Йона сказала, что нимфы никогда не заходят в лес, но правда ли это?
— Согласна. Можешь найти пещеру? Мы там перегруппируемся.
— Будет сделано.
Манро снова перешёл на бег.
— Ты подозреваешь Йону? — тихо спросила Рен. — Она ненавидит колдунов и предупреждала, чтобы мы прятались. Что, если нимфы пострадали во время нападения?
— Предупреждение может быть уловкой, — заметил Манро. — Если она донесла на нас, возможно, сделала это не по своей воле. Помнится, меня продала нимфа, которая была моей подругой.
— Разве мы не должны подозревать Дэша, а не Йону? Он мог заключить союз с другими демонами, и ты сказал, что он утром доставил вырезку из газеты. — Как только Рен произнесла эти слова, то тут же захотела взять их назад. Дэш добр.
— В прошлом я доверил ему свою жизнь. Чёрт возьми, если начну подозревать его, придётся обратить внимание на Лоа. Она предупреждала не доверять ей.
— Лоа явно нас не сдавала.
— Откуда такая уверенность?
— Лоа не предала бы нас, потому что знает, награда — фальшивка. — Вот так ответила Рен.
Манро кивнул.
— Айе. Верно. Я не хотел её подозревать.
По мере того как пролетали мили, деревья окутывал туман и Проклятый лес начал выглядеть призрачным и неприступным. Они с Манро оказались отрезанными от союзников и с ограниченным запасом оружия — с одним заколдованным ножом, парой маскировочных наручников и двумя магическими печатями. Рен было интересно, что ещё могут вызвать в воображении обрывки снов? Если бы она представила, что держит флягу или спальный мешок, появились бы эти вещи? Манро постоянно оглядывался в поисках угроз, но всегда возвращал на Рен проницательный взгляд. Точно так же, как он делал это несколько дней назад — или столетие, — он нёс её, как самое дорогое, что у него было, пылинки с неё сдувал.
Прочитав некролог Джейкоба, Рен знала, что безумная прогулка Манро в прошлое действительно её спасла. Бессмертные многое у неё отняли, но этот Ликан вернул саму жизнь. Вернувшись во времени за Рен, он рисковал своей. Наравне со спасением, Манро доверился, согласившись с её планом борьбы с демонами. Для такой женщины, как Рен, его доверие значило очень многое. Теперь настала его очередь возглавить их побег. Манро пробирался вдоль ручьёв и оставлял обманчивые тропы из запахов — эффективный партнёр. Когда он отдалился от врагов, Рен позволила себе расслабиться и дать ему её защитить. Органы чувств регистрировали каждое сокращение работающих мышц, тепло кожи и колотящееся сердце Манро. Желание усилилось, несмотря на всю окружающую опасность — или, быть может, отчасти из-за неё. Когда в поле зрения показался водопад, Рен почувствовала головокружение. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как они были здесь в последний раз.
Прошлое. Настоящее. Судьба. Может, ей суждено было оказаться в этом месте в этот момент… с этим мужчиной. В сознании вспыхнуло воспоминание о дереве, в которое ударила молния. Независимо от того, как сильно дерево, возможно, хотело продолжать своё существование, этот разряд молнии навсегда его изменил.
«Манро изменил меня».
Пути назад не было.
Глава 38
«И что, чёрт возьми, нам теперь делать?» — подумал Манро, собираясь развести огонь.
Он не обнаружил следов ни их с Керени последнего посещения этой пещеры, ни чьего-либо ещё. Уровень воды стал выше, и прибило больше брёвен, но их тайное место осталось нетронутым. Рассматривая в очередной раз брёвна, Манро дал Керени телефон, чтобы она светила им — по крайней мере, эта функция работала. И пока ломал и укладывал дрова, почувствовал на себе пристальный взгляд Рен, но, должно быть, неправильно истолковала жар в глазах. Она узнала, что её муж женился на другой женщине, а затем напали демоны!
— Отличная работа по заметанию следов. — Она сняла промокшие ботинки и носки. — Как думаешь, мы можем на время здесь спрятаться?
— Айе, но мы так и не выбрались из леса. — Ничего не случилось бы, явись Дакийцы, как обещали. Манро два дня назад ещё раз позвонил Лоа, но по состоянию на раннее утро того дня жрица не получала ответа от Лотэра. Также Манро несколько раз разговаривал с Лахланом, чтобы разузнать о Враге Древних и понять, почему их приглашение задерживалось. Лахлан предложил, что Враг Древних — гандон.
Пока костёр разгорался, Манро смотрел на растущее пламя и вспоминал, как близок был тот удар демона. Он не убил бы бессмертного, но Керени… И снова он понял, что Ллор не место для смертного.
Манро впился когтями в ладони, пытаясь успокоиться. Он был в смятении ещё до нападения. Реакция Керени на некролог заставила почувствовать, что пропасть между ними только продолжает расти. Она любила другого. Её сердце отдано смертному.
«Что, если моя пара никогда не будет… моей?»
Рен наблюдала, как Манро разжигает костёр, и взгляд блуждал по его промокшей рубашке, прилипшей к торсу. Её чувства проснулись, когда она снова оказалась в этой пещере. И главное, что она чувствовала желание. Но, каждый раз, когда смотрела прямо в глаза, читала в них напряжение.
— У меня есть кое-что для тебя, — наконец, он нарушил молчание, встал и протянул ей обугленный конверт.
Вырезка из газеты! Она положила конверт на стол перед нападением. Как он достал её? Затем Керени перевела взгляд на его руку, покрытую волдырями.
— Ты вытащил её из огня?
Он пожал плечами.
Она снова вынула вырезку из конверта. Конверт сберёг её.
— Почему?
Он провёл обожжённой рукой по лицу.
— Потому что это может быть последнее, что у тебя осталось от любимого мужчины.
Манро только, что раскрыл перед ней новую грань. Он бескорыстен.
— Я действительно люблю Джейкоба — как своего самого дорогого друга. Я горевала, когда думала, что он умер молодым, но прожил ещё почти семь десятилетий жизни и семью.
— Друга? Я думал, что лишил тебя брака по любви.
Она покачала головой.
— Уверена, что Эстер была его родственной душой. Манро, ты не дал мне погибнуть, и спас.
Он подошёл ближе.
— Я родился, чтобы защищать тебя, Керени. И сделаю всё ради тебя. — Он поймал её взгляд, завораживая. Она не могла перестать на него смотреть. Мгновение остановилось. Похоже ли это на то, о чём говорила Ванда?
Однажды она сказала Рен, что всякий раз раскладывая карты Таро и желая донести до клиента важность предстоящего события, замечала, как тот часто задерживал дыхание. И казалось, что время останавливалось. Всё могло измениться за несколько пропущенных вдохов. За короткий промежуток времени может произойти многое. Мир перевернётся с ног на голову, и охотница на монстров будет идти рука об руку с монстром.
Манро нежно обхватил её лицо и наклонился, чтобы оставить поцелуи на подбородке, щеках и трепещущих веках.
— Ты словно паутинка, — прошептал он, — ветер унесёт тебя прочь, но я не могу крепко тебя схватить, иначе сломаю. — Его поцелуи были лёгкими, как прикосновения крыла птицы к озёрной глади, в глубине, которой бурлили потоки чувств. С каждым поцелуем, чувство неопределённости… исчезало. Это Манро.
«Он для меня».
Она отступила и потянулась к обручальному кольцу. Когда сняла его, момент был таким же напряжённым и тяжёлым, как если бы Манро надевал своё обручальное кольцо ей на палец.
Он тоже почувствовал это и рвано задышал.
Она сложила кольцо и вырезку в конверт, и отложила на ближайший камень. А когда повернулась к Манро, он спросил:
— Значит, теперь свободна?
Она кивнула.
— Керени, я не могу снова потерять тебя. Скажи, что я больше никогда тебя не потеряю.
— Я сильнее, чем кажусь. — Её взгляд скользнул по его лицу, остановившись на губах. — Я достаточно сильна для тебя.
Так же, как и в прошлый раз, когда они были в этой пещере, тело Манро вибрировало, словно ударенный друг об друга металл.
— Да. Я решила исследовать чувства между нами. Конечно, с некоторыми корректировками.
Исследование звучит фантастически! Так, стоп…
— Корректировки?
Когда она сняла кобуру и начала расстёгивать рубашку, вопрос был забыт.
— Я хочу тебя. С того самого момента, как впервые увидела. Последние несколько дней ты снился мне каждую ночь.
Её слова были как бальзам на израненную душу. Но потом покачал головой.
— Учитывая всё, через что ты прошла и узнала, не готова к большему. Пока не готова. Я же сказал, что никогда не буду сожалеть.
— Ты не будешь. Я знаю себя, и мне надоело воспринимать время, как нечто должное.
Он посмотрел на водопад и вновь на неё.
— Нам нужно разработать стратегию, придумать… — мысли исчезли из головы, когда она сняла рубашку, обнажив кружевной бюстгальтер. Его язык шевельнулся во рту, желая ощутить вкус её изящной груди и сосков. Его зверь зарычал, желая овладеть Керени.
— Манро, это мой способ сказать тебе «вперёд». Я, как ты однажды выразился, готова к траху. — Он со свистом втянул воздух. — Мы всё спланируем, — прошептала она голосом сирены, — после.
От этих слов член стал каменным. Как Манро мог отказать себе в том, чего хотел больше всего на свете?
— Это чертовски ужасная идея. Мой зверь поднимется и захочет только одного — тебя и зажатую когтями твою обнажённую плоть.
Она расстегнула штаны и спустила их по бёдрам, обнажая подтянутые ноги.
— Он не навредит мне. — Теперь она стояла перед ним в одном лишь шёлковом нижнем белье. Чёрт, чёрт, чёрт. — Даже не подумал бы. Мне кажется, ты кое о чём забыл. — Она взяла кобуру и снова закрепила её. — Мой клинок. Я не беззащитна. — Она бросила на него жаркий взгляд, так что у него сжалось всё внутри. — Я контролирую ситуацию.
Неужели клинок, который он проклинал, теперь поможет? Хриплым от желания голосом, он сказал ей:
— Докажи.
Глава 39
Рен начала расстёгивать влажную рубашку Манро. У неё не много опыта в раздевании мужчин, но всё, что происходило между ними, казалось естественным. Необходимым. Как только она обнажила скульптурную грудь, он громко сглотнул.
— Если мой зверь освободиться, ты воспользуешься клинком.
— Да. Но я уверена, что он не понадобится. А теперь сними сапоги.
Выгнув брови, Манро сказал:
— Есть, мэм. — И быстро стянул обувь.
Она притянула его к себе для поцелуя, который жаждала с момента последнего. Он лишь дразнили её, распаляя желание. Затем со стоном скользнул языком ей в рот. Когда их языки переплелись, Манро схватил Рен за талию и притянул к своему телу. Его мужское достоинство прижалось к бёдрам, и Рен чувствовала твёрдость и жар даже сквозь штаны. Она могла поклясться, что член пульсировал в такт сердцебиению Манро. Но Рен нуждалась в большем. Она взяла его за руки, чтобы прижать в своей груди. Он застонал в её рот и крепче обхватил мозолистыми руками. Его большие пальцы медленно поглаживали соски. Неторопливо. Вниз… Вверх… Вниз… Рен отчаянно желала большего, и неистово тёрлась об его плоть.
Он оторвался от неё и сказал:
— Ты убиваешь меня! Моя похотливая, маленькая смертная. — Затем провёл когтём по бюстгальтеру и разрезал, как марлю, а затем уставился на обнажённую грудь с нескрываемым голодом. — Она прекрасна, — он наклонился, овевая дыханием один из сосков, — я собираюсь вечность ласкать её.
Рен выгнулась, словно предлагая себя.
— Начни прямо сейчас.
С хриплым смешком Манро одарил её грудь лёгким прикосновением губ. Этого было мало. А затем, наконец, коснулся языком возбуждённого соска.
— Да! О, да!
Он переместил внимание на другую грудь, обрушив ещё больше поцелуев.
Подражая его акценту, она сказала:
— Ох, как ужасно.
Поделиться книгой: