Агрессивные, плотоядные, и омерзительные

Андрей Мансуров

Агрессивные, плотоядные, и омерзительные

1. О пользе скрапперства

— Я посчитала, что вам надо это увидеть. — мягкий и благожелательный голос Матери застал напарников за обедом. Точнее — они как раз закончили. И сейчас Пол готовился так и так пройти в рубку: на его штурманском кресле ему отлично читалось, особенно, если закинуть ноги в дырявых на пятках носках на штурманский же пульт. А если старинная бумажная книга в мягкой обложке его… э-э… особенно увлечёт, она не испортится, если как обычно грохнется на палубу рубки. А «читатель» даже не проснётся от звука падения.

Джо же намылился идти в трюм: ему в последнее время очень не нравилось, что по углам небольшого помещения как-то словно сами собой скапливаются в высоченные кучи промасленные тряпки, использованные салфетки, пыль, камни — «сувениры» с разных планет, пустые канистры из-под смазки, стёртые до основы металлические щётки, лопнувшие болты, пластиковая плёнка, сгоревшие электронные блоки, и прочее отслужившее барахло. Не то, чтоб оно всё мешало их посадке в челнок, но…

Раздражало его хозяйский, и привыкший к порядку глаз. У них, конечно, не Флот, чтоб всё блистало и сверкало свежеокрашенными или надраенными поверхностями, но и жить, словно свиньи, в грязи, тоже нельзя. Разруха и безалаберность начинаются с малого!

И сейчас нужно было приказать дроиду сгрести всё в кучу. Запаковать собранное в огромный пластиковый пакет. Проследить за этим. Да и отправить пакет прямиком на какое-нибудь солнце: Джо всегда был принципиальным противником увеличения объёма и числа космического мусора. Потому что пару раз они и сами сталкивались на орбитах: однажды с отслужившим тюбиком из-под зубной пасты, а второй раз — с зубочисткой. (Хорошо хоть во время гиперпрыжков «столкнуться» ни с чем нельзя. Разве что в том исчезающе маловероятном случае, если выход из прыжка произойдёт на месте расположения как раз чего-то такого — мелкого, случайного. А от крупного — типа солнца или планеты — их страхует автопилот Матери.)

При столкновении же Мать тогда сослалась на то, что такие предметы не отслеживаются на суборбитальной скорости ни радаром, ни металлодетектором, ни даже видеокамерами с «продвинутой» оптикой и компьютерной обработкой.

Самозатвердевающая паста, закачанная между слоями обшивки корабля, тогда, конечно, спасла от разгерметизации, но дыры в обшивке получились приличные: оба раза на ремонт ушло больше суток. Так что Джо не хотел, чтоб его коллеги — скрапперы костерили их на все корки.

Ну вот не нужны свободным искателям-авантюристам проклятья!

Пусть примета и дурацкая, но лучше соблюдать неписанные этику и традиции всех скрапперов.

Однако заявление их бортового компьютера заставило Джо изменить намерения: Мать так просто звать не будет. То есть — наверняка это окажется что-то и необычное и интересное.

В рубке Джо как всегда опустил свой немаленький, но мускулистый, хорошо тренированный зад в капитанское кресло. Кресло протестующе скрипнуло, но вместило все его двести двадцать фунтов, зажужжав подстраивающимися под обширную форму сервомоторчиками. Пол плюхнулся в кресло штурмана. Обзор центрального, большого, экрана и оттуда открывался прекрасный. Особенно, если повернуть кресло на оси: рубка у их «Чёрной каракатицы» крохотная: только-только удобно сидеть.

На экране уже имелось… нечто. Так, с первого взгляда, и не определишь, что это! (Да и со второго!)

Действительно — и странное и необычное. Незнакомое. Непривычное.

Джо насупился. Он предвидел возможные проблемы и неприятности. Зато Пол словно бы получил от зрелища «штуковины» заряд бодрости:

— Ух ты, какая прикольная штуковина! А сколько до неё? — он прищурился, считывая цифры, которые Мать как обычно вывела в левом верхнем углу. Джо подумал, что не только у него начинается старческая близорукость. Скоро придётся линзы вставлять. Или уж лазерную коррекцию зрения делать. А Пол, да и он сам, явно её боится, — Да ну на фиг! Не может быть!

Джо и сам еле удержал руку на полпути к затылку: Мать и напарник своими регулярными «приколами» почти отучили его чесать эту часть головы в затруднительных случаях. Да они и правы: не помогает это думать!

До странного объекта по данным радаров и сканнеров было чуть более ста миллионов километров. А диаметр его составлял… Ого! Почти столько же, сколько диаметр земного солнца! Миллион триста тысяч кэмэ. Хм-м-м…

Сам объект представлял из себя тоже — сферу. Только вот не ярко светящуюся, а тёмную, абсолютно незаметную глазу, и видимую только в рентгеновском диапазоне.

И — словно решётчатую. Сетчатую. Дырчатую. Ну, словом — если бы кто-то решил сделать проволочный каркас для макета огромного бетонного глобуса. Составленный, словно пазл, из квадратных, треугольных, шестиугольных, более-менее правильных, или — изогнутых, фигур-контуров, плавно переходящих один в другой.

Только здесь «тонкие» ниточки-перекладины этого каркаса густо заполняли и внутреннюю часть сферы. Никак не верилось, что всё это может быть таких чудовищных размеров. Казалось, что перед ними абстрактная скульптура на выставке каких-нибудь авангардистов.

Можно было посчитать, что какой-то сварщик с богатым воображением, или столяр, или скульптор развлекался на досуге…

— Мать. Из чего сделан этот чёртов… Каркас?

— Из металла. — Джо подумал, что его инстинктивное первое предположение подтвердилось, — А конкретней: высокоуглеродистой стали — девяносто два процента, хрома — пять, ванадия — один, висмута — полпроцента, кадмия…

— Хватит! Скажи проще — он… Искусственного происхождения?

Тут уж фыркнул Пол:

— Джо! Хватит прикалываться! Ты же не думаешь в самом деле, что эта штука выросла тут сама собой, прямо в пустых пучинах космоса?!

Джо на напарника посмотрел. Тот ехидную ухмылочку с лица убрал.

— Как ни странно, но в вопросе Джо есть резон. Потому что грани-перекладины, у, как вы его назвали, каркаса, объективно не имеют мест стыковки — они просто плавно переходят, проникают друг в друга. То есть, всю эту конструкцию — не собирали из частей. И ни о сварке, ни о болтовом или заклёпочном способах сборки речи не идёт. И вообще: у меня такое впечатление, что всё это — и правда, словно выросло, выкристаллизовалось — из какого-то первичного расплава, или основы, сразу именно вот в таком виде.

Другое дело, что сам он, этот каркас, в таком виде, действительно, вырасти не мог. Тут явно поработал некий… назовём его архитектор. Ну, или — скульптор. Созидатель. Словом — творец.

— Только не говори мне, что это — работа того самого Бога, от которого мы года четыре назад так удачно сделали ноги!

— Такая возможность не исключена. Но — очень маловероятна.

— Тогда — кто? И — зачем?

— С имеющимися в наличии данными точно ответить невозможно.

— Ну так пошли зонды! Пусть изучат вблизи!

— Послала. Как обычно — в кильватерном строю, друг за другом.

— Ну, и?..

— Ну и первого у нас уже нет.

— То есть — в него стреляли? Как в опасный метеор? Из пушек?

— Нет. В него не стреляли. Ни из какого оружия. Мои сенсоры и сканнеры не зафиксировали ни-че-го. Но зонд исчез. Вот поэтому два других я затормозила на расстоянии пятидесяти миллионов кэмэ от объекта, а вас позволила себе оторвать от приёма пищи.

— О! Кстати! О приёме пищи. У этой штуки есть какие-нибудь двигатели? Ну, чтоб долетать туда, где хотя бы — солнце светит? И кто может жить внутри? Как могут выглядеть? И — главное! — что они едят?

Джо проворчал:

— Сколько вопросов. И как они важны. И актуальны.

— Ну задай свои — «актуальные». И уместные!

— Мать. — Джо так и сделал, — У нас есть шансы заполучить назад свой зонд? — его, разумеется, раздражала потеря очередных трёхсот пятидесяти кредитов. Но лучше — зонд, чем вся «Каракатица».

Вместе с ним и напарником.

— Вероятность этого не более одной тысячной процента.

— Ах, вот как! — Пола покоробило, — Стало быть, они его — это, а обратно — хрен! Ну и гады! А нас, если б мы подлетели ближе они тоже — того?!

— Вероятность этого почти сто процентов. Без одной тысячной процента. И, кстати, о питании.

Насколько я могу судить, никто там не живёт. Если вы имеете в виду обычных разумных существ вашего типа. Эта «штука» — живая сама. И как раз вот таким образом — питается.

— Что?!

— Как?!

— Когда уже вы придумаете новые вопросы? — по тону Матери можно было понять, что она устала от «стандартного» набора. Действительно: Джо помнил, что именно их они и задают каждый раз, когда удивлены… э-э… Сильно. А космос такая штука…

Удивляет постоянно!

— Погоди-ка! — Пола осенило, и он даже икнул, — Так это — новая форма жизни?! Цельнокристаллическая разумная железяка?!

— Ну, вроде того. Она явно обладает разумом и средствами воздействия на окружающую среду и пространство.

— Но откуда же она могла взяться такая?!

— Предполагаю, что образовалась она при катастрофе крупного голубого гиганта. Из его ядра. А вызреть, то есть — выкристаллизоваться, могла из того железа и металлов, что по расчётам наших учёных как раз и образуются внутри таких звёзд, в чудовищных объёмах.

Джо-таки почесал затылок. Скривил рот на бок.

Пол буркнул:

— Да, мне тоже эти же слова на ум пришли. Только вот… Мать! А мы можем сдать его на металлолом? Например, нашим воякам? Металл-то… Судя по составу — качественный!

— Напоминаю: он обладает разумом. То есть — под понятие «металлолома» никак не подходит. А сообщить его координаты кораблям Флота вы, конечно, можете.

Только вот не думаю, что вас за это отблагодарят должным образом.

— Почему?

— Потому что подобраться к нему не смогут и наши бравые вояки. Потеряв, как мы потеряли наш зонд, несколько кораблей с исследователями, они, несомненно, посчитают его агрессивным и опасным. Начнут стрелять. А он будет действовать так же: поглощать все наши возможные термоядерные ракеты, лазерные лучи, бомбы, и прочее в таком духе. Что скажется на боеспособности Флота.

И росту их злости на нас. В соответствии с масштабами убытков!

Теперь затылок почесал Пол. Но Джо не стал злопыхать по этому поводу. Спросил:

— Так — что? Мы никак не сможем узнать про него что-нибудь более подробно и точно? Ни про его внутреннее строение, ни про способ, которым он сожрал наш зонд?

— Ну, про способ я могу сказать прямо сейчас. Это — телепортация. То есть — мгновенный перенос тел сквозь пространство. (Не путать с гиперпрыжками!) Ну, помните — так действовал подземный супермозг. Производивший «хозяйственную деятельность» на планете в системе ЗМ-46/А-13?*

*См. рассказ «Эгоистичный гад» в книге «Изнанка Ада!..»

— Помним! — Джо передёрнуло, — Но тот ведь был привычно живой!

В-смысле — состоял из органического вещества. Поэтому ему и еда с полей нужна была. А тут — металл! Кстати, ты не ответила: что там — внутри? В полостях перекладин?

— А нет там никаких полостей. В перекладинах. Да и вообще — нигде. Картинка с гамма-сканнера с такого расстояния, конечно, нечёткая, но моя обработка позволяет сказать достаточно уверенно: стержни-перекладины — монолитные, однородные, и без полостей. Поэтому и масса столь велика: удельный вес стали около восьми грамм на кубосантиметр.

Джо ещё раз кинул взор на цифры в углу экрана. Действительно, чудовищная масса. Тоже — сравнима, в-принципе, с солнечной. Но он минуту назад как-то… Не обратил внимания. А ведь будь «дура» неживой, и «сдай» они её приёмщикам металлолома — металла бы Земле хватило на… Тысячелетия!!! Как и им — вырученных денег.

На центральном экране возникла голубая картинка с гамма-сканнера, и Джо вынужден был признать: нет внутри чёртовых стальных стержней, как он было надеялся, коридоров и проходов.

— Странно. — Пол пожал плечами, — Как же так? Полостей нет, состоит из металла, монолитного, но как же тогда осуществляется его… э-э… Жизнедеятельность? Как проходят нервные импульсы? Где хранится память? Какой орган осуществляет мышление? Чем он переваривает ту же пищу? Да и какую пищу он может раздобыть тут, в яме между галактиками, где и вакуум-то — словно особенно пуст?

— Хотя бы атомарный межзвёздный водород. А вакуум пуст как раз от того, что он его «подъел». А вообще-то он может и перемещаться. С помощью всё того же телекинеза. В древнем фантастическом романе Дж. Мартина «Пронзающие мрак» есть первое упоминание о таком существе. Огромном. Как планетоид. Только оно было органического происхождения. Ну а про кристаллическую, правда, цельнокаменную, жизнь тоже впервые было рассказано в далёком двадцатом веке. Кстати, там эти мыслящие камни как раз могли работать с телекинезом.* И людей они не любили.

*См. рассказ «Голос, который тебя зовёт», В. Славчев, в сборнике «Космический госпиталь».

Но меня нисколько не удивляет, что вы не знакомы с такими гипотезами. Ведь ты, Джо, читаешь только справочники и накладные. А ты, Пол — сентиментальные романы и исторические боевики.

— Неправда! Я иногда и фантастику читаю! — Пол хмурился. Мать доброжелательно поинтересовалась:

— Да? Тогда найди мне, пожалуйста, в твоём архиве, который, кстати, занимает более восемнадцати кубических футов у меня в подсобке, хоть одну книгу фантастического содержания.

Джо криво усмехнулся:

— А классно она тебя уделала. Да и меня заодно. С фактами не поспоришь. Но мы и не станем. Мать! Раз нам ни подлететь, ни взять пробу из него, ни продать нашим, не удастся, что делать-то будем?

— Смотря что вы собираетесь получить в итоге.

Напарники переглянулись. Пол спросил первым:

— А ведь она права! Какого …ера нам бы нужно было от чуждого и враждебно настроенного, и явно опасного, стального существа?!

— Думаю, никакого.

— Так что? Сваливаем отсюда? И ищем, чем поживиться, дальше?

— Думаю, да. Да и раз он — разумен, мы просто не имеем права лезть к нему. Как ни жаль оставлять в бесхозном состоянии такую глыбу отличного металлолома, ловить тут нам абсолютно нечего.

Мать. Возвращай на борт зонды.

— Вернула уже.

— А рассчитала дальнейший маршрут?

— Да.

— Ну так поехали. Тем более — мы уже в креслах.

— Боюсь, вам это не понравится. — после первого прыжка Джо ещё не успел отдышаться, — Вывожу картинку с кормовых видеокамер на центральный.

На экране возник, словно они и не оставляли его в двух парсеках позади, странный «решётчато-сетчатый» монстр! И, казалось, он стал ещё больше. Ну, или приблизился?! Да! Цифры в углу экрана показали расстояние уже — в сто миллионов кэмэ!

— Ого! Это что же получается?! Он нас преследует?! И способен на гигантские гиперпрыжки?!

— Вероятность этого более девяноста девяти целых и девятьсот девяносто девяти тысячных процента. Поскольку он уже здесь.

Пол фыркнул:

— Хватит издеваться! Я говорю — раз уж он может мгновенно, и соблюдая дистанцию, преследовать нас, как скрыться-то?!