Не упусти свой второй шанс

— Там много сахара, а мои родители стоматологи, поэтому…

— Да не волнуйся ты, Миа. Тут не слишком много сахара, да и не люблю я, когда слишком сладко. А то слипнется.

— Как ты меня назвал? — спросила девочка, явно удивлённая.

— Тебе бы слух проверить, Миа, — хихикнул Гарри, протягивая попутчице тыквенное печенье. — На, а то обижусь на тебя, подруга.

— По… Подруга…

Гермиона, как во сне, взяла угощение и ела его чисто на автомате, смотря куда-то в сторону. А когда она съела печенье, то по инерции попыталась продолжить, поднеся ко рту палец.

— ПРОСНИСЬ, УТРО НАСТАЛО!!! — заорал Гарри, насколько можно было кричать его голосом. Девочка подпрыгнула на месте, а потом направила на него сердитый взгляд.

— Гарри Поттер! Ты что творишь?!

— Я, конечно, всё понимаю… Что ты, наверно, голодна… Но на каннибалку ты точно не смахиваешь, — залился тот смехом, смотря, как девочка недоумённо смотрит на свой палец, медленно понимая, что она себя чуть не укусила.

Спустя минут пять оба ребёнка уже увлечённо ели угощения и запивали всё лимонадом. Периодически Гарри просто подмывало сделать что-то эдакое: он то отбирал угощение, пока Гермиона к нему тянется, то лохматил её волосы, в ответ получая по плечу кулачком. Мальчишка и сам понимал, что ведёт себя, возможно, слегка неадекватно, но ничего сделать с собой не мог. Тем более…ему это нравилось!

Через два часа после того как поезд начал ехать, в купе пришёл круглолицый мальчик, который отчаянно искал свою жабу. Гермиона уже хотела идти помогать, но Гарри опередил её, взяв новенького за рукав, усадил напротив себя и всучил тому тыквенное печенье. А после, узнав, как зовут жабу, достал палочку и громко произнёс:

— Акцио, Тревор!

Волна магии разлилась по телу ребёнка, когда он почувствовал, как жаба летит к нему. Все, кто был в купе, смотрели на это с удивлением.

— Как ты это сделал? — опешила девочка.

— Магия! — загадочным голосом произнёс Гарри, хихикая, а потом быстро перевел взгляд на новенького в купе. Он знал, кто это, но не удержался от вопроса: — Привет, мы не успели познакомиться. Как тебя зовут?

— Я? Ой, я Невилл. Невилл Лонгботтом.

— А я Гарри, Гарри Поттер. Это моя подруга, Гермиона Грейнджер.

Девочка ожидаемо смутилась, когда поняла, что мальчик, с которым она только что познакомилась, уже считает её своим другом. И не смогла не спросить.

— Гарри, ты правда считаешь меня своим другом?

— Конечно! Я уверен, что мы сможем отлично подружиться, а также я уверен, что ты очень умная, раз даже во время поездки читаешь школьный учебник, с которым, судя по состоянию, ты проделывала это уже не один раз. А как ты считаешь, Невилл, мы сможем все подружиться?

— Ну… Да… Наверное, — смутился уже Невилл.

Мальчику, как и Гермионе, было непривычно, что к нему так хорошо относятся, особенно если учесть, что раньше друзей у него не было. И не знал Невилл, что в прошлом он был чуть ли не единственным, кто всегда верил словам Гарри, и они вдвоём были единственными, кто искал и уничтожал крестражи Тёмного лорда.

— А я в этом полностью уверен, — произнёс Поттер, широко улыбаясь.

— С…Спасибо вам…мальчики… — старательно сдерживая слёзы, проговорила девочка, на что Гарри обнял её за плечо, слегка взлохматив волосы.

— Нечего плакать, Миа. Прорвёмся, отучимся. А знаете что? Давайте договоримся, что после учёбы останемся друзьями и поедем в путешествие! Что скажете?

— Я не против. Бабушка говорит, что путешествия помогают расширить кругозор.

Гермиона уже успокоилась, вытирая слёзы и улыбаясь.

— Значит, клянёмся? — протянул Гарри руку ладонью вниз. Сверху легла ладошка его новой подруги, а потом и ладонь нового друга.

— Клянёмся!!! — в один голос произнесли все трое, не заметив, что над их головами распространился зелёный туман. Сама магия скрепила этот договор, который шёл не абы от чего, а от самого сердца. Очень уж искренними были эти клятвы. Также никто не заметил, как Гарри слегка отодвинулся от Гермионы и напрягся, будто готовясь к бегу, хотя за ним никто и не гнался.

— Вот и хорошо. Теперь остался главный вопрос.

— Какой? — спросил Невилл.

— Как бы мне пережить все школьные годы, не задохнувшись от вот этого, — взлохматив волосы подруги, произнёс зеленоглазый.

Девушка секунду сидела, не понимая ничего, а потом смысл медленно проник в её голову.

— Гарри Джеймс Поттер! Ты знаешь, что я сейчас с тобой сделаю?

— Хм, не знаю… Надо немного подумать… Наверно… Ты меня поцелуешь, да?

Гарри сразу стартанул с сидения так, что можно было заподозрить его в аппарировании, одновременно уворачиваясь от рук подруги. Выбежав в коридор, он по пути сбил с ног блондина с двумя телохранителями, а Гермиона едва не промчалась по их тушкам. Пробегая мимо одного из купе, Гарри отметил краем глаза одиноко сидящего рыжего парня.

≪Прости, Рон, но в этот раз я не отдам тебе Гермиону. Надеюсь, ты меня простишь, и мы сможем быть друзьями.≫

…Оба подростка продолжали бежать по коридору Хогвартс-Экспресса, который увозил их в новую жизнь, к новым приключениям. И хотя в конце пути (точнее поезда) он очень сильно получит от подруги, Гарри надеялся на то, что сегодня он хоть немного смог изменить и своё, и её будущее, которое рисовалось в более радужных тонах, нежели раньше.

В другую семью

Алый поезд Хогвартс-Экспресс медленно подъезжал к станции Хогсмид, везя с собой детей-волшебников. Он всё сбавлял и сбавлял скорость, пока, наконец, совсем не остановился. Из купе, словно торопясь на праздник, выбежали ученики. Самыми последними, из купе седьмого вагона, вышли трое детей: двое мальчиков и одна девочка. Среди всех выделялся мальчик с непослушными чёрными волосами и изумрудно-зелёными глазами, которые задорно блестели.

Внешний вид его был опрятным, но казалось, будто он попал под ураган. Хотя так и было. Гарри Поттер попал под ураган по имени Гермиона Грейнджер. Девочка с густыми каштановыми волосами шла чуть впереди, пытаясь всем своим видом показать обиду на нового друга. Но увы — улыбка, которую она уже не могла сдерживать, всё-таки появилась на её лице.

Последний из этой тройки, Невилл Лонгботтом — пытался идти позади, так как не привык, что на него обращают внимания, но Гарри постоянно по-дружески подталкивал его. В итоге Гарри и Невилл шли рядом, ведя разговоры ни о чём.

Оказавшись на улице, все поёжились от холода и пронизывающего ветра, но Гарри, прекрасно помня это, подготовился. Из кармана мантии он выудил три колбочки, слегка увеличил их заклинанием Энгоргио, а после, тихо произнеся Bluebell flames, поместил в них волшебный огонь.

— Гарри? Как ты сделал это? — тихо спросила Гермиона, когда мальчик раздал две увеличенные колбочки своим друзьям.

— Только что наколдовал. Я это из книги вычитал, — с улыбкой ответил Поттер, но, увидев внимательный взгляд подруги, вздохнул и добавил: — Я ведь всю жизнь жил, не зная о том, что я волшебник, Миа. Поэтому, когда узнал правду и попал в Косую Аллею, не смог удержаться. Купил парочку книг для лёгкого чтения и прошерстил их дома вместе с учебниками.

Похоже, Гермиону этот ответ убедил, так как девочка слегка кивнула и, отвернувшись, немного покраснела. Ведь это было так похоже на неё саму, когда она впервые узнала о том, что является волшебницей. Знала бы девочка, что этому заклинанию на самом деле Гарри научился у неё, наверняка впала бы в ступор.

— Первокурсники! Первокурсники, все сюда! Эй, Гарри, у тебя все в порядке? — услышали все голос, который принадлежал Хагриду. Гарри улыбнулся, увидев знакомое лицо.

— Ты его знаешь? — спросил у Поттера Невилл.

— Знаю. Это Хагрид, он лесничий. Именно он пришёл ко мне и сказал, что я волшебник.

— Лесничий? А ко мне пришла заместитель директора, — отозвалась Гермиона.

Гарри пожал плечами, услышав новый окрик Хагрида:

— Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной!

Поскальзываясь и спотыкаясь, дети пошли вслед за Хагридом по узкой дорожке, резко уходящей вниз. Их окружала такая плотная темнота, что казалось, будто они пробираются сквозь лесную чащу.

— Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — крикнул Хагрид, не оборачиваясь. — Так, осторожно! Все сюда!