Диагноз F20. 0. Записки из дурдома

— Так тебе и выходить не надо будет. Ты с санитаркой Валей договоришься на проценты. Она тетка с понятиями, поможет.

— Отлично, с чего начинать-то.

— Предлагаю вести в сортире дежурство.

Максимка схватил картонный пакет и скрылся из виду.

— И откуда у него столько энергии берется?

— Похожие приходы бывают от психостимуляторов: от кокаина или винта. Я под винтом на стройке работал. Дури много, и себя надо чем-нибудь занять, всё равно чем. Настроение замечательное и всё интересно. В таком состоянии можно даже приколоться ядерной физикой. Зато когда отходняки начинаются- такая депресуха наваливается, что не знаешь куда и деваться. Остается или вмазываться или план курить.

— Ну а вообще, в чем прикол от наркотиков?

— Это как с сексом: пока не чувствовал оргазм, объяснять не возможно. Весь в слюнях и соплях, как на телке, и балдеешь. Ну а потом как просёк кайф, подсаживаешься на это дело. Хочется другую и посильнее, меняешь телок как носки. Прошлые тёлки уже не вставляют как прежде и выбираешь в конце концом бабу— героиню. А за героический приход нужно и платить конкретно, зато и оргазм такой, что становится всё в кайф. — Бубль потер левую щеку и продолжал.

— Только какая бы она героиня не была, прежняя доза через неделю уже не цепляет, а только нейтрализует депресуху и ломку. И ты понимаешь, что любовь между вами конкретная и жить без неё ты не можешь. Вот и ходишь на свидания каждый день по нескольку раз. А ей денег всё мало и мало. И дозняк всё больше и больше назначать она уже может как хочет, так как знает, что даже если ты и спрыгнешь, то не надолго. Ну физическую ломку перенести можно: в больничке откапаться, на травке посидеть, только это всё фигня. А вот помнить как тебе с ней было хорошо- будешь всегда. И вот держишься из последних сил, чего-то не делаешь, а потом осматриваешься вокруг на скучную однообразную жизнь и звонишь своей любимой, которая тебя всегда ждет.

По сути, к наркотикам можно отнести всё, на что подсаживаются: на секс, еду, телевизор, сладости, работу и так далее. Просто химия самая сладкая и цепкая вещь из всего меню. Поэтому, те кто хотят спрыгнуть прячутся от всего этого в больницах, приютах, монастырях. Там их колбасит, а затем медленно отпускает. Чтобы получить стойкий эффект нужны месяцы промывания мозгов. Потом этот торчёк выходит на улицы, где его ждут его подсаженные друзья и весь его прежний быт. И даже если и это он переборет, то он все равно останется наркоманом, так как спроси его в любое время дня и ночи когда он последний раз вмазывался и он ответит тебе с точностью до часа. А это значит, что эта тема очень важная. Это так же логично, как если бы я тебя спросил, когда ты в последний раз ел мороженое? Если тебе пофигу на него, то ты даже и не вспомнишь, но если ты сладкоежка, то трясущимися губами ты выдашь мне эту информацию. Поэтому, пока человек помнит, когда он завязал, он все равно является потенциальным алкашом или наркоманом.

— Да, мрачная картинка. И чего, вылечится не возможно?

— Можно, но только по собственному несгибаемому намерению. А то, что везде рекламируют и гарантируют, все туфта. Там должны или стереть начисто память или вырвать из мозга центр удовольствия.

— А зачем тогда здесь нарики лежат по несколько недель?

— Так надо же организм от химии почистить, да и дозу сбить. Ну а потом на свободу и в бой с новыми силами.

— Я слышал, что хороший кайф дешевым быть не может, много денег просадил? Наверное уже давно мог себе машину купить?

— Ага, стокубовую, как из наркоманского анекдота. А реально, я бы мог купить себе эту БМВ, над которой Максимка в сортире пыжится. Только вряд ли эта тачка принесет мне столько удовольствия как сто кубовый шприц с герычем.

— И в чём у тебя смысл жизни?

— Да как у всех: в получении удовольствия. Только большинство живет мимолетными удовольствиями в удовлетворении своих примитивных потребностей. Да от того, что одной проблемой стало меньше и можно ещё придумать себе цель и к чему то стремиться. Вот это и есть их смысл жизни. А к этому прилагается мешок болезней и расшатанные нервы.

— Ну а как же семья? Ты детей не хочешь?

— Стать продолжающим звеном эволюции — это инстинкт несознательного животного. А я сознательный и поэтому, наблюдая весь этот бардак вокруг себя, я не только не собираюсь делать детей, но считаю это большим грехом подвергать своего ребенка жизни в этом дурдоме. Я реалист, и в счастливое будущее не верю, поэтому вряд ли выпишусь из этого мира до смерти, а тупо пополнять ряды моральными уродами я не намерен и согласен быть тупиком эволюции. Так хоть какую-то пользу принесу.

— Говорят, что от наркотиков живут мало, тебе умирать не страшно?

— Да всем умирать страшно и молодым и старым, только существует в жизни закон количества и качества. Чем насыщенней жизнь, тем она короче. Поэтому деревенская бабка будет гораздо дольше жить, чем тусовщица мегаполиса. И тут дело не сколько в здоровом образе жизни, сколько в затраченной энергии на очередное событие. И однажды наступает момент, когда брать её уже не откуда. А кайф, как ты говоришь, дешевым быть не может. На этой мудрой мысли я предлагаю переместиться в палату и попить чифирку.

Покинув курилку, мы пошли в седьмую палату. На входе стояла литровая банка с кипятильником, где начинали появляться пузыри. В палате мужики рубились в козла, а Есенин ходил гигантскими шагами возле окна и читал бестолковые стихи, которые рождал в огромном количестве. Одет он был по старомодному и естественно в цилиндре. Обычно его затыкали, так как такая белиберда быстро надоедала, но сейчас на него никто не обращал внимания, поэтому он отрывался по полной программе:

— Темносерая рубашка, запрокинулась на север

И лохматые медведи ей немного улыбнулись.

Светлым заревом заката слышен был удар крылатый,

Из фабричного картона отломались чьи то ноги.

— Слышишь, внук гения, ты тут не парь, а за чайником следи.

— Да он уже кипит давно, нашли кого смотрящим оставлять.

Половина пачки чая попало в банку и вода стала превращаться в черный цвет.

— Дайте срочно мне бальзама,

Я прочту вам про Адама.

— Про Адама ты и так прочтешь, а первача и так мало.

Банка пошла по кругу, за ней стал бегать Есенин, хотя коэффициент полезного действия оказался нулевым.

Терпкий горький вкус чая разлился во рту. Через несколько минут сердце стало набирать скорость и разгулялось до того, что решило выпрыгнуть из горла.

— Э брат, да ты не понял в чем суть кайфа и приход у тебя как у молодого — сказал Бубль, наблюдая за мной.

— Любой кайф нужно понять. Чтобы с этим согласиться вспомни свой первый сексуальный опыт или первую затяжку.

— Эй, Пушкин, цепляй банку и вперед за водой, вторячком догонишься.

— Я Есенин, а не Пушкин, причем настоящий внук — могу паспорт показать.

— Слышь, внук, будешь опять грузить своим гинекологическим деревом, не увидишь нифилей как своих ушей.

Есенин схватил банку и умчался в умывальник.

— Пытался я как-то этого чудика переубедить, что он не внук поэта, а всего лишь однофамилец, да и стихи у него дерьмовые. Так он уперся как баран в столб и никуда. Вот перестал бы тупить, уже давно бы выписался — Алик перестал раздавать карты и взял свою раздачу.

— Да всё это без толку. Мне как-то Юрий Анатольевич разъяснил, что это бред, а специфика любого бреда- в кристаллизованном ложном умозаключении, который не поддается не одному аргументу. Поэтому радио можно не покупать — тут своё постоянно работает.

— Ага, бывает как начнет перлы выдавать, так хоть записывай. Сегодня, например, стою с утра у туалета в очереди на клизму, ну и этот вундеркинд рядом бубнит. А потом как выдаст:

Хорошо, что в каждом живом организме существует дырочка для клизмы. Прикинь?

Я как услышал, так до самого толчка в раздумья ушел. Это что же получается, что от червячка и до слона можно взять, нагнуть и простимулировать.

— При большом желании можно и инфузории туфельке вставить. Так побрататься можно с кем угодно клизмами на брудершафт. А ты говоришь братья наши меньшие. Тут главное не объем, а факт. И вот он у всех один.

— Ну так вот, после процедуры брат Есенин выдал другой перл:

По теории — я глупый, а по тактике — дурак.

Здрасте люди дорогие — я заслуженный чудак.

И вот здесь я уже полностью в осадок выпал. No come n ts.

— Точно, лови крюка. Отпелись, козлы. Пойдем курить.

Крестовая семерка завершила крестовый поход за дамой. При этом шерше ля фам закончился своим логическим завершением. Некоторые мужики после этого акта курят, но а я пошел сразу спать.

День второй

Утро началось как обычно с криков санитарок. Ни каких возражений и полная отстраненность. Дальше прием клизм, потом лекарств, а затем еды. На дворе стояла поздняя осень, и солнце ослепительно светло в лицо. Нас вывели на прогулку в загон и каждый приземлился на свое насиженное место. Брёвна, пеньки, скамейки, кто-то просто лежал на пожелтевшей траве, завернувшись в телогрейку. Рядом со мной сидел злой Лабетов без глаза. И так было понятно, от чего он в таком настроении: спереть глаз в этом отделении вошло уже в традицию. Глаз всегда находился, да и куда ему было деваться, но сам процесс обладания этим глазом рождало живой интерес.

— Чего, опять сперли? — спросил я между прочим.

— Уроды. Узнаю, кто спёр, у самого глаз вырву и себе вставлю, а мой стеклянный запасным будет.

— Слушай, у меня есть стеклянный кубик, не шарик, конечно, но если хочешь, могу дать поносить на время.

Я вытащил из кармана кубик и бросил его на скамейку рядом с Лабетовым. Две маленькие точки блестели на верхней его грани.

— Прикольная вещь, — сказал одноглазый и вставил его в пустую глазницу.

— Слышь, а чего это у тебя не один зрачок, а целых шесть?

— А я теперь как игровой автомат с крутящимся барабаном. Сколько захочу, такая цифра и выпадет.

— Тогда попробуй его внутри покрутить.

— Слишком ребристый, не получается.

Наигравшись с кубиком, Лабетов вернул мне, сославшись на то, что родной глаз ближе к телу и изменять ему с кубиками он не собирается.

— Доброе утро, — послышался в голове знакомый голос. — Ну, как первый день?

— Ты по поводу маскарада? Прикольно. Плохо только, что люди так вжились в свой костюм, что забыли, кто они на самом деле.

— Точно. За маской теряется личность, и если долго играть одну и ту же роль, то человек становится рабом сценария. Даже самая удобная иллюзия не может подходить идеально под все случаи жизни. Поэтому приходится в свою роль прятаться, чтобы не видеть своего истинного лица.

— Выходит, что маски носят социально не состоятельные люди?

— Обычно при заниженной самооценке в какой-то жизненной ситуации они подменяют себя на выбранный персонаж. Таким образом, они справляются или прячутся от проблемы. В этом нет ничего плохого, человек в праве играть в свои игры, стать по жизни великим актером, но он не сможет обыграть реальность. У неё всегда в прикупе тузы и улыбающийся джокер в балахоне и косою в руках. Эта карта лучше всего срывает маски. Кстати, электрошок и гипогликемическую кому доктора применяют именно для этих целей.

— Ну и какой же тогда человек без маски?

— А ты глянь на нашего злобного бандита. Только смотри не на то, как он выглядит в своем братковском камуфляже, а на то, что он излучает.

Я глянул на соседа, но ничего нового в его внешности не увидел, только заметил слабое свечение, исходящее от него.

— Молодец, сконцентрируйся на этом свете и постарайся его ещё и почувствовать.

Свет был мягко оранжевым с какими-то элементами розового. Чем больше я смотрел на Лабетова, тем сильнее из его глубины поднимался этот свет, который растворял его модный костюм и золотые цепи с иконой. Понты растаяли, и пред собой я увидел обычного мужика в больничной одежде. Отличался от других он только тем, что светился и навевал чувство детской открытости и доброжелательности.

— Вот теперь ты его видишь в своем истинном обличье, а не в приспособительской роли для окружающих.

— Приятный мужик, зачем ему эти понты? Оставался бы таким добрым и пушистым.

В этот момент в Лабетову подошел Гнатюк.

— Здорово, Кутузов, дай закурить. Чего, опять глаз спёрли? Я слышал, его Андрюшка спёр.

Аура Лабетова ощетинилась и стала наливаться красным цветом. На месте фуфайки образовался костюм и всякие бандитские причиндалы.

— Ну, и на хрена ему мой глаз? Чего своих не хватает?

— Он его проглотил. Ему кто-то сказал, что чтобы стать умным и подключиться к Космосу, нужно открыть третий глаз.

— Вот дебила кусок. Ну, и какой частью тела он будет этим глазом на Космос глядеть, когда тот откроется. Я ему сейчас все глаза туда натяну для абсолютного прозрения.

Андрюшка-Будда сидел в своих оранжевых одеждах монаха в позе лотоса на деревяшке и строил пирамидку из дорожной пыли. Его детская светло-розовая аура излучала вселенскую гармонию и беззащитность новорожденного. В его направлении решительной походкой наступал Лабетов. Нависнув над Андрюшей, бандитское пламя обхватило светло-розовый шарик и стало давить со всех сторон. Сидя на корточках, Лабетов очень тихо прессовал провинившегося ребенка. Дикий ужас на лице жертвы красочно передавался с поверхности маленького позеленевшего комочка света. Давление было таким, что глаз сам должен был родиться из недр Андрюши.

— Вот и ответ на твой вопрос, — сказал Никто. — Так Андрюша-Будда стал бандитом Лабетовым. Лабетов и рад был бы быть Буддой, но его социальный имидж уверенно держит его в костюме от Versace и с магнумом под мышкой.

— Ты хочешь сказать, что если бы сейчас Лабетова никто не видел, то он вел себя иначе?

— Может по привычке грубо и нахально, но уже без страха потерять своё лицо в глазах окружающих. Он инстинктивно чувствует сходство с Андрюшей и ему совсем не хочется попасть снова в его положение. Показательное выступление сыграно мастерски. Замечательно выбрана сцена, где два актера играют свои роли для всех зрителей своего социума. Жалость — ничто, имидж — всё. Не дай себя захлопнуть. Только обидно не то, что мы сейчас наблюдаем, а то, что эту роль нужно играть всегда. А это значит, что энергия, которая есть у человека, почти целиком уходит на всякие понты. Психологи утверждают, что как бы ни выглядел человек, на нём может задержаться взгляд окружающих людей максимум на две минуты. И если он не станет стимулировать заинтересованность своим поведением, то каждый вернется к собственным переживаниям и поддержанию своего имиджа. Вот и выходит, что вся жизненная сила ушла на две минуты фарса.

— Выходит люди зациклены на себе. Только что будет, если разорвать этот порочный круг?

— Ни для кого не секрет, что чем больше энергии, тем больше возможностей. Самой энергии абсолютно все равно, куда течь, но только не стоять на месте. Если ты вспомнишь первые уроки физики, на которых изучали волновые свойства энергии, то сможешь прийти к глобальным постулатам окружающего мира. Я тебе напомню о том, что любая волна имеет свою частоту за промежуток времени и амплитуду в пространстве. Так вот, если частота энергии будет замедляться, то непроизвольно будет сгущаться и образовывать материю. Ежели наоборот, будет ускоряться, то перейдет в сферу информации. Как говорится в Библии «в начале было слово», то есть: информационный образ, который замедлился и оформился в энергию, через промежуток времени материализовался и создал ту реальность, которая первоначально задумалась. Весь секрет именно в частоте волновых процессов. Максимальной частотой обладает Бог, который просто замедлился до степени материализации.

— Ты хочешь сказать, что если разогнать частоту своей энергии до максимума, то можно постичь Бога?

— В этом вопросе теория с практикой расходятся. И здесь вовсе нет никакого секрета сущности Бога от своего же материального проявления в форме человека. Проблема заключается в том, что материя является проводником для энергии и информации. А у каждого проводника есть пределы своих возможностей. Если по такому проводу-человеку пустить ток с частотой как у Бога, то провод просто сразу сгорит. Таковы законы физики, и ничего личного. Пропускная способность более низких частот сквозь тело зависит от того, насколько чистые энергетические каналы у человека, так как они могут и зашлаковываться. В этом случае поступающая энергия начнет пробивать пробки пока не найдет выход.

Краем глаза я увидел появившуюся шаровую молнию над Завъяловым. Блестящий шар играл своими щупальцами над лысиной мужика. Тот почувствовал что-то не понятное, но в этот момент молния вошла ему в голову. Завъялов заорал и как парализованный свалился, где и стоял, громко стукнувшись головой о край скамейки. Все мышцы его были до предела напряжены, глаза смотрели в никуда, лицо становилось синим. Для окружающих это зрелище было привычным, и пара соседей его повернули на бок, чтобы если появится рвота, он ей не захлебнулся. Бедняга не мог дышать и его жилы на шее вздулись, а изо рта пошла пена. Существует непонятная легенда совать в рот при приступе всякие подручные предметы, чтобы человек не откусил себе язык. Я думаю, что в таком состоянии сможет раскрыть челюсти только домкрат. Светящаяся молния в голове Завъялова сделала усилие и пробила невидимую стену. Электрический ток пошел по телу, которое стало трястись. Ребята прижимали к земле бедолагу, пока у того была конвульсия. Вся молния прошла тело и ушла в землю через ноги. С шипящим вздохом Завъялов обмяк, и штаны его стали мокрыми. Не приходя в сознание он уснул. Санитары принесли носилки и унесли потерпевшего. На краю скамейки виднелось свежее красное пятно.

— Наверное, хорошо, что человек не помнит о том, что с ним происходило во время приступа, — сказал рядом сидящий Федор и поправил больничную фуфайку.

— Это точно, — ответил Виталий Витальевич.

— Вот у Завъялова раз в неделю такие приходы по минуте или две, а у Кузнечика из первой палаты приступы идут волнами: один прошел, а за ним другой. И так до получаса. Ему врачи все зубы вырвали, чтоб языком не подавился.

— Да ему и зубы-то ни к чему. У него мозгов, наверно, как у курицы: гадит под себя, а когда хочет жрать, то орет. Дауны и то умнее. Эти хоть сортиром и ложкой сами пользоваться могут.

— Слушай, а ты не знаешь, Кузнец такой всегда был или стал идиотом?

— Наверное, всегда. Он ведь еще молодой, хоть выглядит взрослым. Сколько раз сюда попадал — он всегда в первой палате жил. Куда его такого девать? Разве что в зоопарк, в обезьянник. Только, наверно, ему все равно.

— Ну, не скажи. Там его бы бананами кормили, да детишки конфеты кидали. А здесь яблоки беззубой пастью приходится сосать, чтоб хоть какие-то витамины без уколов в организм попадали.

— Да, жрачка тут не то, что дома. Вот ты мне скажи, почему вся еда несоленая?