Помоги проекту - поделись книгой:
Луис Кеннеди
Солнце
l
Утро.
Новый день. Радоваться или разочаровываться? Что было вчера? Что будет сегодня? Время полседьмого утра — снова нужно собираться на учёбу. Каждый, день — это новый мир, белый лист, миг, который может что-то оставить в истории, даже если это история одного человека.
Сейчас я лежу на кровати, скоро мне вставать, и я даже не осознаю, насколько важно жить. Именно жить, а не существовать. Эти мысли меня посещают с того момента, как я уехал от родителей в квартиру, начал учиться в университете. И мне кажется, я начал что-то осознавать. Наверное, тот механизм, на котором основана вся наша жизнь. Любая секунда действия, любая секунда мысли, запускают процесс, которого уже не избежать, а каким он будет, это зависит только от самого человека. Даже взять настоящее время: я не знаю, что именно со мной случится, выбрав вариант — встать сейчас или позже, — я знаю, что ЭТО случится. Подразумевается, что ЭТО — не что иное, как событие, произошедшее от выбора действия. Если объяснять примитивно, то представьте: вы заняты важным делом, вам звонят, вы поднимаете трубку, а там неприятный человек, может, начальница. Она, подобно зверю, грохочет своим контральто, что ты существо, осмелившееся ослушаться её. И тут, исходя от того, что ты выберешь — грубо рассудить её за такие манеры или расстелиться ковром для ног — будет зависеть, что произойдет в будущем, будут зависеть события, которые, казалось, даже и не связаны с данным. Абсолютно всё сплетено в нашем крохотном, неспокойном месте огромной Вселенной.
Прошло уже полчаса. Мои ненужные мысли опять вылиты в молоко Галактики. Надеюсь, они хоть на что-то повлияют, исходя из моих сказанных слов. Наверное, все эти извержения моего сознания просто чепуха, а может, и что-то стоящее для размышления.
Я встал с кровати, потянулся посмотрел в окошко и замер. Светло на улице, печет июньское солнце, всё оживает, а что не проснулось, скоро засияет жизнью. Конечно, это прекрасно, сказочно, но не у меня. Я совершенно не готов закрыть сессию. Ощущение, что меня отчислят. Ну и что? Я качусь в яму безысходности, не мешая событиям развиваться быстрее и быстрее. Каждая ошибка нарастает по экспоненте, как это произошло и у меня. Поверив в себя, я слишком мало времени стал уделять важному, тому, от чего зависела бы моя жизнь. Всё это накопилось, как снежный ком, и теперь имею то, что должно было рано или поздно случиться. А сейчас пора собираться.
Солнце. Утренний запах. Топ-топ-топ, я всё ближе к университету. Большое-большое здание, угрожающее, стены будто давят на меня. Я уже его вижу. Ужас подкрадывается ко мне постепенно. Я даже не понимаю, что страшнее: что меня скорее всего отчислят или что сегодня зачёт по математике. Улица будто вытягивается, становится бесконечной. Прекрасные зелёные деревья тянутся ко мне, будто хотят мне что-то сказать. Люди смотрят на меня. Я такой, как и вы! Нет, мне страшно, я не могу, меня тошнит.
Я не пойду, я слабый. Неподалёку есть бар, думаю, там можно перевести дух. Теперь вопрос о страхе я бы поставил иначе. Чего именно боюсь: наказания или ответственности? Думаю, сейчас не время рассуждать.
Прошло минут двадцать, как моя туша переместилась уже за барную стойку. Утро — посетителей нет, тишина, вернее сказать, спокойствие. Джазовая музыка на фоне, звучащая из динамиков, придавала некой бодрости, которой так сейчас не хватало. Жутко хочется спать. Я думаю, сделать заказ, но мне страшно разговаривать с людьми, но всё-таки решаюсь. Как раз в моем кармане завалялась пара червонцев. Еле выдавив из себя, я осмелился сказать:
— Ей, товарищ… эээ… приготовь мне кофе. Спать хочу, хоть нож воткни, не почувствую, буду думать только об эспрессо или о сне.
Бармен мне ничего не ответил.
— И… пирожное, пожалуйста, которое такое… ну… знаете… короче — опять я все слова забыл, как я ещё живу и как со мной ещё контактируют люди… иногда. — Во, вспомнил слово — вижу косой взгляд бармена — со вкусом крем-брюле.
— Две минуты.
— А уютное это место, не замечал ранее. Может как-нибудь с подругой забегу сюда, — пробормотал себе под нос.
— Вот ваш заказ, — слегка с презрением сказал бармен.
— Спасибо, — слюни уже текли, — не ел сутра.
Потягивая свой кофе и закусывая вкуснейшим десертом, я хотел поговорить, хотел попробовать вывести бармена на откровение.
— Слушайте, а как вас зовут?
Бармен показывает на свой бейджик. Его имя Руслан.
— А… Извините… не увидел. Что ж, я Сева, — бармен нехотя пожимает мне руку. — Не знаю как вам, но мне весьма приятно познакомиться.
— А что вы, собственно, хотите? Вы сюда пришли попить кофе, не друзей ведь искать.
— Вы правы, но почему же я не могу просто с вами побеседовать? Никого обслуживать не надо, я здесь один. И разве вы настолько счастливый человек, настолько уверенный и разобравшийся в себе, что вы просто не нуждаетесь в разговоре?
— Да. А теперь ответьте на мой вопрос: я вам друг?
— А может да.
— Если ты мне друг, — бармен заметно начал злиться, — тогда пойми мой выбор. Между побеседовать с тобой или выгнать тебя, я выберу второй вариант. Я надеюсь, ты меня услышал.
— Хорошо. Будьте добрее.
Я вышел из бара, направился в неизвестность. Куда-то шел, не знаю, куда, не знаю, зачем. До сих пор эти мысли не вылетали из моей головы. А может, к подруге? Руки в карманы — телефона нет. Как же мне повезло, что рядом была телефонная будка и немного денег со сдачи. Бегу. Бегу к это треклятой будке, чтобы совершить звонок человеку, которого я не видел очень давно. Всё равно мне ничего уже не светит, потерял все свои шансы, истратил в пустоту. К сожалению, это так. Ладно, хочу этот день завершить хотя бы с небольшой радостью.
Руки мои трясутся. От довольства, от тревоги? Опустил в телефонную будку 52 рубля. Звонок. Гудки.
— Ало.
— Варя, привет, это Сева, помнишь меня? Мы виделись несколько раз, но я надеюсь на твою память.
— Нет, не помню.
— Ты мне всё время говорила про мою неуклюжесть, вернее, подкалывала, ну, я не знаю, как сказать, короче, я надеюсь вспомнишь, мы не виделись с тобой с момента как я уехал из Ростова.
— Аа… ты… а чего звонишь?
— Если информация достоверная, то ты, так же как и я находишься в Питере. Верно?
— Верно.
— Не желаешь пойти погулять?
— Ну… честно не знаю. Когда?
— Сегодня, через два — три часа.
— Давай попробуем.
— Хорошо. Давай встретимся возле парка Викт…
Связь оборвалась. Вышли минуты. Ну что же сегодня за день?! Денег нет, я надеюсь, она поняла, какое я имею в виду место. Надо отправляться. На чем? Хороший вопрос. От того места, где я сейчас нахожусь, идти до намеченного примерно часа три. Короче говоря, это далеко. Что ж, надо что-то решать. Честно говоря, я очень хочу с ней свидеться.
Яркое, желтое, будто раскалённое железо, солнце. Лучи его отражаются от листьев деревья и слепят мне глаза, всё вокруг такое весёлое, счастливое. Я иду по тротуару, нет, я по нему плыву, не задумываюсь над шагом: вдруг оступлюсь, упаду? Моя голова иссечена кнутом мыслей, в которых хочется разобраться. Ждёт ли она меня? Что скажет, когда приду? Что в итоге мне делать дальше? Когда я стану человеком: приобрету статус личности? Чувство, что во мне борются два человечка, которые не поделили изюм. Эти человечки ответственность и чувственность. Мой мозг слишком слаб, чтобы выбрать первое, потому что мне кажется, что я полюбил. Её? Вздор! Не может такого быть! Я её не видел уйму времени, а тут такое.
Вижу, едет автобус, как раз рядом со мной остановка, может получится зайцем. Бегу. Уже совсем рядом. О, как я давно не бегал! Ноги просто подкашиваются, вот-вот завяжутся в петельку, и я не смогу ими пошевелить. Мои потемневшие глаза наконец-то восстановились, и вижу, как я уже рядом с автобусом. Захожу в него: не заметили, что я без денег. Сел. Тронулись. Теперь можно выдохнуть.
Невыносимая духота! Даже тошнит. Воздух будто раскалился, стал красным. А за окном красота. Картинка меняется так быстро, что я даже не успеваю что-то разглядеть. Миг — я проехал модерн постройки. Миг — прекрасная аллея. Миг — и так пролетает, скользит под ногами жизнь, за которую мы хотим уцепиться, в которую вгрызаемся зубами и которую никому не хотим отдавать.
Началось то, чего я больше всего боялся. Начал появляться страх. Непонятный. Невообразимый! Маленькими шагами он приближался к моему куску нейронов. Снова! Снова я чувствую взгляды! Вена, распухшая от стресса, зашевелилась на левом виске. Чувствую её, будто какой-то червь хочет отведать кусочек моего мозга. Непонятная, и уже противная для меня обстановка вокруг. Всё зудит. Рецепторы обострились. Только сейчас мне показалось кресло таким неудобным. Что же такое? Никогда ранее я не испытывал всего того, что произошло за сегодняшний день. За один лишь день! Ничего, я уже практически у намеченной цели, я практически с ней. Я практически с Варей. Ну конечно же! Все мои волнения только от этого. Видимо, всё это не вздор…
— Остановка парк «Виктория», — проговорил автоинформатор.
В салоне начинается толкучка. Все стремятся к дверям. К поставленной цели на ближайшие 60 секунд. А представьте, сколько настоящих целей у человека! И примерно столько же тех, которые вряд ли когда-либо будут достигнуты. Это так, просто небольшая мысль, которую не хотелось бы развивать. Потом.
Ноги, поочерёдно меняя положение, переносят меня к ступенькам, выхожу из автобуса. Вот и всё, первая часть закончена: я на месте. Началась вторая, гораздо сложнее: найти Варю среди всех людей, которые, может, также хотят найти своего человека или хотя бы себя. Большой город убивает людей, кидает в рот, пережёвывает и выплёвывает, делая из них просто обычный комок атомов без способности размышлять. Поэтому так важно не потерять себя… Да что это такое! Снова ненужные мысли! Откуда? Зачем они мне сейчас? Не ясно. А Варю я всё ещё не вижу. Ко мне уже начали приходить сомнения: не зря ли я всё это затеял?
Прошёл час. Время уже двадцать шесть минут четвертого, скоро вечер. Я разгуливал по всему парку, но Вари так и не встретил. Подожду ещё минут тридцать и поеду ка я, наверное, домой. Именно домой. К себе в Ростов. Здесь мне делать нечего.
Шаг, миг, время тик. День сегодня богат на размышления. Я сел на лавочку, чтобы передохнуть от ходьбы. Прислушался. Слышно было лёгкое завывание ветра, который так ласково и сказочно общался со мной своим языком. Будто я его уже понимал лучше, чем людей. Закрылся в себе. Варя… Так странно… Лёгкий холодок пробежал по моему телу. Лист, сорванный тем ветром, упал прямо на колено и стал смотреть на меня. Зелёные, уже безжизненные устьица говорили со мной. Я уже совсем поехал от одиночества. С листьями разговариваю! Думаю, что единственные сейчас мне друзья — это лист, и моя голова, и то, над последним посомневаюсь.
К черту это всё. Надо уходить.
На выходе у парка мне встретился молодой человек, который стоял с листовками. Я взял одну. «
Я шёл неспешным шагом, и меня неожиданно охватила непонятная злость. К чему? К кому? Да к самому себе. Я разрушил всё, что хотел построить с самого детства. Ничего не предпринимал, чтобы что-то изменить: я был наблюдателем, а не участником. Смириться? Может быть. Отойти от принципов? Скорее всего. Получается, я предам сам себя. Размазня. Меня нельзя жалеть, Я НЕ ДОЛЖЕН ЭТО ДЕЛАТЬ.
Я иду в бар, где я был сегодня утром. Вот я уже стою перед той стеклянной дверью в место, которое, возможно, спасёт меня от мыслей, преследующих меня целый день. Захожу. Обстановка та же: джаз, деревянные стулья, злой бармен.
— Почему без подруги? — Руслан, не глядя, протирая стакан, спросил.
— Откуда вы знаете?
— Ты сегодня утром разговаривал сам с собой. Я слышал — На лице Руслана виднелась еле заметная грустинка. — знаете, извините меня, что был груб. Не в духе я сегодня.
— Хорошо, ничего страшного. У вас что-то случилось?
— Не знаю. Всё это было так непонятно. Эта любовь ещё… Стараюсь быть уверенным. Мерзко это на самом деле. Если позволишь, после всего, что произошло утром, я бы сильно хотел с кем-то поговорить. Излить свою душу, извини за такое избитое выражение.
— Я всегда готов поговорить. Просто понимаешь, мы слабы по своей натуре, всегда нуждаемся в поддержке. Да, от неё можно отвыкнуть, но этому должны поспособствовать совершенно неприятные ситуации. Конечно, я не имею большого опыта в жизни, я пытаюсь в ней разобраться, но пока что у меня это не выходит. Моя поддержка, внутренняя поддержка, превратилась в нытьё, от которого я несусь вниз с невообразимой скоростью. Ненавижу себя за это, ненавижу за свою слабость.
Мои глаза начали мокнуть.
— Я немного, но понимаю вас, товарищ. Как-нибудь я вам расскажу о себе и о своей истории.
— Может, сейчас, почему нет?
— Давай лучше вечером. Как раз пойдем, выпьем, поговорим. Сейчас время практически пять, моя дневная смена, можно сказать, закончена, разойдёмся по домам, потом часа через два можно сходить в бар.
— Знаешь, — я уже отошёл от прошлых размышлений — сегодня день города, я бы сходил туда.
— Думаю, что я туда не пойду, прошлые воспоминания — Руслан сделал задумчивое лицо.
— Хорошо, тогда в бар сходим завтра. Так как сейчас ты всё равно закончил работать, можно пойти с тобой в квартиру? К себе не хочу возвращаться. Причины есть на то.
— Без проблем, собирайся, сейчас поедем.
Так наш небольшой диалог остался открытым. Вопрос, который меня и Руслана волновал пятнадцать минут назад, остался где-то в воздухе, где-то совсем рядом, но в тоже время так далеко. Не знаю, как объяснить. А в бармене я что-то чувствую родное: он такой же, как и я, с такими же вопросам и в голове
Мы на остановке. То же место, тот же маршрут автобусов, те же дома, те же люди. Вдруг стало что-то произходить, необъяснимое, как и весь мой день. Хоть день мне и говорит: «Вечер. Суббота. Солнце», — но я чувствую ложь. Тонкую, кажется, в чем-то есть подвох. Место, в котором он сейчас даёт мне намёк.
Чувствую пустую голову, никакой любви, никаких размышлений. Всё, что было днём, прошло. Варя? Какая? Напомните мне? Я даже и не думал про неё. Получается, всё это был вздор? Как я и предполагал! Но никогда нельзя быть уверенным на все сто процентов.
Автобус. Автоинформатор. Выход. Квартира. Ничего более. В квартире: кофе, перекус, бессмысленный разговор, о работе и вот я уже на улице, и вот уже время восемь часов вечера. Так быстро оно пролетело. Даже ничего не успело произойти. Я только что вышел от Руслана. Я ему всё объяснил и попросил у него на время его второй телефон и немного денег взаймы. Удивительно, я знаю его меньше одного дня, а уже такая связь! Почему так? Может, мы можем в людях разглядеть своего человека за считанные минуты, но так не произошло. Вспомним что было утром. Хотя я мыслю только со своей стороны, а не со стороны, товарища. И, да, мне кажется, что я разобрался в своих мыслях. А это сейчас очень важно для меня.
Площадь, на которой будет отмечаться день города, уже близко. Начинает смеркаться. Город остановился. Кто-то дома, кто-то на празднике. Время стало тянуться максимально медленно, с каждой невыносимой минутой, что-то внутри меня начинает спешить. ОПЯТЬ. Я не понимаю. НЕ ПОНИМАЮ СЕБЯ. Что снова начало происходить. Мне страшно.
Горят огни, все сильнее и сильнее мне слышится музыка. Я иду по какому-то двору, и кругом тьма. Дома, которые я практически не вижу из-за темноты, стали чуть ли не чёрными. Меня охватывает уныние. Так подействовала обстановка. Буквально через две минуты я выйду на перекрытую дорогу, откуда уже напрямую доберусь до площади.
Асфальт. Пустота. Неизбежный страх, который уже во мне. Мои ноги — вата, я левитирую. Непонятная сила меня несёт. Против всех законов физики я плыву по воздуху, погружён в своё сознание, забитое мусором. А кругом сверкают придорожные огни. А впереди один огромный столб света, взвывающий вверх. Он разрывает небо и пускается всё дальше и дальше, чтобы увидеть другой мир, другую реальность. Всего лишь свет, но так человечен. А дорога? А она есть путь, ведущий нас либо к счастью, либо к разочарованию.
Вот я уже у входа на площадь, меня осмотрели, разрешили пройти. Я на месте. Страх, НЕПОНЯТНЫЙ страх. Варя? Мне показалось или мимо меня прошла Варя? Наверное, показалось. Через сорок минут будет салют. Торжественный, грандиозный!
Играет музыка, сильная толкучка — веселье. Черное небо наблюдает за всей этой скотобойней, и, видимо, не очень ему нравится. Шум, яркий свет — веселье. Никогда я вроде не был на подобным. Мысль о Варе снова начала меня убивать. Буря, конец света в моей голове, не менее. Я встал у монумента и чего-то ждал. Чего? Я не знаю. Задаю всегда эти вопросы, на которые понятия не имею, какой ответ. Зачем задаю? Не знаю… снова мне показалось лицо Вари, видимо это она. Сейчас она стоит и разговаривает со своим, наверное, молодым человеком. Она так изменилась. Волосы каре, блондинка, начала краситься, вытянулась. Удивительно. Не важно, что я виделся с ней в жизни раз 5, меня это вовсе не волнует. Я считаю её своей подругой, чувствую свою близость к ней. Что? Близость? После этой мысли снова в моей голове все сюжеты начали переворачиваться, всё закрутилось, меня бросило в пот. Как такое может происходить. О Земля! Как я слаб! Какой я нежный человек, чтобы думать о женщинах. Как я наивен! Я снова отвлёкся! Снова полюбил! Но что же, что? Образ? Если так, то я обречен.
Стою. Идти или нет? Мысли, которые настигли меня в автобусе, снова вернулись ко мне. Что ж, я решусь, я подойду. Спонтанность развития событий есть приключение! Делаю шаг — нога уходит в сторону. Чуть ли не падаю. Сильно бьётся сердце, а то черное небо на меня всё так и смотрит, смеётся над моей ничтожностью. Я стиснул зубы. Не могу. Не могу! Но я должен хоть что-то предпринять! Делаю второй шаг — биение сердце усилилось, но переставить ногу из точки А в точку Б показалось, легче. Делаю третий, четвертый, пятый. Только сейчас я увидел озарённое небо луной, которая улыбалась и верила в меня, что я смогу. Шестой — я уже у спины Вари. Тихим, совсем слабым голосом, я пробую выдавить из себя, совсем потерявшееся в шуме одно единственное имя: «Варя».
— Варя… — маленький человечек еле слышно пробормотал.
Я понял, что она услышала, я вижу, как её такие прекрасные, мягкие волосы начинают шевелиться. Она поворачивает голову. Без удивления, скорее, с недовольством она посмотрела на меня.
— Привет, — я выжал из себя, — наконец-то мы встретились.
— Встретились? — проговорил какой-то высокий, крепкий молодой человек, видимо, её парень — Ты кто есть?
— Сева, — друг Вари, — тихо сказал я.
— Друг? — уже тут вмешалась сама Варя, я видел её с каждой секундой нарастающий гнев.
— А как? — мой внутренний человечек отвечал: «Какой же ты наивный!»
Пару минут до салюта. Со сцены:
—
— Сейчас же, если ты не уйдёшь, я тебя ударю — обстановка начала накаляться.
—
— Но подождите, давайте вопрос решим всё-таки мирно.
—
— Сука, я разве непонятно говорю?! — его лицо покрылось красными пятнами от злости.
Снова я не вижу луну, а лишь смеющееся небо.
—
— Но…
—
Поделиться книгой: