Slayer. Титаны американского трэш-метала

Как бы там ни было, мой взгляд на годы Slayer с Ханнеманом и Ломбардо должен пролить свет на один из самых замечательных рассказов о несгибаемой воле в музыкальном бизнесе.

Когда я писал предыдущую книгу, редкое отличие Slayer от других коллективов заключалось в стабильности и последовательности. После нескольких неприятных конфликтов и расставаний, барабанщик Дэйв Ломбардо все же вернулся в группу. Его возвращение вновь подтвердило существование Slayer в качестве четверки простых скромных калифорнийских парней с удивительно неустойчивыми отношениями в студии, на сцене и за ее пределами.

В мире рока существуют и другие великие группы с богатым наследием. Может быть, подростки и ходят на концерты Rolling Stones, но они уж точно ни с того ни с сего не прерывают свои дела и не кричат: «FUCKIN’ STONES» – так, как это делают оголтелые фанаты Slayer: «FUCKIN’ SLAYER!!» Те, кому двадцать с небольшим, слушают U2, группу, которая старше их самих. Но безумные молодые люди не вырезают на теле слово RED HOT CHILI PEPPERS, как фанат Slayer, желая воздать должное любимой группе. Хочется процитировать давнего покровителя/продюсера Slayer Рика Рубина: «На концертах Slayer можно запросто лишиться рассудка, и ничего удивительного в этом нет!»

Slayer, как никто, являют собой феномен. Как и их фанаты.

«У Slayer нет сезонных фанатов, – замечает радиоведущий KNAC/That Metal Show ди-джей Уилл Хауэлл. – Ты либо с группой, либо – нет. Я не знаю того, кто слушал бы Slayer год, а потом бы перестал».

В метал-сообществе Slayer – не просто иконы. Они – пример для подражания.

«Безусловно, Slayer служат вдохновением для всех металлических групп, – говорит гитарист Testament Эрик Питерсон. – Мы сами берем с них пример: мол, как им это удается?»

Но сегодня Slayer – не тот Slayer, что был раньше. И никогда им не будет. К сожалению, это невозможно. Slayer больше не те, кем были раньше.

Но все же Slayer остаются образцовой и основополагающей хеви-метал группой. А металл сегодня как никогда значим и важен. Жанр утвердил себя в качестве постоянного элемента популярной культуры. И Slayer – исключительные пророки ярости.

Прежде высмеиваемый и игнорируемый, металл подвергался нападкам даже со стороны правительства Соединенных Штатов. Но металл не только выжил. Он вышел победителем.

Металл среди нас. Может быть, сама музыка никогда не проникнет в коллективное сознание представителей этого разобщенного и неустроенного века. Но хеви-метал уже давно пустил корни. Истинный металл. Не тот глэм-метал, звучащий на вечеринках хипстеров. Мы говорим об истинной эстетике хеви-метала.

На момент написания книги «Ходячие мертвецы» стали самым популярным телешоу среди зрителей от 18 до 49 лет (на момент дополнения книги выходит уже десятый сезон сериала). Еженедельная драма рассказывает о зомби-апокалипсисе. В целом только один премьерный выпуск сериала посмотрели свыше 12 миллионов человек. Это все равно что альбом Slayer продается таким же тиражом, как альбом Eagles Hotel California.

А как тебе полюбившаяся всеми драматичная эпичная картина, сериал о средневековье «Игры престола»? Это фильм о рабах власти; некоторые из них облачены в кожу, воины, сражающиеся мечом и щитом. Это и есть настоящий металл! «Стартрек: Возмездие»? Люди с пирсингом в грубоватом прикиде борются и выясняют отношения по всей вселенной. Я бы сказал, это весьма металльно!

Возьми драму CBS «Под куполом». В первые минуты фильма корову разрезает пополам невидимая неведомая сила. Расчленение крупного рогатого скота. По телевизору. Металл.

По телевизору в прайм-тайм показывают четыре сериала о вампирах. Феноменальный сериал «Сумерки» – сага о том, как воюют кланы вампиров и оборотней, и девчонки-подростки в восторге – был создан Мормонкой. Эти мотивы, образы и клише ужастиков существовали задолго до появления металла. Но в предыдущие десятилетия они преследовали андеграунд, бывший далеко от комнат чирлидерш, отсылая к ужастикам, готической литературе и обложкам металлических альбомов. Тема металла проникла в национальное сознание как никогда прежде.

Такое любят взрослые. Любят дети. И любят задроты (в хорошем смысле слова). Как сказали Кевин Смит и Ральф Гарман: «Если бы блокбастер о Супермене “Человек из стали” был музыкальным произведением, это была бы песня Metallica». Мы живем в век, где воображение объединилось с современными технологиями, чтобы подарить нам 40 минут мощного американского мордобоя. Это и есть металл.

По телевизору в прайм-тайм сегодня показывают не меньше четырех фильмов, сюжеты которых основаны на серийных убийцах, не говоря уже об именитых преступниках, для которых убийство – настоящий бизнес, а не хобби. Большинство альбомов Slayer не содержат столь подробные детали о серийных убийцах. Во время первого сезона сериала «Ганнибал» цензоры NBC столкнулись с очевидной критикой, но это не связано с обилием крови. Нормы и практика сегодня уже не те, что раньше.

Это вползающее металлические вторжение – не просто дань моде и погоня за эстетикой.

Если ты не смотришь телевизор и не тратишь кровно заработанные денежки на то, чтобы увидеть фильмы про супергероев на большом экране, может быть, ты следишь за новостями. Америка уже больше десяти лет ведет войну. Первая и Вторая мировые войны длились меньше.

В 2012 году случаи самоубийства в армии превзошли количество убитых на войне. Если верить сводкам Министерства обороны, каждые 17 часов солдат совершал самоубийство. Slayer написали песню, благодаря которой выиграли «Грэмми». Песня о депрессивном феномене в альбоме Christ Illusion, вышедшем в 2006 году, за много лет до того, как эти цифры достигли рекордно высокого уровня.

Массовая откровенная кровавая резня стала суровой реальностью американской жизни. В этом отношении мы лишь догоняем Европу и другие бедные страны.

Это мир Slayer, и мы в нем живем.

Так что подходи поближе и прочти историю королей металла.

Сейчас – самое время!

3. Postmortem[3]: смерть Ханнемана все изменила

Если ты умрешь и знаешь, что спел свою песню, поделился своим даром… это величайшее достижение, которое я мог бы кому-либо желать… Исполнение свирепой и неистовой музыки – самый правильный и безопасный способ для артиста выплеснуть гнев. Это алхимия. Метаморфоза. Возможность превратить что-то потенциально разрушительное и источник страдания и горя в нечто красивое… Оно вдохновляет, внушает надежду и объединяет.

Речь Фли[4], посвященная Клиффу Бёртону и металлической музыке в целом на церемонии введения Metallica в Зал славы рок-н-ролла

МАЙ 2013

Умер Джефф Ханнеман.

Черт!

Это недопустимо.

Slayer, которых мы знали, больше нет. Пусть даже группа по-прежнему дает концерты, классический состав Slayer, вписавший себя в историю рок-н-ролла, навеки остался в прошлом.

Барабанщик Дэйв Ломбардо также больше не является участником группы. Он и раньше уходил, но возвращался. Дважды. И Slayer все равно не сдавали позиций. Slayer более-менее оставались Slayer.

И группа вполне может быть приблизительно тем же, чем и была раньше: металлической организацией с внушительным музыкальным каталогом. Slayer Образца II (или III, или IV, смотря как считать) по своим меркам, может быть, даже относительно круты. Но Slayer никогда не будут теми, кем были раньше. Именно поэтому классический состав и считался особенным.

«По сути, – говорит фронтмен и басист Slayer Том Арайя в интервью журналу Guitar World, – Джефф и был группой».

Ханнеман был гитаристом Slayer и одним из основателей. Он умер в четверг, 2 мая 2013 года. В последние годы Ханнеман сочинял не так много, но совершенно точно являлся автором лучших музыкальных произведений Slayer. Первая и последняя песни с эпохального альбома 1986 года Reign in Blood продемонстрировали огромный потенциал жанра, и, боюсь, с тех пор их мало кто превзошел. Да и превзошел ли?

Состав, написавший Reign in Blood, продержался 23 года из 38-летней карьеры группы, пусть и с приличным перерывом в 90-х. Все же удивительно, что эта единая четверка могла похвастаться стабильностью и постоянством. Эти четыре парня справлялись с трудностями лучше и дольше многих других.

Мнения относительно периода после ухода Ломбардо сильно разделяются. И хотя фанаты признают, что неполный состав по-прежнему имеет право на существование, многие могут назвать альбомы Slayer того периода достойными внимания – и не важно, предпочитают они Divine Intervention альбому Diabolus in Musica или что думают по поводу сборника каверов Undisputed Attitude.

Но на сегодняшний день проблема с Ломбардо игнорируется. Даже если когда-нибудь легендарный барабанщик все же (снова) вернется в группу – на постоянной основе, либо в рамках прощального тура, – Ханнеман этого сделать, увы, уже не сможет.

Рубин, давний продюсер Slayer, передал свою речь на бумажке, которую Роберт Трухильо любезно прочитал на церемонии прощания с Ханнеманом: «И пусть он, возможно, был самым тихим участником группы, в музыкальном плане Джефф являлся сердцем и душой коллектива».

Ханнеман придумал группе название. И в начале 80-х группа с именем Slayer («Убийца») вызывала множество вопросов.

Ханнеман не был самым техничным музыкантом в группе; он был чертовски классным гитаристом, но, в отличие от Кинга, не мог сесть, один раз посмотреть, как Дэйв Мастейн нарезает соло, и снять один-в-один. Как сказал Ханнеман: «Раньше я с ума сходил по Стиви Ваю и Джо Сатриани, и остальным шреддерам, и пытался подражать им, реально рос как гитарист. А потом сказал себе, что не считаю себя настолько талантливым, но что еще важнее – мне абсолютно наплевать».

Ханнеман также был вторым лучшим певцом в группе. Нет, он не спел ни на одном альбоме Slayer. Но многие классические песни группы начинались с демо, записанных у Джеффа в комнате, на которых он пел самые первые версии своих текстов. Джефф был фронтменом группы Pap Smear, краткосрочного сайд-проекта с Дэйвом Ломбардо. Если бы Кинг не познакомился с Ханнеманом, Джефф, возможно, прекрасно справился бы с ролью вокалиста в подпольной хардкорной группе вроде Dr. Know.

Благодаря Ханнеману Slayer из героев андеграунда вроде Mercyful Fate или Exodus стали Slayer, группой, выигравшей «Грэмми», каноничной металлической группой, пришедшей по вкусу любителям различных музыкальных направлений.

Панковская эстетика и кредо Ханнемана сильно изменили звучание Slayer в начале карьеры группы. Ханнеман запросто мог прийти на вечеринку с девушкой, а потом бросить ее и уйти на концерт какой-нибудь местной группы и устроить слэм. В интервью Стеффану Чирази из журнала Kerrang! в 1996-м Джефф заявил: «Хардкор был настоящим, честным, безумным и неудержимым, и мне это нравилось». И несмотря на то, что за годы панковское влияние на Slayer сошло на нет, неординарный стиль Ханнемана стал своеобразным фундаментом, который нельзя заменить чем-то другим.

Благодаря Ханнеману песни Slayer звучали мощно и напористо. Панк и хардкор, несмотря на всю свирепость и неистовство, показали самую суть воздействия музыки на слушателя. Будь то металл, полька, панк, фолк или кроссовер, музыка с правильным ритмом и скоростью всегда провоцирует ответную реакцию, и это гораздо больше, чем простое восприятие: это призыв к действию. Если закрыть глаза на «сырость» и примитивность хардкора, этот жанр вполне мог бы найти своего массового слушателя. Кинг, второй главный автор песен, вырос на традиционном хеви-метале вроде Judas Priest и терпеть не мог хардкор. На втором альбоме Slayer, Hell Awaits, присутствуют семиминутные песни о вампирах и демонах.

Но Ханнеман умел подавлять тех, кто ему сопротивлялся. После Hell Awaits он убедил Кинга, что «панк-рок» – это круто. На следующей пластинке, Reign in Blood, уместилось десять песен в 29 минут. Некоторые вполне справедливо считают, что такая изысканность присуща продюсеру Рику Рубину – первоклассному композитору-песеннику, который позже работал с Джонни Кэшем, Red Hot Chili Peppers и другими великими артистами. Но это предположение неверно: музыка для альбома Reign in Blood была написана до того, как Рубин приехал в Калифорнию с целью переманить к себе Slayer.

Без Ханнемана Slayer, может быть, и дальше сочиняли бы шестиминутные эпики о некрофилии. Без его больного сознания и первоклассного таланта у нас бы совершенно точно не было «Angel of Death» (слова и музыка: Ханнеман) и «Raining Blood» (концепция и музыка: Ханнеман, слова: Ханнеман/Кинг).

Ханнеман обладал невероятной интуицией. По большей части он был самоучкой – отсюда его неординарная техника игры. Этот калифорнийский блондин не похож на того, кто внимательно слушал уроки английского. Но свои тексты сочинял, используя тезаурус. Он мог прямо сказать, что группа пишет дерьмовые глупые тексты вроде «я плюнул на твой труп».

Его песни были поэтичными, но не придерживались классической рифмованной схемы. Как писатель, музыкант и профессионал, он делал то, что «заходит», и игнорировал правила. Он приложил руку к сочинению девяти из десяти песен на легендарном альбоме Slayer Reign in Blood (1986).

Ханнеман даже на барабанах играл. Невозможно переоценить вклад Ломбардо, но Ханнеман вставлял наработки барабанных партий, когда сочинял песни в формате демо. (Кинг тоже делает наработки для барабанов.) Незабываемый, мифический тройной глухой стук, который возвещает о «Raining Blood»? Его придумал Ханнеман. Классическое фанковое вступление с тарелками в «Criminally Insane»? Его придумал Ханнеман, а потом попросил Ломбардо оживить и дополнить деталями.

Твои любимые песни Slayer, возможно, рождались в комнате Джеффа. Первые демо для альбома Reign in Blood Ханнеман записал дома, а партии барабанов забил в драм-машину. Немногие металхэды могли похвастаться драм-машиной в 1986 году. Для хип-хопа это было обычным делом. А Ханнеман обожал рэп.

Кинг – типичный металлюга, который из принципа ненавидел рэп в 1980-е, когда жанр пробивался в элиту. Если бы Ханнеман не поручился за Рубина, когда тот приехал на репетицию Slayer, может быть, замкнутая банда единомышленников и не прониклась бы к этому незнакомцу. И может быть, Slayer не подписали бы контракт с Def Jam, которые занимались исключительно хип-хопом. Может быть, им бы пришлось подписать сделку с Capitol, и они бы стали культовыми коллективами вроде Testament или Death Angel.

Звукоинженером Reign in Blood выступил Энди Уоллес, который потом сводил Nevermind, продюсировал альбом Джеффа Баксли Grace и сводил пластинку Guns N’ Roses Chinese Democracy. По словам Уоллеса, Курт Кобейн выбрал его из-за Reign in Blood.

Если бы Slayer не оказались на Def Jam, они бы никогда не связались с Уоллесом. А потом, может быть, альбом Nevermind не стал бы настолько «вылизанным». Да и «альтернативной» революции 1990-х и вовсе могло бы не быть.

Ханнеман написал музыку и текст для «Angel of Death» («Ангел смерти») – наверное, самой скандальной металлической песни нашего времени. «Ангел смерти» стал осуждающим и неодобрительным взглядом на пытки и зверства, совершаемые нацистским хирургом Йозефом Менгеле. Джефф выражал крайне объективное мнение, но в песне есть негативные прилагательные, склоняющие чашу весов не в пользу Slayer: «отвратительные способы осуществления Холокоста» и «тошнотворный Ангел Смерти летит, расправив крылья». Большинство людей практически с первых дней игнорируют эти едва заметные описания, даже когда у них появился материальный стимул этого не делать.

В то время Def Jam был дочерней компанией CBS-Columbia. Испуганные и оскорбленные «Ангелом», CBS отказались выпускать альбом. Вместо этого дистрибуцией диска занялись Geffen Records. И теперь Def Jam должен был CBS еще один альбом. Лейбл Def Jam подписал контракт с группой Public Enemy, которые в апреле 2013 года оказались в Зале славы рок-н-ролла.

Без этой скандальной песни Ханнемана Def Jam мог и не подписывать контракт с Public Enemy. Может быть, PE заключили бы сделку с лейблом вроде Jive/RCA или 4th & B’way[5] и Eric B & Rakim[6]; это великие артисты, но они не в Зале славы рок-н-ролла. А в этом и состоит огромная разница. И мы знаем, благодаря кому.

Без Ханнемана не было бы «Raining Blood», которая родилась во время одного из его кошмаров. Рик Рубин, Тори Амос, Нил Гейман, Эксл Роуз, Энди Уоллес. Музыка Ханнемана громким эхом отозвалась внутри рок-общества. И далеко за его пределами. Сыграй с Джеффом Ханнеманом в теорию 6 (или 666) рукопожатий и сможешь найти связь почти с кем-угодно (два рукопожатия – Роберт Де Ниро, три – Марио Пьюзо, четыре – Супермен, четыре – Ф. Скотт Фицжеральд).

Ханнеман не любил тусовки и терпеть не мог пиариться. Поэтому был не самым заметным участником группы.

Но без Джеффа Ханнемена не было бы сегодняшних разговоров о Slayer.

Пусть земля ему будет пухом!

4. Агрессивный перфекционист

Идея сколотить Slayer принадлежала Керри Кингу. Этот гитарист мог бы найти себе в жизни и другое применение. Выбор у него, безусловно, был. После альбома Show No Mercy отец Кинга предложил ему работу в профсоюзе в качестве рентгенолога в Hitco, компании, занимающейся изготовлением деталей для самолетов. И учитывая его скрупулезность и внимание к мелочам, Керри бы преуспел. Но в подростковом возрасте Керри Кингу было интересно играть в успешной рок-группе. И он своей цели добился.

Кинг весьма неплохо играл в бейсбол, но талантами своими не воспользовался. Он не раз выступал на олимпиадах по математике, но, когда тригонометрия перешла в математический анализ, Керри оказался бессилен. Еще он получил звание сержанта на обучении по юношеской программе службы подготовки офицеров резерва в Саут-Гейт[7]. Но Керри решил, что ему не по душе суровая военная подготовка, и он ушел. Затем озвучил свои намерения. Кинг хотел играть в группе. Правда, его музыкальный вкус к 1980 году еще не сформировался.

Хеви-метал уже несколько лет парил над Калифорнией, ожидая, когда же его призовут верные адепты. В 1966 году, когда идейный вдохновитель Beach Boys Брайан Уилсон хотел воплотить в музыке стихийный звук огня, он придумал пауэр-аккорд[8] и убойные ритмы «Mrs. O’Leary’s Cow» (на записи, получившей название «Fire»). Металл проявился в более тяжелой барабанной дроби Джона Денсмора[9]. И можешь не сомневаться: Van Halen никогда не считались металлической группой, но хеви-метал не существовал бы без богоподобных королей гитар и группи (дебют Van Halen находится у Кинга в списке практически идеальных альбомов, наряду с Black Sabbath Sabotage (1975), Judas Priest Stained Class (1978) и первых пластинок Iron Maiden). Когда наступили 80-е, музыканты Slayer приобщились к этой эстетике и атмосфере, и начался естественный процесс.

«Вполне обычная» семья, по словам Кинга, была под надежным контролем, чему он потом и сам научился: мать воспитывала семью из двух дочерей и сына, самого младшего. Кинг-старший (глава семейства) работал в вечернюю смену наблюдателем на заводе по изготовлению деталей для самолетов. И какое-то время подрабатывал шерифом. Офицер Кинг также увлекался музыкой. Он передал сыну свой «стратокастер» Tobacco Sunburst, и Керри был на пути к мечте. Уйдя из службы подготовки офицеров резерва, Кинг принялся отращивать волосы и посвятил себя инструменту. Бывший молодой солдат и спортсмен оказался способным охотником за талантами и бескомпромиссным лидером.

Когда Кингу понадобились братья по оружию, он брал в руки The Recycler, еженедельную газету объявлений, благодаря которой в течение следующих нескольких лет познакомились музыканты Metallica, Guns N’ Roses и Mötley Crüe. Керри пришел по адресу на местную репетиционную базу, где проходило прослушивание в хеви-классическую рок-группу Ledger. Группа Кинга не впечатлила. Но в фойе он заприметил юного талантливого паренька.

Уже выходя с репетиции, Кинг заметил на стойке регистрации парнишку, светловолосого чувака, который кривовато исполнял Def Leppard «Wasted» и композиции AC/DC и Judas Priest – все те песни, которые Кингу нравились.

«А вот это уже интересно», – подумал Кинг.

Играл паренек далеко не идеально. Он играл на гитаре всего два месяца, но Кинг увидел в нем талант и потенциал. Керри остановился и заговорил с незнакомцем. Новобранцем оказался Джефф Ханнеман. Беседа прошла успешно.

Самый младший из пяти детей, Ханнеман рос в семье, где дети предоставлены сами себе. Сестра познакомила его с Black Sabbath. И вскоре он стал подозревать, что музыка – его предназначение. Джефф еще не успел начать петь или играть, но уже понял, что рок-н-ролл манит его. Он не мог сказать почему, но знал, что будет играть в группе. И он пошел этой дорогой.

«Я начал зависать у парня, с которым ходил в школу. У него была гитара, – рассказывал мне Ханнеман. – И я просто стал на ней поигрывать. А потом познакомился с чуваком, и мы собирались сколотить панк-группу. Кажется, мой дядя купил мне электрогитару. А этот парень был настоящим психом. Никогда не занимался на гитаре и вообще ни черта не хотел делать».

Ханнеман взял судьбу в свои руки. Накопил 500 баксов и купил черный Gibson Les Paul (его можно увидеть на первых фотографиях Slayer).

Именно на нем Джефф и нарезал, когда Кинг его услышал и подошел. Ханнеман уже поджемовал с ребятами, которых пришел увидеть Кинг. Те репетиции так ни к чему и не привели. Но когда Джефф заговорил с Кингом, оба почувствовали, как между ними пробежала искра.

«Я понял, что у нас с Кингом гораздо больше общего, – вспоминал Ханнеман. – А он у меня спрашивает: “Хочешь группу сколотить?” Ну, а я че? Дурак что ли? Естественно, согласился!»

«Мы с Джеффом зависали и ходили на концерты, – вспоминал Кинг в шоу Стива Остина “Ледяная глыба”. – Мы видели выступление Metallica в “Вудстоке” в Оринж-Каунти. Просто охренели… Парни делали то же, что и мы, точно так же, как мы того сами хотели… У нас с Джеффом разница в полгода. Но мы были словно одним и тем же человеком».

Ханнеман схватывал на лету. И уже совсем скоро стал вторым соло-гитаристом Slayer. И всю оставшуюся жизнь Ханнеман будет соперничать с Кингом, нарезая вопящие соляки. В 2004 году журнал Guitar World поместил их дуэт на 10-е место в списке 100 величайших хеви-метал-гитаристов современности.

Барабанщик Дэйв Ломбардо также хотел стать рок-звездой. В юности он состоял в армии фанатов KISS. Окончив католическую среднюю школу Пия X, он вместе с Кингом стал ходить на службу подготовки в Саут-Гейт. Пережив неприятный распад своей группы, Ломбардо оказался свободным агентом. Он развозил пиццу по району, чтобы купить навороченную барабанную установку. Дэйв уже слышал о Керри Кинге, местном талантливом пареньке, да еще и с аппаратурой. И вот однажды он увидел Кинга во дворе, припарковался и спросил, не хочет ли тот сколотить группу.

Представив отряд штурмовиков металла, бывший сержант Кинг сказал Ханнеману: «У меня есть ребята. Думаю, можно попробовать».

Разнося пироги по району, Ломбардо часто оказывался в доме семьи Арайя (произносится «АрАЙ-я»). В доме жили семь братьев и сестер, и, разумеется, постоянно заходили гости, в том числе и некоторые музыканты. Том Арайя, средний ребенок, был басистом и певцом. Его кавер-группа (играли песни Top-40) – Tradewinds, которая позже называлась Quits, – репетировала в гараже его семьи.

Гитарист Quits Рассел Дисмьюк подрабатывал репетитором. Ему не хватало терпения изучать ноты. Он просто учил своих учеников играть. Его учеником с «золотой медалью» был Керри Кинг. Дисмьюк начал учить Кинга играть репертуар Quits, предварительно готовя новичка гитаристом в свою группу.

Когда Кингу все еще было 16, Quits дали концерт в Gazzarri’s, помойной дыре на Сансет Стрип, где начинали Van Halen. И теперь, впервые в жизни, чистый как стеклышко Кинг нуждался в поддельных водительских правах.

«Мне удостоверение было нужно не для того, чтобы пить, – объяснял Кинг, – а чтобы играть».

Практически сразу же после того, как Кинг познакомился с Арайей, группа уволила своего вокалиста. Спустя несколько месяцев, когда Кинг решил отправиться в свободное плавание, он пригласил Арайю на прослушивание.

Кинг и ребята всё еще учились в старших классах. Арайя мог купить пиво, да еще и на свои деньги. Ему было 22 года, и он работал пульмонологом. Арайя прошел двухлетнюю программу, получив степень младшего сотрудника, имея небольшой, но солидный опыт в области медицины. Таким образом, Том стал единственным музыкантом Slayer с официальной работой.

Взяв с собой бас, Арайя отправился пешком по улице на встречу с Кингом и его командой в гараж Ломбардо. По словам Кинга, певец был готов сыграть 13 песен хард-роковых групп вроде Montrose, Deep Purple и UFO. Совместный джем стал одной из столь частых сцен в рок-истории: песни звучали превосходно. Ребята сразу же нашли общий язык. И после репетиции музыканты переглянулись и поняли, что у них есть нечто особенное. И вот так, верхом на конях, четыре всадника Slayer отправились в долгий и кровавый путь.

Еще до окончания школы в 1981 году Ханнеман, Кинг и Ломбардо устроили себе пожизненные каникулы. Они еще этого не знали, но буквально в нескольких шагах от них зарождалась металлическая «золотая лихорадка».

5. Шквал металла: знакомство со Slayer

В годы становления музыканты классического состава Slayer представляли собой разношерстную команду, у которой, за исключением длинных волос, было мало что общего. Уже даже после появления интернета об этих парнях по-прежнему было мало информации, детали были неясными – парни из Slayer были не популярными знаменитостями, а таинственными фигурами за кулисами легенды металла. Даже в юности они не распространялись по поводу личной жизни – то ли по причине приватности, то ли из-за излишней скромности.

Гораздо позже, спустя несколько лет карьеры, музыканты Slayer рассказывали увлекательные истории, когда им того хотелось, – но обычно у них нет желания. Ханнеман терпеть не мог интервью. Арайя, похоже, дорожит возможностью четко разграничивать работу и личную жизнь. Чрезмерная открытость и прямолинейность Ломбардо, возможно, стоила ему работы в Slayer. Кинг – наиболее общительный участник группы, и если он с радостью говорит о музыке и спорте, то его личная жизнь скрыта за высоким стальным забором. У группы немало приятелей и друзей в музыкальном бизнесе, но те, кто действительно им близок, – это, как правило, родственники, жены, либо те, кто работает в штате и не имеет ни малейшего желания трепать языком.

Если полноценная история группы когда-нибудь увидит свет, музыкантам Slayer придется-таки ее рассказать. Но вряд ли такое можно ожидать от Кинга и Арайи. Пытаться выудить из ребят подробные истории – дело крайне неблагодарное и досадное; по крайней мере, они не строят из себя важных напыщенных музыкантов, любящих часами рассказывать о себе и возводить себя в ранг великих героев. Как написал журналист Metal Hammer Джон Дьюк в период альбома Seasons in the Abyss: «Slayer, возможно, самая загадочная и непонятная из всех трэш-групп».

Но детали, которые у нас есть, будь то разглашенные, либо недавно отрытые, безусловно, не оставят тебя равнодушным.

ЛИЦО SLAYER: ТОМ АРАЙЯ

Сага Slayer началась 06.06.61 года, когда в городке Винья-дель-Мар, на побережье Чили, родился Арайя. Когда ему было пять, его большая семья перебралась в Америку. И к тому времени одержимый серийными убийцами вокалист уже успел умереть. Когда ему было два или три года, он уронил игрушечную машинку в корыто, согнулся, чтобы достать ее, свалился в корыто и тихо утонул. К счастью, его мокрое маленькое тело вовремя обнаружили и успешно вернули к жизни.

Арайя, зарабатывающий на жизнь тем, что поет тексты вроде «Славься, Сатана!», родом из католической семьи. На склоне лет его родители стали служителями благодатной формы веры.

«Я четко разделяю работу и жизнь, – рассказывал Арайя Крису Эптингу из Noisecreep[10] в 2012 году. – Группа отлично справляется со своей задачей. Многие антирелигиозные песни написал Керри. Не хочу об этом говорить, но иногда он пишет текст и думает: “Ого! Да народ психанет! Отлично! Кто-нибудь реально взбесится!” Нет причины его осуждать. Я не собираюсь первым кидать в него камень. Моя форма католицизма позволяет мне принимать другие точки зрения».

Обычный фанат легко может подумать, что Арайя – главный автор текстов Slayer. Но не в случае с Томом, особенно в годы становления группы. Ему потребовалось некоторое время, но он, безусловно, утвердил себя в качестве одного из главных голосов коллектива.