Летняя практика

- Странная еда, - прошептала Алёна, пробуя кашу. – Я не могу это есть, слишком жирно.

- Нормальная походная каша, я б, конечно, вместо сала тушёнки добавил, но и так неплохо. Мы такие каши для туристов обычно готовим, по старинным забытым рецептам, - Женя вдруг осёкся, а через пару секунд неуверенно продолжил, - и я, кажется, понял, что тут происходит...

- Что?

- Эти парни нас приняли за туристов, пришедших на ролёвку. Ну точно! Они приняли нас за зрителей. Но тут постановка посерьёзней нашей. Они нас, видимо, спутали и подумали, что мы их зрители-участники. Мы ж сами ролёвками тоже занимаемся, я тебе про клуб наш рассказывал. Так эти парни, видимо, пошли ещё дальше нас. Типа полного погружения в эпоху. И смотри, какие актёры, играют прям натурально.

- И что нам теперь делать?

- Подыграем им, и ты как раз материал собрать хотела. Считай, типа в прошлое попала. Когда ещё тебе такой шанс выпадет?

- Ну, я не знаю...

- А тут и не надо знать, просто подыграем им.

- Это будет непросто, - Алёна поковырялась в миске деревянной ложкой.

- Ты сможешь, - подбодрил её попутчик, уминая кашу и нахваливая так, чтоб его слышали.

- Ну ладно, попробую, - вздохнула Алёна, и набрала полную ложку каши, но, не донеся до рта, снова остановилась. Есть это варево было невозможно, и, ловя моменты, она выковыривала куски сала и выкидывала их в кусты, пытаясь поесть кашу хоть немного. Предчувствие у неё было, что другой еды им давать не будут.

Ночь прошла спокойно.

Утром их разбудила лагерная суета. Кто-то колол дрова для костра, кто-то шумно умывался, обливаясь и разбрызгивая воду.

- Так, плотно завтракаем и в путь! – раздался приказ. - Чудо-юдо наше, кажется ,сдохло ночью. Жаль конечно, хотели живым в Китиж доставить, но и так тоже хорошо.

Группа всадников быстро свернула привал, и они снова отправились в путь-дорогу.

Алёне несколько раз предлагали поехать верхом, но она отказывалась и шла всю дорогу пешком.

После нескольких коротких привалов, подыгрывать ролёвикам Алёне хотелось всё меньше. Одно дело, когда ты читаешь об этом в книжках, или сидишь у экрана телевизора с поп-корном, и совсем другое, когда ты ночуешь под открытым небом в окружении незнакомых мужчин. Утром просыпаешь весь мокрый от росы. Ешь странную и непонятную еду. А разбитую машину, на которой ты мог ехать с комфортом, теперь уже на спущенных колёсах тащат на верёвках. Ремонту она, судя по всему, уже не подлежала.

Игра затягивалась и это уже было явно не смешно. Все попытки поговорить с Женей заканчивались тем, что он на неё шикал и настаивал подыгрывать этим странным ролевикам.

- Долго ещё идти? – в очередной привал спросила Алёна, набравшись смелости у всадника, который протянул ей флягу с водой.с

- Скоро уже. Умаялась, бедная? Садилась бы на коня...

- Нет, благодарю, мне пешком привычнее, - она покосилась на разбитую машину.

- Да не боись ты этой твари, сдохла она уже давно! Сколько тащим - даже не шевельнулась ни разу.

Алёна не стала ему отвечать и отошла поближе к Жене. Из всех он был единственным, кому хотелось доверять, но его настойчивость подыгрывать этим ролевикам уже начала раздражать.

Привал закончился, и они двинулись дальше.

- Интересно, какую награду получим? – раздалось в рядах всадников.

- Чуду-юду ещё никто не ловил, только слышали про него.

- А что слышали? – женское любопытство взяло верх над всем, и Алёна не смогла удержаться от этого вопроса.

- Да он столько людей погубил, потопил, да сожрал. В тумане ж не видно, путник остановится, а он из тумана хвать его и утащит в омут. А баб и детей не меньше десятка уволок, по грибы да ягоды страшно в эту сторону ходить стало. Да и зверье эти места обходить стараются, а по ночам голодный вой слышится.

- И сколько изловить его не пытались, никак не могли, - вмешался другой всадник. - А тут он, видимо, вас почуял, да не ожидал, что мы рядом будем, вот и попался!

- Повезло вам, - вмешался ещё один всадник.

- Ну да, повезло… наверное… - вздохнула Алёна.

Глава 4

В светлицу князя Китежского, сметая на ходу стражу, влетела старая ключница. Гридни у дверей ничего не успели сделать, такой прыти от толстой неповоротливой старухи никак не ожидали.

— Княже, ой, что деется! Спаси и сохрани Пресвятая Богородица! — Бабка Агафья причитала и крестилась не переставая, — дружина твоя вернулась! Ворога полонили соколы твои ясные! Спаси и помилуй Отче Наш!

— Чего раскудахталась, колода старая? Квасу подай!

Ключница, не переставая причитать, наполнила и поднесла с поклоном кубок.

— Как есть идолище поганое с самой реки Смородины полонили! Пресвятая Дева Мирия, спаси и помилуй нас грешных! Вон, прямо перед палатами княжескими в сети опутанного перед очи твои светлые доставили. Да ты глянь, глянь сам-то! Чёрный, будто из самой преисподней на свет божий выбрался. А в глазу копьё богатырское! Сеча, видать, была.

Юрий Всеволодович отмахнулся, но к окну подошёл. И едва не поперхнулся квасом.

— Господи Исусе Всемилостивый, — князь выронил кубок и осенил себя крестным знамением, едва завидев внизу чудище, но быстро взял себя в руки, — Яромира сюда! И пленников. Идолище пусть там, охрану выставить, народ не подпускать.

— Сию минуту, княже, — бодро ответил стражник возле двери, — а попа звать? Пусть бы кадилом помахал, да святой водицей окропил.

— Зови, — коротко ответил князь.

Два дюжих молодца железной хваткой схватили Женю и куда-то поволокли, Алёна едва успела открыть рот, чтоб возмутиться, как тоже была схвачена какой-то жуткой старухой, которую тут же окрестила «бабой Ягой».

— Пойдём, пойдём девица, пред светлые очи князя негоже в одёже такой срамной являться, — Агафья увлекла девушку за собой.

Алёна оказалась в тёмном подвале без окон, свет давала только единственная лучина, которую бабка зажгла от факела в коридоре. Старуха долго гремела ключами, открывая какие-то сундуки, а потом вытаскивала оттуда пыльные свёртки. От поднявшейся в воздухе пыли девушка пару раз чихнула.

— Вот, — Агафья наконец-то нашла, что искала, — этот сарафан в приданом был, ненадёванный, аккурат по тебе будет, одевай. Ох, а с волосьями-то что ироды басурманские учинили! Ладно, тут не поправишь. Вот, кокошник тебе, скрыть стыдобу надобно. Сгодится, чай не на смотрины идёшь.

Ничего не понимая и окончательно потеряв связь с реальностью, Алёна подчинилась. В конце-концов, если того требуют правила игры, пусть так и будет, хотя очень хотелось прекратить весь этот балаган.

— А зеркало где?

Так в светёлке же, — проворчала недовольно старуха, запирая сундуки, — не место им в казне княжеской. Отведу сейчас, не переживай.

Зеркало оказалось полированным подносом. Вот уж, как сказал Женя, «полное погружение». Ладно, её их правила не касаются, а сумочку не отобрали. Алёна достала смартфон, используя в качестве зеркала. Но во весь рост не видно.

— Сфотай, — она протянула девайс старухе, но та вдруг спрятала руки за спину и с неподдельным страхом в глазах замотала головой, — ну просто вот сюда нажми и всё, э, не надо давить, просто лёгким касанием. Ты что, телефона не видела?

— Коробка бесовская, не брала бы ты её в руки от греха.

— А что, у вас так всё серьёзно, что и селфи нельзя? А смысл тогда? Ладно, я в таких играх ничего не понимаю, Женя сейчас придёт и всё разрулит. Где он, кстати говоря?

— Басурманина этого к князю повели, сам допросить возжелал. Ты не переживай, вреда он тебе больше не учинит, князь наш суров, но справедлив.

— А это как?

— Как-как: коль тать, так на кол посадят, а коль соглядатай Батыев, так голову отрубят, всего и делов-то, — старуха равнодушно пожала плечами и выглянула в окно, — не видать покуда ни кола ни плахи. Допрашивают ещё, стало быть. Хоть и тихо. Пленники обычно громко шумят, когда гвозди под ногти загоняют, кузнец любит это дело.

— Вы чего и пытки средневековые применяете?

— Какие?

— Да тьфу, — в сердцах выругалась Алёна, — надоело уже! Мы случайно попали, никакого отношения к играм вашим не имеем. И вообще, я на экскурсию в Муром опаздываю, а ваши дебилы машину разбили. А у меня из-за вас практика горит. И имейте ввиду, я ваших уродов на камеру сняла и в облако скинула, вот Женя в полицию накатает, будете новую ему покупать! А за похищение меня и срок впаяют, как пить дать! А я молчать не стану! Короче, веди меня к организатору вашему, сейчас я ему устрою райскую жизнь!

— Пойдём-пойдём, князь ждёт, — спокойно ответила Агафья, — только крестик-то нательный убери, негоже на вид выставлять.

Алёна потрогала бабушкин подарок, маленький золотой крестик на тонкой цепочке, она всегда его носила, красиво смотрится. Зачем убирать? Впрочем, ладно. Девушка спрятала крестик под сарафан и выжидательно глянула на бабу Ягу.

* * *

— Ля.., больно же, пацаны вы чо? — Женя попытался высвободится, но руки двух дюжих молодцов оказались не хуже стальных захватов.

На все его вопли парни не реагировали, молча тащили его куда-то, ноги до земли не доставали, парень болтался между дружинниками, как тряпка на ветру. А потом его просто метнули от входа прямо в центр зала на жёсткий деревянный пол.

Женя с трудом поднялся и сразу же начал высказывать свои претензии:

— Э, парни, стоп игра, вы нас с кем-то перепутали. Мы не туристы, мы в Муром ехали. И квест у вас не заказывали. Девчонка вообще не местная, она на автобус опоздала. А вы ещё и машину мне раскурочили. Платить кто будет, а? Тут на ремонт тысяч сто пятьдесят надо, это если вообще подлежит восстановлению.

— Пасть закрой, басурманин, — весомый подзатыльник заставил замолчать, у воеводы рука зело тяжёлая оказалась, — говорить будешь, когда князь позволит!

— Я сказал: стоп игра! Ты чего, дебил? Так, глушилку выключаем и нас в Муром! Я сейчас в комитет позвоню и всё, плакала ваша лицензия!

— Да уймёшься ты или нет?! — ещё одна затрещина и Женя вынужден был умолкнуть.

А воевода продолжал:

— Где Селиван? А ну, позвать сюда кузнеца, сейчас научит уму-разуму басурмана!

— Да обожди ты, Яромир, остынь, не кипятись, — остановил его князь, — не нашего он роду-племени, но и не ордынец. Похож на купцов персидских, что в Царьграде пряностями торгуют. А вот одёжа да, скоморошья, как ты и говорил намедни. Говори, чужеземец: кто таков, с каких краёв в земли Руси-матушки пожаловал, чего тебе надобно у нас?

— Блин, да что вы тупые-то такие! — На этот раз парень был готов и увернулся, лапища воеводы пролетела мимо цели, — говорю же, мы в Муром ехали на машине.

— Что за «машина» такая, я не ведаю, — ответил Яромир, — а шли вы по дороге как раз таки из Мурома! Говоришь ты не по-нашему, хоть и по-русски, а не так. Точно говорю, княже, соглядатай он. А Батый хитрец ещё тот, иноземцев, небось, нанял, чтобы нас обмануть, только и мы не лаптем щи хлебаем! Вот надобно разузнать, а не заодно ли они с чудищем поганым, а? Того-то богатыри мои убили, а этот пусть говорит. Кузнец ему поможет научиться правду баять перед самим Юрием Всеволодовичем, светлым князем Китежским!

— Говори, да не лукавь, — добавил князь, а то и вправду кузнеца позовём.

Глава 5

Алена медленно поднималась по ступенькам, узким и стертым, сдавленно матерясь. Длинный подол путался в ногах, лапти, которые «Баба-Яга» прямо-таки силком заставила надеть, немилосердно кололи стопы даже через носки, а кокошник безумно раздражал своей нелепостью и чужеродностью. Девушка на все лады костерила Женю, придурочных ролевиков, себя, своих подруг и даже злосчастный кран на кухне съемной хаты. Вот что ему стоило устроить вселенский потоп, чтобы даже соседи снизу три дня в тазиках плавали, а?

Тогда не пришлось бы участвовать в этом балагане, которому ни конца ни края не видать…

Хотя, если говорить начистоту, то Алена находила ситуацию с каждой минутой все страннее и страннее. Несмотря на спокойную уверенность ее нового знакомого в том, что все это понарошку, а могучие богатыри с копьями и прочим прекрасно вписываются в некий сценарий, что-то внутри мешало поверить этим объяснениям целиком и полностью.

Вот только что именно?

За собственными мыслями не заметила, как они прошли четыре пролета и начали подниматься на пятый. Вернулась в реальность только тогда, когда неловко занесла ногу, намереваясь шагнуть на первую ступеньку, и зацепила ее край, едва не грохнувшись носом в доски.

Успев схватиться за резные перила, девушка от души прокомментировала случившееся отнюдь не аристократическим выражением, проигнорировав осуждающий взгляд сопровождающей ее бабки. Демонстративно отвернувшись к большому деревянному окну, которое оказалось настежь распахнуто, она бездумно обвела взглядом пейзаж…

Чтобы тут же застыть восковой куклой, захлебнувшись удивлением и таким паршивым предчувствием, что засосало под ложечкой.

И как она раньше не заметила?

За окном простирался город. Нет, не тот город, к которому она привыкла, с привычными архитектурными сооружениями и многоэтажками в хитросплетениях асфальтированных дорог и редких зеленых островках. Другой. Именно такие дома и постройки она видела на картинках исторических книг и работах давно почивших художников, а однажды - в исторически достоверно восстановленной улице в одном из крупных сибирских городов. Но то улица, а тут целый город…

Это невозможно…

Только, если… но это вообще нереально!

Алена снова пошатнулась, ухватившись за многострадальные перила, только теперь от нахлынувшей дурноты. В голове царил хаос, а в груди поднимался такой ужас, что на лбу выступил холодный пот.

- Где мы? – прозвучало хрипло и тихо, но «Баба-Яга» услышала, в удивлении подняв седые брови.

- Знамо, где! В Китеж-граде, где ж еще!

- Где? – потрясенно переспросила девушка, не поверив своим ушам, - в каком Китеж-граде? Этого не может быть!

- Чего это не может? – обиделась бабка, поднявшись выше Алены и теперь развернувшись к ней лицом, - а где нам еще быть-то? Я, чай, всю жизнь тутова и прожила, сначала в семье мельника родилась да выросла, потом меня Янька-печник замуж взял, а там уж после того, как он по позапрошлой весне сгинул по пьяни, сюда вот взяли. Князь наш милостив и щедр, дай ему здоровья на долгие лета…

- Так ведь не существует Китежа-то! – всплеснула руками Алена, перебив бабку, - легенда это! Вымысел! Под воду ушел город, если верить книжкам!

- Ты это, девка, давай дурь-то не мели! – насупилась собеседница, не забыв перекреститься на всякий случай, - какая такая вода? Морей-океанов у нас нету, так что ты брось всякие страсти рассказывать! Не вздумай князю такое ляпнуть, живо на черную работу определит, чтобы не мерещилось всякое! Али ты ведьма? Так с ними тут вообще разговор короткий. Последнюю к двум жеребцам молодым за ноги привязали, да и напужали их, чтобы в разные стороны бросились.

Девушку заметно передернуло от мелькнувшей перед глазами картинки. А вспомнив опыт инквизиции и процент «истинных ведьм» от общей массы замученных женщин, так и вовсе поплохело.

- А год-то какой сейчас?

Взгляд, которым ключница наградила Алену, был настолько красноречив, что последняя ощутила себя буйным пациентом на приеме у психиатра. Хотя, с уверенностью сказать, что сейчас не тронулась умом, девушка с уверенностью уже не могла. Улучив секунду, когда бабка отвела взгляд, Алена, за неимением лучшей идеи, резко прикусила себе язык на проверку погружения в реальность. От боли едва не замычала, а на глазах выступили слезы. Не сон.