День Святого Валентина 18+

Наконец-то повернул разговор туда, куда мне надо.

— Покойного Великого Князя, – уже чеканя каждое слово, произнес я.

Теперь явно больше одной мысли появилось в ее голове. И пока они не потекли туда, куда мне не надо, я продолжил.

— Ваше Прелюбодейство, это уникальный шанс для нашего, уж простите за прямоту, хиреющего заведения, – старушка слегка вскинулась, но промолчала. Пока еще сказывалось ее прекрасное расположение духа. В другой раз на этом бы мой доклад и закончился. – Шанс, который мы обязаны использовать! – я специально повысил голос, вбивая в ее голову нужные слова.

— Продолжай.

— Возможность переспать с самой наследницей престола! Представьте, скольких и, главное, каких клиентов мы получим, когда закинем эту информацию в нужные круги. Желающим, богатым желающим, не будет отбоя, – при этих словах ее глазки сально заблестели, и на какое-то время Магистр полностью уплыла в свои фантазии, мечтательно им улыбаясь.

Вдруг она резко очнулась, и голос ее уже имел прохладные нотки. Надо было торопиться.

— Инженер, объясни-ка мне, а с чего ты вдруг решил, что она добровольно согласится на нас работать? Даже если, совершенно случайно, она ничего про себя не помнит. Я тебя слушаю.

— Мастер должен ее влюбить в себя, – затараторил я, сжимая свой доклад на ходу, – у нее недавно был эмоциональный разрыв, я проверял. Сейчас она максимально готова к этому психологически. Я уверен, для Мастера это не составит большого труда. Так ведь, Мастер? – но, не дожидаясь его ответа, я продолжил. – И даже если у Мастера ничего не получится, что мы теряем? Совершенно ничего! Отправим клиентку обратно домой и продолжим работать, как обычно. И да, забыл добавить. Она ничего о себе не помнит! Как вы изволили выразиться, совершенно случайно.

Магистр впала в задумчивость. Мастер продолжал изображать из себя безучастный предмет мебели. Я нервно потел. Старушка, несмотря на показную ограниченность, была хитрой тварью. Такие заведения недалеким девушкам, пусть и безотказным, по завещанию не переходят. Если она проведет пару параллелей, пойдут очень неудобные для меня вопросы, и за невнятные ответы на них... Думаем только о хорошем. Планшет. Что там с повторным сканированием?

Я опустил глаза на экран узнать результаты повторного теста. И каково же было мое удивление, когда я узрел черное пятно уже в другом месте. Точно где восседал Мастер. Что за чертовщина происходит в этом кабинете?

— Вот что я решила, Инженер, – произнесла, наконец, Магистр, – я соглашусь на твое предложение по этой девушке. А теперь оставь нас с Мастером, нам нужно все обсудить. Ты можешь быть свободен.

— Да, Ваше Вожделение.

Я встал, поклонился и вышел из кабинета. Отлично. Теперь, главное, не облажаться с исполнением, и я быстро зашагал в сторону своего кабинета.

Закулисные хроники технического персонала. Часть 5

Инженер

Так, первое. Надо проверить все, что будет необходимо для проведения обряда. Я быстро шагал по коридору, прогоняя в голове этапы плана. Очистить зал посвящения от всего лишнего, прогнать в тестовом режиме все оборудование. Галзебу закинуть в технические туннели, пусть проверит состояние всех коммуникаций. Ему в помощь пару фей, пусть начнут прибираться там. Второе – отменить всех клиентов и не принимать новых на это время. Для этого мне нужна Олеся.

Траектория моего движения изменилась в сторону приемного холла.

Третье – Мастер. С этим персонажем я пока бессилен, но тут мне пригодится мой влюбчивый гоблин, запустим его на вторых ролях. Что-то стало слишком много гоблина в последнее время. Пошлем в зал его одноглазого братца, как его там, Забас, вро...

Проклятье! Я врезался в дверь приемного холла, излишне погрузившись в собственные размышления. Изображение перед глазами потемнело от боли.

— Да-да, входите, – прозвучал голос Олеси.

— Угу, – держась за голову, я зашел в холл, – вхожу.

После нашей последней встречи Олеся уже вольготно расположилась на всем диване. Латекс сменился красным атласным платьем, все так же едва закрывавшим бедра, а белизна ее длинных ног резко контрастировала с черной кожей обивки. Глубокое декольте практически не скрывало от моего взора обнаженные груди, обвитые кожаными ремешками портупеи. Шею ее закрывал ошейник с кольцом, тонкая цепь от которого покоилась в ее ладони. Все это время, пока я разглядывал ее, она с хитрыми глазками наблюдала за мной.

— Нравится, хозяин? – насмешливо спросила она.

Я с трудом оторвал взгляд.

— Восхитительно. Теперь к делу! – выдернул я себя из влажных фантазий. Олеся деланно-обиженно выпятила губки и медленно опустила одну ногу с дивана. Вот зараза! Теперь я узнал, что ремешки обвивают еще и бедра. И что на ней полностью отсутствует нижнее белье.

— Первое! – вернув свой взгляд на ее глаза, я с усилием продолжил. – Новая клиентка переходит в разряд особо важных гостей.

— А Магистр это одобрила? – с заигрывающими нотками в голосе уточнила Олеся и медленно наклонилась ко мне всем корпусом, открывая для меня полный обзор ее обнаженной груди. Пора заканчивать эту игру.

— Конечно. Еще она одобрила обязательное ношение кляпа всему женскому персоналу, – сказал я с самой серьезной рожей из возможных. – Далее. Прием новых клиентов временно приостановлен.

— Подожди, как кляп? – жалобно спросила Олеся.

— Да все так же. Берешь в рот шарик, застегиваешь ремешки на затылке...

— Да подожди ты. Как кляп надевать, я прекрасно знаю. Почему она это решила ввести? Это ведь временно, Инженер? Я тебе не верю, ты мне врешь!

— Хорошо. Сейчас я позвоню Магистру по громкой связи и уточню у нее ее же приказ по введению новых мер! Специально для тебя! – голос старался ставить жестко и официально.

Олеся слегка побледнела.

— Нет! – пискнула она. – Только меня не упоминай, пожалуйста.

Я набрал номер внутренней связи и переключил планшет на громкую связь. Пошли долгие гудки в пустоту.

— Слушаю, Инженер, – рявкнул динамик раздраженным голосом начальства. Чудесно, наверняка снял ее прямо с оседланного Мастера. Олеся побледнела еще больше.

— Магистр, тут на местах просят уточнить по поводу введения дополнительных мер, связанных с клиенткой Екатериной.

— Я же сказала, решение принято! Разговор окончен! – рявкнула она и повесила трубку.

На Олесю было жалко смотреть. Детское удивление, изрядно сдобренное жалостью к себе и посыпанное взрослым недоумением. Надо было действовать дальше, иначе она могла и передумать.

— А теперь будь хорошей девочкой и надень кляп, – я подошел к шкафу и достал из него небольшой изящный кляп, точно под ее болтливый ротик. – Ты не переживай. Это временно, пока наша новая клиентка здесь. Чем быстрее она насытится, тем скорее ты от него избавишься, – пока она не очнулась, я положил шарик в ее рот и аккуратно стянул ремешки на затылке.

— Так что мой тебе совет. Ты меня слышишь вообще? – Олеся очнулась и быстро закивала головой, что-то мыча сквозь кляп. – Так вот, мой тебе совет – помогай во всем этой Екатерине. Постарайся ей понравиться. Можешь даже исполнять ее небольшие просьбы, она это наверняка оценит. А это значит, опять же, что ты скорее снимешь с себя кляп. Ты меня поняла? – Олеся снова быстро закивала головой, – ну вот и хорошая девочка.

Я похлопал ее ладонью по щеке и зашагал дальше в свой кабинет. Еще предстояло много работы, и результаты этой спонтанной импровизации мне еще пригодятся в ней.

Акт третий

Катерина

Я проснулась от того, что кто-то грубо потянул меня за сосок. Глаза распахнулись до того, как я вспомнила, где нахожусь. И первым впечатлением был страх. С пересохших губ сорвался невольный вскрик, и мне в рот тут же ткнулась знакомая уже соломинка. Я жадно глотнула, насколько это было возможно в моем положении.

А проснулась я, распростертая на знакомом уже жестком столе. Руки были закреплены над головой. Ноги опять же разведены максимально широко. Задница нещадно саднила, и меня вспышкой пронзило понимание, где я и что делаю. Я по-прежнему в агентстве, и четверо миньонов всю ночь попеременно вколачивались в мое тело, пока я не отключилась. Интересно, когда это прекратится? Я не к тому, что мне надоело, просто интересно.

Когда трубочка исчезла, надо мной, распростертой на столе, склонился Мастер.

— Ну что ж, милая, – как-то жестоко усмехнулся он. – Ты изведала пряник. Сегодня познакомишься с кнутом.

Я замотала головой, вовремя вспомнив, что говорить мне не позволено. Не надо кнут. За что?

Мастер уже привычно прочитал мои мысли.

— Все познается в сравнении. И вчера эта ненасытная щелка, – он ущипнул мои половые губы и потянул их на себя, заставив меня задохнуться от смеси боли и наслаждения. – Была до отказа наполнена семенем моих помощников. Сегодня ты целиком и полностью в моем распоряжении. Кричать можешь громко и в свое удовольствие, никто не услышит.

Я невольно заерзала, пытаясь хоть немного уменьшить боль от его захвата, и Мастер выпустил мою плоть и отошел куда-то за границу моего обзора. Вернулся он тут же, держа в руках длинный тонкий прут. Я почувствовала, как сжимается колечко ануса от смеси страха и предвкушения.

— Грязные похотливые девчонки заслуживают хорошей порки, – надевая кожаные перчатки, пригрозил он. Я протестующе мотнула головой. Неизвестность – уже наказание. А я совершенно не представляю, что Мастер собирается делать с этим прутом. Чтобы пороть, меня надо как минимум перевернуть попой кверху. Хотя, еще не вечер. Страх ушел. Уверена, что бы он ни задумал, мне это понравится.

Зайдя со стороны головы так, чтобы я не могла его видеть, мой мучитель одной рукой крепко ухватил меня за правую грудь, а другой просунул прут между широко разведенных ног. Я подалась бедрами вверх, ощущая, как начинает пульсировать моя киска в предвкушении чего-то особенного. Прикосновение прохладного прута раздразнило и без того увеличенный еще со вчерашнего дня клитор.

— Хорошие сиськи, – Мастер с силой сжал грудь, обхватив ее пальцами так, что наверх остался торчать лишь съежившийся мгновенно сосок. – Сочные. Не поротые.

Тут он прав. Вряд ли я кому-то позволила бы пороть свои сиськи. Но это было как будто в прошлой жизни. Пребывание здесь как будто открывает во мне новые, неизведанные грани, и домой я, определенно, вернусь совсем другим человеком.

Крепко сжав пальцами мой сосок, Мастер без предупреждения ударил по нему прутом. Я вскрикнула и дернулась в очередной попытке свести колени, ощущая себя абсолютно беспомощной. За первым ударом последовал второй, и по телу прокатилась волна жара, распространяясь откуда-то из низа живота. Было больно, и одновременно мучительно приятно. Мне даже сравнить не с чем. Удары сыпались один за одним, и мой окаменевший сосок отчаянно ныл, а бедра сами собой извивались и высоко вздымались. А ведь он только начал. С каждым шлепком я кричала все громче, и когда Мастер отпустил мою грудь, лишь отчаянно всхлипнула. Прут вновь скользнул между моих ног и вернулся весь блестящий и липкий от смазки.

— Смотри, твоя щель уже вся мокрая, – довольно протянул он. – Тебе нравится.

Я протестующее мотнула головой. Трудно сказать, нравится мне или нет. Неожиданно Мастер наклонился и втянул напряженный сосок в свой горячий рот, покатал его во рту и, выпустив, легонько подул. Я протяжно застонала, отчаянно мечтая о разрядке. Которая мне, похоже, светит очень нескоро. Закончив с правой грудью, он защелкнул на пульсирующем соске зажим, тем самым возведя мои мучения в бесконечность. Его пальцы между тем сжали левую грудь, и удар прута по соску уже не был такой неожиданностью. Я послушно выгнулась и закричала, желая не то, чтобы он прекратил, не то, чтобы не останавливался.

— Громче! – приказал он.

И после следующего шлепка я зашлась воплем, таким протяжным и сладким, какого никогда от себя не ожидала.

— Умница! – и удары вновь посыпались градом, вырывая у меня жаркие протяжные стоны.

Да, было больно. Но эта боль меркла в сравнении с тем, какой пожар бушевал между моих широко разведенных ног. Киска пульсировала, заливая смазкой стол, и я бы душу продала за упругий толстый член. В полной мере насладившись моими хриплыми воплями, Мастер закрепил зажим на соске и, отложив прут в сторону, схватился обеими руками за специально предусмотренные колечки. Я завизжала, почувствовав, как оттягиваются мои соски. Между ног как будто кипятком плеснули, кажется, я сейчас кончу без всякой дополнительной стимуляции.

— Смотрю, ты уже готова, – с этими словами он соединил колечки на сосках тонкой цепочкой и, натянув, сунул мне ее в зубы. – Держи крепко. Выпустишь, и все мгновенно прекратится. Поняла?

Прекрасно. Я поспешно закивала, давая понять, что не выпущу эту цепочку, даже если это будет стоить мне жизни.

Удовлетворенно кивнув, Мастер обошел меня и встал между широко разведенных ног. А хорошо он там смотрится, гармонично, как будто всегда там и был. Рука, затянутая в перчатку, вновь схватилась за прут. Я в предвкушении поерзала, но он как будто нарочно медлил. Обвел пальцем половые губы, развел их в сторону, наслаждаясь открывшимся видом. Не сомневаюсь, вид ему понравился. Киска у меня аккуратная и гладко выбритая, а сейчас еще готовая ко всему.

Наклонившись, Мастер глубоко втянул носом воздух и даже зажмурился от удовольствия. Я же замерла, боясь даже дышать. Не думала, что это может так возбуждать. То, с каким выражением лица он смотрит на то, что в обычное время скрыто меж моих ног. То, с каким предвкушением его пальцы безошибочно находят в складочках клитор и плотно его обхватывают. Сердце делает удар, и в это же мгновение прут опускается на мой центр наслаждения. От того, чтобы зайтись криком, меня удерживает угроза того, что все это вмиг прекратится.

Тело непроизвольно вздрагивает, выгибаясь, пытаясь уйти от пытки, но Мастер держит крепко. На его лице появляется какое-то пугающее, хищное выражение. Выпустив мой клитор, он отложил прут в сторону и задумчиво уставился на мои ноги. Немного помедлив, расстегнул фиксирующие их кожаные ремешки.

— Вот так, – с легкой усмешкой сказал он и снова взялся за прут. – Сведешь ноги хоть на сантиметр, и цепочку можешь уже не держать.

Я протестующее мотнула головой, выражая искреннее сомнение в своей стойкости. Но на то он и Мастер, ему виднее. Теперь то, что было до обращения в агентство, кажется мне как будто прошлой жизнью. Я не так много знаю о БДСМ-культуре, но это явно не то, что происходит со мной сейчас.

Однажды в той, прошлой жизни, у меня возникла шальная мысль разнообразить нашу с молодым человеком сексуальную жизнь. Не то, чтобы я большой противник миссионерской позы, и могла долго изображать из себя безжизненное полено, но захотелось проявить инициативу. И еще какую. Я полдня посвятила поискам сценария БДСМ-сессии, и ни одна из них мне не подошла. Почти все они сводились к тому, чтобы наплевать на своего партнера, избить его, унизить, заставить играть роль пепельницы и ползать на коленях в собачьем ошейнике. Во многих сценариях секс даже не предполагался. Наверное, я просто зашла на какой-то не тот сайт.

Мастер замер, прислушиваясь к моим мыслям.

— Дай-ка я тебе кое-что объясню, – он отложил прут в сторону, вызвав у меня разочарованный вздох. И угораздило же меня задуматься в такой неподходящий момент.

Глядя мне в глаза, Мастер скользнул пальцем по колечку ануса, заставив меня вздрогнуть от неожиданности, и погладил истерзанную, саднящую плоть. Прохладное прикосновение принесло облегчение и благодарность, и я на миг прикрыла глаза, растворяясь в новых ощущениях.

— Ноги шире, – спокойно напомнил мой мучитель. – И слушай внимательно. Наша культура очень стара и многогранна. У нее много проявлений, но главная задача – сделать человека счастливым. Разница лишь в том, что у всех разное понимание счастья. Кому-то надо плюнуть в рот и унизить, кого-то поставить в подчиненное положение, кого-то выпороть. Ты же хочешь любви. Ты достаточно цельная и самодостаточная личность, у тебя нет комплексов и тайных, извращенных желаний, тебя не возбуждает боль. Будь это так, твоя спина уже стала бы полотном для моей новой картины.

При этих словах я вздрогнула, и тут же получила ощутимый шлепок по ягодице.

— Поверь, я бы с огромным удовольствием заставил твою попку гореть от моих шлепков, но тебя это не возбуждает.

Кажется, это провокация. Мое дыхание участилось, зажимы на сосках давали о себе знать при каждом глубоком вдохе, сердце с силой забилось о ребра, а палец мастера, коварно скользнувший меж половых губ, вернулся блестящим от смазки. Держать ноги разведенными стало сложнее, внутри все пульсировало и сжималось, но у меня не было ни малейшего желания прекращать эту сладкую пытку.

Не думала, что несколько слов смогут настолько подстегнуть мое воображение. Всего-то и сказал, что мечтает отшлепать, а я уже представляю себя у него на коленях попой кверху. Мастер хмыкнул, и, окинув меня оценивающим взглядом, вновь скрылся за пределами видимости. В воцарившейся тишине мое дыхание казалось оглушительным. Отчетливо щелкнул браслет, и моя правая рука освободилась.

— Цепочку не выпускай, – напомнил он, когда я, мгновенно забыв обо всех запретах, собралась спросить, что он делает.

Щелкнул второй браслет, и я удивленно посмотрела на свои запястья. Ни следа не осталось после жесткой фиксации, а я ведь дергалась и извивалась, пока он с наслаждением порол мои сиськи.

— Ноги вниз, – последовал новый негромкий приказ.

Я не без труда свела колени и сделала, как он велел. Перехватив за талию, Мастер с легкостью спустил меня со стола и развернул спиной к себе. Несильно надавил между лопаток, заставив наклониться так низко, что я практически легла грудью на стол. Поймав мои запястья, он завел обе руки мне за спину и надел браслеты. Я почувствовала себя заключенной, закованной в наручники полицейским-извращенцем.

Как будто подыгрывая, он просунул руку между моих ног и чуть похлопал. Я послушно расставила ноги на ширину плеч. Пол холодил босые ступни, соски уже откровенно ныли, особенно после того, как я легла грудью на стол, потеряв возможность упираться руками. Я вздохнула и едва не выпустила цепочку. На мгновение стало страшно, и в этот самый момент моего сжавшегося ануса коснулись пальцы Мастера. Вовремя он.

— Расслабься, – я не могла видеть, что происходит за моей спиной. Мы все еще играем в полицейского и бандитку? Сейчас он начнет искать наркотики в труднодоступных местах, а потом познакомит со своей дубинкой? Но в воздухе разлился знакомый уже запах масла.

Мастер как следует смазал все пространство между ягодицами, и его палец практически беспрепятственно скользнул внутрь. После того, что со мной творили его миньоны, я даже почти не дернулась. Но эластичные мышцы имеют свойство возвращаться в свое изначальное состояние, и растянутый, казалось бы, анус вновь оказался тугим и узким. После этого мой мучитель ненадолго отошел. Хлопнула дверца, и через некоторое время Мастер так же бесшумно вернулся, и моей попы коснулось что-то круглое и холодное, а по ногам скользнул … мех? Волосы?

— Это анальная затычка, – решил проинформировать меня Мастер. – Привыкай. С этого момента в твоей попке не будет пусто.

Секс-игрушка без промедления разместилась меж моих ягодиц, растянув тугое колечко мышц.

— Идем, – он потянул меня за скованные запястья и, развернув лицом к двери, легонько подтолкнул в спину. Первые несколько шагов дались мне нелегко. Пробка была большая, тяжелая, и все время казалось, что она вот-вот вывалится. Но через некоторое время я приноровилась, и к тому моменту, как мы вышли из помещения, уже начала получать что-то, похожее на удовольствие. На языке вертелся вопрос, куда и зачем мы идем, но Мастер молчал, как партизан, не желая раскрывать интригу раньше времени.

По пути нам попалась удивленная Олеся, но спрашивать тоже ничего не стала. Может, у них так не принято, а может, она тоже читает мысли. В любом случае, я скоро узнаю, что мне уготовано. И что бы это ни было, мне понравится.

Акт четвертый

Катерина

В какой-то момент Мастер со мной поравнялся, и у меня появилась возможность украдкой его рассмотреть. Поначалу он показался мне совсем мальчишкой, но теперь я уверена, что он как минимум мой ровесник, а как максимум, лет на пять постарше. Светло-серые, как льдинки, глаза были обрамлены длинными ресницами, которым позавидует любая девушка. Короткие волосы небрежно растрепаны, лицо с крупными чертами, высокими скулами и прямым носом. Обнаженный торс покрыт легким естественным загаром. Мой взгляд бездумно скользил по его предплечьям, по гладкой груди с темными кружочками сосков, по плоскому животу, и от мысли, что трогать все это я не имею права, стало как-то грустно.

И спрашивается, чего мне жаловаться, но я была бы не я, если бы не придумала себе повод расстроиться. Немного отстав, я оценила узкие бедра и аккуратный зад, обтянутый кожаными штанами. И когда он внезапно обернулся, я неожиданно для самой себя залилась краской. Что я здесь делаю? И так захотелось выплюнуть цепочку, чтобы отправиться домой и забыть о своем безумном поступке. Достаточно с меня того, что уже произошло.