Помоги проекту - поделись книгой:
Вольт Николаевич Суслов
Рассказы о Ленинграде
Рецензенты
доктор исторических наук Т. П. Бондаревская
и
заместитель директора Государственного Музея истории Ленинграда О. А. Чеканова
© Издательство «Детская литература», 1984
~~~
Стоит над Невой город.
Большой и красивый.
Носит он гордое имя: Ленинград.
И еще называют его городом трех революций.
И еще он город-герой.
Город-солдат.
Город-труженик.
Город-порт.
У каждого города есть свое лицо, своя судьба, своя история. У Ленинграда она не такая уж и длинная, по сравнению с другими городами. Но это славная история! Был город Санкт-Петербург, просто Петербург, Петроград. А в 1924 году получил имя Владимира Ильича Ленина и стал Ленинградом.
Вырос он на древней Новгородской земле. Прямо на болотах появились его дома и улицы. Великие мастера и безвестные труженики строили его мосты, возводили дворцы и сажали сады. В тесных, закопченных цехах старых заводов, в литейках и кузницах создавались его памятники, ажурные решетки — рождалась сама красота. Из тех же цехов вышли первые пароходы и паровозы нашей страны, первые рельсы железных дорог, сотни умных машин, невиданные доселе станки.
…Набегают на каменные ступени волны Невы. Поднимаются над ними каменные арки мостов, угрюмые крепостные бастионы, лежат на берегах реки гранитные набережные, гранитные цоколи зданий. Могучий город над Невою стоит! Украшают его золотые шпили, пышно разукрашенные стены дворцов, торжественные здания Академии наук и Академии художеств и — совсем не нарушающие красоту их ансамблей дома-«корабли» на правом берегу реки, здание новой гостиницы «Ленинград».
Новые времена приносят свои взгляды, решения, конструкции, но вырастают-то они не на пустом месте. Сегодняшние градостроители учатся у старых мастеров, стремятся сохранить все лучшее, что создано ими. Не случайно в Ленинграде взято под охрану государства 2134 памятника зодчества.
Если в Ленинград приезжают гости, город к ним приветлив. Он распахивает перед гостями свои 3673 улицы, приглашает на просторы площадей, отворяет двери старинных дворцов, включает знаменитые петергофские фонтаны, стелет под ноги аллеи садов. В Ленинграде более восьмисот парков, садов и садиков, почти двести бульваров. И у каждого свое лицо!
Ровесник нашего города Летний сад — это еще и своеобразный музей скульптуры. Ботанический сад — еще и научная лаборатория. Сквер Марсова поля — сад-памятник. Парки Петродворца — чем не столица фонтанов!
Ленинград часто называют музеем под открытым небом. Справедливо называют. Многие его улицы — экспонаты музея архитектуры. В городе есть Музей городской скульптуры, но и сам он — город памятников. Прямо под открытым небом стоят могучие монументы, триумфальные арки. Его уже невозможно представить себе без Медного всадника, без бронзового Пушкина на площади Искусств, без памятника Владимиру Ильичу Ленину у Финляндского вокзала. Прямо на речной волне стоит экспонат Центрального Военно-морского музея — легендарный крейсер «Аврора», одновременно памятник, экспонат и музей. Есть даже памятник длиною в 200 километров. Зеленым поясом Славы окружил он город, пройдя по рубежам героической обороны в годы Великой Отечественной войны.
На берегах Невы великие ученые открывали законы природы, а великие поэты слагали бессмертные строки своих стихов. Идут год за годом, но живут не старея полотна выдающихся художников и звучит музыка, рожденная над Невой.
Биография города пишется именами его улиц. С давних времен живут в Ленинграде трудовые улицы: Рабочая, Заводская, Ремесленная, Мастерская, Чугунная, Гончарная, Хрустальная, Железная… Перекликаются с ними переулки: Кирпичный, Фонарный, Прачечный, Сахарный, Свечной, Смоляной, Мучной, Поварской… То, что это город морской, подтверждают Морской проспект и Галерный проезд, Шкиперский проток и набережная Красного Флота, улицы: Якорная, Барочная, Матросская, Боцманская, Лоцманская, Мичманская, Капитанская.
Великий Октябрь принес новые имена улицам города. Появились в нем улица Восстания, шоссе Революции, проспект Стачек, бульвар Профсоюзов, улицы Комсомола, Краснопутиловская, десять Советских и тринадцать Красноармейских!
Подвиг ленинградцев в годы Великой Отечественной войны хранят площадь Мужества, проспекты Непокоренных и Народного Ополчения, площадь Победы, улицы Краснодонская, Гвардейская, Добровольцев, Маршала Говорова, Летчика Пилютова, Танкиста Хрустицкого, Солдата Корзуна…
На десятках домов висят мемориальные доски, сверкают золотом строки по мрамору: «Здесь жил В. И. Ленин…», «Здесь работал Владимир Ильич…», «Здесь занимался…», «Здесь выступал с докладом…», «…руководил марксистским рабочим кружком…», «…участвовал в собраниях передовых рабочих…», «…прибыл, чтобы принять непосредственное участие в первой русской революции», «В этой комнате скрывался…», «…проводил партийные совещания о подготовке вооруженного восстания…», «…непосредственно руководил вооруженным восстанием»…
Их более двухсот пятидесяти — мест, связанных с жизнью и революционной деятельностью Владимира Ильича в городе, носящем его имя. Это имя живет и в названии района, проспектов, улиц, заводов, институтов, Домов и Дворцов культуры. Но главное — мечты Ильича, его заветы, дело, за которое он боролся, постоянно живут в труде и заботах ленинградцев.
Много нового пришло в город, первым поднявшим над собой красное знамя свободного труда. Родился в нем первый договор социалистического соревнования, возникли первые ударные бригады, первый встречный план. Здесь, на берегах Невы, были созданы первые советские турбины, тракторы и блюминги, первый в стране домостроительный комбинат и собран первый крупнопанельный дом. В Ленинграде родились первые профессионально-технические училища.
Что такое сегодняшний Ленинград? Конечно, не только улицы и жилые дома. Работают в нем более ста шестидесяти производственных и научно-производственных объединений. Трудятся более тридцати учреждений Академии наук СССР, около четырехсот научно-исследовательских институтов и проектно-конструкторских организаций. Поутру 559 школ распахивают двери, встречая своих учеников, 41 вуз принимает студентов, свыше 120 тысяч юношей и девушек спешат в 207 профессионально-технических училищ.
В Ленинграде работает 47 музеев. Если же к ним прибавить еще их филиалы, постоянно действующие выставки и выставочные залы, то цифра эта возрастет до 119.
Всегда рады посетителям 2,5 тысячи библиотек города и, конечно, все его 16 театров.
С какой — бы стороны ни подъезжали вы сейчас к Ленинграду, всюду вас встретят новостройки. За годы Советской власти площадь города увеличилась почти в 6 раз.
И он продолжает строиться.
Все дальше и дальше, сметая пустыри, уходят его четкие проспекты. Конечно, они тоже получают имена. И в них звучит уже новый, современный Ленинград.
Первой улицей, возникшей после Великой Октябрьской революции в Ленинграде, была Тракторная улица. В 1924–1927 годах на месте старых пустырей выстроились в ряд трех- и четырехэтажные дома для рабочих «Красного путиловца». Завод как раз в ту пору начал выпуск первых тракторов. И улицу новую в честь них назвали Тракторной.
Вслед за ней застроился домами проспект Пятилеток.
Никогда раньше не было да и быть не могло Рабфаковской улицы, — а тут появилась! Тысячи людей стали учиться грамоте, сели за столы рабочих факультетов — в честь них и улица появилась.
Меняется труд людей — меняется и город. Приходят на заводы и фабрики новые машины, появляются новые специальности. Новые улицы не замедлили и это отметить своими именами. Шагаем мы теперь по магистралям, читаем: «Проспект Энергетиков», «Проспект Энтузиастов», «Проспект Металлистов», «Проспект Науки», «Бульвар Новаторов», «Турбинная улица»…
И еще появились в Ленинграде площадь и улица Мира. Улицы, названные именами породненных городов.
Носит город имя любимого вождя.
Живет его заветами.
Осуществляет его мечты и планы.
Трудится.
Строит.
Растет.
Этот новый город не забывает старых своих мастеров. Сыновним поклоном благодарит их за все, что они сделали и чему научили пришедших на смену.
Старинное и новое бок о бок живут над Невою. Слава дедов и слава внуков.
А внуки — народ пытливый, любознательный. Стремясь вперед, они обязательно хотят знать: как это было? Кто строитель? Создавалось кем? Когда?
Из поколения в поколение передается эта живая память…
За крепостными бастионами
Каждый день ровно в полдень катится над волнами Невы эхо выстрела. Прохожие, услышав его, на свои часы поглядывают, сверяют. Удивленным гостям поясняют охотно:
— Это Петропавловка бьет. Полуденный выстрел.
Стреляет пушка. Гремит с Нарышкинского бастиона. Вылетает из ствола орудия сизый клубочек дыма и тут же рассеивается. Петропавловка словно напомнить хочет, что она крепость, выросла для сражений с врагом в грозное для страны время.
Шумели в ту пору над Невою леса густые, еловые; хлюпали да чавкали болотины прибрежные, терялись в их кочках речушки малые. Суровая на вид была земля, угрюмая. Да какая ни есть, а своя, русская. С давних времен именовалась она Водской пятиной Новгорода великого. Да еще Ижорской землей. Ходили на нее войной ливонские рыцари, захватывали шведы. Строили свои крепости.
На месте древнего русского посада Ниена швед Делагари большую по тем временам крепость выстроил — Ниеншанц. Стояла она при впадении в Неву реки Охты. Ниеншанц — на Малой Охте, посад Ниен — на Большой. В Московском государстве Ниеншанц тот был известен под именем Канцы. На свой лад предки наши шведское слово переделали.
Знали русичи, что были в Ниене пильные заводы, торговые площади, склады, церковь лютеранская, строились корабли. Швартовались к его причалам суда с товарами русскими: льном, пенькой, паклей, салом, собольими да куньими мехами… Не все русские суда разгружались в Ниеншанце, иные и дальше плыли! В польский Гданьск, в шведский Стекольный (так наши предки город Стокгольм величали), а то и до самого Рима!..
Но это только отдельные лодьи да шитики. А государству Московскому выход к морю был закрыт. Могло ли оно с этим смириться? На древних русских землях чужаки сидят, реку Неву на замок заперли. И стало быть, подступиться не смей! Никак не могли предки наши взаперти сидеть, от морей отрезанными.
Весною 1703 года пришли к стенам Ниеншанца иные корабли, не торговые. Царь Петр I со своим войском пришел.
Совсем недавно отвоевал он у шведов другую русскую крепость — древний Орешек, что стоял у истоков Невы из Ладоги. 92 года владели Орешком шведы — владение закончилось.
Настала очередь Ниеншанца.
Крепость встретила петровских солдат высокими толстыми стенами, пушками на валах, войском в 600 человек.
Русских же было больше. Только в разведку послал фельдмаршал Б. П. Шереметев двухтысячный отряд. Тот свою задачу выполнил: к стенам крепости пришел, неприятельскую заставу сбил, занял место у крепостного вала.
В Ниеншанц послали парламентеров, предложили крепости сдаться. Шведы ответили отказом.
Тогда заговорили пушки. Всю ночь над крепостью гремело и сверкало, а на рассвете русские увидели белый флаг: Ниеншанц пал.
Победа была легкой (всего за 8 дней с малыми потерями управились!), но не окончательной. В море стояла шведская эскадра, а в карельских лесах ждали удобного для нападения часа немалые силы шведского генерала Крониорта. Отвоеванные берега надо было укреплять и оборонять.
…До наших дней сохранился любопытный документ: «Журнал, или Поденная записка, блаженныя и вечнодостойныя памяти государя императора Петра Великого…». В том «Журнале» записано:
«По взятии Канец отправлен был воинский совет, тот ли шанец крепить или иное место удобнее искать (понеже оный мал, далеко от моря и место не гораздо крепко от натуры), в котором положено искать нового места, а по несколько днях найдено к тому удобное место — остров, который называется Луст-Еланд, где в 16 день мая (в неделю пятидесятницы) крепость заложена и именована Санктпитербурх…».
Тут, очевидно, все верно, ибо журнал сей редактировал сам царь.
Но что же за остров был выбран? Есть сведения о том, что незадолго до тех лет шведский король подарил его одному из своих приближенных. Новый владелец острова решил устроить здесь для себя летнюю дачу с увеселительным садом. Крестьян, что жили до него на острове, не долго думая, прогнал. Построил небольшую мызу и велел слугам разводить сад. Он-то и дал островку имя Луст-эланд, или Луст-гольм, что означало Веселый, Увеселительный. Но хлынуло весеннее половодье, смыло шведскую мызу, унесло жалкие саженцы намечавшегося сада. Рассердился швед! Повелел переименовать остров и величать его отныне не иначе как Чертов остров.
На этом-то островке и была заложена крепость. Должна она была защищать Неву, не пускать в ее просторы никакие вражеские корабли.
За постройкой крепости царь следил строго. Распорядился, чтобы возведением каждого из шести бастионов ведал (и за то ответ держал!) один из его приближенных. Бастионы и по сей день носят их имена: А. Д. Меншикова, Г. И. Головкина, H. М. Зотова, Ю. Ю. Трубецкого, К. А. Нарышкина. Один в честь царя был назван Государевым.
Имена царских сподвижников сохранились. Не сохранилось ни одного имени строителя — тех, кто насыпал валы крепостные, рыл канавы, строил бараки и казармы. А было их много!..
Первыми на строительство крепости были брошены солдаты генерала Репнина, в недавнем прошлом новгородские мужики, олончане, карелы. Вскоре присоединились к ним казаки, татары, калмыки. 1 марта 1704 года последовал указ, по которому 85 мест российских обязаны были поставить на строительство 40 тысяч работных людей.
В любую погоду, стоя по пояс в воде, выгребая землю руками, перетаскивая ее в подолах своих рубах, трудились «подкопщики». Неделями хлеба не видели, перебивались пустой капустой да репой. Жили в шалашах да землянках. Адмирал Апраксин в одном из своих рапортов удивлялся: «
Но строили ведь! Надсмотрщики докладывали: «
Есть сведения, что к началу октября 1703 года основные работы были уже закончены, а 4 апреля 1704 года «
Поначалу крепость на острове называли просто «
А вокруг рос город.
Почти одновременно с закладкой крепости появился и первый в городе дом. Вернее, домик. Он так и называется: Домик Петра I. Если вы сейчас приедете на Петровскую набережную, то увидите его, спрятавшегося под тенистыми кронами небольшого садика. Совсем маленький домик: без каменного фундамента, без печей и дымоходов, всего лишь 12 метров в длину и 5,5 метра в ширину.
Из крепких сосновых бревен срубили его солдаты — точно так, как ставили избы в своих деревнях. Было в домике две комнаты: кабинет и столовая. Были еще сени и небольшой чуланчик — спальня. Застеклили семь широких окон мелкими стеклами, потолок и стены внутри обили холстиной. Наружные стены раскрасили под кирпич. Очень уж хотелось царю видеть свой город каменным!
Петербуржцы сохранили первый домик своего города. В 1731 году над ним построили навес, а в 1844-м и весь домик убрали в каменный футляр.
Вокруг тоже стали дома вырастать. Слева воздвиг себе трехэтажный дворец сибирский губернатор Матвей Гагарин, справа в двухэтажном здании под черепицей разместился «Правительствующий Сенат». Рядом с дворцом Гагарина вырос дворец вице-канцлера Шафирова — на этаж поменьше, но зато богато отделанный внутри. Правда, вскоре за чрезмерное казнокрадство князь Гагарин был казнен. За ним проворовался и вице-канцлер. Дом у него отобрали в казну, и в нем 27 декабря 1725 года родилась Российская Академия наук — торжественно открылось ее первое заседание.
Неподалеку выросла и первая площадь. Прямо на болотные кочки настлали бревна, на них набили доски — получился помост. Вот вам и площадь. По имени церкви, построенной здесь в честь взятия Выборга, площадь назвали Троицкой. В молодой северной столице была она и главной, и единственной. Все тут было на ней и рядом: первый порт города, таможня, Гостиный двор, типография, «австерия» (как царь Петр русский трактир переименовал). Был на этой площади и городской рынок, прозванный Обжорным. Читали на ней царские указы, устраивали смотры войскам, праздновали воинские успехи и рубили головы непокорным.
Крепость от города не отгораживалась. В стенах ее прорубили ворота. Первоначально их было четверо: Петровские, куда попадали с моста, нависшего над Кронверкским протоком, Невские, выходившие прямо на Неву, Васильевские и Никольские, специально прорезанные между Головкинским и Зотовым бастионами для вылазок, если вдруг враг нападет с северной стороны, с суши.
Если сейчас встать под Петровскими воротами, то прежде всего удивит толщина стен — 20 метров! Над воротами царский орел черные крылья распластал. Из свинца отлит! Весит побольше тонны! В петровское время над Государевым раскатом еще и желтый флаг на ветру трепетал. На нем двуглавый орел держал в своих когтях сразу четыре моря — Белое, Черное, Каспийское и Балтийское.
Бегал по крепости, прыгал через канавы «
В Санкт-Петербург Доменико Трезини приехал в 1706 году и почти 30 лет отдал строительству крепости. Из земляной перестраивал ее в каменную, строил казармы, склады. Немало бумаги извел, вычерчивая план собора. И то сказать: государь желал видеть будущий храм похожим на корабль! Дескать, вышла Россия к морю — пускай плывет! Пожелал царь, чтобы выросла у того корабля мачта.
Поползли вверх каменные стены колокольни. Вызолачивались в огне медные листы. Отливалась для верхушки шпиля фигура ангела размером больше человеческого роста.
В одной из старинных книг такая запись сохранилась: «
Поделиться книгой: