Темный Охотник #3

Открыв дверь, я попытался выбраться наружу, но вместо этого вывалился на парковку, как мешок с… как мешок с другими мешками. Вслед за разумом начало сдавать тело. На самом деле, всё пройдёт уже через десять-пятнадцать минут, но конкретно сейчас я был как никогда близок к вегетативному состоянию.

— Молодой человек! — услышал я со стороны закусочной. — Ваш заказ готов!

Собравшись с силами, я поднялся на ноги и изо всех сил изобразил из себя человека, который только что не валялся на асфальте. Помогло. Разум чуть прояснился. Самую высшую, — или низшую? — точку своего недомогания я миновал.

— Молодой человек, у вас всё в порядке?

— В полном! — я показал продавщице большой палец.

— Вам нездоровится? Я могу что-то для вас сделать? — барышня посмотрела на машину, потом на меня, потом снова на машину и снова на меня. — Давайте я отвезу вас до дома?

«Хайзяя! — в голову влез Чип. — Мусора нагрянули!»

Хм-м-м…

Так-так-так.

От вестей про полицию я окончательно взбодрился. Закрутились шестерёнки, заработали. Могучий мозг набирал былую силу.

— Простите, как я могу к вам обращаться? — спросил я; а то всё продавщица, да продавщица.

— Зянья, — улыбнулась пухляшка.

Ну вот вообще не удивила. Хотя по сравнению с Мискванаквадоквэ это ещё цветочки.

— А я Артём, — представился я. — Зянья, на самом деле вы бы меня очень выручили. Мне почему-то не очень хорошо…

Если по прибытию домой господа полицейские спросят о том, где я был, — а они обязательно об этом спросят, — то я без зазрения совести отвечу, что уснул на парковке возле пончиковой. А Зянья выступит в роли свидетеля. И не только не соврёт, а ещё и предоставит им доступ к записям с видеокамер.

Я же ходил на дело тенями, а за тонировкой моей броне-малыхи ничего не разглядеть. И что же получается? Приехал, взял кофе со сладким, посидел и уехал. Железобетонное алиби. Я бы даже сказал мифриловое.

— Тогда подождите буквально пять минут, я переоденусь и договорюсь со сменщицей…

Физически я был ушатан донельзя, но соображал прекрасно.

Зянья не задавала лишних вопросов, но и рта не закрывала. Поохала о том, что никогда не сидела за рулём такой огромной машины. Потом рассказала, что вызвала сменщицу, которая живёт в соседнем доме, чтобы оперативно выполнить мой заказ на сотню пончиков, и поэтому она всё успела вовремя, и что сейчас сменщица осталась, но…

Дальше я её уже не слушал, так что у меня было время поразмышлять.

Итак…

Кодекс никогда и ничего не делает просто так. Вот эту мысль надо распечатать, заламинировать и повесить над кроватью. Потому что так оно и есть! Ну правда же! Нападение на лайнере⁉ Подстава от злопамятного немца⁉ Тёрки с вороватым начальником базы егерей⁉

Пф-ф-ф-ф…

А вот та херня-с-душами, которая происходит в ацтекском храме, полагаю, на регулярной основе — вот это уже интересно. Вот это может быть веской причиной тому, что я переродился именно в этом мире, а не в одном из бесконечного множества других. Стало быть, здесь есть работёнка для Охотника. И стало быть, мне предстоит её выполнить.

Потому что, однажды приняв Кодекс в душу, ты навечно становишься его проводником. И ни смерть, ни повторное рождение, ни пресловутый отпуск — не отменяют этого факта.

А про отпуск, судя по всему, и вовсе можно забыть окончательно.

Только на сей раз нужно отнестись к разборкам со жречеством ответственней.

Сейчас мы, грубо говоря, обнулили конфликт. Сейчас я снова получил самое лучшее преимущество, которое только можно придумать — эффект неожиданности. Все те, кто огрызнулся и злоумышлял против Жихарева, мертвы. А те, кто не мертвы, ни про меня, ни про него не знают.

Да и не факт, что вообще будут стараться узнать.

На свято-пусто-место найдётся новый верховный жрец, который будет занят становлением и возвышением себя любимого, а не какими-то там расследованиями. Было и было. С него-то какой спрос? Не по его же вине пирамиду дважды выхлопали, верно?

На всякий случай надо бы ещё найти гнездо мёртвых храмовников, они жили явно не в пирамиде, поискать там записи, которые они делали. Хорошо, что я вытащил из пирамиды личные дела на себя и на Жихарева. Но вдруг у храмовников остался второй экземпляр.

Ну а пока суть да дело, я успею раскачать себя и команду. Конвейер по зарабатыванию бабла с разломов уже запущен, а остальное дело времени.

Короче говоря, вот так.

Перехожу в боевой режим.

Дзынь-дзынь, — зазвонил телефон. Я невольно напрягся. Обычно в столь поздний час мне звонил один лишь Патриарх, а от него в последнее время новости неутешительные, но-о-о-о… в этот раз пронесло.

— Да, Илюх?

— Артём, извини, я только что вырвался от своих! — настроение у индейца играло, как солнечные блики в ручейке. — Еду к вам! Что-то нужно докупить?

— Эм-м-м…

Не хотелось расстраивать индейца, но уж что есть, то есть.

— Боюсь, ты немного опоздал.

— Ой-ой! — вскрикнула Зьянья, завернув на мою улицу. — Там, кажется, полиция!

— У вас там полиция⁉ — подслушал Илхуитл. — Что-то случилось⁉

— Всё нормально, потом перезвоню, — ответил я и сбросил вызов…

Всё прошло именно так, как я и ожидал. К моменту моего приезда в доме уже шуровал особый отряд, уполномоченный совать свой нос в дела аристократов. Хотя-я-я… «совать нос» — это слишком громко сказано.

Так.

Зафиксировать произошедшее разве что.

Мужики в форме провозились с нами до двух часов ночи. Опросили всех, включая меня и Зянью, и установили следующее:

На съёмное жилище Чернова А. К. было совершено нападение вооружённой группой лиц, часть из которых являлась егерями в отставке, а личности другой части установить невозможно, из чего можно сделать вывод о том, что они такие же егеря в отставке и бла-бла-бла, и бим-бум-бам, и всё такое прочее.

К тому же, господа полицейские узнали Жихарева и фрау Гретту.

Первый нашими стараниями крутился в новостях, а вторая оказалась чуть ли не самым почётным жителем Арапахо-Сити с момента его основания.

Короче говоря, наша компашка производила самое приятное впечатление, да и к тому же нападали не мы, а на нас. И как финальный штрих в портрете добропорядочных граждан — пончики, которыми я щедро одарил служителей закона. Как следствие, вопросов к нам больше не осталось, и полиция убралась восвояси.

Если что-то выяснится, мы вам обязательно сообщим, ага.

— Ну давай, Чернов, рассказывай, — сказал Жихарев, провожая взглядом полицейские машины. — Чего узнал?

— Евгеныч, я тебя очень люблю и уважаю, но давай не сегодня, а?

Тот внимательно осмотрел меня с ног до головы.

— Истощение? — понимающе спросил Евгеныч.

— Ещё какое.

— Тогда давай-ка ты иди отсыпаться, а поговорим утром. Договор?

— Договор, — согласился я, но не стал уточнять каким именно утром. И ведь как в воду глядел!

Первым, что я услышал по пробуждению был женский крик:

— Очнулся!

Продрав глаза, я увидел Мию. Девушка сидела на стуле возле моей кровати и была в максимальной степени встревожена. На её крик в комнату почти тут же ворвались Егор и Илхуитл, — их я ещё плюс-минус ожидал увидеть, — а следом за ними мистер Ух и два каких-то совершенно левых мужика с голым торсом и чумазым лицом.

— Кхм-кхм, — прокашлялся я. — А это кто?

— Артём! — воскликнул Веневитин. — Ну наконец-то! Как ты себя чувствуешь⁉

— Нормально, — я приподнялся на локтях. — Повторяю вопрос. Кто это такие?

— Рабочие.

— Какого хрена здесь делают рабочие?

— Артём, — слово взял Илхуитл. — Я взял на себя смелость и часть выручки с разломов передал мистеру Яяухкуи, чтобы тот нанял людей и начал ремонт.

— Лучших отделочников не найти отсюда и до Теночтитлана! — вставил свои пять копеек Ух.

Ага.

Прекрасно. Значит, ребята всё-таки подсуетились и не забили хер. Приятно, чёрт его дери. Переживают, заботятся.

Кстати, чувствовал я себя сейчас просто прекрасно. Если, конечно, не брать в расчёт звериный голод, от которого желудок аж скручивало.

— И сколько я проспал?

— Два дня.

— Два дня⁉ — я вскочил с постели, благо трусы на мне оказались. — А где… Где… Нууу… Где эт-самое? Ну ты не понимаешь, что ли⁉ — я уставился на Егора, но тот категорически отказывался меня понимать. — Блять…

«Диля! Где инферны⁉»

«О, хозяин! Как здорово, что ты пришёл в себя! Мы у доброй старушки напротив, чай пьём. Приходи!»

«Хайзяя! Тут торт!»

Фу-х, слава тебе яйца, додумались не палить рогатых перед посторонними людьми. Перед фрау Греттой теперь тоже должок. Блин! Всего-то навсего поспал от души, проснулся и уже должен всем подряд!

— Так, ладно, — сказал я. — Спасибо вам всем большое за заботу. Ценю, правда. Но не могли бы вы сейчас ненадолго оставить меня одного? Хотелось бы помыться и прийти в себя.

— Да-да, конечно, — и делегация не спеша покинула мою комнату.

Так.

На чём мы закончили в прошлый раз? Ночь, пирамида, жрец, алтарь… и покушение на Жихарева. Жихарев! Точно! Я ведь так и не рассказал бедняге всё то, о чём узнал. А мы ведь договаривались. А человек ведь переживает, наверное, неведением мучается.

— Алло! — каким-то чудом телефон за два дня сподобился не разрядиться. — Евгеныч⁉

— Проснулся⁉ — обрадовался Жихарев.

— Да! Евгеныч, ты где? Нам бы поговорить надо.

— Артём, не сейчас. Да и вообще, наверное, не сегодня, — на фоне у Жихарева был гомон, крики, переговоры и какой-то деревянный скрип, будто бы кто-то таскает мебель.

— Что-то случилось?

— Ага, — сказал Жихарев. — Случилось. К нам едет ревизор…

Глава 2

Ревизор

Я людям помогал? Помогал. Связи нарабатывал? Нарабатывал. Был добр, щедр и справедлив? Ну да, был. И как итог — вот, пожалуйста: стою в трусах посередь комнаты и влияю на геополитические процессы. Не каждый таким хвастануть может.

— Габи! — первый звонок. — Ты в курсе ситуации⁉

— Работаю, — коротко ответила ацтечка.

На заднем фоне слышалось истеричное надрачивание клавиатуры.

— Рассказывай. Что за ревизор? Кто, откуда, как зовут? Что ест, с кем спит? Любимый цвет и мальчуковая поп-группа?

— Артём, тут такое дело, — треск затих, и Габи так тяжко вздохнула, что мне по каким-то эмпатическим каналам передалась её безнадёга. — В последний момент всё поменялось.

— Объясни.