Поэма о свободе

Горбатый Гном

Поэма о свободе

1.

Безыдейное небо кружит над городом

Гул в ушах не стихает

Белая пена глумиться злым хохотом

Страх во мне прорастает

Малейшая вмятина портит картину

Простых, однотипных домов

Безликие впадины рождают трясину

Из боли прошедших веков

Проходят минуты, года, километры

Но каждый здесь помнит, что он потерял

Залëтные фразы, вода, сантименты

Каждый другого от себя ожидал

В оковах ошибок, живут параллельно

Две личности ставших друг другу врагами

И каждая, вроде как, первостепенна

Но обе хотят поменяться ролями

И в этом спектакле я, к сожалению

Далеко не главный герой

В коммуне духовного опустошения

Я точка, фантомный изгой

Попав в паутину тоски и печали

Я становлюсь недвижим

Скованный шёпот, но больше молчание

Таков наш идейный режим

Но среди тусклых ночей, малозвëздного неба

Мне послышится плачь обречённых людей

Убитые вопли предсмертного гнева

Надеюсь, они были иллюзией

Посланной мне с каким-то злым умыслом

Обречённой сгнить в ледяной тишине

Пустынного разума, псевдоискусства

Холодной, сумрачной, глянцевой мгле

И среди этих сотен многоэтажек

Я потеряю рассудок

Тогда, мало-помалу, этап за этапом

Останется лишь промежуток

Никем не тронутый кусочек сознания

Последний живой нейрон

Будет томиться в немом ожидании

До скончания веков и времён

Но, в пустом космосе чистого разума

Будто яркая вспышка появится жизнь

Нежные проблески станут оазисом

В непроглядном сумраке мёртвой глуши

И в этой прострации, из мглы пустоты

Мне не ясно послышится странное слово

С силой дробящие эти тесные стены

Доселе незнамое слово — Свобода…

2.

И страх изменений повис вдруг над городом

Бураны и вьюги налетели злым облаком

Люди попрятались в тесные здания

Заперев себя в клетку немого сознания

И дрожа от бессилия и мнимого холода

Они забрались в бумажные коконы

Сшитые из некоей мета материи

Белыми нитями вечного времени

Мир скукожился в ледяном криостазисе

Опустел и достиг точки катарсиса

Став опустелой, безжизненной пустошью

Прозрачным пятном, холстом обездушенным

Со всех сторон света подули метели

Небосвод стал экраном давящей смерти

Скрывающим солнце и чистые звëзды

Невиданный мною, чарующий космос

И проводя, словно годы, в коконе времени

На деле проходят лишь минуты, мгновения

Но страх изменений никак не стихает

Всë также, бездушно, во мне прорастая

Разрывая он душит меня изнутри

Как белок в глазах, он в душе мельтешит

Погружаясь всë глубже в дьявольский сон

Этот страх нарастает — я обречён

В белёсой мгле, в бесконечном болоте

Плывёт мой рассудок, без жизни, без плоти

Навеки запертый в клетке бумажной

Как я, в одиночестве кротком оставшись

Он просит пощады, проход в мир иной

Сливаясь со смертью, с временной чистотой

В муках и в боли он взывает ко мне

Разрывая меня пополам изнутри

С болью оставшись в вселенском болоте

Отрицаю рассудок, перезревший в утробе

Сквозь резь, я отделяю его от себя

Запираясь в жуткой подпрослойке бытья

Пытаюсь не слушать, но нутром понимаю