Ведьма для императора (СИ)

— Пожалуй, я тоже голоден, — в ответ на звуки моего живота веселясь проговорил господин. — Составишь компанию?

— В лесу? — если б была такая возможность, я бы отстранилась.

— Нет, впереди отличная харчевня. Там поедим и разойдёмся. Итак, твоё имя?

Глава 4

Я сидела напротив господина, и внутри меня зарождалось ощущение подвоха. Пока ещё я не понимала, что к чему, но чувствовала, что-то идёт не так. Господин неторопливо ел луковую похлёбку. Передо мной стояла такая же тарелка и ломоть свежего серого хлеба. Заглядываясь на еду, я не торопилась приступать к трапезе. Есть, конечно, хотелось, но не так сильно, как удрать. Да, он меня спас. Да, увёз и угостил, но не потребует ли чего взамен?

С опаской глядела на своего спасителя, рассматривала его витые рога и серебристые когти. Уставшие, но не голодные глаза. Я вглядывалась, выжидала.

— Летта, — произнёс он. — Так сколько тебе лет?

— Для этого надо нечто большее, чем еда, — ответила я, глядя в упор на мужчину.

Он недовольно вздохнул, но в целом вёл себя безобидно. Приободрившись, я села ровней. Смотрела прямо. Старательно не показывала страха перед тем, кто меня об имени спросил, а сам так и не назвался.

Мне понадобилось значительное время, чтобы храбрости накопилось достаточно для трапезы. Одной рукой я схватилась за ложку, второй отломила кусочек хлеба. Часть в рот, часть за пазуху. Неясно, когда удастся нормально отобедать в следующий раз.

Мимо нашего столика прошла парочка. Девушка в юбке с разрезом от бедра и почти полностью распахнутой рубашке. Казалось, её грудь вот-вот выпадет, лишь чудом она удерживалась внутри. Девушка так сильно прижималась к мужчине, что, закрадывалось впечатление, будто её наряд ещё не упал лишь по этой причине. Я невольно загляделась на столь откровенное заигрывание. Она что-то шептала ему на ухо, а её украшенные браслетами руки скользили по мужской спине то вверх, то вниз. Парочка подошла к работнику на стойке и попросила ключи от комнаты наверху.

— Поднимемся?

Я вздрогнула и моргнула. Перевела взгляд с удаляющейся пары на господина и поняла, что вопрос произнёс он. И обращался он ко мне. Можно ли отказывать своему благодетелю? Конечно, я понимала, что просто так ничего не происходит. Ну, разумеется, он спас меня и теперь мягко намекал на благодарность. Вот только я к такому не готова.

Господин молча ждал, отложив приборы для еды, переплетя пальцы и уложив на них подбородок с короткой, небрежной щетиной. Сглотнув, я осмотрелась. Вряд ли кто за меня заступится, если попытаюсь сбежать.

Хотя на нас и посматривали, украдкой, что-то подсказывало, второй раз меня уже никто не спасёт. А посматривали с любопытством, и с почтением. На господина глядели с почтением, отметила я про себя, на меня — с любопытством.

Скрывая накатившую дрожь старательно улыбнулась.

— Пошли, — отозвалась я как можно беззаботнее.

Господин всё время пропускал меня вперёд, словно ожидая, что в противном случае я не пойду. Зато в комнату он вошёл первым.

Я зашла следом, глядя не на помещение, а на его высокую спину, на широкие плечи и крепкие руки. На пшеничного цвета волосы, собранные в тугой хвост. Заметила несколько заколок, не дававших прядям выскочить из причëски. Вновь глядела на плечи, спускала взгляд к запястьям с длинными пальцами. Я смотрела на его ладонь и на свою, маленькую, розовую, со сломанными ногтями. Представляла, как моя рука спрячется в его, невидная и наверняка совсем слабая. Я плотно сжала губы, нахмурилась и не заметила, что господин остановился. Стукнулась головой в его спину. Господин обернулся, поглядел на мою макушку со спутанными волосами. Обошёл и запер дверь изнутри.

Сцепив руки в замок, я прижала их к животу. Дышать было как-то сложно. Словно кто-то резко затянул мой пояс, или надавил. Надеясь отвлечься, я осмотрелась. Комната оказалась совсем простая, но вовсе не характерная для Саада. С двуспальной постелью под широким окном, сложенным из девяти квадратных стëклышек. Справа от кровати стояла тумба, слева дверь в уборную. С полога на пол вокруг постели свисали цветные ткани. На полу были огромные мешки. Шерстяные, наверняка уютные.

— Располагайся, не хочешь выпить?

— Вообще-то, — ухватилась я за предложение, — есть немного. Да, определëнно! Я бы хотела попить.

— Хорошо, — кивнул со смешком.

Он развернулся к двери, а я с надеждой воззрилась на него. Сейчас выйдет. Вот-вот вот сейчас!

Господин открыл дверь и подозвал прислужника к комнате. Не отходя от дверного проёма, продиктовал тому всë желаемое. Я же отступила к окну. Обернулась в поисках ручки и замерла. Окно казалось необычным: по три цветных стеклянных квадрата в каждую сторону. Все без исключения помещались в отдельные тонкие рамы, но ручка была лишь одна. В середине окна. Я потянула на себя, но окно не поддалось.

— Согласен, душно, — услышала за спиной низкий мужской голос.

Рука господина легла поверх моей. Шершавая. Она оказалась шире, чем я представляла. Повернула оконную ручку вбок и надавила. Две створки распахнулись наружу. Одна пошире, вторая поуже. Но это не важно, главное, проём мне по размеру. Мужчина стоял так близко, что по всем конечностям у меня побежали мурашки. Но не успела я придумать, как себя повести, Господин отошёл и сел на постель.

— Не бойся, — начал он, — мне просто интересно. Нечасто встречаются одинокие иноземки.

Я отвернулась от окна и посмотрела на мужчину. Он и не торопил, но будто подзывал сесть рядом.

Потоптавшись в нерешительности, я шагнула к нему и плюхнулась на край. Опомнившись, чинно сложила руки на коленях. Губы господина на мгновенье поддались улыбке. Он скрестил ноги и облокотился ладонями позади себя. Такой расслабленный, будто общался с давней знакомой.

Из приоткрытого окна время от времени долетали отголоски чьих-то разговоров, ржания лошадей и шелеста листьев. Ещë к нам попадал ветерок, но в помещении всë равно сохранялось тепло. Оно исходило от стен. Я стянула капюшон. Прикрыла глаза. Удивлëнно вздрогнула, ощутив, как проминается матрас. Покачнулась, заметив, что господин пересел ближе.

— И нравится тебе у нас?

— Не очень.

Его смех напугал. Резкий, низкий. Он раздался неожиданно и удивительно искренне, словно с пониманием. Я украдкой посмотрела в окно.

— Ты неплохо говоришь на саадском, — подбодрил господин. — Приехала с кем-то?

— Нет.

— И не страшно?

— Ещë как, — призналась, вызвав новый хохоток. — А теперь моя очередь спрашивать!

Но я не успела задать ни единого вопроса. В дверь постучали. К нам принесли фрукты, нарезку сыров и два кувшина: с соком и вином. Господин поставил подносы на кровать и вновь запер дверь. Схватил кусок копчëного сыра и откусил. Предложил к нему присоединиться.

Окно, скрипнув, раскрылось шире.

Глава 5

Коэн

Мы общались обо всëм, но ничего друг о друге не узнавали. Я спрашивал: откуда она, как попала в Саад, нужна ли ей помощь? Летта отвечала, что родом с полуострова Камней, хотела познакомиться с миром и прекрасно справлялась в своём путешествии сама. Да, конечно, кивал я, прекрасно. Ведь это не её хотели убить. Сегодня.

Она спрашивала: почему я добр к ней, какую стихию считаю родной, много ли в Сааде других таких магов среди тенери? Я отвечал, что одинаково управляюсь со всеми стихиями, другие такие, конечно же.

Общаться с Леттой было легко.

И с каждым вопросом, и с каждым ответом мы сидели всë ближе друг к другу. Тëплые стены согревали тела, а женский и мужской голоса из другой комнаты разогревали мысли. Я скинул верхнюю одежду, разулся. Остался в лëгкой бежевой рубашке на шнуровке и в светлых брюках. Летта стянула свою курточку, обнажив тонкие плечики. Она будто была не против, когда я едва касался еë. Словно невзначай. Без всяких намëков. И всë же так близко, что девушка розовела от жара, облизывала пересохшие губы.

— Пить, — пискнула она и потянулась к кувшину. — В горле пересохло, — добавила смущëнно.

Она взяла наполненный соком. Дрожащей рукой наполнила высокий стакан. Вцепилась в него обеими ручками и закусила край. Я лëг на спину, прикрыл глаза.

— Да, с тобой мне легко, — сказал, ощущая, как взбесилась непонятная энергия, окружающая девушку подобно защитному кокону. — А тебе нет.

В грудь пришёлся удар. Распахнув глаза, я сел. Стакан, выпавший из девичьих рук, покатился по полу. Моя рубашка промокла и липла к телу.

— Прости! Я, я… Давай, вытру.

Не зная, за что взяться, Летта глупо озиралась по сторонам. Сила же, что окружала её, не менее взволнованно колыхалась, наводя на мысли о несоответствии. Вот вроде передо мной юная хрупкая человечка, а энергетически заряжена, словно бы нет. Предположение о спрятанных артефактах я отбросил почти сразу, ведь сила от артефакта скапливается в нём самом, а не распространяется по всему носителю. И, раз уж девушка вся излучала колючую энергию, оставался лишь вариант того, что передо мной полукровка.

Летта в поисках тряпицы глядела у тумбы, сползла в изножье постели. Встала на колени и низко склонила голову. Едва ощущая лёгкие покалывания, я опустил ладонь ей на макушку. Энергия стихла. Улыбнулся, поглаживая по волосам в надежде остановить метания Летты. Вздохнул.

Рубашка неприятно липла к телу, так что я развязал шнур на вороте и стянул её через голову.

— Боюсь, сладость больше подходит девам. Подождëшь меня? Я скоро.

Она смотрела на меня столь растерянно, приоткрыв раскрасневшиеся от покусывания губки. Было бы глупо не наклониться к еë лицу и проигнорировать манящий ротик.

Летта замерла и перестала дышать. Я ощутил, как стихла полыхающая энергия, но напряжение не исчезло, намекая на настроение своей хозяйки. Делать нечего. Я так и не коснулся еë губ. Поднялся и скрылся в ванной.

Зашумели трубы, выплёскивая едва нагретую воду.

«И что я от неë хочу?» — задавался вопросом, понимая, что девушка избегала говорить о себе. Как бы я ни расспрашивал, точного ответа на вопрос: откуда, не получил.

Пообщавшись с девушкой, я понял, что обязан взять еë под своë крыло. Ведь Летта непроста. Совсем не проста. Я знал, чувствовал, что-то в еë силе не так. Энергия неслабая, хоть и ощущается едва-едва. Вот только как привести иноземку к себе? Я сомневался, что времени хватит на поездку домой и возвращение обратно, а таскать Летту на задание — так себе затея. Того гляди ляпнет или сделает, что не то, а меня рядом не окажется.

Я сполоснул лицо, опустил под воду голову, позволяя каплям стекать по затылку и волосам, как вдруг услышал какой-то стук. Выключил воду. Схватил полотенце и вернулся в комнату.

Створки окна свободно покачивались. Постель пустовала. Выругавшись, я подскочил к окну и заметил внизу, среди прохожих, низенькую фигурку Летты. Она, торопясь, удалялась. Остановилась. Оглянулась, словно почувствовала мой взгляд.

Глаза девушки расширились в ужасе. Она споткнулась и на кого-то налетела. Раздался недовольный крик прохожего. Немыслимо.

Однако Летта осталась в порядке. Заминка лишь ускорила беглянку, пуская еë в торопливый полубег-полушаг. В то же время в окно впорхнула чёрная теневая птица. Посмотрела на меня немигающим глазом и растворилась. Я невольно простонал от бессилия, понимая, что времени гоняться за иноземкой нет.

Таких птиц создаёт и рассылает лишь император, а это значит, он ожидает отчёт в ближайшие дни и уже знает, что я вернулся в Саад.

Поразмыслив, я вытянул руку ладонью вверх и прикрыл глаза, обращаясь к теням. Да, птиц создаёт лишь император, но и я кое на что да способен.

— Не отпускай, — шепнул теневому жуку размером с ноготь и пустил его вдогонку за беглянкой, надеясь с его помощью выследить Летту.

Глава 6

Летта

За пару дней в Сааде я уверилась: воришка из меня никудышная. Стоило забраться в чей-то двор, как пожилая пара, хозяйничающая в нëм, пожалела сиротинушку и отдала фруктов с корнеплодами. Ещë и сумку подыскали, чтобы было в чëм добро утащить. В соседней деревушке меня поймали за воровством плаща с бельевой верёвки. В тот раз, правда, добра не получила, лишь пинки с пожеланиями идти куда подальше. Однако ж еда заканчивалась, а погода разыгралась дождями да ветрами. Тряпичная курточка и лëгкие штанишки не давали необходимого тепла, а денег на нормальный ночлег не имелось.

Деревушки и полупустые дороги остались позади. Перед глазами замаячил город. Шумный, крупный, яркий, но главное — в нëм можно было затеряться и остаться.

Я верила, всë получится. Чувствовала, что смогу найти работу и осесть в безопасности. Улыбка сама просилась на лицо.

Я прошла город от и до. Посмотрела, где что находится. Порадовалась, увидев разок человека. И когда пришла пора постучаться в любой магазинчик, предлагая помощь, я испугалась. Подойти к двери сумела, а найти силы поздороваться — нет.

Похлопав ладошками по щекам, я убедила себя, что готова отправляться на поиски работы.

Собравшись с силами, я, наконец, постучала. Для начала в цветочную лавку. Там меня встретила улыбающаяся мэо. Однако, убедившись, что перед ней не покупательница, улыбаться перестала. Затем была булочная. В книжном сообщили, что той, кто не умеет нормально говорить, не место среди книг.

Подумаешь! Попытался бы он сам сказать хоть фразу на урсуйском, вот бы я над ним посмеялась. Я точно знала, что говорила на саадском более, чем сносно. Даже могла прочесть простой текст, а то и написать несколько обидных фраз.

Дело шло к вечеру. Круглый и неизвестный ранее корнеплод, что отдавал горечью, сошëл за ужин. Вот еда и закончилась. Я глазела по сторонам. Несмотря на сгущающиеся сумерки, народ не расходился. Лишь загорались магические огоньки над особенно широкими дорогами и возле входных дверей.

Моё внимание привлекла одна харчевня, вернее, её витрина. Вместо одной из стен высились полки с кувшинами и снедью. Там был один пухлый, тёмный кувшин, на которым витиевато написали название вина. Вилетта, так оно звучало. Созвучно с моим именем, заметила я и решила, что это знак.

Приободрившись, я направилась к двухэтажной харчевне. Хозяйку нашла без труда. С виду приветливая женщина придала мне дополнительную уверенность в своём выборе.

— Я знакома с такой работой, поверьте, — не отчаивалась я и теперь убеждала в своих способностях хозяйку харчевни. — Заказы запоминаю прекрасно, ни разу не перепутала и ничего не пролила.

— Мы подаëм пьянящие напитки.

— Не страшно.

— И сколько тебе лет? — склонила добрая женщина голову набок.

Я улыбнулась как можно приветливее.

— А где твой отец?

— Его нет.

— Брат?

— Я одна, — опустила взгляд на красивые туфельки хозяйки.

— Даже матери нет? Откуда же ты такая взялась? Заходи, что-нибудь придумаем. Ночью я тебя на улице не оставлю. Как, говоришь, зовут?

— Летта.

Хозяйку звали Сара. Она завладела харчевней, когда еë муж отошëл в мир иной. О чëм, казалось, не жалела. Сара беспокоилась, что я слишком юна, что слишком человек, что излишне бросалась в глаза моя иноземность.

Она постоянно поправляла меня. Каждую фразу. И ударения неверны, и слова перепутаны. К счастью, для разносчей достаточно знать пару фраз: «Что желаете?» и «Ваш заказ» — их я заучила безупречно.

Сара сама вела все дела. Умелая мэо, она прекрасно справлялась с обслуживанием как других мэо, так и заглядывающих время от времени тенери. Я успела заметить, что для последних все в харчевне особенно старались. Едва в дверях появлялся представитель рогатого народа, как к нему тут же подходила приветливая работница. И даже если другие посетители ожидали свои блюда, тенери получал всë в первую очередь. Особенно если тенери, прибывший в харчевню, носил армейскую форму, либо вид его, и поведение кричали о высоком статусе. Меня Сара в такие моменты прятала.

— Подойди ты, Летта, — спустя пару недель повелела Сара, когда зашли двое тенери.

Глава 7

Одеты вновь прибывшие как обычные путники. В плащи, способные защитить и от ветров, и от дождей. На ногах мягкие сапоги. За спинами торбы. Мужчины не ждали, пока их проводят за какой-либо столик, и сами уселись подальше от центра.

Закинув свои торбы на свободную скамью, мужчины сняли плащи, продемонстрировав лёгкую броню на плечах, груди и спинах.

— Что жеваете? — чуть не заикаясь поинтересовалась я и покрылась румянцем.

— Отбивных и тëмного эля, — ответил первый, будто не заметил оговорки.

Дрожащей рукой я записала его пожелания и покосилась на второго. Не поднимая головы, он хрипло произнëс, что хочет того же.