«В дополнение к животным жертву принести? — Изволь,
Для диетиков в субботу, не забудь добавить соль.
Жертву хлебную с елеем принесёшь в ночной тиши
И, о прошлом не жалея, пуще прежнего греши».
(Здесь мы можем видеть с вами индульгенции исток -
Выкуп всех грехов поставят много позже на поток…)
Хлебную не путать с винной жертвой — не нажить греха.
Чем серьёзнее провинность, тем весомей потроха,
Что сжигались с туком вместе крупного скота, тельца.
Кровь текла в священном месте без начала и конца.
Но не все грехи при этом можно было искупить,
Сколько б жертвенник завета кровью жертвы ни кропить.
Есть причина для унынья осознавших раньше всех,
Что тщеславие с гордыней — самый страшный в мире грех.
Человеческое чванство, этот корень зла во зле
Прорастёт ростками свастик, сорняками на земле.
Если жертвой можно было снять грехи, телка спалив,
То исправить спесь у быдла просто нет альтернатив.
Честолюбие в натуре человека — как типаж.
Нет целительной микстуры снять мучительную блажь,
От которой сносит крышу у иного дурака.
Средства лучшего чем дышло не придумано пока.
Древний жрец с особым рвеньем выкорчёвывал изъян,
Подвергая истребленью из среды Израильтян
Тех, с которыми не очень Иегове по пути -
Должен тот, кто лучше прочих, иерархию блюсти.
(Та зараза и поныне чванством косит всех подряд.
Вот бы нам, смирив гордыню, возродить бы тот обряд.
Да боюсь, и он не сможет победить тупую спесь
Тех, кто со свиною рожей в ряд калашный будет лезть,
Получая по сусалам… Озадаченный всерьёз,
Рассуждая над Писаньем, задаю себе вопрос:
Иегова нас вернее видел, что тщеславье — грех,
Но зачем тогда евреев быть назначил «Лучше всех»*?)
Свечение от радиации
Глава восьмая представляет действо,
Красивый и торжественный обряд:
Помазанье левитов на священство.
За Аарона искренне я рад.
На плечи возлагается наперсник.
Отца с сынами чествовать ведут…
Благословенно всё его семейство,
Когда бы не Надав и Авиуд.
В главе десятой узнаю такое,
За что вновь не сносить мне головы,
Но мыслей еретических не скрою.
Подробности здесь были таковы.
Означенные Аарона дети
С кадильницею, каждый со своей,
Огня добыли где-то на рассвете
И поспешили к Господу скорей.
Так сильно они в Скинию спешили,
Что сбились, получается, с пути
Предписанного (поумнее были б,
Им вовсе расхотелось бы идти).
В Святой ковчег с чужим огнём явились,
Тогда как у Всевышнего огня
В избытке — вот они и поплатись:
Так облучились, что к исходу дня
Скончались не добравшись до кибуца.
Подробно разбирая случай сей,
За нарушенье правил и инструкций
Ругает Аарона Моисей:
«Предупреждал Господь: Не приближаться!
В приблизившемся смертном освящусь
Огнём ста тысяч солнц и радиаций,
Прославлюсь пред народом»… (Я тащусь.
Нет, чтобы просто врезать кому надо,
Установить, кто датчик отключил,
Кто пропустил вошедших за ограду
И у кого от Скинии ключи…).
Позвали Мисаила с Елцафаном,
Двоюродных священника братьёв.