на улице совсем стемнело. На небе все ярче разгорались звезды. В кабинете горела только настольная лампа, и свет внутрь попадал из-за спины Кэри, из окна, от уличного освещения. Длинные полки из черного дерева с книгами, толстыми папками, коробками и различными инструментами, терялись в сумерках у дверей кабинета. Это были большие тяжелые двустворчатые двери с ручками в виде ящериц. Посередине комнаты лежал тяжелый ковер неправильной формы цвета охры с красноватыми пятнами, похожий на шкуру какого-то животного. Возле одной стены стоял большой полосатый диван и квадратный стол — куб из того же дерева, что полки и стол. Напротив дивана в стену был вделан камин. Зимой огонь в нем Кэри поддерживала все время, пока находилась дома. Слева от камина стену закрывало полотно с гербом семейства Даль. И это было не просто украшение или дань традициям — за полотном находилась потайная дверь, за которой начинался узкий коридор. По нему можно было попасть в семейный тайник где хранилось различное оружие, а также все самые ценные вещи и артефакты, найденные отцом Кэри и ею самой.

Кэри достала из рюкзачка папку с копиями страниц книги Александра Фаля и начала перелистывать их, пропуская ненужную информацию. Наконец, подошла очередь дневника боцмана. Вначале шли рисунки. Вот эти-то наброски и видела Кэри, когда училась в Уимблдонском Университете! Трудно было рассмотреть то, что изображал боцман несколько веков назад в своем блокноте, который побывал и в морских волнах и под землей, но нельзя было не увидеть сходства между его рисунком и фотографией из утренней газеты. Одна форма, один и тот же стиль инкрустации. Конечно, нужно было посмотреть на оба предмета вживую — на рисунок и на клинок, для чего Кэри и собиралась лететь в Тунис.

Города Сус и Набель располагались совсем рядом друг от друга. В музее Суса находился блокнот боцмана с рисунком загадочного клинка, а в Набельском музее и сам клинок. Кэри не терпелось скорее увидеть его своими глазами, потому что события, происходящие при его появлении, делали его совершенно необычным предметом старины.

Из частичного перевода дневника моряка, который присутствовал в книге Фаля, и из собственных познаний древних языков мира Кэри узнала, что этот клинок попался в рыбацкие сети Циатея. А следующая запись была о приближающемся шторме без ветра. Это была последняя исписанная страница дневника, так что можно было сделать вывод, что как раз этот шторм и был последним для Циатея и его команды. Клинок, виновник крушения, канул в море вместе с кораблем.

В газете же писали о том, что драгоценный клинок был найден дайверами на дне моря как раз перед штормом. Молодые люди успели добраться до берега на моторной лодке и едва не попали под волну, но спаслись. Они продержали находку у себя несколько дней, но потом все-таки решили отдать ее в музей.

Итак, выходило, что как только загадочный артефакт появлялся на свежем воздухе, море бунтовало и что-нибудь топило. Скорее всего, дайверы нашли его как раз там, где затонул корабль Циатея, и это был один и тот же клинок, но это еще следовало выяснить.

После утренней разминки, Кэри зашла в офис Люка, который располагался на первом этаже, буквально прямо в холле и был отгорожен от него перегородкой из пуленепробиваемого стекла.

— Привет Кэри! — сказал Люк, не оборачиваясь, он увидел ее отражение в своих многочисленных мониторах. — И зачем это Уинстон разбудил меня в такую рань?

— Затем, чтобы мне не пришлось тащиться в твой трейлер самой. Ты же не простишь меня, если я снова наступлю на одного из твоих бесполезных роботов.

— Кэри, эти бесполезные роботы частенько спасают тебе жизнь! Не в прямом смысле они, конечно, а их, так сказать, старшие братья.

— И так же частенько я попадаю в затруднительные положения из-за неполадок твоих “старших братьев”…

— Я же экспериментирую! А экспериментов без риска не бывает…

— Хорошо, твоя взяла. А сейчас мне нужно, чтобы ты подготовил мне камеру со сутниковой связью для подводной съемки. И ничего лишнего, не надо, что бы эта камера сама подползала к моей кровати утром или напоминала о твоем дне рождения, в тот момент, когда я сижу в засаде…

Кэри всегда пила шампанское в самолете после авиакатастрофы в Гималаях, вкоторой она смогла чудом выжить. Сначала полеты были для нее настоящим испытанием, а потом она научилась относиться к ним с сарказмом и, как-будто, отмечала шампанским свое пренебрежение к опасности и собственному страху.

В Тунисе стояла настоящая жара, что было особенно неприятно после комфортных плюс пятнадцати по Цельсию в Суррее. Кэри сняла свой теплый плащ еще в самолете и спускалась по трапу уже только в светлых коротких шортах, белой майке и спортивных сандалиях. Забрав чемодан в багажном отделении, Кэри взяла такси и отправилась в отель Клеопс, номер в котором забронировал для нее Уинстон сегодня утром.

До вечера было еще довольно много времени и чтобы не терять его впустую, Кэри сразу же отправилась в Набельский археологический музей, который располагался в центре города, возле вокзала. Людей в музее было достаточно много, виной тому, скорее всего, был новый и хорошо рекламируемый экспонат.

Кэри, не торопясь, обошла несколько залов и вскоре нашла то, зачем приехала. Но что-то заставило ее замереть на входе. В центре зала под стеклянным колпаком на подставке покоился, подобно самурайскому мечу, удивительный клинок, сверкая драгоценными камнями, и даже через стекло от него веяло холодом. Он и притягивал Кэри, и отталкивал одновременно. В ушах у нее внезапно возник шум, как-будто она поднесла к голове морские раковины.

— Кэри Даль!

Чей-то оклик вернул Кэри к реальности, слух пришел в норму и она обернулась. Перед ней стоял совершенно незнакомый человек.

— Какая удача, встретить вас здесь! Хотя, конечно, вовсе не удивительно то, что вас заинтересовал этот инструмент, — заговорил незнакомец приятным голосом. — Но простите, я не представился. Меня зовут Сиад Хаши, я искусствовед и живу в Голландии.

Кэри, молча, смотрела на него. Ее всегда раздражали подобные ситуации.

— Мы не встречались с вами раньше, но я много читал о ваших путешествиях и находках. Кроме того, мне просто нравится, как вы пишете, и ваши книги можно читать не только ради познаний, но и как хорошую художественную литературу.

Кэри лениво пожала новому знакомому руку и была приятно удивлена, что этот мужчина, пожал ей руку крепко, по-настоящему, а не так, как это делают остальные, стараясь быть нежными с женщиной. Сиад быстро изменил первое неприятное впечатление, которое сперва произвел на Кэри. Этому поспособствовали манера говорить и то, как он держал себя. Было видно, что перед ней образованный и интеллигентный человек, однако довольно прямолинейный и открытый. Именно эти качества Кэри находила положительными.

— Спасибо, всегда приятно, когда хвалят твои труды не из лести, — вежливо ответила она и повернулась к экспонату.

Кэри незаметно нажала на кнопку на больших наручных часах и повернула их к витрине.

— Скорее всего, мы с вами одновременно прочли новость о нашедшемся инструменте, и сразу же примчались посмотреть на него! Вы ничего не чувствуете? — заговорщицким тоном спросил Сиад.

— Вы имеете в виду этот… холод? Да, очень странное ощущение.

— Похоже, только мы с вами обратили на это внимание. Кажется, остальные посетители считают, что все дело в кондиционере.

— Почему же вас так заинтересовал этот… “инструмент”, мистер Хаши? — спросила Кэри.

— Пожалуйста, называйте меня Сиад. Ведь мы с вами не в институте на семинаре, а, можно сказать, на курорте! — Сиад развел руками, призывая обратить внимание на то, во что одеты люди в музее, и улыбнулся. И от этой обворожительной белоснежной улыбки Кэри лишилась доли своей суровости, которая присутствовала всегда, во время ее путешествий в одиночку.

— На этот вопрос я вам отвечу, только если вы примете от меня приглашение на ужин.

Кэри принимала душ и размышляла над тем, почему же Сиад называл серебряный клинок “инструментом” и над тем, почему же ей так понравился этот искусствовед. Они должны были встретиться в ресторане в шесть часов вечера, и Кэри собиралась надеть легкий сарафан и оставить волосы распущенными, вопреки привычке заплести косу. Когда она стояла перед зеркалом готовая к выходу и не решавшаяся этого сделать, вдруг часы на руке со встроенной камерой заговорили голосом Люка:

— Кэри, ты ведешь себя как школьница! Не беспокойся, ты выглядишь отлично!

— Люк! Надеюсь, ты не все время пялился в камеру!

— Конечно, нет, мне некогда заниматься всякими глупостями.

— Ты получил запись инструмента из музея?

— Конечно, Кэри, сразу же!

— Хорошо. До завтра, Люк! — строго сказала Кэри, нажала на кнопку и сняла часы.

Сиад уже ждал ее в ресторане. В белых брюках и легкой персиковой рубашке, расстегнутой на несколько верхних пуговиц, он выглядел очень эффектно. Серебряные кольца сверкали на его темных руках. Коротко остриженные волосы подчеркивали мужественный профиль лица, а его улыбка просто обезоруживала. На вид ему было около тридцати пяти лет.

— Кэри, вы прекрасны! — воскликнул Сиад, встречая ее и помогая сесть за стол.

Кэри лишь улыбнулась в ответ и подумала о том, что чувствует себя очень неловко в сарафане в ресторане рядом с мужчиной. Гораздо лучше ей было бы, окажись она в руинах какого-нибудь храма или в пещерах, полных скорпионов-гигантов. Как давно у нее не было романа? Тут Кэри встряхнула головой, “И о чем я только думаю! Это всего лишьмалознакомый искусствовед, мы всего лишь встретились в ресторане, чтобы обсудить необычную находку дайверов и ничего больше, ничего личного!” Она попыталась расслабиться и уже через две минуты вернула себе спокойствие.

— Я взял на себя ответственность и заказал местное вино, надеюсь, оно придется вам по вкусу.

Кэри и Сиад заказали на ужин местные морепродукты.

— Итак, в музее мы остановились на том, что вы собирались рассказать, что же привлекло ваше внимание к… инструменту, — начала Кэри.

На самом деле, она знала об этой находке очень мало, а в действительности только догадывалась, что она каким-то образом влияет на море, и теперь хотела выяснить что-то новое, что помогло бы ей разобраться во всем. Но Сиад этим вечером явно не был настроен говорить о делах. Когда Кэри поняла это, то собиралась попросту уйти. Но Сиад оказался интересным человеком и, не смотря на то, что Кэри не узнала об инструменте ничего нового, время они провели отлично. Флиртуя друг с другом, они говорили обо всем на свете. От археологии, до варенья в банках в супермаркетах и голландских кексов. Но когда Сиад своей ладонью накрыл руку Кэри и заглянул в ее глаза, она поняла, что пора ретироваться, пока не стало поздно это сделать.

Веселая от вина и еще чего-то Кэри поднималась в лифте на четвертый этаж в отеле Клеопс. За этот вечер она ни разу больше не вспомнила об инструменте и легла спать с мыслями о Сиаде.

Когда Кэри проснулась утром, то была крайне недовольна собой за свое вчерашнее поведение. Она решила вернуться к цели путешествия, отбросив лишнее, и сразу же после завтрака отправилась в Сус.

Совсем небольших размеров, музей располагался на набережной городка. Кэри без труда отыскала витрину со страницами из блокнота боцмана с корабля Циатея и то, что увидела на одной из них, изменило все представление об инструменте. В отличие от старых копий дневника в книге, здесь было все довольно четко видно. На рисунке, сделанном боцманом, а карандашом он владел очень даже неплохо, был изображен совсем другой инструмент. Он был такой же формы, также с обломанным широким концом, но как бы неточным зеркальным отображением первого. Кроме того, на нем были другие руны и узоры, по-другому расположены драгоценные камни и ракушки. Кэри сняла все эти рисунки на камеру в часах и отправила Люку.

— Люк, похоже, это две части одного предмета. Попробуй совместить их, — сказала она, выйдя из музея на набережную. Ветерок принес пряные запахи моря, а вместе ними бросил в глаза щепотку песка.

— Я сообщу тебе сразу же, как будут результаты, — ответил Люк.

Кэри надела солнцезащитные очки. Ей захотелось прогуляться по безлюдному берегу и обдумать все, что она увидела в Тунисских музеях.

Два остро заточенные куска серебра, похожие на катаны, украшенные драгоценными камнями, покоились на дне моря примерно в одном и том же месте. Как-будто кто-то разломал один загадочный предмет на части и выбросил их в море. Но что это было, и кто и зачем это сделал?

— Кэри, тут чего-то не хватает, — послышался голос Люка.

Кэри посмотрела на монитор часов, на котором он пытался состыковать две картинки, подогнанные под один размер.

— Люк, не пытайся совместить их сломанными концами… кажется, я поняла, что это может быть…

— И что же это?.. Кэри, алло! Кэри!

— Купи мне билет в Афины на завтра. Мне нужно обследовать храм Посейдона на Сунионе. А сегодня я, пожалуй, поныряю.

— Это может быть опасно, Кэри!

— Не волнуйся, я буду не одна, — сказала она и отключилась.

— Кэри, я искал тебя все утро, куда ты пропала?! — забеспокоился Сиад, когда Кэри позвонила ему, по возращению в Набель.

— У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться! — проигнорировала она его вопрос.

— Хм… Что ж, я согласен! Но я был бы не против, если бы ты рассказала мне, на что я согласился.

— Надеюсь, ты любишь нырять с аквалангом?

— Кэри, что ты задумала? — осторожно спросил он после недолгой паузы.

— Сиад, инструмент, который мы видели в музее, не одинок. Это всего лишь часть чего-то большего. И я хочу узнать, что это было, — слукавила Кэри, не раскрывая того, что уже поняла, что это за вещь.

Когда она повесила трубку, Сиад улыбнулся и сказал: “Пора! Я спасу тебя, моя родина!”

Через два часа, когда Кэри ехала на встречу с Сиадом на набережной Набеля, ее такси проезжало мимо музея археологии. Возле парадного входа столпились люди в форме, и здесь было несколько полицейских машин.

— Что здесь случилось? — спросила она водителя, но тот был не в курсе дел.

Кэри попросила остановить машину в пятидесяти метрах от музея и вышла на улицу для того, чтобы узнать у прохожих, что могло произойти в музее.

— Кажется, украли этот обломок меча! — ответила грузная женщина с большими пакетами, полными продуктов. — Да и хорошо! От этой дьявольщины одни несчастья! Пускай воры уносят его подальше от нашего города!

Кэри забралась обратно в машину и приказала водителю поспешить.

Сиад уже ждал ее возле входа в клуб дайверов “Морская Звезда”.

— Сиад, кто-то украл артефакт из музея! — взволнованно воскликнула Кэри. Но Сиада это, похоже, не волновало. Он невозмутимо ответил:

— Не беспокойся об этом, дорогая, думай о том, что сейчас нас ждет великолепное приключение! — он обнял ее крепкой рукой и поцеловал в губы.

Кэри была слегка ошарашена подобным смелым поведением Сиада и тем, что ему безразлична судьба предмета, которым он был так заинтересован, что примчался из Голландии для того, чтобы посмотреть на него.

В клубе подводного туризма пришлось заказать индивидуальную экскурсию с инструктором по дайвингу, так как у Сиада не было документа, подтверждающего то, что он имеет право самостоятельно погружаться с аквалангом. Иначе, ему просто на просто не выдали бы снаряжение. Конечно, можно было купить все в магазине и отправиться самостоятельно, но тут вставал ряд новых сложностей, которые вовсе не экономили время. Во-первых, пришлось бы арендовать катер с навигационными приборами, во-вторых, узнавать координаты места, в котором находился затонувший корабль Циатея, а местные ныряльщики вовсе не были заинтересованы в распространении подобных данных. Так что гораздо проще было нанять инструктора, который привез Кэри и Сиада в нужное место.

Всю дорогу в катере ониоба молчали из-за шума мотора. Кэри только спросила, что Сиад везет в рюкзаке, но он ответил, что это будет сюрприз для нее. Странное волнение, леденящее кончики пальцев, охватило Кэри, и она никак не могла унять его и понять его причину.

Инструктор Крис, молодой парень из Италии, остановил катер всего в паре километров от скалистого берега и принялся разбирать снаряжение. Кэри проверила свой аппарат и застегнула на поясе ремень с грузами. Когда она подняла голову, Сиад стоял над Крисом с окровавленным ножом в руке. Парень был мертв. Адреналин хлынул в кровь Кэри, она моментально вскочила и приняла боевую стойку. В голове сразу же начала проясняться ситуация. Сиад знал с самого начала о зубцах гораздо больше, чем Кэри, кроме того, у него был план, как завладеть ими, в который она толи так гармонично вписалась, толи он сам вписал ее, потому что иного выхода не было. Проще держать врага в непосредственной близи, сделав его ложным другом. Кэри поняла все это в какие-нибудь несколько секунд и теперь ругала себя за то, что ничего не заподозрила раньше, за то, что могла так легко поддаться на его лживую улыбку и пустые слова.

В другой руке Сиада был уже пистолет, который он направил на Кэри и приказал ей сесть. Она подчинилась.

— Инструктор больше не нужен нам, он станет только помехой, — он закрыл нож и засунул его в карман, потом достал одной рукой из своего рюкзака часть трезубца Посейдона, и вода покрылась мелкой рябью. — Кэри, один зубец поможет нам найти второй и тогда нам останется только найти копье, соединяющее их. Когда трезубец будет восстановлен, нас ждет такая награда, о которой ты и не мечтала!