А сможет ли кукла?

Виталий Хлудов

А сможет ли кукла?

Часть первая

Всё не так уж и плохо

Где-то на северо-западной окраине Москвы, погожим сентябрьским утром первого года нового века, по тропинке вдоль оживлённой дороги — шёл высокий, спортивного вида, очень приятной наружности молодой человек. Одет он был в серое осеннее лёгкое пальто, синюю водолазку и джинсы. На ногах — в ярком солнце сверкали модные остроносые чёрные ботинки на каблуке. Парень слегка сутулился, что придавало его виду некоторую загадочность. Сразу видно, что идущий очень заботился о своей внешности. Аккуратно постриженные песочного цвета слегка вьющиеся волосы лежали убранными в щегольскую причёску. Умные зелёные глаза и большой прямой нос, слегка утолщающийся к кончику, вкупе с задумчивым взглядом придавали ему вид аспиранта одного из многочисленных столичных ВУЗов. В кармане пальто, рядом с потёртым паспортом ещё советского образца лежало удостоверение-пропуск местного ЧОПа на имя Александра Николаевича Ермоленкова, двадцати трёх лет отроду. В одной руке мой герой держал большую спортивную сумку, а в другой два фирменных пакета с едой из близлежайшего супермаркета. Александр нёс весь этот груз, ничуть не напрягаясь и любому бы стало сразу ясно, что силой молодой человек обладал недюжинной.

Пройдя до пешеходного перехода, Александр свернул к нему, чтобы перейти улицу на загоревшийся зелёный свет светофора. Позади остался «спальный квартал» из многоэтажек с отделяющим его от трассы специально посаженным ивовым кустарником. По другую сторону дороги — также имелись ивовые насаждения, но заботливо обсечённые так, чтобы те не мешали ходить людям по тротуару. Ведь дальше — за чугунной оградой располагался двухэтажный детский сад. Очень дорогой. Учреждение состояло из нескольких соединённых под одной крышей зданий. Администрация, явно — не скупилась на внешнем виде и внутреннем убранстве. Чуть левее — имелась проходная со шлагбаумом и сторожкой, выстроенной из брёвен с покрытой ондулином крышей. Детишки с родителями заходили с другой стороны — через калитку, а мимо проходной сновали всё утро личные автомобили сотрудников и всякий служебный транспорт. Контролировать данный объект вменялось двум сотрудникам охраны. Именно в этом месте и работал Александр.

Сегодня была не его смена, однако парень уверенным шагом подошёл ко шлагбауму. Навстречу вышел невысокий круглолицый мужичок пенсионного возраста, одетый по форме, с густыми седыми усами.

— Здравствуй, Саша! — Охранник протянул ладонь. — Ты же в отпуске должен быть сейчас? Чего не отдыхается?

— Да тоска меня взяла в моей провинции. Друзья все разъехались, поговорить не с кем. Немного погулял, сходил на могилу родителей, выпил разок, и — решил вернуться. Совсем там нечего делать стало!

— А что не у Инги?

— Выставила она меня час назад. Вчера приехал, переночевал, а сегодня утром она пришла и говорит: «Собирай свои вещи и съезжай». Ни с того — ни с сего. Даже объяснять не стала. «Выметайся, чтоб через полчаса тебя тут больше не было»! А куда мне ещё? Тут на объекте есть отдельная комната для охраны. Можно мне там немного пожить? Всё равно она пустует.

— Немного можно. Только потом — придётся всё равно жильё подыскивать. Если не устраивает общага, где ты временно прописан — ищи съёмное где-то в области. Можно найти относительно недорого, если хорошо поискать. На электричке доберёшься. Понятно, что не сахар, но у тебя вариантов-то раз-два и обчёлся.

Охранное предприятие, в котором работал Александр, состояло почти полностью из подмосковных пенсионеров. Бодрые старички работали не вахтой, а обычным графиком: сутки — через двое. Данный объект считался престижным, и чтоб устроиться на него Александру пришлось два года отмучиться на шумной стройке. Платили тут нормально, а работа не тяжёлая. Главное — приходить вовремя да быть всегда трезвым и опрятным. Когда заканчивалась работа — охранники разъезжались на машинах по домам.

Саша тоже — до сегодняшнего времени жил в современной квартире, даже — совсем неподалёку. У женщины по имени Инга, пока та его не выставила за порог. Она была старше его лет на тридцать, и окружающие считали их чуть ли не любовниками. Всякое бывает в больших городах. Кому какое дело? Живёт себе вдова — ещё не старая, почему бы и не завести себе молодого? Одной — развлечься хочется с интересным парнем, а другому — в столице пристроиться как-то надо. Тут уж не до высокой морали.

Наш красивый молодой человек беспрепятственно прошёл во внутренний двор, в дальнем углу которого виднелась пристройка для таких вот случаев. Ключ брался на проходной и должен был сдаваться обязательно назад при покидании объекта. От самой проходной необходимо было пройти метров сто. За входной дверью комнаты отдыха, на левой стороне флигеля — шла маленькая прихожая с вешалкой для верхней одежды. Дальше — ещё дверь в саму комнату. Внутри имелось всё для комфортного отдыха: диван, кресло-кровать, холодильник с микроволновкой, стол с двумя стульями, даже — небольшой телевизор на прикроватной тумбочке. На полу лежал потёртый ковёр, явно — привезённый кем-то из дома. В помещении имелась ещё дверь, справа от входа. Она прикрывалась накидкой и за ней имелся санузел: унитаз с раковиной и вполне приличная душевая кабинка. Мечта, а не комната для сотрудников!

Однако, молодой человек по имени Александр Ермоленков отнюдь не собирался надолго здесь задерживаться и, разложив свои вещи по местам — устало воссел в кресло и принялся анализировать: что же с ним такое случилось и что же делать дальше? Он вовсе не хотел ютиться в тесном общежитии, проводить всю жизнь в качестве простого секьюрити, пускай и в хорошем месте. Жизнь им всегда воспринималась как детская игрушка — калейдоскоп. Ты смотришь в глазок и любуешься цветными стёклышками, выложенными в причудливый красивый узор. Затем — поворачиваешь цилиндр, всё рассыпается, и снова получается великолепный вид. Так происходит до тех пор, пока что-то не сломается. И, судя по всему, именно то и произошло на этот раз. Вся жизнь была впереди, но Саша внутри себя ощущал пустоту и неопределённость. «Для начала, нужно понять — что произошло и вспомнить основные события с момента первой встречи с Ингой» — рассуждал мой герой.

Воспоминание первое

Александр вышел на «Площадь трёх вокзалов» и сразу же закурил. В животе приятно переваривался очень вкусный беляш, запитый дешёвым кофе из пластикового стаканчика. Парень в старой ношеной болоньевой куртке и мятых брюках не привлекал внимания прохожих. Они, торопясь пробегали мимо и нервно поглядывали наверх. В холодном ноябрьском небе висели тяжёлые налитые свинцом тучи. Вот-вот должен был начаться дождь. Ермоленков зажал свою спортивную сумку между ног. Оставив тлеющую сигарету в зубах, он двумя руками натянул фетровую кепку как можно плотнее на голову. От ливня она вряд ли бы спасла, но какие-то капли задержит.

Молодой человек познакомился по объявлению с женщиной по имени Инга летом 97-го года. После небольшой переписки дамочка любезно пригласила своего нового знакомого к себе домой, в Москву для совместного проживания. Дама назвала себя вдовой и Сашу нисколько не смутила огромная разница в возрасте. У неё был сын. К тому времени он уже года два как жил за рубежом, а его квартира на окраине столицы оставалась без хозяина. Это жильё являлось собственностью Инги, которая имела ещё и свои апартаменты. Поэтому — когда одинокая женщина изъявила желание познакомиться с каким-нибудь обаятельным парнем и пригласить его к себе — Александр ничуть не удивился. Он всегда пользовался успехом у противоположного пола. Инга казалась лёгкой целью, не представляла никакого интереса как женщина и кабы не жилищные проблемы — то вряд ли бы заинтересовала девятнадцатилетнего парня.

— Здравствуйте. Я так понимаю, вы — Ермоленков Саша? Из города Ушки?

Прямо перед молодым человеком стояла невысокая худощавая женщина в лёгкой коричневой кожаной куртушке, розовой кофточке и клетчатых брючках. Короткие волосы, покрашенные в каштановый цвет, торчали клочками, и если не золотые серёжки в форме четырёхлистного клевера с маленьким сиреневым камушком посередине, а также — золотой цепочке с кулоном — то Александр принял бы её за очередную навязчивую торговку разной ненужной чепухой. На женщине совсем не было косметики, а бледная кожа, водянистые глазки, вкупе с торчащим как маленький клювик носиком — делали её похожей на мокрую курочку. Ещё и рост. Стоя в полусапожках на высокой платформе, она вряд ли дотягивалась до подбородка своего визави. На шее висели очки на шнурке, потому парень подумал, сморщив нос: «Ну вот, ещё небось сейчас очки напялит, чтоб меня рассмотреть получше».

— Да, меня зовут — Александр, я из Ушек. А вы — Инга? Инга Быстрова?

— Да. Бросайте окурок. Пойдёмте поскорее в машину. Там, на стоянке всего пятнадцать минут можно бесплатно транспорт оставлять. Потом — счёт выставят. Так что — поторопимся.

Знакомые поспешили по тротуару, огибая иногда встречных прохожих, так же несущихся на всех парах куда-то по своим неотложным делам. Совсем не так представлял себе Ингу юный повеса, но поделать уже он ничего не мог. Не в его положении выбирать теперь женщин. На кону стояла престижная богатая жизнь в мегаполисе, так что нужно ещё и усердно разыгрывать из себя очаровашку. «Ладно, сейчас в крутой внедорожник засяду и, наконец — почувствую себя белым человеком. А там, и в темноте можно. Какая разница?» — мечтательно рассуждал Александр. Каково же оказалось его удивление, когда вместо огромного джипа дамочка подошла к красному трёхдверному хэтчбеку «Opel-Astra». «Такого добра и в Ушках полно. Правда, машинка совсем новая. Но всё равно…»

— Давай, закидывай свой саквояж в багажник и садись наперёд. — Инга мимоходом открыла пультом все замки и поспешила сесть за руль.

Её спутник сделал — как ему велели. Саша про себя отметил удобство салона, несмотря на небольшие размеры авто. Это оказалось весьма приятным бонусом. Через две минуты они уже стояли в пробке на светофоре. Машинка оказалась резвой. Женщина постукивала маленькими тонкими пальчиками по баранке. Возникшую паузу нужно было кому-то начать заполнять.

— Мой муж погиб несколько лет назад в автокатастрофе. Я тебе, вроде как писала об этом. От него мне достался кое-какой бизнес и загородный коттедж. Там я, собственно, и живу. А квартиру я сыну купила, когда он в универе учился. Потом — сын уехал на стажировку, за границу. Там и остался. Иногда созваниваемся. Неподалёку от квартиры мой офис. Чтобы не гонять каждый день за город, я частенько ночую в этой самой квартире. Потому и сдавать её не хотела бы. В коттедже я живу, как-бы — по выходным и праздникам. А в будни — поближе. Сразу скажу, что в постели ты мне без надобности. Можешь — завести кого-нибудь, я не против, только домой её мне не приводи. И вообще — никого не води. Ты будешь жить в небольшой комнате с выходом на балкон. От тебя потребуется: держать жильё в чистоте и порядке, то есть — регулярная влажная уборка. Оплата всех счетов. Несложный ремонт, если что. Обо всех проблемах — будешь мне звонить на сотовый с городского. У тебя есть деньги на первое время? Хорошо, себе на шею я сажать тебя не собираюсь. Дам один адресок — завтра съездишь по нему. Устроишься на работу в охранную контору. Ты ведь у себя, в Ушках — охранником работал? Значит — быстро освоишься. Если работать без косяков в Москве, можно неплохо зарабатывать. Хватит на всё. И за квартиру деньги будут, и на еду, и — останется ещё скопить на что-нибудь. В общем понял меня? Вина тут мне не пей, куришь на балконе, баб или дружков — не води, содержишь себя сам, за квартиру платишь, ведёшь себя в общем — скромно. Тогда — будет тебе счастье в жизни, а мне — выгода. И помни: если что не так — выставлю в два счёта. Не обессудь.

Наконец, машина проехала светофор. Инга замолчала и сосредоточенно всматривалась в дорогу. Путь оказался не близким. Часа два они колесили по утренней Москве, пока не свернули в один из переулков к виднеющейся муниципальной автостоянке. Они остановились на пустом месте возле газона с пожухлой осенней травой.

— Сейчас пройдём — посмотришь, как и что, отдохнёшь, можешь душ принять. В холодильнике пельмешки есть, отваришь их как проголодаешься. Если надо купить поесть — сходишь, тут чуть подальше — есть недорогой супермаркет. Купишь чего-нибудь. Мне некогда, работать надо. Покажу квартирку и побегу по делам. Придём — ключи тебе дам. У нас домофон, если что. Пользоваться умеешь? Сейчас научу, это просто.

Александр молча вышел из машины, забрал из багажника сумку, затем — обретя новую знакомую, отправился по тропинке за ней в сторону жилого массива из стоящих в ряд, похожих одну на другую панельных многоэтажек. Инга шла на три шага впереди, будто не хотела — чтоб их видели вдвоём вместе. Зайдя в крайний подъезд одного из домов, они вошли в лифт и поехали на одиннадцатый этаж. Уже через несколько секунд взору новоиспечённого почти москвича предстала просторная рекреация. Пройдя прямо, Александр отметил, что слева имеется лестничный пролёт вниз с площадкой между этажей. Площадка хорошо освещалась через окно, которое легко можно было открыть, потянув вниз ручку. Инга открыла ключом дверь и вошла в квартиру первой. Из небольшой прихожей, где стояли двое шёл длинный коридор.

— Смотри — располагайся. Сейчас направо — кухня, туда же — туалет и ванна; дальше по коридору: налево — твоя комната, направо — моя спальня. Направо по коридору — гостиная. Вот — ключи. Вот тебе адрес конторки на завтра. — Инга взяла с трюмо свою визитку и написала на оборотной стороне какой-то адресок. — Возьми, скажешь — что от меня. Там тётка одна сидеть будет, всё поймёт. Итак: ведём себя тихо и скромно, чтоб соседи не жаловались; курим только на балконе, я сама давно бросила, чего и тебе советую; влажная уборка квартиры — раз в неделю…

Внезапно из-за пазухи женщины раздался писк сигнала телефона. Деловая дама сняла с пояса увесистый сотовый аппарат, нажала кнопку вызова и поднесла трубку к уху:

— Да… ну я же предупреждала, что задержусь сегодня на час или два. Вы там что: опять ничего без меня не можете сделать? Я уже говорила, как в таких случаях надо поступать. Почему без моей подписи никак? Да любой менеджер, кто там сейчас на месте может… Почему нельзя?.. Ну хорошо, сейчас приеду. Скажи клиенту — пусть подождёт половину часа… Ага, давай…

Инга снова нажала кнопку и убрала телефон.

— Я хочу спросить вас… — Александр прервал своё молчание.

— Можно на ты.

— Хорошо. Скажи, ведь ты так и не ответила тогда: чем занимается твоя фирма?

— Тебе, наверное — скучно будет. Аудит, оценка, консалтинг, бухучёт, можем и с юристом помочь. Компания мне от покойного мужа досталась. Поначалу — трудно было, потом — ничего, освоилась. Тут надо во всём самой разбираться. Чуть зазеваешься — каждый норовит обмануть, для себя что-то урвать. Ладно, я сейчас смоюсь. Буду примерно к шести вечера. Не скучай и веди себя хорошо.

Инга ушла, оставив своего знакомого одного в своей шикарной, по меркам города Ушки, трёхкомнатной квартире. Александр поставил свою сумку в угол и разделся. Пройдя два шага молодой человек отметил, что пол покрыт чем-то современным и скользким. Ему пришлось вернуться к сумке и обуться свои каучуковые сланцы. Парень перемещался взад-вперёд, не решаясь с чего начать изучение нового жилья.

Кухня состояла из тумб-секций на полу и стенах. Посередине имелась большая вытяжка. Прямо — стоял большой стол с четырьмя стульями. Гостиная не имела дверей в своём широком проходе. В ней, по правую стену — располагался комод, над которым висела картина непонятного содержания, похожего на авангардизм. Кварцевые часы на стене показывали пять минут одиннадцатого утра. «Пора бы уже и об обеде побеспокоиться. Где же тут холодильник?» — Александр вошёл на кухню и обернулся по сторонам. Высокий холодильник стоял в самом углу слева. Он состоял из двух секций. Открыв верхнюю — Саша увидел морозильную камеру с одиноко лежащим в ней холщовым мешочком. Это были пельмени. Нижняя часть, собственно — и предназначалась для основных продуктов. Открыв её, оказалось: она тоже пустовала. Две коробки с соком, да палка сервелата. «Э-э, так дело не пойдёт. Чем же она здесь питается? Придётся сейчас сбегать по магазинам, а то так голодным и останешься».

Александр вышел в коридор, запер за собой дверь и свернул на лестницу. Вспомнив о лифте, он развернулся назад. Лифт оказался занят, пришлось ждать минуты две. Дальше — выход из здания получился без каких-либо задержек.

Супермаркет быстро был найден и весьма впечатлил паренька разнообразием товаров по демократическим ценам. «Вот же — жируют москвичи! И денег у них вагон, и жратву можно дёшево прикупить». На обратном пути Саша наткнулся на уличную распродажу одежды, в палатках, где прихватил для себя костюм с галстуком и осеннее драповое пальто серого цвета с широким воротником. «Надо же завтра к работодателю явиться в приличном виде»!

На обед в тот день был приготовлен гороховый суп из пакета, а на второе — жареный картофель с котлетой и грибами. Объеденье! Немного отдохнув на кожаном диване, Александр разглядел двухнедельную пыль на полу и решил немного убраться, заодно — изучить столь шикарные апартаменты. Ведро с тряпкой уже оказалось примеченным в углу кухни. Через час пол, без каких-либо ковров и паласов сверкал своей первозданной чистотой.

«Теперь можно и покурить». — Наш герой вышел из своей комнаты на балкон своей комнаты. «Балкон» оказался застеклённой лоджией, довольно просторной. Несмотря на площадь почти с маленькую комнату, пространство поражало пустотой. Стоял там один лишь стул и эмалированное ведро с крышкой, как у кастрюли, для окурков. «Она что — не бывает тут никогда, а стул и ведро — спецом для меня поставила? Вот же чудная баба! Не живётся ей в таких хоромах. Повезло мне. Наверное, все прошлые тяготы судьбы теперь мне будут возвращены с прибавкой. Поживу как белый человек!» — Александр жадно затянулся табачным дымом и представлял себя разъезжающим по родным Ушкам на большом Джипе, а прежние знакомые все — открывают рты от удивления.

Комната, отведённая Ингой для Саши — содержала в себе кровать, шкаф, книжные полки со старыми журналами и художественной литературой. Возле двери на «балкон» стоял письменный стол и стул. На столе — лампа. «Странно, ни видака у них нет, ни «мафона», ни приставки игровой. Чем живут — непонятно. Хорошо, хоть плеер с собой прихватил с несколькими кассетами. А то — совсем тоска была бы». — Молодой человек прилёг на кровать и немного задремал.

Хозяйка квартиры вернулась в шесть вечера. Уставшая и нервная. Быстрыми движениями скинув с себя одежду и обувь женщина решила привычным ходом пройти к себе в комнату, но на её пути встал новый «квартирант». Инга немного опешила, но вспомнив о том, что сама пригласила молодого человека пожить — постаралась улыбнуться.

— Я ужин приготовил. Жареная картошка с грибами и котлетой. Будешь есть?

— Нет, спасибо, я обычно обедаю и ужинаю в кафе, неподалёку от своего офиса. В завтрак могу кофе дома попить, да и то — не всегда. Хорошо, хозяйничай. Только меня сегодня не беспокой особо. Трудный день выдался. Отдохнуть хочется. Может, завтра поговорим. Про работу не забыл? Завтра нужно съездить обязательно. Я со своей знакомой договорилась. Она тебе поможет устроиться в более-менее сносное место. Где с деньгами не кидают и пахать, как на каторге не нужно. Да, забыла предупредить — ты воду сильно не лей, платить тебе придётся по счётчику. Она у нас самая дорогая. Нам поначалу самим непривычно было, потом — ничего.

— Да, обязательно съезжу.

Инга проследовала в свою спальню. Александр весь вечер провёл в одиночестве. Доев свою картошку, оставшуюся с обеда, квартирант также — закрылся в своей комнате. Курсируя между балконом и кроватью, парень заметил — что несмотря на современный дизайн жильё выглядело вполне скромно. Из вещей — только самое необходимое. Никаких излишеств. Светильники, вмонтированные в навесной потолок, смотрелись совсем как на инопланетном корабле. После провинциальных ковров с огромными люстрами и коврами где ни попадя — нашему Саше становилось неловко от мысли: «А что, если, достигнув определённого уровня благополучия — разные новомодные технические прибамбасы уже не нужны? А ради чего тогда к этому благополучию и стремиться? Да нет, дичь какая-то. Наверное, Инге где-то сильно повезло, выиграла в лотерею, а сама не умеет получать радость и удовольствие. Трудоголик по жизни, больная на голову чуток. Ещё и благотворительностью решила заняться. Нет, ну точно — больная! Надо бы основательно закрепиться здесь и затем — прояснить как и зачем нужна эта жизнь. А пока что: буду тише воды — ниже травы, как Золушка. Произведу, так сказать — впечатление. А там — будет видно. Калейдоскоп ещё никогда не подводил. Только вроде — всё посыпалось, а вот и новый узор подоспел. Красота, лучше прежнего. Будущее совершенно точно — ждёт меня в богатстве и счастье. Немного нервотрёпки, как всегда, а затем — можно опять плыть «на расслабоне».

До адреса с визитной карточки Инги пришлось ехать на метро. Затем — целый час идти пешком. Ермоленков, пробираясь сквозь чащу однотипной городской застройки ожидал увидеть офис ЧОПа как брутальное строение с тренировочными комнатами, бассейном и тиром. Однако путь привёл его к обычному дому, где первый этаж занимали многочисленные мелкие конторки. Снаружи здание украшали рекламные щиты с надписями: «Фото на документы, Ксерокопия», «Окна-двери», Кабельное ТВ» и прочее. Александр прошёл в узкую дверь с торца. Его взору предстал очень длинный коридор с отходящими вправо и влево дверьми под номерами. Пройдя метров десять, он наткнулся на нужную ему дверь и постучал.

— Входите! — Послышался гостеприимный женский голос.

Соискатель вошёл в совсем небольшую комнатку, в которой располагался стол с персональным компьютером и важной дамой в красивых очках, похожей на школьного завуча, гордо восседавшей на офисном стуле с накинутой на его вязанной кофтой. Рядом стоял металлический табурет для посетителей и масляный обогреватель, работающий на полную мощность и создающий сильную духоту в помещении. Одетый по случаю вчерашний костюм и пальто оказались совсем лишними. «Только б не задержаться тут, а то — совсем сварюсь» — промелькнула мысль.

— Здравствуйте! Мне дали ваш адрес. Хотелось бы на работу устроиться. Вот — посмотрите — я не перепутал? Мне ЧОП нужен? — Ермоленков подал визитку.

— Тут «кадры». Это ещё что? А-а, вы от Инги?! Доброй волшебницы? Филантроп и меценат! Давайте сюда ваш паспорт и военный билет. — Важная дама посмотрела оценивающе на Александра из-под своих очков.

Молодой человек вынул из-за пазухи требуемое и протянул вперёд. Дама взяла документы и стала что-то набирать на клавиатуре. Саша осмотрелся и обнаружил, что комнатка оказалась почти пуста. Только кресло, стол с ПК и обогреватель с проводами. Да ещё — лежащая на столе брошюрка: «Windows-95 Руководство пользователя». Диковинная для тех лет операционная система ещё только входила в жизнь и требовала всестороннего изучения.

— Что с Армией?

— Признан негодным. Плоскостопие. С детства. Но оно мне не мешает, если не нужно только кросс бегать. — Парень застенчиво улыбнулся, но дама не обратила на это никакого внимания. Только стучала пальцами по клавиатуре и всматривалась в кинескоп монитора.

— Лицензия есть?

— Нет, мне сказали — на месте выправят.

— Вы же работали охранником до того?

— У нас можно было и так, без лицензии трудиться.

— А, понятно. Лицензию, действительно — сделают, но не сразу и это будет кое-что стоить. Из зарплаты затем вычтут. Так же, как и за форму. Хорошо, и банковской карты, конечно, тоже — нет?

— Нет. В нашем городе платят везде наличными. Карт нет и в помине.

— Разумеется… Сменами или вахтой хотите работать?

— Сменами. — Саша сказал машинально, быстро в голове промелькнула мысль о том, что вахта ему совершенно не подходит. Родная квартира, оставшаяся далеко, в провинции — теперь принадлежит другим людям. Родители скоропостижно скончались пару лет назад. Отношения с сестрой — хуже некуда, у неё там — своя жизнь. Остались друзья, но они вряд ли скучают. В прежних местах его никто уже не ждёт.

— Сейчас я распечатаю договор в двух экземплярах, подпишите его и отправитесь по адресу, который я вам дам. Там — контора охранного предприятия «Зелёный китель». Это ваше место работы. Покажете вашу часть договора. Получите там все необходимые инструкции, одежду и распределение на объект. Банковскую карту сделают, получите её вместе с удостоверением и лицензией. Наверное, на следующей неделе… Да блин! Опять система зависла… подождите… поставили «Винду» какую-то, а она — то зависает, то вылетает…

Дама сделала недовольную мину. Её пальцы нервно постукивали по краю монитора. Прошло минуты три.

— А ну вот, прогрузилось наконец…

Женщина, похожая на завуча, наклонила туловище вниз и щёлкнула ещё одной кнопкой на клавиатуре. Где-то внизу стоял принтер, но он не был виден посетителю. Наконец, послышалось знакомое жужжание и экземпляры договора появились на свет. После того, как Александр поставил свою подпись в нужный местах, важная дама достала откуда-то большую круглую печать и завершила необходимые формальности.

Контора ЧОПа оказалась почти такой же унылой комнатой, только побольше. До неё так же пришлось долго добираться. Инструктаж занял от силы полчаса. Уже завтра надо было выйти на объект. Круглосуточную стройку. На шлагбаум. Домой Александр приехал уже затемно. Быстро отварив пельменей, он жадно съел сразу тридцать штук и запил их вчерашним молоком, немного подкисшим. Затем, насытившись — плюхнулся на кровать. Пришедшая вскоре хозяйка на этот раз не вызвала интереса — встретить её. Усталость от толкотни в транспорте и ходьбы в неудобной для плоской стопы обуви взяли своё. Разговора по душам снова не вышло.

Со следующего дня у Александра Ермоленкова началась новая жизнь. Рано утром он вставал, завтракал и торопился на новое место работы. Душное метро, с двумя пересадками занимали гораздо больше времени, чем можно было подумать. Приходилось всё время спешить. Работа оказалась не сахар. Шумно, пыльно, постоянно приезжают разные машины. Надо проверять по списку. Иногда — приходилось задерживать и разворачивать. То и дело сыплются угрозы. Напарник — военный пенсионер, он иногда выручал. Но всё равно — тяжело. Ночью можно было поспать по очереди. Но из-за шума хорошо не поспишь. Ладно, хоть на объекте микроволновка имелась. Суп и второе — разогревалось в полимерных контейнерах. Чай — в термосе. Тоже — такое себе, но голодными не ходили.

Через две недели выдали картонный пакет с документами. Когда Александр получил свою первую зарплату, то с огорчением для себя выяснил — что с учётом всех расходов и вычетов он умудрился даже уйти в хороший минус. Если не материальные запасы из прошлой жизни — совсем бы туго пришлось. Деньги шли на банковскую карту. Снимать их приходилось в банкомате. Однако, через некоторое время обнаружилось — что гораздо удобнее платить картой напрямую. Таким образом, проще отовариться один раз в супермаркете, избегая стоящих ещё повсюду ларьков и палаток.

Жизнь в Москве не приносила ожидаемой радости. Утомительная работа сменялась бытовыми заботами. Единственный полноценный выходной приходилось тратить на стирку, уборку, походы в магазины и прочие хлопоты. С Ингой общаться толком не получалось. В квартире она ночевала не каждый день, даже по будням, а на все выходные с праздниками — уезжала за город. К своему квартиранту хозяйка относилась с симпатией, весьма доброжелательно, но никогда не подпускала Александра слишком близко. Сохраняла дистанцию, как величественный благотворитель.

Первый год пролетел на новом месте совсем незаметно. Саша очень старался: спиртного не употреблял совсем; посторонних не приводил; курил только на улице или балконе, не допуская попадание дыма в комнату; исправно оплачивал коммуналку.

За неполный год, перед отпуском, на банковском счету скопилась приличная сумма денег. В предоставленный двухнедельный отпуск Ермоленков решил съездить на Малую Родину, к оставшимся там друзьям и хорошенько оторваться за целый год абсолютно трезвой жизни. Сняв с банкомата внушительную сумму, он принял решение сесть на транзитный поезд, следовавший через Ушки. Так и получилось. Сойдя на своей станции, Александр остановился у одного своего старого знакомого. Тот перебивался случайными заработками. Денег ни на что не хватало. Вернувшийся на «побывку» приятель за постой хорошо кормил и поил, да так хорошо — что через десять дней от накопленных за год средств мало что осталось. Тем не менее, цель оказалась достигнута, и молодой человек остался весьма довольным сложившейся ситуацией. Следующий рабочий год смотрелся весьма оптимистично.

Возвращение в реальность

Александр, посмотрев на свои наручные кварцевые часы, неожиданно для себя обнаружил: прошло уже полтора часа, как он придался воспоминаниям о совсем недавнем ещё прошлом. Сильно хотелось курить. Если выйти наружу — то свернув за угол флигеля, можно было оказаться на протоптанной дорожке, отделяющим территорию детского сада от уютного городского парка со старинной усадьбой времён Пушкина, небольшим оврагом, тропинками и скамейками для отдыха. На тайной дорожке, за кустами — располагалось неофициальное место для курения. Именно им и воспользовался пребывающий на отдыхе охранник для осуществления своего пагубного занятия.

Спустя какое-то время после перекура, где-то во втором часу дня пришло время для обеда. Готовить суп Александру было лень. В ход пошли пельмени. Распробовав те самые пельмешки в холщовом мешочке, в морозилке у Инги, Саша остался под приятным впечатлением от данной марки. Продукт оказался не только очень вкусным и сытным, но и стоил ненамного дороже аналогов. К тому же — напоминал домашние пельмени, некогда заботливо приготавливаемые матерью для особо важных семейных случаев.

В прикроватной тумбочке хранились электрические плитка и чайник. Александр воспользовался ими. Уже через полчаса он с аппетитом поглощал свой обед. Когда чувство голода затихло, в ход снова пошли зловредные табачные изделия, употребляемые молодым человеком на регулярной основе с двенадцатилетнего возраста. К слову сказать, несмотря на все предостережения о привычке — парень вымахал под два метра роста и обладал завидной физической силой, не раз помогавшей ему в лихих перипетиях молодости.

После вкусного обеда Саша удобно расположился на диванчике. В подобные минуты он всегда предавался приятным воспоминаниям из прошлого, но на этот раз его посещали не совсем приятные образы и события. «Так, что же я сделал неправильно? Первые два года мне пришлось привыкать к новому месту. Ничего особо примечательного за это время не произошло. Работа — дом, и так по кругу. Необычным вышел лишь этот отпуск, который ещё даже не окончился. А началось всё с долгожданного перевода на новый объект. Вот в этот детский садик. Совсем рядом от нового дома. Больше не приходилось вставать в четыре утра и без конца торопится на метро. Двадцать минут быстрого шага — и всё, на работе. А через два месяца — отпуск. Денег накопил целую кипу. Ушки целый год ждали моего визита…»

Воспоминание второе

Районный центр Ушки ничем примечательным не выделялся. От Москвы на поезде — часов шесть езды. Можно и на автобусе, но дороги не всегда радовали. Лучше — на «железке», станцию «Ушки» проезжали многие транзитные составы. Сам городок населяли тысяч сорок жителей. Ещё от Николая Второго в населенном пункте работали несколько фабрик, а Советская Власть построила штук пять небольших заводов. В девяностые там стало очень всё грустно, и местные жители промышляли перепродажами, да сезонными работами в более благополучных местах. На окраинах располагались промышленные объекты с инфраструктурой и частный сектор. Ближе к центру — город застраивался типовыми пятиэтажками. Как и во многих населённых пунктах СССР, Ушки имели у молодёжи строгое деление по районам. Вплоть до середины девяностых массовые драки и разборки между молодёжью были обычным делом. Не обошло стороной данное явление и Александра Ермоленкова. Будучи юношей крепкого телосложения, Александр сильно преуспел на этом поприще. В центре, да и многие с окраин хорошо знали рослого бугая и трепетно отзывались о нём, боясь чем-то задеть или обидеть его. С разбитым лицом мало кто хотел ходить. Ермоленков являлся настоящим лидером и авторитетом у подростков. Вокруг него всегда собирались старшеклассники с района, наводя на конкурирующие компании страх и уважение.

Однако, к 2001-му году много воды успело утечь. Шумные разборки ушли в прошлое. Друзья и соперники Александра давно уже занимались совсем другими делами. Кто работал день и ночь, а кто — пьянствовал, пополняя ряды бомжей и насельников пенитенциарной системы.

Приехав в гости, наш герой, в прошлый раз останавливался у своего дружка по имени Юрик Миронов, называемый всеми как — Мирон. Недалёкий паренёк невысокого роста, обычного телосложения запоминался светлой шевелюрой и высокой причёской с кудряшками на макушке. Улыбчивый и простоватый молодой человек, с трудом окончивший местный техникум и отслуживший в Армии, никак не мог нормально устроиться. То — денег мало платили, то — выгоняли почти сразу по бестолковости. Единственным увлечением Мирона было праздное времяпровождение в компании единомышленников с обильным распитием спиртного. Жил с родителями, но те мало беспокоились о судьбе своего чада. Сами любили злоупотребить горячительным. Но даже они намекнули Ермоленкову — чтоб в следующий раз тот искал прибежище в каком-то другом месте.

Как раз примерно в то время из старого, ещё дореволюционного, доходного дома, местные коммерсанты сделали вполне себе сносный отель под названием «Два валета», где на первом этаже разместили недорогой бар с бильярдом, а на втором и третьем — номера для постояльцев. Если такой постоялец внушал большое доверие, то — администрация отеля могла организовать и встречу клиента с доступными женщинами для проведения совместного досуга. Вот именно здесь и остановился Александр. «Два валета» как раз находился на середине пути от вокзала к его бывшему дому.

После первой, весьма приятной бурной ночи, Саша проснулся поздно. В сентябрьское субботнее утро, около одиннадцати часов, он решил прогуляться по городу и повстречать каких-нибудь давних знакомых. А где в выходные, в то время, можно было гарантированно встретить кого угодно? Ну конечно — на местном вещевом рынке, называемым — «барахолка»! Так и сделал мой герой. Как и ожидалось, сразу после автостоянки, возле палаток с одеждой, прогуливались двое — Мирон и Кузьма в поисках: «У кого бы занять денег на продолжение банкета». Вы не знакомы с Кузьмой? Потеряли немного. Денис Кузьмин, бывший одноклассник Мирона представлял из себя точно такого же недотёпу. С длинным носом и характерными чертами неандертальца, коротко стриженный, очень смуглый парень — с детства обладал низким грубым голосом, а вкупе с задиристым характером — мог произвести впечатление на не особо сведущих, таких же подростков. Сведущие — на подобные его выпады, обычно реагировали решительно и агрессивно, так как Кузьма слыл ещё и трусом. Прячась всё время за спину друзей, Ермоленкова — особенно, паренёк авторитетом не обладал. В частности — сам Александр всегда высокомерно относился к нему, считая Кузьму придурком и дебилом. И если бы не знакомство с детского сада, проживания по соседству, да настойчивое навязывание себя в качестве друга — Ермоленков в жизнь бы не обратил на него внимание.

Завидев издалека давнего приятеля, Мирон и Кузьма радостно замахали руками. Александр поспешил навстречу своим друзьям, прикидывая — куда можно сходить вместе.

— Здорово, Санёк!!! — Прогремел Кузьма и простёр руки для объятий.

— Привет, бандиты! — Сдержано поздоровался Александр, стараясь уклониться от навязчивых любезностей. — Мирон, вы куда путь держите? Я тут заскочил на недельку, можем «зависнуть» где-нибудь.

— Сань, мы как раз обсуждали только что эту тему! — Вновь загудел Кузьма. — Пошли ко мне, я в новый дом переехал, с огородом. Покажу тебе свою собаку в конуре. Злющая! Жрёт за троих и цепи рвёт на раз. Уже третью цепь покупаю.

— Пойдём, для начала — в «Крепость» сходим. Там открыли неплохую рыгаловку, круглосуточную, можно харчами закинуться и бухнуть чуток, за встречу. — Предложил Мирон.

— Да, всё равно. Можно и в Крепость. — Отозвался отпускник.

Крепостью — местные подростки называли район, полностью состоящий из домов брежневской застройки. Панельные или кирпичные, белого цвета пятиэтажки являлись излюбленным местом для тусовок подростков девяностых. Друзья повернули к автостоянке возле входа в рынок, за которой шла улица в нужном им направлении. Наперерез троице широким шагом проследовал ещё один высокий молодой человек со взъерошенными русыми волосами. Хорошо одетый: в осеннюю дублёнку, брюки и модные чёрные ботинки, парень заносчиво посмотрел на друзей и презрительно ухмыльнулся. Александру стало не по себе. Ермоленков попытался натянуть на лицо улыбку, но вышло как-то кисло. Друзья приостановились. Отпускник несколько сгорбился и просел. Его компаньоны с удивлением посмотрели на него, явно не ожидая такой реакции. Парень был хорошо знаком им всем. Высокомерный знакомый последовал к одной из машин, «Жигулям» — классике, открыл дверь, завёл мотор и поехал прочь по своим делам. Друзья, стоя как вкопанные, проводили взглядом уезжающую машину. Первым пришёл в себя Кузьма:

— Да, Лохматый совсем зазнался. Уж не здоровается с нами. Машину купил и разъезжает, весь себе — крутой.

— Ты ещё пытаешься здороваться с этим уродом? — Вопросил Александр.

— А чего ты так его не любишь, ещё со школы? Урод — он конечно — урод, но машину-то себе купил!

— Дешёвка, металлолом, такие в Москве «на сдачу» продают. — Отозвался Ермоленков. — Никогда не забуду, как во втором классе эта гнида спёр у деда сто рублей. Тьфу, мразь!

— Так он же у своего деда спёр, тебе то чего? — Продолжил Кузьма.

— Да таких гнобить надо всегда. Он всё время чего-то строил из себя, совался куда ни попадя. Выпендривался, нарывался ещё на меня. Дразнил. То — одно ему купили, то — другое. В школе с учёбой лез, умного из себя строил. Если бы я его тогда постоянно не осекал — то житья б никому не дал. Всех бы достал в конец! Он же без отца рос. Этим всё сказано. Как и есть — мерзкое чмо! Отпинать бы его хорошенько, да неохота о такое дерьмо пачкаться.

— Только это чмо сейчас на машине катается, пускай и старой, и с деньгами. А нормальным чувакам выпить теперь не на что.