Держи меня (ЛП)

Ребята вернулись в Шотландию, а я поехала в горы Монтаны, чтобы отдохнуть с Кэти и Кайлом.

— Ты нормально добралась до отеля?

Я добралась нормально. Хотя немного нервничала (ну, если быть честной — очень сильно!) когда пригородный автобус подъезжал к горе Уайттейл. Дорога была асфальтирована и посыпана песком, но на ней встречались коварные узкие повороты, которые здесь называют «рубильниками», и я чувствовала, как напрягается все мое тело, когда мы поднимались в гору. Однако я не была настолько напряжена, чтобы пропустить чудный вид или милый пансион «Хидаут», мимо которого мы проезжали, и подумать, что с удовольствием бы там остановилась. Но когда автобус въехал в заснеженную деревню, где находился отель, я поняла, почему Кэти и Кайл каждый год отдыхали именно в «Снежном призраке»: подъемники до самой вершины, заснеженные вечнозеленые деревья и комплекс зданий, где располагались апартаменты для сдачи в аренду.

Здесь же находились пункт проката лыж и кафе, а также несколько небольших частных магазинов.

Автобус припарковался на стоянке перед красивым шале, который каким-то образом умудрялся быть одновременно парадным и деревенским. «Домик снежного признака».

Мне понравилось название. Как только Кэти прислала мне ссылку на сайт отеля, чтобы я забронировала номер, я влюбилась. Главное здание находилось прямо у подъемников, так что гости могли сразу же встать на лыжи и отправиться в путь.

— Да, и я думаю, что именно так выглядит рай, — ответила я брату.

— Я волновался, как ты поднимешься на гору.

Я не собиралась говорить брату, что тоже волновалась.

— Ну, я в порядке. Хотя на лыжах кататься точно не буду.

— Почему?

Я рассказала, что произошло, и потом пришлось несколько минут ждать, пока Киллиан перестанет смеяться. Было приятно слышать смех моего старший брата, но не совсем приятно, что за мой счет.

— Ты закончил?

— Только ты, — его голос все еще дрожал от веселья, — можешь сбить человека с ног и ударить его коленом по яйцам, едва он вышел на лыжню.

— Эй, я обычно очень аккуратна.

— Пока не выпадет снег.

— Однажды я сломала ногу. Один раз!

— Да, катаясь на лыжах. А как насчет того, что две зимы назад на парковке супермаркета ты уложила трех человек, поскользнувшись на льду и рухнув на тележки?

— Я могла убить кого-нибудь, Киллиан. Это не смешная история.

— Я просто не понимаю, как человек, танцующий как ангел, вдруг теряет всякую грацию, когда на землю выпадает снег.

Я окинула взглядом свой вид.

— Ты мог бы напомнить мне об этом, когда я сказала тебе, что планирую приехать сюда.

— Зачем? Тебе нужно время для себя. Я рад, что ты там. Но для моего спокойствия… обещай мне, больше никаких лыж.

— Я обойдусь спа.

— Спасибо.

— Ты, наверное, утомился. Я тебя отпущу.

— Хорошо. Набери меня завтра.

Я закатила глаза от его протекции.

— Или на следующий день.

— Нет, завтра, Отэм.

Услышав суровость в его голосе, я кивнула, а потом вспомнила, что он не может меня видеть.

— Завтра.

— Ладно. Пойду спать. Спокойной ночи, милая.

— Спокойной ночи, старший брат.

— Отэм…

Что-то в его тоне заставило меня напрячься, и я ответила:

— Да?

— Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, правда?

Слезы навернулись на глаза. Я знала, что брат любит меня. Он всю жизнь растил меня, защищал и заботился о том, чтобы я не чувствовала себя ущемленной от недостатка любви со стороны дяди. Когда я была маленькой, Киллиан постоянно говорил, что любит меня. С возрастом он перестал произносить эти слова, но его поступки всегда говорили громче слов, и это не значит, что они не были прекрасны. И я должна была благодарить за них Скайлар.

— Всегда. Я тоже тебя люблю.

После того, как мы закончили разговор, я некоторое время смотрела в окно, ощущая минутное удовлетворение. Минутное, потому что знала, что это ненадолго. В глубине души было неспокойно, и это чувство нарастало.

Будильник на телефоне оповестил меня, что первая спа-процедура вот-вот должна начаться. Еще до приезда я забронировала целую кучу процедур, но после неудачного утра на склоне я уточнила на ресепшене, есть ли свободные места для других процедур.

Запись на индийский массаж головы была свободна.

Да, черт возьми!

Я спустилась в спа-салон в бикини и пушистом белом халате из номера. Я также надела отельные тапочки и взяла подмышку свернутое полотенце. Салон находился этажом ниже моего, что было вполне логично: спа-салон использовал все преимущества открывающегося вида. На сайте я заметила, что в отеле есть открытый бассейн с подогревом с видом на горы. Мне не терпелось опробовать его.

Но сначала массаж головы.

Я любила спа.

Нравилось, когда меня баловали с момента входа. Я любила запах ароматерапии и хлорки бассейна. Мне нравился туманный конденсат в воздухе из парной и сауны.

Мне нравилось получать массаж.

Мне нравилось, что там не нужно думать ни о чем, кроме как о расслаблении.

Я любила спа-салоны и, безусловно, была больше любительницей процедур, чем лыж.

Вручив мне бокал шампанского с апельсиновым соком, приветливая женщина по имени Кора провела меня через приемную в крытый бассейн. Пока она вела меня к зарезервированному шезлонгу, на заднем плане слышалась негромкая спокойная музыка.

— Вашего терапевта зовут Адриенна, и она скоро выйдет к вам, — сказала Кора и оставила меня.

Вместо того, чтобы планировать свою жизнь как и собиралась, пока ждала массажистку я улеглась на шезлонг, закрыла глаза и задремала.

Я пробуду здесь десять дней.

Этого времени достаточно, чтобы все спланировать.

А пока проведенный в спа-салоне день будет моим жизненным планом.

ГЛАВА 2

К тому времени, когда я вернулась в свой номер после процедур, я была расслаблена так, как не была уже давно. Я не пробыла в номере и пяти минут, когда Кэтти прислала сообщение, что через час мы с ней и Кайлом встретимся на романтическом ужине на троих. Когда Кэти попросила меня поехать с ними в эту поездку, я поняла, что она сделала это потому, что беспокоилась обо мне. Она считала, что мне нужен отдых от повседневности, а поскольку они с Кайлом часто отдыхали «Снежном призраке», то решила, что это место сотворит со мной чудеса.

Я согласилась, а почему бы и нет? Но теперь меня беспокоило, не помешаю ли я их отдыху, и боялась, что Кэти и Кайл пожалеют о том, что мое присутствие нарушит их уединение.

Не успела я отправить ответное сообщение о том, что у меня другие планы на вечер, как она снова написала.

Мы хотим, чтобы ты пришла. Никаких отговорок. Ужин. Час. Не заставляй меня тащить свою задницу в твой шикарный номер:))

Я рассмеялась. Моя подруга так хорошо меня знала. Кроме того, она в шутку ворчала по поводу моего номера с тех пор, как я его забронировала. Они с Кайлом занимали стандартный номер на несколько этажей ниже, но я знала, что Кэти все равно, что в отличии от них я живу в люксе. Она просто любила дразнить меня при каждом удобном случае.

Я даже не мечтала об этом. Увидимся через час:))

Ресторан в отеле был очень хорошим. Кэти сказала, что там отличная еда, и местные жители заказывали столики для особых случаев, поэтому там всегда много народу. Я старалась всегда выглядеть нарядно независимо от событий, потому что обожала моду и высокие каблуки. В тот вечер я выбрала юбку-карандаш с высокой талией и темно-золотой вышитый бисером шелковый топ с короткими рукавами в стиле арт-деко. Он нежно драпировался на моих плечах, демонстрируя ключицы и намек на декольте. Я заправила топ в юбку, и весь ансамбль подчеркнул мои изгибы. Я добавила золотые босоножки с ремешками, отказалась от украшений и уложила длинные почти до поясницы русые волосы так, как я обычно их ношу: волнами.

Схватив специально купленный к юбке зеленый клатч, я еще раз взглянула на себя в зеркало. Юбки-карандаши сейчас в тренде. Обычно только итальянские дизайнеры ежегодно демонстрируют их на своих показах, но в этом году они появились на подиумах по всему миру, и мне очень понравилось, что они снова стали популярными. Нет ничего более удобного, чем юбка-карандаш.

Не заботясь о том, что я слишком нарядно одета, потому что это я-есть-я, я вышла из своей комнаты, размышляя о том, стоит ли мне добавить что-то из области моды в список возможных вариантов карьеры. Мне нравилось ходить за покупками для Скайлар, когда она только начала работать с моим братом. Киллиан опасался, что я буду навязывать ей свой стиль, когда попросил купить для нее новую одежду, но я обнаружила, что довольно хорошо чувствую ее индивидуальный вкус и могу посоветовать ей соответствующую одежду. Как только мы помогли Скай набрать вес и снова стать здоровой, я стала водить ее по магазинам, и Скайлар всегда выглядела нарядно. Ей удавалось быть сексуальной, этакой альтернативной рокершей: будь она в джинсах и футболке или в обтягивающем черном платье. Но это была только Скайлар. Она излучала неоспоримую харизму, что дается только при рождении. И это стало одной из причин, из-за чего папарацци и фанаты были так одержимы ею.

Я не могу присвоить себе эту заслугу, но могу приписать некоторые очень милые вещи из ее нынешнего гардероба.

Стилист? Хм.

Я бы включила это в список, хотя это и звучит невероятно нереально. Наверное, это была бы интересная карьера. Или, может быть, мне стало бы скучно.

О, я не знаю.

Я подумаю об этом утром, потому что такие мысли до ужина будут только напрягать.

Ресторан находился на том же этаже, что и мой номер, поэтому не потребовалось много времени, чтобы дойти до него. Когда я пришла, Кэти и Кайл еще не появились, и администратор провел меня к бару, где я заняла табурет, чтобы подождать их. Я окинула взглядом помещение. В нем царила одновременно современная и деревенская атмосфера, что мне понравилось. И как уже предупредила меня Кэти, было много народу. Друзья заказали нам столик для ужина на каждый вечер до отъезда, но я не собиралась присоединяться к ним каждый вечер. Все же им нужно было побыть наедине. И хотя здесь отдыхали и компаниями, но больше в этом месте царила настоящая романтическая атмосфера. На каждом столе горели маленькие лампочки, на больших горшках с топиариями, расставленными в стратегически важных местах, были изображены белые феи. Не переборщили. В самый раз. Мягкое освещение и огромные широкие окна в глубине ресторана с потрясающим видом на горнолыжный склон — все это, безусловно, располагало к шалостям под столом.

— Что вам предложить?

Я повернулась на мужской голос и увидела улыбающегося бармена, парня примерно моего возраста.

— О. Бокал вашего домашнего красного, пожалуйста.

— Ну, этот шотландский акцент я узнаю где угодно, — раздался позади меня глубокий знакомый голос, и я слегка повернулась и почувствовала, как мой желудок опустился на табурет рядом. С самым красивым мужчиной, которого я встречала в своей жизни.

Несмотря на то, что сегодня утром я не видела всего его лица, поняла кто это.

Грейсон Кинг. Инструктор, кому я заехала коленом по яйцам.

Боже мой.

Святые угодники…

И не могла от него оторваться.

Но по правде говоря, Грейсон пристально смотрел на меня в ответ самыми восхитительными голубыми глазами. Густые темно-каштановые волосы завивались на затылке.

Но глаза! Насыщенный кобальтово-синий цвет, обрамленный недлинными, но густыми черными ресницами.

Что касается его лица с рельефными скулами, широкой квадратной челюстью и полными губами, то оно являло собой образец исконно мужской красоты. Если бы не небольшой излом носа, свидетельствующий о полученном когда-то переломе, небритое лицо и внушительное телосложение, он мог бы показаться слишком идеальным.

Но это не так. Красота Грейсона была с изюминкой. Слабые смешливые морщинки вокруг глаз, и я решила, что он примерно ровесник моего брата — около тридцати лет. На нем была черная рубашка с расстегнутым воротником и черные брюки. В его наряде не было ни одной говорящей детали «я стараюсь», и он выглядел очень сексуально.

Странно, но учитывая его огромную привлекательность и то, что я опозорилась перед ним, я почувствовала себя необычайно уверенно.

— Могу я вам помочь?

Казалось, мужчину нисколько не задел мой тон. Вместо этого он обратился к бармену.

— Красное для дамы, пиво для меня.

— Принято. — Бармен отправился выполнять заказ.

Губы Грейсона скривились в уголках, и он наклонился ко мне.

— Вы та девушка, которая расплющила меня сегодня.

— Во-первых, я женщина, а не девушка.

Его взгляд опустился вниз по моему телу, а затем неторопливо поднялся обратно, вызвав у меня дрожь желания.

О-о-о, черт!