Системная нежить. Real-RPG. том.3

Все, включая даже вечно склонного к аморальному поведению техногоблина, стояли в один ряд и были невероятно серьёзны.

— Награждаю тебя здоровьем, скоростью и чистой душой, — она подошла к Темнику, тот наклонился, чтобы она коснулась его лоб своим пальцем.

— Награждаю тебя трехуровневой конвертацией Ци, — техногоблин искренне присвистнул.

— Награждаю тебя смелостью, награждаю тебя красотой, награждаю тебя разумом, и ты остаёшься служить мне, — Алара наградила летуна, банши, а некротического голема оставила себе в услужение (я не был против, всё равно эта скотина меня не слушалась, и, вероятно, в карту бы не полезла бы даже в глубокой теории).

Глубоко и пронзительно она посмотрела на меня. Боковым зрением я увидел, как все мои подручные исчезают. Вероятно, возвращаясь в карты и призыватель. Одними губами она произнесла: «Пора…».

Вообще-то, мы этот момент обсудили. Алара не может открыть (по крайней мере здесь и сейчас) порталы на Землю, потому что её энергетическая составляющая, пока мы занимались страстным сексом, сожрала всю ману, помещенную в хрупкие сложные механизмы преодоления запрета на вторжение в мой мир, сожрала все блоки, барьеры, ловушки, артефакты и прочее на своей территории, чтобы восстановится. И, наверное, спустя какое-то время, смогла бы построить новые, но… Мы с ней понимали, что ещё немного и богиня просто не сможет меня отпустить и я навсегда останусь при ней. Да, царём, верховным воином, тем, кто поможет ей в вытравливании тараканов из её мира, героем. Но я больше никогда не буду свободен и никогда не вернусь в свой, такой неуютный, враждебный и местами пакостный мир.

Поэтому… Есть теория Большого Взрыва, а есть практика Большого Пендаля.

Прямо сейчас в секторе какого-то там сервера висит системный призыв, почему-то (собственно, этот параметр задан инициатором) распространяющийся только на людей. Я принимаю оборотный облик. И, хотя систему не обмануть этим трюком (так-то, я гуль и никакой облик этого не изменит), лёгкая мошенническая манипуляция богини и запрос становится доступен мне. Мысленно вздыхаю, даю согласие, начинается отсчёт.

В какой-то момент, ночью, она прижалась ко мне, и мы много разговаривали. Я чувствовал её тепло и запах тихих торопливых слов, что она произносила.

Этот мир не был открыт системе изначально. Собственно, она была из мира Ахея, что бы это название не значило. Кто-то из её мира открыл сюда портал, они устремились заселять новый мир, но были тут не одни.

Она когда-то сотни лет назад была колонисткой, упрямой, красивой и немного наивной.

Система инициировала её в богиню. Но в это же время сюда пришли инсектоиды и началась долгая-долгая война. Ахей разорвал связи, чтобы насекомые не вторглись и к ним, но колонисты продолжили упорно бороться, даже в какие-то моменты побеждали. Здесь был её последний алтарь, сохранивший отблески её личности. Инсектоиды победили и убили её. Она буквально умерла, а я случайно её возродил. Но что есть случайность и что есть закономерность? Случайно ли система дала мне статус «создатель», даже без описания? Случайно ли у простачка с кучкой полоумных соратников получилось выбить инсектоидов с этой территории?

Она много рассказывала про войну, она плакала, вспоминая свою смерть, она шутила, что возрождаясь, ты рождаешься заново, так что ей буквально пара дней от рождения. Я успокоил ею, что мне тоже без году неделя, ноль лет, ибо я свежевыжатый гуль, так что мы тут два младенца.

Мы смеялись, занимались любовью, засыпали в объятьях друг друга, просыпались, гуляли по домену, все поля и холмы были настоящими и — взятыми из моей памяти. Когда она об этом рассказала, то сделалась серьезной и пробормотала что вытащила очень многое из моего сознания для того, чтобы всё это внимательно пересмотреть и опираясь на мой, чужой ей опыт, самой стать чуть иной, ибо прежняя она — проиграла войну, а второй раз этого она допустить не может.

А потом мы снова целовались. И кушали, она сидела у меня на коленях и смеялась, а я чувствовал тепло её тела.

Запрос принят. Задание по прибытию в личную комнату.

10… 9… 8… 7… 6…

В последний момент она подходит и обнимает меня, а я её. Мне хочется всё бросить, остаться тут, навек в её объятиях.

5… 4… 3… 2… 1… Перемещение по глобальному запросу.

Глава 6

Холод

Белая пустая комната. Белая пустая душа. В нише лежит скомканная системная одежда, оставленная в прошлый раз, оружейная карта.

Сунув руку в карман, я обнаруживаю там письмо, сложенный в четыре раза листочек, банальное, рукописное, написанное словно шариковой ручкой, красивым, чуть кривоватым девичьим почерком. От письма пахнет ею.

А ещё в кармане вещевая карта, которая немедленно и без ожидания, каких-то действий с моей стороны активизируется и на пол падает светлый, в отечественном полярном камуфляже, словно его делали на Земле, тотальный комбинезон, с прикрепленным к нему лёгким шлемом и лицевым щитком, ботинки, мембранные двуслойные носки, флисовый утеплитель на шею, трехслойная неказистая белая шапка. При этом карта остается, снаряжение можно положить в неё, как оружие, но сам комбинезон система упорно видит, как «армейский офицерский комбинезон „Буран“ в комплекте».

Никогда про такой не слышал. Подозреваю, что и армия — тоже.

Конечно, я вижу, что это не земная вещица, а вполне себе божественная. Нет видимых глазу швов, ткань тонкая, но какая-то непростая, каждая вещь дышит таким качеством и скрытыми свойствами… Люди пока такое просто не могут. Подарок Али. Нюхаю, но от куртки пахнет не моей меленькой богиней, а китайским складом. Очень, мать его, аутентично.

Убираю его в карту, карту в инвентарь.

Так.

План по возвращению домой надёжен как швейцарский топор. Алара не может по щелчку вернуть меня назад. Но отправляясь на задание, я попаду в личную комнату, мою транзитную зону. Выполнив, вернусь туда же. Оттуда система вернёт меня на Землю так как будто на Кайтере (это мир, где осталась прекрасная Аля) я и не бывал. Такая вот манипуляция.

Как говорил Кащей утке и зайцу — такой вот план (это он про иглу).

Что там с заданием?

Прим. текст задан инициатором.

Начало сообщения.

Всех людям. Мир Сноймуррин нуждается в защите от вторжения морозных обезьян. Прошу помощи. Давайте вместе убьём монстров и защитим алтарь.

Конец сообщения.

Примечание системы.

Мир Кастрой- IV , так же именуемый некоторыми его жителями и Сноймуррин (название признаётся приемлемым и применимым) лишён монеторской звезды (энергии для её пробуждения недостаточно, численности населения недостаточно для инициации), что делает его открытым практически для любых вторжений. Глобальное изменение и катаклизм сделали этот мир настолько непригодным для выживания, что любые силы вторжения бывают крайне разочарованы при попадании в место, где само их выживание ставится под вопрос, крайне низка возможность получения трофеев и опыта.

В то же время в результате сравнительно-случайного заброса отряда расы морозных обезьян, этот мир показался им перспективным, впоследствии они смогли сформировать подпитываемый портал и постоянное военно-экспедиционное присутствие, что негативно воспринимается теми крохами местного населения, которые всё ещё остаются проживать в этом мире.

Локальное задание — защита объекта. Срок — двое суток. Первичное задание — выжить. Награда 300 опыта. Рейтинговое задание — убить как можно больше морозных обезьян. Награда инициатора — вариативно. Специальное задание системы — не предусмотрено.

Ну, по крайней мере теперь понятно, на кой мне зимняя снаряга. Интересно, насколько там прохладно (об этом система тактично умолчала), что морозные обезьяны признали этот мир прикольным для себя?

Вообще, конечно, выживание идёт по двумя путям — или научись выкручиваться в условиях конкуренции, там, где много народа, или струячь туда, где народа мало и выживай там. Проблема второго варианта в том, что есть практическая причина, почему в этот месте — мало народа. Что-то там их всех убивает и это «что-то» попытается вынести и тебя. Называется — выживание в тяжелых условиях. Как-то так.

А в моём случае выбора никакого нет, надо нырять в эту прорубь.

Бегло осмотрелся. Комната как комната. По ощущениям стала чуть шире. Померял шагами, как будто ничего не поменялось.

Система дала мне на подготовку целый час. Если подумать, она вообще никуда не торопится, располагая если не вечностью, то очень большими промежутками времени.

Решил быть последовательным, остаться Патриком. А вот сам сей персонаж меня удивил.

Личный статус.

Ложный образ (будет отображаться, как единственный)

Имя : Принц Патрик Хулиган

Класс: Дипломат (повышена вероятность немагического воздействия на мнение других разумных)

Возраст : 18 лет

Раса : человек (95%)

Пол : мужской

Уровень : 10 (прогресс 344/350)

Параметры :

Сила 9/10

Ловкость 9/10

Интеллект 8/10

Здоровье 10/10

Выносливость 9/10

Восприятие 5/5

Расовые навыки :

Интуиция 5/5

Навыки:

Скрыты или отсутствуют.

О как. У меня таких показателей и близко не было. Почти всё на пределе, плюс эта надпись — принц. Без белого коня. А Леонид, типа царь. А второй облик вроде как младше по рангу по сравнению с основным или это чтобы все знали, что я не челядь какая-то? Кстати, убрать это я не могу.

Короче, в моих настройках покопалась маленькая стройная богиня с восхитительной улыбкой.

Проверил своё барахло, перебрал карты, оружие… Скучно. Поколебавшись, оделся в приданный мне зимний комбез и зимнее снаряжение. Когда всё в том же месте появился принимающий портал, без раздумий шагнул туда.

Для начала, несмотря на хороший протектор, я чуть не навернулся на скользком полу. Зашёл, огляделся. В этот раз орка с характерным жестом не было. Ах да, это ж призыв только для людей.

Проходящий рядом здоровяк с длинными кучерявыми грязными волосами громко пёрднул, испортив воздух, а через секунду расхохотался, как искромётной шутке. Ну да, чего это я решил, что человеки интеллигентнее орков или ещё каких других козлов?

Это был гигантский, грязный, душный, тёмный зал, наподобие склада. Под потолком треугольные опорные арки, с безбожно грязными узорами наледи. На полу и стенах неравномерный мутного цвета лёд.

В торце помещения, у довольно тусклого светильника стоял мужичок в замасленном с заплатками комбинезоне, утеплённом какими-то светло-серыми шкурами. Возле него и даже за ним стояли и нетерпеливо переминались с ноги на ногу ещё четверо, одетых как охотники каменного века, меховые шкуры, куртки, штаны, шапки, унты, копья. Впрочем, последние поблескивали металлом.

Порталы открывались, впуская и впуская участников призыва. Использовав восприятие, без особого восторга обнаружил что условные союзники начинались уровнями от второго, то есть планка настолько низкая, что даже страшно.

Прибывают, новые и новые.

«Комбинезон» смотрит на часы, искательно осматривает зал, в глазах некоторая тоска. Надо думать, что на призыв откликнулось несколько меньше, чем он ожидал. Вообще система умеет производить принудительный призыв, просто ставит счетчик времени пару часов, показатель на сто или больше. Если в конце периода добровольцы не заполнят списочную численность, принудительно случайным образом выдергивают игроков и «кто не спрятался, я не виноват». Статус игрок, в массе своей не очень-то добровольный, обязывает. Интересно, а есть способ уйти от этого призыва? Наверное, можно. Так-то меня система вообще не дёргает, я ж функциональная нежить, можно сказать, что для своего мира я не посетитель/клиент, а скорее работник этого аттракциона. Кстати, уволится можно только вперёд ногами.

Толпа собиралась всё больше и больше, показатель нам не давали сообщением, но в какой-то момент у меня прорезалась личная строчка рейтинга, в нём система любезно поместила меня на 632 позицию и на первых пяти позициях — никого. Ну, наверное, она всех для начала загнала в конец, а потом уже будет двигать вверх.

— Люди! — «Комбинезон» стукнул посохом по полу как своеобразный дед мороз, повысил голос и обратился на системном языке. — Злые морозные обезьяны пришли в наш мир. Задание для вас — защита алтаря, они попытаются напасть на него сегодня же ночью. А сейчас любезный Фрогг согласился создать транспортный портал, благодаря которому…

Интересно, а как они узнают, что утро или, допустим, вечер? Темно же совершенно, а своим чувством подземелий я чувствую, что мы в толще горы или чего-то в этом духе. Наверное, шкуры шкурами, но часы всё же есть.

— Эй, приятель, — перебил его высокий лысый негр со слегка рассерженным лицом, чей цвет кожи стал слегка серо-лиловым, — так не пойдёт. Ты забыл предупредить, что тут такой мороз. Выдай нам зимние куртки, перчатки, обувь. Факин щит.

«Комбинезон» хитро улыбнулся.

— Провожу желающих на наш рынок, сможете все что вам нужно купить или выменять.

По толпе прошёлся недовольный ропот, но говоривший уже повернулся и исчез в длинном туннеле.

Пока толпа перетаптывалась и переругивалась, кто-то уже шагнул вперёд, в туннель, что стало активировать человеческий стадный инстинкт — «иди вместе со всеми». Я же прикинул что вариантов куда идти итак ровно один, решил не отсвечивать, накинул невидимость, проверив, что ограничений на пространственную магию нет, совершил блинк, чтобы не ломится в толпе, так что даже оказался впереди всех, включая скромную делегацию встречающих.

Холодно. Холод тут хозяин и проживает в каждой щели. Вообще, проход не совсем, чтобы туннель. Скорей широкий коридор. Иногда на стенах попадались нелепые рисунки, вроде детских каракулей, но пару раз встречались схематичные выцветшие от времени картинки, стрелочки, надписи, круг с перечёркнутым человечком. От коридора несколько раз отходили другие туннели, некоторые перегорожены самодельными баррикадами. Помимо холода, было ещё и темно. Если у встречающих были небольшие налобные фонарики, то группа гостей щеголяла по принципу «кто чем богат», световой магией, стационарными фонарями, пару раз мелькнули ПНВ, не знаю, есть ли от них тут толк. Ну или специфическим зрением, как у меня.

Несколько раз коридор круто сворачивал, но скоро стали попадаться случайные прохожие, то какой-то мусор, свежие следы, запахи. Если можно так выразится, поселение близко.

В какой-то момент коридор оказался перегорожен криво сбитыми, серыми от времени деревянными щитами. Поверху красной краской неоднократно подновлённая надпись, прочесть которую я не смог (язык несистемный). В центре неестественным пятном встроена крепкая, вытертая постоянным использованием металлическая дверь, куда «Комбинезон» привычным жестом постучался и гаркнул.

— Дьярви? Или Ингемар? Открывайте, это Старик.

В двери были неравномерно просверлены смотровые дырочки, прикрытые изнутри пластиной, которая молча отодвинулась, лязгнул засов, дверь неожиданно беззвучно распахнулась, наши провожатые шагнули внутрь.

Я было подумал, что сейчас они запрут дверь и начнётся сложный этап переговоров между туристами и администрацией местного рынка, однако дверь оставалась призывно открытой, первый «гость», задумчиво жуя жвачку и постоянно улыбаясь, шагнул, вот уже за ним потянулись ещё двое. Само собой, кто-то кого-то оттолкнул, кому-то дали в зубы. Рутина и скучный быт.

Используя блинк, переместился «на ту сторону».

Я оказался в ещё одном, достаточно просторном зале с бетонным (ну, так мне показалось, кто их знает, иномирные строительные технологии) потолком, откуда изредка капало и заплёванным бетонным же полом. Левая и передняя стены в зале отсутствовала, там был свет, нагромождение каких-то торговых палаток максимально убогого вида. Надо думать, это и есть то самое местное Барабашово, про которое говорил главный встречающий (примечание автора — рынок Барабашово, оно же «Барабашка», вещевой рынок в Харькове, площадью 75 га, крупнейший в Восточной Европе и один из крупнейших в мире).

В центре зала стоял весь из себя грозный крепкий мрачный мужик, который на виду держал предмет, максимально похожий на крупнокалиберную винтовку с тремя стволами. Скорее всего, это и был огнестрел, просто местный. Занятно, значит мы знаем бетон, электричество и огнестрельное оружие. Даёт некоторое представление.

Меня мрачный мужик не заметил, я не спешил скидывать невидимость и дразнить этого охотника на мамонтов, так что осмотрелся, пешком направился к левому краю, по моим ощущениям тут было несколько баров или чего-то наподобие.

Потрепанные, с хитрым прищуром, торговцы разных возрастов, включая двух десятилетних пацанов-близнецов и неопределённого возраста остроглазых дедков. Торговали видимо, чем поймают или изготовят, шкурами животных, плетёными одеялами, обувью, рукавицами, странными плетёными украшениями, засушенными кусками мяса, гирляндами шишковидных грибов, емкостями с неизвестным содержимым, самодельным оружием и какими-то предметами, назначение которых я определить не смог. Больше, чем товары меня интересовал уровень выделки, ремёсла, технологии местных и сами местные.

Местные люди — человеки, с одной стороны, похожи на земных, а с другой, какой-то неопределённой расы (так, как это слово понимают в человечестве до прихода системы). Несмотря на то, что мы вроде как в помещении, если так можно называть туннели и коридоры, все одеты в самодельные одежды, по поведению спокойные, уверенные в себе, смотрели с любопытством, без испуга. Пока брёл, применял восприятие, делал выводы.

Одно направление «рядов» скорее вещевое, второе больше по продуктам питания. Лавки торговали продуктами, некоторые открыты в режиме бар-кафе-закуски. Надо думать, что эта часть поселения специализируется на торговле. Значит, есть и поселение с потребительскими массами или покупатели приходят из других поселений, существует циркуляция обитателей мира, мирная жизнь.

В одном из баров какой-то щуплый мужик с многозначительным криком «эээ…» пытался через высокую дощатую стойку то ли схватить девушку по ту сторону стойки, то ли что-то упереть. Короче, люди — они и в иномирной Африке люди.

Блинк. Скидываю невидимость. Палаш.

Мой клинок за долю секунду оказывается возле его головы, я ловко подцепляю и скидываю его шапку, чтобы она не закрывала обзор на меня и исходящее от меня дружелюбие.

— Слышь, приятель, свалил отсюда.

«Приятель», максимально нахального вида мужик с жидкими волосами неопределённого цвета, замер и покрутил глазами. Если у его правого уха обитал мой палаш(с бритвенной заточкой, между прочим), то в район носа к нему был направлен чудовищной формы дальний родственник кинжала, треугольный сходящийся клинок, обоюдоострый, с неравномерной кромкой, украшенной зубцами впечатляющей длины. Общая длина клинка тоже уже оставила позади кухонные ножи и тяготела к римскому легионерскому гладиусу, только если бы его создавал психически большой кузнец.

Оценив эти сразу два аргумента, мужик криво оскалился и рванулся, чтобы отскочить он нас, однако в какой-то момент его костлявую филейную часть догнал мой арктический ботинок, чем придал дополнительное ускорение.