Фанфик.

— Как причем, если права на песни у вас, значит и отчисления тоже ваши.

— ЮнМи, тебе нужен юрист. Кстати, господин ХенРи очень хочет поработать с тобой. Он один из лучших наших специалистов и не проиграл ни одного дела. Я бы его не отдала, но, как я говорила, у тебя будет приоритет при подборе кадров. А насчёт роялти-мы можем с тобой спорить о процентах, сами отчисления получает только автор. Права-это другое, это возможность разрешать или запрещать исполнять твои произведения отдельным лицам либо организациям.

— Ну вот например-вы отдали мою песню исполнителю, голос или манера пения которого не подходит для неё, причём отдали в приказом порядке. Песня провалится, я не получу денег, а виноватых нет, вернее виновата я, т-к песня "плохая".

— Ты опять не понимаешь. У тебя контракт не композитора, а продюсера. Ты сама будешь подбирать певцов и музыкантов, соответственно успех или провал тоже твои.

"В принципе звучит неплохо, но…"

— А в чем тогда смысл забирать у меня права на песни?

Ну смотри: ты написала одну, десять или двадцать песен, компания вынесла вердикт-продвигать. Заключаются сотни договоров, участвуют тысячи специалистов, арендуются концертные площади, продаются билеты. Это сотни миллионов долларов. Вспомни сколько тебе насчитали за сорванный, хотя и не по твоей вине, концерт в Токио Доме. И вдруг ты заявляешь, — "Мне не нравится… ну не знаю… что-нибудь не нравится. Я запрещаю использовать свои песни." Это мина замедленного действия под зданием Сони и на это никто и никогда не пойдёт.

— Не такая уж я истеричка, чтобы так поступать.

— Я тебе отвечу словами Русского Президента. У них опять была какая-то ругань с американцами по поводу размещения то-ли войск, то-ли ракет. Он сказал, — "Важны не намерения, важен потенциал." Я не говорю, что ты это сделаешь, но ты МОЖЕШЬ это сделать.

Опять она права, да и тема спора ушла. О чем спорить если свои деньги я буду получать как и прежде.

— Я все поняла, простите, что не сразу. Надо будет ещё поговорить с юристами, но думаю здесь проблем не будет. Я хотела ещё поднять вопрос о процентах, мне кажется, что я сто'ю больше тридцати? — Серёга стесняться не собирался-свое надо выдирать из чужой пасти.

— ЮнМи, нашей компании не один десяток лет, многое было перепробовано, что не подходит-отбрасывали. В отбросы пошли и индивидуальные контракты. Ты себе представить не можешь сколько требований, капризов и ультиматумов могут выставить эти звезды. Ты ведь наверняка читала эти их нелепые требования, типа цвета туалетной бумаги, предъявляемые к организаторам концертов. Так это одна звезда, а у нас их сотни. И если мы хоть раз изменим ставку нашу жизнь превратят в ад. И потом-это ставка продюсера, но если ты будешь сама исполнять свои песни, то будешь получать дополнительно, как певица.

— Тоже тридцать процентов?

— Нет, при совмещении процент уменьшается. У тебя он будет равен пятидесяти.

— От полученных денег?

— Нет, от прибыли.

Сергей задумался. 50 %это круто, жаль конечно, что от прибыли, но все равно.

— А если я буду ставит хореографию, работать за звукорежиссера?

— Эти люди на ставке, будете получать их ставку, но не советую. Работы очень много, лучше потратить это время на написание песен, это принесёт гораздо больше денег.

И здесь она права. Вроде все обсудили, надо организовывать юриста. Кстати, пока мы обсуждали пункты контракта, пока я укладывал их у себя в голове РенШи без дела не сидела, что-то там печатала. Оказалось контракт, так что к концу беседы он был готов. Просмотрев его и не найдя отклонений от договорённостей я откланялся и поехал домой, впереди меня ждал серьёзный разговор.

Глава 6 продолжение

ЧжуВон шёл в свою комнату из душа когда его настиг телефонный звонок. Звонила ЮнМи.

— Привет! Ты куда пропал?

— Привет! Что-то случилось?

Почему случилось? Просто не звонишь, не появляешься.

— А должен?

— Конечно. Я спасибо тебе должна сказать или нет?

— Ну говори.

— Ты чего такой квелый? Переживаешь за наследство? Давай я перед твоим отцом извиняюсь, скажу что я во всем виновата.

— Ты что, с ума сошла!?

— О, ожил. Не волнуйся, я шучу. Надо бы встретиться, нужна твоя помощь.

Сергей специально так сказал, он знал-если предложить ЧжуВону помощь, обязательно откажется, а в разговоре может получиться.

— Что случилось то?

— Не по телефону.

— Хорошо, говори во сколько и где.

— Ты заезжай за мной как будет удобно, только позвони хотя бы за полчаса.

Мне вечером в часть, так что твои полчаса пошли.

Ровно через полчаса он подъехал к её дому. ЮнМи уже ждала его на улице, что было в первый раз.

— Что-то серьёзное?

— Почему ты так решил?

— Обычно я тебя жду.

— Сам решишь серьёзное или нет. Куда поедем?

— Ты есть хочешь?

— Нет, давай куда-нибудь, где народу поменьше. Надо поговорить.

— Ну, если надо — поговорим., - ЧжуВон тронул машину, — О чем разговор?

— Там бумаги надо смотреть, а ты за рулём.

ЧжуВон глянул в боковое зеркало, выехал на дорогу и притопил. Через десять минут они сидели в каком-то маленьком ресторанчике. Народу почти не было. Заказав мясо и салат парень вопросительно глянул на ЮнМи. Та открыла папку, поворошила бумаги, потом решительно захлопнула её и положила рядом с собой.

— Знаешь Чжу, не буду я пудрить тебе мозги. У меня к тебе серьёзное дело, но сначала ответь на вопрос, только честно. Зачем ты полез меня спасать из тюрьмы?

— Опять! Я же говорил тебе….

— Понятно, понятно, честно не хочешь. Ладно, спрошу тогда так:, "Ты в меня влюблен?" Юна сняла очки и смотрела в глаза ЧжуВона. Тот задумчиво вертел в руках палочки для еды, потом отложил их и поднял взгляд.

— Ну, если хочешь честно, давай честно. Только чур не перебивать и не обижаться, о-кей? И одень очки, а то будет у нас приватный разговор.

— О-кей.

— Знаешь, я тоже задал себе этот вопрос и не смог на него ответить ни да ни нет. Помолчи, — поднял он руку, — Мы же договорились. И тогда я решил провести эксперимент, — ЮнМи с интересом смотрела на него, прикидывая мысленно, какой тут можно провести эксперимент. — Я решил поцеловать тебя, — помолчи, я сказал, — Дай договорить. Мысленно поцеловать. Представил, что ты стоишь рядом, твои глаза, твою фигуру, твой запах, — ЮнМи начала крутить в руках нож для мяса, а ЧжуВон продолжал, — потянулся к губам и вдруг бац, вместо тебя обнимаю какую — то девочку, лет десяти, ребёнка-представляешь?

"Педофил", — проворчала Юна, оставив в покое нож.

— У меня аж в глазах потемнело-это же ребенок! Что я делаю?!. И все это прямо как наяву, я потом час целый успокаивался. Погоди, — остановил он девушку, порывающуся что-то сказать, — Это ещё не всё. Чтобы усилить чистоту эксперимента я решил положиться только на ощущения, то есть отключить мозги. Никаких прелюдий, сразу к делу.

Руки ЮнМи опять нашли нож на столе.

— Выпил две бутылки сочжу, закрыл глаза и представил тебя сразу без одежды, чтобы не возиться с ней, — пальцы ЮнМи побелели, сжимая нож, — и вдруг снова-бац, и опять у меня в руках эта девочка, а в глазах у неё не испуг, а ужас, ужас и отвращение. И это было как наяву, эти её глаза. Господи, если бы у меня в этот момент был пистолет в руке, я бы, клянусь, застрелился. Утром очнулся в какой-то дешёвой гостинице, одежда порвана, на лице ссадина, помню только как я выскочил из дома, убегая от этих глаз и все.

Он замолчал, глядя в стол. Потом сказал,

— Я теперь выпить боюсь, а вдруг снова увижу эти глаза. Юна, я понял почему ты задала этот вопрос, не бойся. Мысль о сексе с тобой это самый короткий и прямой путь к импотенции, а это, как ты понимаешь, не та дорога по которой мне хочется идти по жизни.

ЮнМи сочуственно смотрела на него, машинально перебирая палочками мясо, взяла кусочек, положила на место, потом положила палочки и сцепила ладони.

— Знаешь, Чжу, откровенность за откровенность. Я давно убедилась, что ты парень не болтливый и надёжный. Я устала, очень устала быть все время одна, все время следить, чтобы не сболтнуть лишнего. Мне не с кем поделиться этой тяжестью, не с кем хоть ненадолго расслабиться, побыть собой. Она криво усмехнулась, — Вот решила предложить тебе половину этой ноши. Ты как, не против.

ЧжуВон помотал головой. Вот она, тайна! Он ведь чувствовал её!

— Ты помнишь, я после аварии была в коме десять минут?

— Конечно.

— Это здесь прошло десять минут, — ЮнМи говорила тихо, опустив голову и от этих тихих слов ЧжуВона пробирал озноб, — А там, где я была прошло двадцать четыре года.

— А где ты была?

— В другом мире, он почти такой же как этот. У меня там были папа, мама, друзья, подруги, а теперь их нет, я остался один! Понимаешь Чжу, один, а они там. Знаешь, как меня мама любила, а теперь меня нет, как она там без меня.

Горячечный шопот ЮнМи становился бессвязным, её начало трясти.

— Тихо, Юна, тихо. Здесь у тебя есть друзья, я тебя никому в обиду не дам. Он положил ей ладонь на руку, и ЮнМи вцепилась в неё, изо всех сил стараясь не сорваться в истерику. Выпив воды она постепенно успокоилась, а потом, невесело засмеявшись, сказала: "Я ведь там был парнем, представляешь? С девушками гулял, в постели их валял, а теперь того и гляди, чтобы меня не начали валять. Вот такая со мной история приключилась."

— А почему ты здесь оказалась?

— Нашу общагу взорвали, я погиб, тело там осталось, а душа здесь оказалась. Предложили мне-вот тело, бери или жди когда новая оказия будет. А ждать может год, а может тысячу лет, а может и вообще не дождёшься. Вот я и согласился, только не знал, что тело женское. Да я бы ни за что его не взял, если б знал, пусть миллион лет бы там просидел.

У ЧжуВона был миллион вопросов и он не знал с какого начать. ЮнМи его опередила-:"Давай потом встретимся, посидим, по рюмочке жахнем, если появится та девчонка, я прогоню её и на все твои вопросы отвечу. А то чот голова разболелась, перенервничала наверное, воспоминания накатили. Спасибо, что выслушал, честно легче стало. Да, вот папка, там проект контракта с Сони, попроси хальмони, чтобы дала вашим юристам, пусть посмотрят. И ещё — должность исполнительного директора центра твоя.

— Какого центра?

— Продюсерского. Поехали, а. Серьёзно-башка болит сил нет.

— Может к врачу?

— Да ну его, мне бы просто прилечь, а Мульча меня полечит.

-

-

Глава 7

— Мам, ну чего ты опять на кухню пришла? Тебе врач что сказал? — сердито выговаривала СунОк матери., - Сказала бы мне, я бы все сделала, а тебе отдыхать надо больше. Куда ЮнМи делась? Я же сказала ей присмотреть за тобой.

— Ей ЧжуВон позвонил, она в комнату ушла. А про отдых ты мне больше не говори, и так все бока уже отлежала.

Маму привезли из больницы два дня назад, и теперь дочери постоянно ходили за ней уговаривал прилечь отдохнуть. ДжеМин уже начала сердиться на них, отмахиваясь то рукой, а то и полотенцем по заднице.

— МА, — в дверях появилась ЮнМи, — мне Чжу позвонил, сейчас приедет, дело у него опять, мы пойдём с ним погуляем.

— Да, да дочка, пойдите погуляйте.

ЮнМи закатила глаза, Господи, опять мама все понимает по-своему.

— Юна, — послышался голос СунОк снизу, — Тут к тебе пришли.

— Спустившись с лестницы, ЮнМи увидела незнакомого мужчину, рядом с которым стоял улыбающийся ХенРи, позади них топтался ЧжуВон.

— Госпожа ЮнМи, позвольте представить вам господина КванДо, он следователь NIS, привез вашу вещь.

— Здравствуйте госпожа, мне поручено передать ваш телефон. Вам необходимо проверить его и расписаться в получении. Вы позволите войти?

— Да, конечно, СунОк, проводи пожалуйста гостей наверх, я пока с ЧжуВоном поговорю.

— Проходите пожалуйста, — СунОк слегка покраснела под взглядом КванДо, который посмотрел на неё как-то…как-то…в общем правильно посмотрел.

— Чжу, сам видишь, давай посидишь пока у нас, я по быстрому разберусь с этими и пойдём.

Эти два дня они почти не расставались, ЧжуВон замучил её вопросами. Его интересовало буквально все машины, история, девушки, политика, причём именно в такой последовательности. Он перескакивал с темы на тему спеша узнать как можно больше. Серега уже подкалывать его начал, мол ты чего, боишься до завтра не доживешь, все сегодня надо узнать? Особенно запомнилось, когда при вопросе кем он там был и услышав ответ-"Музыкантом" спросил, — "Так твоя музыка из того мира?" Серёга напрягся, — "Считаешь меня вором?" "Тебя? Вором? Почему?"

— Но это же не моя музыка.

— А чья?

— Я хочу сказать, что это не я сочинил, и не говори мне, что этих людей здесь нет, все равно это чужое.

ЧжуВон тогда помолчал, а потом выдал," СеРый, — с ударением на втором слоге, он меня так сейчас называет, когда мы одни, — Помнишь, ты мне рассказывал, как поругался со звукорежиссером? Помнишь свои слова, — " Нотная запись одинаковая, но у одного на концерте люди плачут или смеются, а у другого спят". Твоя музыка не оставляет людей равнодушными, значит ты привносишь в неё что-то свое и, значит, это и твоя музыка тоже." Молодец он конечно, не то что эти в храме, — " Ты должен сам понять". Ведь действительно, мало написать ноты, надо донести до всех правильное звучание и значит я никакой не вор, а можно сказать соавтор. Лажа конечно, но все равно легче как-то.

Мама уже суетилась на кухне, готовя угощение.