Сережа, папа плохого не посоветует (СИ)

Так бы я и слонялся почти безмолвно вслед за своим отцом, пока запланированные им встречи бы не закончились, да только в один из моментов я вдруг услыхал возле себя негромкий возглас:

— Уваров, а ты-то что здесь делаешь?

Оглянулся. Хм, кого-то мне эта смутно знакомая девица, вся увешанная драгоценностями, напоминает.

— Чернозубова? — Вопросил неуверенно. Вроде, внешне и не она, но голос и внутреннее ощущение точно моей бывшей одногруппнице соответствуют. — И уже уверившись в точности своей догадки, добавил более уверенным тоном: — Кстати, не Уваров, а князь Буревой, вот так-то.

— Тогда и я не Чернозубова вовсе, а маркиза Зальцбергская, — вздернула носик кверху эта вредная особа. Еще бы понять, это она правду говорит, или… хотя, наверное, без всякого «или». За одну только диадему в ее волосах, наверное, средних размеров баронство купить можно. Это я уже как начинающий артефактор определил: очень сложная работа, этот каскад впечатанных туда незнакомых мне заклятий.

— Но хотя бы по-прежнему, Ирина? — Спросил, имея в виду сразу два совершенно отдельных вопроса: первым слоем, действительно, уточнял имя своей собеседницы, а вторым — по-прежнему ли я имею право обращаться к ней по имени.

— Для тебя, Ирина, навсегда, — тоже очень двусмысленно ответила моя знакомая, а я в сторону отца обернулся. Он, все это время, тоже общался с какими-то своими знакомыми, находясь от меня на расстоянии буквально пары шагов.

— Рад, что ты, сын, тут отыскал красавицу, с которой можешь переброситься словом, — ответил отец на мою невысказанную просьбу, — оставлю тогда тебя пока. Я вон в той компании посижу, рюмочку бренди продегустирую.

— Так ты, на самом деле, Буревой? — С каким-то непонятным обвинением в голосе набросилась на меня новоявленная маркиза, когда мы отошли из центральной части зала к скамейке, стоящей у стенки, — я со спины твоего отца не узнала.

— А ты, каким образом вдруг затесалась в высший свет? — В тон ей ответил я. После чего мы по очереди начали рассказывать друг другу свои истории. И таки да, обе наши истории вполне подошли бы для каких-нибудь бульварных романов.

Прежде всего, выяснилось, что наша «Чернозубова» — старшая из двух дочерей герцога Барбарского, самовластного правителя небольшого государства, граничащего с нашей империей на западе. Причем, не просто дочка, а целая наследница, поскольку по их законам, занятие престола особой женского пола отнюдь не возбранялось. А вот на вопрос, что она в нашем университете позабыла, Иринка отвечала несколько невнятно. Понял только, что прибыла к нам девушка не сама по себе, а воплощая предсказание какого-то весьма сложного и секретного прорицательского ритуала. Ее отец, герцог, тогда едва на пупе не извертелся, стараясь и инкогнито для дочки устроить, и ее личную безопасность соблюсти.

— И что тебе этот ритуал предсказал? — Не удержался я от напрашивающего вопроса.

— Этот ритуал напрямую ничего не предсказывает, — принялась отвечать моя знакомая, — просто перед его проведением участник этого ритуала должен мысленно сосредоточиться на том, что он считает для себя в будущей жизни самым важным. И все. После ритуала живешь, как обычно, только иногда внезапно такие… как бы желания накатывают сделать что-нибудь необычное. Я вот прочитала в нашем учебнике об особенностях образования в других странах, на меня и накатило желание учиться именно в университете Старгорода. Благо, одной из особенностей нашего рода является возможность немного изменять свою внешность.

Удачно все же я с Иринкой на этом балу столкнулся. За разговором совершенно незаметно время промелькнуло, очень не хотелось вставать, когда главный распорядитель мероприятия вдруг очень громко объявил о прибытии императора Владимира Второго с его женой Еленой и дочерью Ксенией. Но не демонстрировать же свое неуважение перед царствующей фамилией, встал и поклонился, как и все прочие присутствующие на этом празднестве. А потом всех собравшихся за накрытые столы пригласили, и там мы с Ириной окончательно разделились. Возле каждого места за столом была табличка с именем установлена. Мне с отцом место было определено вблизи императора, за столом для высшей знати империи, а маркиза Зальцбергская совсем неподалеку, но за другим столом уселась — среди иностранных дипломатов. Хорошо еще, что я успел застолбить за собой один из предстоящих танцев. Прямо не терпелось, хотя бы еще разок с ней пообщаться.

Не буду вызывать у вас слюнотечение перечислением названий блюд, которыми нас у государя императора потчевали. И вовсе не потому, что не хочу вызывать зависть в свой адрес, похвастался бы с удовольствием, да вот беда: я просто даже таких слов не знаю. В моем экстренном натаскивании на правила великосветского этикета внезапно обнаружились серьезные прорехи: конкретно именно этот момент мы полностью упустили. Как орудовать столовыми приборами, меня подготовили, а названия блюд — вообще терра инкогнита. Поневоле вспомнил небылицу из дореволюционной жизни, когда внезапно разбогатевший золотодобытчик пришел в самый пафосный ресторан и принялся выбирать себе блюда из меню, написанные на абсолютно незнакомом ему французском языке. Вроде как, тот несчастный прославился тем, что умудрился заказать себе сразу три первых блюда.

Ага, про угощения не буду, лучше расскажу о поведении за столом членов императорской семьи, тоже интересная картинка вырисовывается. Ну, про принцессу много можно не рассказывать, она мысленно уже в бальном зале пребывала, взгляд такой расфокусированный у нее был, как еще вилкой мимо собственного рта не промахивалась. А вот их императорские величества, похоже, до сих пор пребывали в глубоком разладе. Хоть моя эмпатия, в окружении стольких взволнованных людей одновременно, и не могла предоставить мне толком никаких сведений, все фоном забивалось, но в данном случае это и не требовалось. Когда два человека, сидящих рядом, смотрят куда угодно, только не в сторону соседа, это очень явно заметно.

После пафосного, но очень вкусного обеда, распорядители празднества наконец-то, объявили танцы. Бальный зал, по соседству со столовой, своими размерами и роскошью интерьера реально подавлял. Одно слово: императорский! Первым номером сам император под руку вывел свою дочку. Первые па они делали в окружении гостей в одиночестве. Ну, да такой вот тут, у нас, красивый обычай. Следом за императором потянулись и все прочие пары. Я, к примеру, с дочкой одного из деловых партнеров отца вышел. Даже смог поговорить с ней немного, только именно, что немного, очень уж она смущалась, чуть не каждый вопрос приходилось по два-три раза переспрашивать.

Следом за дочкой первого делового партнера была другая, потом третья…. А потом наступил момент, которого я так долго ждал. Пришел черед моего танца с Чернозубовой… точнее с маркизой Зальцбергской. Чуть не со всех ног бросился в ее направлении. У всех дам на этом мероприятии имелись, разумеется, маленькие специальные блокнотики, в которые они записывали имена кавалеров на предстоящий танец, но, насколько я понял из наставлений во время своей учебы, настойчивый соперник запросто мог эту очередь и перебить. Вроде как, у некоторых особ женского пола это считалось особым шиком, таким вот образом наказывать нерасторопных.

— Уваров, деревенщина, куда ты прешь? — Вдруг хлестнул меня грубый выкрик, когда я уже почти достиг места, где стояла освободившаяся от прошлого кавалера Ирина. — Сгинь! Маркиза будет танцевать этот танец со мной!

Раскрасневшаяся от выпитого алкоголя физиономия князь-Никиты в этот момент показалась мне особенно неприятной.

— Деревенщина, маркиз, здесь исключительно вы, — сказал я, стараясь придерживаться более-менее литературных фраз, не сбиваясь на бранные слова. Все же, этот бал — мое первое явление свету, нехорошо портить о себе первое впечатление, — омерзительно навязывать свое общество даме, отлично осознавая, что ей претит общение с пьяницей.

— Да ты, ***, да тебя ***, — мгновенно вышел из себя сын князя Белогорского. — Где тут распорядитель этого бала? Почему среди благородных людей присутствует это быдло?

М-да, похоже, князь-Никите совсем пить противопоказано. Забылся, бедолага, где он затеял свой норов показывать. А ведь император до сих пор еще находился на тот момент в зале, любуется на свою подросшую дочь. Наказание не заставило себя долго ждать.

Разумеется, сам император заниматься дебоширом не стал. Достаточно было его короткого жеста в сторону церемониймейстера. Тот со всех ног подлетел к по-прежнему ругающемуся в голос княжескому сыну.

— Маркиз, вы ведете себя непозволительно, — твердым голосом объявил он, выражая волю своего сюзерена. — Отныне вы нежеланный гость в этом доме.

И уже в сторону подбежавших гвардейцев:

— Выведите этого… — замялся он с определением и повторил: — этого! — После чего обратился уже ко мне:

— Князь Буревой, его императорское величество приносит вам извинение за нанесенное вам на его балу оскорбление. Поверьте, этот случай не окажется безнаказанным.

Надо было видеть изумленные глаза князь-Никиты, когда был озвучен мой нынешний титул! Он мгновенно сник и безропотно позволил себя увести.

— Сын, я запрещаю тебе вызывать этого хама на дуэль! — Вдруг возник возле меня разгневанный родитель. — Дуэль четырнадцатилетнего подростка против практически взрослого боевого мага по определению не может считаться схваткой равных.

А ведь я всего лишь хотел потанцевать!

Потанцевать не получилось, но с Иринкой я все же еще раз переговорил, правда, совсем недолго. Она сказала, что будет продолжать учебу в университете. А еще дала мне разрешение там себя навестить. И снова остается только сетовать на не вовремя разыгравшиеся гормоны: я радовался этому разрешению, как сумасшедший.

С бала мы с отцом возвратились поздно и были сильно уставшими. Тем не менее, несмотря на поздний час, отец сразу принялся общаться по переговорнику со своими контрагентами. На балу он от своих собеседников немало очень интересной и важной информации смог почерпнуть. Я тоже хотел бы с Айрис своими эмоциями от бала поделиться, но не рискнул: это у нас тут время близко к полуночи, а в Огарево в это время люди уже десятые сны видят. Опять же, кто знает, как она эту мою похвальбу воспримет. Все же танцевал я на балу вовсе даже не с ней.

Утром, за завтраком, родитель был, что называется, при полном, при параде. Даже мундир надел с сияющими на груди орденами, их у него неожиданно очень много оказалось.

— Ты, Сергей, сейчас отправишься к дедушке с бабушкой, и без того обещанный срок твоего там пребывания с этим балом задержали, а у меня совершено внезапно куча дел организовалась. Заберу тебя дня через три или четыре.

Ха! Как удачно все вышло! А то я уже собирался подыскивать в Новом Городе подходящее местечко для создания портала в мир демонов. Надо ж узнать, удачно я предложил в качестве товара радужные стрекозиные крылья или нет? Опять же и с практической точки зрения тянуть с этим вопросом тоже нельзя: камень в сторону опасности того портала в мир Роя мной брошен. Вдруг, да в самое ближайшее время его закроют, надо успеть с моей идеи самые сливки снять.

После перемещения в Огарево, я все-таки не сразу в мир демонов побежал. Подзадержался, чтобы пообщаться со старшими родственниками. У деда с бабушкой ведь практически и не осталось близких людей кроме меня. Моя мать — не в счет. Она раз в год к ним приезжает исключительно, чтобы что-нибудь полезное для себя загрести. Хотя… может, это я слишком пристрастно к ней отношусь….

О бале у императора я им рассказал. Дед выслушал мой рассказ молча, только головой покивал, да брови нахмурил, когда я рассказал о стычке с сыном нашего князя. А вот бабушка просто-таки засыпала вопросами. Ее интересовало все: из чего были приготовлены блюда на столе императора, цвета платьев прибывших на бал дам, то, как императрица смотрела на своего мужа. Отдельно, особенно тщательно была проработана маркиза Зальцберг, про нее бабуля выспрашивала вообще досконально. Представляю, как в бабушкиной голове уже выстраиваются матримониальные планы.

Еле-еле вырвался с допроса. И сразу же побежал в сторону того края поселка, который смотрит в сторону пляжа. Жаль, осень уже полностью вступила в свои права: искупаться после такого жаркого допроса мне бы отнюдь не помешало. Заодно на бегу с Айрис связался. Услышав от меня, что я вновь вернулся в Огарево, она сильно обрадовалась. Поскольку в планах на этот раз у меня было всего лишь поговорить с Тотом, я пообещал ей вскоре с ней встретиться. Ну, для связи по разговорнику же мне, на той стороне, даже не потребуется удаляться от портала, так что время и место встречи назначал в полной уверенности, что прийти мне на нее ничто не помешает.

В мир демонов перешел без проблем. С Тотом тоже связался почти сразу же. Демон, едва услышал в переговорнике мой голос, сразу же разразился эмоциональной речью, из которой я понял, что радужных крыльев надо срочно и много. Ну, что делать, порадовался за то, что угадал с товаром и пообещал доставить все в самое ближайшее время.

Я уже собирался снова на Землю переходить, когда вдруг Гуамоко, в очередной раз, сделал мне предложение, от которого я не смог отказаться.

— Хозяин, я тут заметил, что тебе уже можно следующую порцию знаний закачивать. Все повреждения от прошлого раза уже полностью устранены.

— Блин! У меня же буквально через час свидание назначено, — возмутился я общей несправедливостью жизни.

Только вот отказаться от новых знаний я не смог. Кто знает, когда еще я снова в этот мир попаду, и будет ли в следующий раз обстановка тут такой же безопасной и спокойной, как в этот. Потому решил одновременно на двух стульях усидеть:

— Гуамоко, ты не мог бы в этот раз подавать знания помедленнее, чтобы голова у меня не так сильно болела, — взмолился я.

Не знаю, уменьшал Гуамоко скорость подачи знаний или нет, но когда эта экзекуция закончилась, чувствовал я себя далеко не самым лучшим образом. Меня даже вырвало разок, а уж голова болела, словно в ней поселился целый отряд маленьких гномиков, с размаха лупящих своими огромными молотами по всему, что их окружает.

Кое-как, выпив обезболивающее зелье из своей походной аптечки, вернулся через портал на Землю, принялся ногами затирать расчерченное на земле художество, ощущая, что очень быстро мне становится все хуже и хуже. Поняв окончательно, что кавалер из меня сегодня будет вообще никакой, вновь позвонил Айрис.

— Айрис, прости, моя замечательная, у меня ужасно разболелась голова. Прийти сегодня на свидание у меня не получится.

Очевидно, у Айрис были сегодня на меня какие-то особенные планы. Даже с больной головой и по разговорнику я ощутил охватившую ее обиду:

— Не можешь? Ну, и ладно. Поправляйся! — Бросила она, отключаясь. А я медленно и печально поплелся домой.

Хм, как это часто бывает, стоило мне отменить свидание, на котором мне очень хотелось присутствовать, мое здоровье моментально пошло на лад. Прямо, закон подлости какой-то. Ладно, зато вечером смог сбегать на склад алхимических ингредиентов.

— Извини, Сергей, сегодня радужные крылья у меня закончились, завтра к обеду приходи, — отозвался на мое пожелание бородатый продавец, откуда-то знающий мое имя. Впрочем, поселок же, а у меня дед — не последний в этих делах человек, так что слишком сильно своей известности я не удивлялся.

— А можно заказать, чтобы хотя бы несколько фунтов привезли, — высказал я свое пожелание.

— Несколько фунтов? — Озадачился тот, — ну… хорошо. Может, раскроете секрет, куда вам столько? Сначала твой дед приходил, теперь ты…. Хоть намекни, мне стоит заказать этого товара про запас, побольше?

Пришлось делать самый многозначительный вид, при этом ничего не отвечая прямо, по существу. Мне еще не хватало, чтобы завтра этот милый человек вдвое или втрое задрал для меня свою цену. А так, мало ли, что за новый рецепт мы с дедом открыли.

Глава 8

Как замечательно просыпаться дома, в родной спальне. Во дворце у меня, конечно, тоже спальня очень уютная, и, разумеется, куда богаче обставлена, а уж возможность, проснувшись, поплавать в небольшом бассейне вообще дорогого стоит, но все равно, в спальне своего детства почему-то спится особенно сладко.

Так вот, пробудился я, и первым делом рука сама собой потянулась за разговорником, чтобы с Айрис связаться. Но, разумеется, я вовремя опомнился: совсем рано же еще, ей-то никуда торопиться не нужно, после окончания младшей школы ее родители никуда больше отдавать на учебу или в работу не стали, спит поди, я и без того вчера своим отказом прийти на свидание накосячил, ни к чему злить ее еще сильнее.

Не решившись потревожить Айрис, подумал было о Соколове. Только и тут тоже мимо. Он же, в отличие от меня, продолжает грызть гранит науки в университете города Старгорода, а там часы, по сравнению с Огарево, установлены на пять часов вперед. У него сейчас должен быть самый разгар занятий.

Не найдя, с кем можно связаться, пошел к бабушке, она всегда встает рано, и поговорить с ней, если она конечно, не начинает о чем-то этаком въедливо выспрашивать, бывает очень интересно. Пришел я на кухню, а там прямо посередине кухонного стола блюдо с фаршированными блинчиками, большой запиской, словно полотенцем, прикрытое: «Сережа, кушай блинчики, мы с дедушкой скоро вернемся». И куда это они в такую рань усвистали?

Блинчики ел сам, ими же делился со Златой. Только, чтобы положить ей ее долю, пришлось еще предварительно проверять, какая в том кулинарном шедевре содержится начинка. Бабушка же, по своему обыкновению, всякое ассорти настряпала, а Злата — привереда, сегодня употребляла исключительно лишь блинчики с чистым мясным фаршем, не признавая никакой печенки, сыра и прочих копченостей.

Только успел насытиться, хлопнула входная дверь. Дедушка с бабушкой вернулись и, судя по раздавшимся оттуда молодым, звонким голосам, возвратились они явно не одни. Выглянул из кухни в коридор, какая-то молодая пара. Судя по тому, как молодой человек прилежно хлопочет вокруг дамы, именно пара, а не просто какие-нибудь сослуживцы.

— Что же ты, Сережа, со своей родной сестрой не здороваешься? — Вдруг укорила меня бабуля, заметив, как я выглядываю.

— Э… здравствуйте, — отозвался я, так спервоначалу и не сумев идентифицировать особу, названную бабушкой моей сестрой. Нет, так-то, раз это не Машка, которую бы я сразу узнал, то значит, либо средняя, Анастасия, она этим летом как раз должна была закончить университет, либо на год ее более старшая Ульяна, которая, еще учась на первом курсе университета, была выдана замуж за какого-то северного барона. Но, вот кто конкретно? Сложный выбор, особенно, если учесть, что их обеих я с самого детства уже кучу лет не видел.

— Здравствуй, Сергей, — поздоровалась в ответ моя сестричка и, поняв очевидно, мои затруднения, представилась: — я Настя, а это мой будущий муж, Роман. — А ведь, хоть по внешнему виду и не скажешь, она сильно смущена… и еще смотрит на меня с надеждой, что ли? И, что самое главное, никакой антипатии в мой адрес от нее не исходит даже близко.

Меж тем, к тому времени мы все из коридора в гостиную, на кресла и диваны переместились, Настя решила, что такая странная сцена знакомства брата и сестры нуждается в объяснении и принялась рассказывать своему спутнику о создавшейся в нашей семье довольно странной ситуации. Бабушка тоже не осталась безучастной к этому монологу, и даже дедушка пару раз вставил свои пять копеек.

— … Очень хотела посмотреть на Сережу хотя бы на Машкиной помолвке, — заканчивала меж тем семейную исповедь Настена, — да, сам же знаешь, у нас совершенно неожиданно сроки дипломной практики на две недели перенесли.

Хм, а ведь, похоже, что Настя эту историю не только для своего избранника рассказывает, но и для меня тоже. Хочет, чтобы я на все наши отношения, точнее их отсутствие, ее глазами взглянул. И так-то да, вины в том, что мы столько лет не общались, на ней совсем немного. Трудно ожидать иного, если ее родитель каждый раз выражал такое неудовольствие на их поездки к деду.

Очень захотелось предложить начать наши отношения с чистого листа, но застеснялся. Все же Настя с будущим мужем — взрослые, а я еще подросток, не по чину мне первому выкаблучиваться с подобными предложениями. Вместо этого принялся с огромным азартом расспрашивать Романа о его специальности. Как бы это объяснить… техномаги для учеников университета, готовящего чистых магов, — что-то неведомое, едва ли не запретное. Не раз слышал высказывания от профессоров, сравнивающих техномагию с ремеслом, тогда как нам, якобы, преподавалось настоящее искусство.

— Ну, знаешь, Сергей, техномагия — вообще не магия в чистом виде, — вроде как с первых своих слов подтвердил те профессорские высказывания жених моей сестры. — У нас в первую очередь ценится понимание работы узлов и механизмов изделия, хотя, конечно, знание магических приемов тоже необходимо. Скажем, магия металлов только у нас, по-моему, и изучается.

Сразу, едва разговор об этом зашел, разговорились на тему магии металлов. Ну, вы же помните, у меня свой особый бзик на все новые отрасли магии. Из рассказа знающего человека выяснил, что магия металла — все равно, что метаморфизм у живых организмов. Все приложение магии исключительно внутрь изделия направлены и никакого внешнего проявления приложенных сил вообще не проявляется. Но, вообще, заинтересовал меня техномаг, надо будет потом, как побольше свободного времени появится, хотя бы в первом приближении познакомиться с этим «ремеслом». Глядишь, что-то и для избранного мной направления артефакторики смогу оттуда почерпнуть.

Долго засиживаться за разговорами у меня не получилось. Сам не заметил, как полдень наступил, и я заторопился в лавку, продающую алхимические ингредиенты. Кто знает, вдруг уже сейчас где-то там, в верхах, уже шевеления начинаются от заброшенных мной сведений об опасности портала, связывающего Землю с миром Роя. Покупать товар втридорога только из-за того, что я задержался и не пришел вовремя, не хотелось абсолютно.

Радужные крылья я закупил. Даже чуть побольше, чем изначально намеревался. Соответственно, сумма затрат перевалила за тысячу золотых. Еще совсем недавно это была бы просто астрономическая для меня сумма. А тут выложил, даже не поморщившись. Наоборот, сильно в душе порадовался: деньги — они что? Лежат едва ли не мертвым грузом, а эту вот алхимию я через демонов с огромной для себя прибылью проверну.

Сразу же и загорелось всю эту покупку к Тоту отправить. И тут, как осенило! Я же так до сих пор Айрис не позвонил. Понятное дело, это мое подсознание про нее «позабыло», не желая получать трепку за сорванное накануне свидание, но ведь девушке этого не объяснишь. Наверняка ждет моего звонка. И обязательно и эту вот мою задержку не в мою пользу истолкует.

Отправил вызов на разговорник Айрис. Ой, зря я это сделал, зря к своему мудрому подсознанию как следует не прислушался.

— Сергей? А я и не ждала звонка от тебя сегодня, — донесся из разговорника до обморожения холодный голос крайне обиженной девицы.

— Извини, — совершенно искренне повинился я, — не мог сегодня раньше позвонить, родственники с самого утра в гости приехали.

— У тебя на все одни отговорки, — перешла к обвинениям моя ненаглядная. — И вообще, сегодня уже у меня голова болит, вот! — И прервала контакт, коза такая!

Хм, а я только хотел ей предложить снять в гостинице номер…. Вот что за невезуха такая!

— Зато, возможно, благодаря тому, что ты от нее не получил все, что хотел, дар некроманта у тебя будет более управляемый или сильный, — возник вдруг со словами своеобразного утешения Гуамоко.

— А я думал, наш с ней контракт уже завершен, — растерянно отозвался я на эту чуточку запоздалую мысль.

— Так символизм же. Бог его знает, что она в понятие равного обмена со своей стороны вкладывала. Если задумывала еще дополнительно отдаться тебе в знак благодарности, это тоже должно было быть уравновешено из остальной ее доли.

— А почему ты раньше мне об этом не сказал, — начал я обвинять уже свой разумный артефакт.

— Тоже символизм соблюдал. Если бы я раньше вмешался, этот ее жест, от которого бы ты отказался, запросто мог быть и засчитан, как состоявшийся. Так бы ты хотя бы удовольствие получил.

Помню, в технологическом мире смешной фильм был, «Укрощение строптивого» назывался. Там мужик, когда ему нестерпимо хотелось секса, начинал остервенело колоть дрова. Вот в оставшиеся два с половиной дня я примерно подобным же приемом и развлекался. И с дедом, в лаборатории, пытался отрабатывать варку мастерских декоктов, и с Романом простейшее заклинание укрепления поверхностного слоя металла изучал, и даже Настю раскрутил на обучение заклинанию Остановки малых кровотечений. А то, магию жизни в списке мной изученных имею, а ни одного настоящего целительского заклинания вообще не знаю. А, ну еще и в мир демонов сбегал. Купленные радужные крылья и дополнительный запас капсул хивы все же отнес Тоту на продажу. Кто знает, когда я еще смогу туда выбраться, так у него хоть запас товара будет.

Четыре дня моего пребывания в доме деда прошли, и на крыльце возник мой отец, а спустя всего лишь час я уже вновь оказался в его дворце, в Новом Городе.

Утренний сон в моей уютной дворцовой спальне был безжалостно прерван.

— Сергей, — сквозь сон послышался мне голос моего отца, — вставай, одевайся, барон Солнцев прибыл, с которым я насчет тебя уговаривался.

Не сразу даже и сообразил, что за барон Солнцев… какое он вообще имеет ко мне отношение?.. А потом вдруг резко вспомнил: это же тот друг отца, первоуровневый боевой маг, который пообещал дать мне несколько уроков собственного мастерства. Подорвался, словно по боевой тревоге в армии. Пожалуй, спичка бы не прогорела, когда я уже полностью собранный стоял на ногах.

— Выходи на малый полигон, твой будущий наставник тебя именно там дожидается, — скомандовал мне родитель все это время остававшийся в моей комнате.

Малый полигон — относительно небольшая площадка, ограниченная очень сильными артефактными щитами. Особо сильные разрушительные заклинания использовать на ней, конечно, противопоказано, для того за городом большой полигон имеется, но для проверки такого, практически неофита, как я, малый полигон годится идеально.

— Твой отец, Сергей, попросил меня поднатаскать своего наследника в боевой магии. Ты согласен? Учти, если начнем занятия, до окончания вступительного недельного курса, обратного пути у тебя не будет. И предупреждаю, будет очень тяжело. — Обратился боевой маг ко мне, стоящему перед ним навытяжку.

— Согласен. Считаю обучение у вас честью, — отозвался я в ответ.

— Ну, вот и замечательно. Тогда для начала проверим твой боевой потенциал. Атакуй меня всем, что у тебя имеется в арсенале. — И барон Солнцев, по-прежнему стоя в расслабленной позе, испытующе воззрился на меня. — О возможном вреде не беспокойся, я полностью контролирую ситуацию.

Ну, я и выдал. Первым делом, разумеется, использовал огненную магию. Хоть я и старался более-менее поддерживать равновесие в разных направлениях своей магической силы, но огонь у меня, наряду с магией пространства, все равно немного превалировал. И если пространство я развивал как бы само собой, создавая порталы и регулярно пользуясь внутренним пространством, то огонь у меня прибывал в основном за счет поглощения магических камней. А просто, при наличии свободного доступа к ним, очень трудно удержаться и не поглотить чуток лишку.

Огненные шары, огненные ядра, огненная плеть, даже подвижная огненная стена — все пошло в ход. Без всякого видимого эффекта. Солнцев как стоял, чуть ли не позевывая, так и продолжал скептически поглядывать в мою сторону. И далеко не все мои атаки он принимал на щит, от некоторых просто уклонялся, причем так быстро, что даже мне, с моей задранной характеристикой нервно-мышечной проводимости и то стоило постараться, чтобы эти движения заметить.

Поняв, что огнем я его точно не пройму, перешел на гораздо более скудный арсенал остальных стихий. С почти таким же эффектом. Разве что на мой сгусток тьмы, заклинание, которое я начал тренировать после утраты своего демонического перстня, вроде как, на лице наставника появилось немного удивленное выражение:

— Необычное заклинание. От атаки тьмой мало кто щиты поддерживает, — прокомментировал он мой экспериментаторский изыск.

За последующую пару-тройку минут я истощил как имеющийся в моем арсенале набор атакующих заклинаний, так и добрую половину своего магического резерва.

— Достаточно, — последовала следующая команда. — Основное я увидел. Кое-какой потенциал присутствует, но боги, как же медленно ты соображаешь! Теперь попробуй защититься от моих атак.