Эргоном: Белая кость, голубая кровь

Эргоном: Белая кость, голубая кровь

Глава 1

Огарёв ждал меня в приёмной. Без меня заходить в кабинет не стал.

— Господин маркиз, — кивнул он, протягивая руку. — Простите, что без предварительного звонка. Дело срочное.

— Прошу, Ваша Светлость. Поговорим без свидетелей.

Мы расположились в кабинете, и Огарёв тут же достал маленький диктофон.

— Не возражаете, если я буду вести запись беседы?

— Пожалуйста. Мне скрывать нечего.

Огарёв тонко улыбнулся в ответ на эти слова и нажал копку. Поставив диктофон на подлокотник, откинул и положил ногу на ногу, однако при этом его поза не стал вальяжной — лишь более уверенной.

— Господин Скуратов, вероятно, вы решили, будто я к вам по поводу недавнего случая на школьном турнире. Не скрою, что это весьма любопытно, но в ведение Тайной канцелярии подобные вещи не входят. Вероятно, вас побеспокоит иная структура, так что лично от себя рекомендую подготовить удобоваримое объяснение, но мне оно не требуется.

— Тогда по какому вопросу прибыли вы, господин граф? — спросил я.

— Ваша разведка занимается поисками аль-гулей?

— Как и все, насколько мне известно.

— Мы курируем эту операцию. Это входит в наши прямые обязанности. И у нас есть версия, которое я уполномочен с вами поделиться.

— Именно со мной?

— Да, господин маркиз. С вами.

— Можно узнать, почему?

— Дело в племяннике маркиза Мейнгардта. И в вашем недавнем сопернике, Руслане Голицыне.

Я приподнял брови.

— В обоих сразу?

Огарёв слегка кивнул.

— Боюсь, вы стали невольным участником заговора против короны. Нет, не пугайтесь. Вас ни в чём не обвиняют. Собственно, вы-то как раз помешали планам государственных преступников. Но они не сдались и продолжают свою деятельность. Поэтому я прошу вас снова оказать содействие.

— Разумеется, я готов. Но посвятите меня в детали, если возможно.

— Мне дано высочайшее дозволение это сделать. Вы уже имели беседу в Его Величеством, и он частично объяснил, что происходит. Теперь же я должен раскрыть пред вами все карты. Само собой, вся информация строго секретна, но я даже не буду спрашивать, можно ли положиться на вашу скромность, господин маркиз, ибо вы доказали лояльность дому Голицыных.

Я склонил голову в знак того, что совершенно согласен со сказанным и готов выслушать посетителя, не перебивая. Огарёв меня правильно понял и продолжил:

— Валерий Голицын вступил в заговор с аль-гулями и обеспечил их деятельность на территории Камнегорска под видом дипломатических отношений. На самом деле, он планировал подмену Его Величества тварью, которую вы обезвредили, тем самым нарушив и вскрыв планы господина Голицына. К сожалению, он действовал не один, и нам не известны все участники заговора. Применить особые методы дознания к этому предателю невозможно ввиду его положения. И дело не только в том, что он родственник императора, но и в том, что Валерий Голицын — не последнее лицо в клане. В общем, его сообщники пытаются осуществить свой план заново. Мы не сомневаемся, что два аль-гуля, проникшие в город, действуют при их поддержке. Скорее всего, они попытаются добраться до Его Величества, используя свою способность к лицедейству. Вас пытались устранить, как я понимаю. Сначала с помощью ракеты, затем — используя Руслана Голицына. Не получилось. Вероятно, заговорщики опасались, что вы снова вскроете их планы. Полагаю, у вас действительно есть версия происходящего. Предлагаю ею поделиться.

Я вздохнул.

— Судя по всему, она такая же, как ваша, господин Огарёв. Подозреваю, что племянник барона Мейнгардта был подменён. Если это так, далее аль-гуль займёт место маркиза, который имеет доступ к Его Величеству.

Мой собеседник кивнул.

— Нам пришло в голову то же самое. Нужно разорвать эту цепочку. Но есть два момента, осложняющие дело.

— Дайте угадаю. Нет официального повода взять в оборот племянника маркиза и не известно, где находится и что делает второй аль-гуль?

— Совершенно верно. Ваша проницательность поражает, господин Скуратов. Вам бы у нас служить. Но понимаю, что вам это не интересно.

— Увы, слишком много дел. Значит, вы хотите, чтобы я прощупал Никиту Мейнгардта? Признаться, я и так собирался это сделать.

— Очень хорошо. Могу я рассчитывать на ваше полное содействие? Давайте разыграем эту партию вместе. Со своей стороны, обещаю поддержку Тайной канцелярии. А это не так мало, как может показаться.

— Не сомневаюсь, Ваша Светлость. И с радостью принимаю ваше предложение.

— Значит, мы договорились?

— Само собой.

— В таком случае давайте разработаем план. Племянника маркиза нужно не только вывести на чистую воду, но и обезвредить. У вас уже есть опыт в пленении аль-гулей. Он нам пригодится. Кроме того, надо заставить его выдать сообщника. И, в идеале — хотя бы одного заговорщика. С кем-то ведь гули поддерживают связь.

— Почему вы уверены, что это не Валерий Голицын? Он ведь ещё в городе.

— Ненадолго. Как вам, наверное, известно, он собирается покинуть Камнегорск.

Про то, что мне поручено казнить предателя, граф не упоминал. То ли не был в курсе, то ли не хотел говорить об этом. Возможно, дело было в том, что велась запись беседы.

— Значит, он оставляет кого-то вместо себя, — сказал я. — Кто это может быть?

— Практически любой человек из его окружения. Мы не имеем возможности следить за членами царской семьи — вот, в чём проблема. Это нас сильно ограничивает, как и службу внутренней безопасности дворца. Но данное правило изменить невозможно, ибо… Впрочем, я думаю, вы и сами всё понимаете.

Конечно, я понимал. Император не всемогущ и зависит от членов своего рода и клана.

— Я пригласил Никиту Мейнгардта поиграть в боулинг, — сказал я, решив перевести разговор в более конкретное русло. — Рассчитываю там и вскрыть его обман.

— Каким образом?

— Всё дело в обуви. В боулинг играют, используя специальные туфли. Ему непременно придётся переобуться. Или же придумать причину, по которой он не сможет этого сделать.

— А единственное, что не способны трансформировать в своём теле высшие гули — это копыта! — понимающе кивнул Огарёв. — Да, хороший план. Но что вы станете делать, если он не станет переодеваться? А скорее всего, так и будет.

— Думаю, это можно будет считать достаточным подтверждением, чтобы Тайная канцелярия вступила в игру.

— То есть, захватила его? Не знаю, не знаю… Не уверен.

— Почему?

— Боулинг — общественное место. Не очень подходит для подобных операций. К тому же, могут пострадать остальные ученики. Вы ведь не вдвоём пойдёте?

— Нет, не вдвоём.

— То-то и оно. А все ваши друзья — дети высокопоставленных дворян. Рисковать их жизнями совершенно неприемлемо. Не говоря уж о том, что нам не нужны свидетели.

— В таком случае лучше всё сделать у маркиза Мейнгардта или у меня. Вы не говорили с маркизом об этом?

Огарёв отрицательно покачал головой.

— Лучше бы сразу предоставить ему доказательства, что его племянник не человек.

— Мне кажется, вы усложняете. Я уверен, что маркиз пошёл бы вам навстречу, учитывая все обстоятельства.

— Почему бы вам не взять это на себя, господин Скуратов? — предложил граф. — У вас ведь уже установилось с маркизом некое доверие.

— Не уверен, что я в данном случае лучший вариант.

— Всё же подумайте об этом. Для того, чтобы провести операцию у вас или у него, понадобится согласие маркиза. Мы не можем захватить члена рода Мейнгардтов, не заручившись его одобрением. Как бы ни были наши подозрения обоснованы.

— В таком случае предлагаю действовать так: сначала мы сходим в боулинг. Если с ногами парня всё окажется в порядке… Значит, мы просто ошиблись. Если же он переобуваться не станет, будем думать, что делать дальше. Но уже исходя из того, что это лицедей.

Мой собеседник кивнул.

— Хорошо, господин Скуратов. Так и поступим. Уведомите меня о результатах проверки. Я запишу вам номер своего телефона. По нему вас сразу свяжут прямо со мной.

Оставив листок с цифрами, Огарёв уехал, а я поднял трубку и набрал Свечкина. Как только тот подошёл к телефону, сказал:

— Установить слежку за графом Августом Огарёвым. Выявить все его контакты, особенно с Белым кланом. Но действовать крайне осторожно, не спалитесь. Этот человек собаку съел в подобных вещах, его наскоком не возьмёшь. И зайдите ко мне, когда сможете вырваться. Объясню всё более подробно.

Повесив трубку, я прошёлся по кабинету. Вся эта история очень плохо пахла! Визит Огарёва смахивал на попытку выяснить, что мне известно, или что я подозреваю. А отмазки по поводу препятствий просто смешны! Когда на кону жизнь императора, у Тайной канцелярии не должно быть никаких щепетильностей относительно кого и когда арестовывать. И, уж конечно, они могли переговорить с маркизом без меня. Если бы хотели сделать всё оперативно. А так похоже на затягивание времени. Зачем? Ответ приходит на ум лишь один: Огарёв и, возможно, кто-то ещё из Тайной канцелярии, в сговоре с Валерием Голицыным! И, кто знает, не успели ли они уже подменить и самого маркиза? Если да, то весь этот цирк имеет лишь одну цель: устранить меня, чтобы беспрепятственно осуществить задуманное.

Глава 2

Кто проявил больше всего интереса к моему «новому» Дару, так это, естественно, одноклассники и друзья. Они буквально засыпали меня вопросами. Пришлось отвечать, что сам не знаю, как так получилось.

— Давно у тебя это? — наседала Анна, пока мы сидели в столовке на следующий после финала турнира день. — Как ты узнал о том, что у тебя открылся второй Дар? Почему не говорил ничего? Пользовался им раньше?

— Так, пробовал дома кое-что, — пожал я плечами.

— Отец будет в шоке, — сказал княжна. — Должно же быть какое-то объяснение!

— Может, у вас в роду был кто-то с Даром крови? — предположила Каминская. — И вот он пробудился? Хотя лично я ни о чём таком не слышала.

— Я тоже, — кинула Анна.

Остальные согласно покивали.

Эх, знали бы вы, что у меня ещё и Дар Тени есть! Вас бы вообще разорвало.

— Мне кажется, это после того, как я воскрес после нападения гулей случилось, — осторожно закинул я удочку. — Наверное, что-то в сознании сдвинулось.

— При чём тут сознание? — вставил Артём. — Не бывает так, чтобы Дар из ниоткуда появился.

— Ну, вот, выходит, случается, — глядя на меня, проговорила Анна. — Ты сам-то что об этом думаешь, Коль?

Я снова пожал плечами.

— Да понятия не имею. Но согласитесь, два Дара — это прикольно.

— Не то слово! — кивнул Павел. — Просто… Даже не знаю, что сказать. Феномен какой-то!

— Зато я понимаю, почему ты скрывал, — сказала Каминская. — Не хотел, чтобы мы вот так накинулись?

Я улыбнулся.

— В общем, да. Тем более, что объяснения-то у меня нет.

— Боги, я выйду за самого необычного парня на свете! — усмехнулась Глаша. — Кто бы мог подумать!

— Да, повезло тебе, — согласился я.

— Разве я сказала, что повезло? — девушка подмигнула. — Слушай, а ты обращался с этим к… Ну, даже не знаю…

— К доктору? — улыбнулся я.

— Доктор, наверное, не подойдёт, — серьёзно качнула головой Каминская.

— Вот и мне так кажется. Не по его это части.

Все замолчали, но ненадолго. Вскоре вопросы опять посыпались. О том, как именно я применил Дар в финале турнира, никто не упоминал, хотя чувствовалось, что зрелище разрезанного на куски Голицына многих повергло в шок. Даже при том, что было очевидно: парень собирался меня убить — некоторые косились на меня с опаской.

В конце дня Павел подошёл и сказал, что князь просил заехать на ужин.

— Думаю, это из-за того, что случилось на стадионе, — добавил он. — Тебе следовало хотя бы ему сказать.

Я с этим согласен не был, так что промолчал. Но в гости заглянул, конечно.

Маша встретила меня в своей манере. Повисла на шее, болтая ногами.

— А ты жуткий тип, оказывается! — заявила она, наконец, выпустив меня и отступив на полшага. — Правда, что покрошил соперника на куски? Или врут?

— Боюсь, так и было. Но он пытался меня прикончить!

— Тогда всё правильно, — серьёзно кивнула девочка. — Получается, ты защищался. Я бы не хотела, чтобы ты умер.

— Как и я, милая.