— Мне восемнадцать, — строго произносит она. — Если кто-то забыл.
— Я ж говорю — почти взрослая.
— То, что я не хочу обсуждать личную жизнь брата, не значит, что я маленькая, — буркнула она.
— Тебе восемнадцать, — настойчиво повторил я.
— Ну-ну, а ты в свои восемнадцать был таким прям ребёнком, — закатила глаза Аня.
Конечно, был. И делал всякие глупости. А потом влюбился в девушку, которая изменила мне и, что ещё хуже, показала, что я рискую стать таким же, как мой отец.
— Тогда пошли без них. — спустя несколько минут предложил я. — Подождем эту парочку на месте.
Аня кивнула и резво пошла впереди меня по дорожке, как будто только этого и ждала. Хотя признаться, я тоже желал скорее окунуться в прохладную воду и, чем скорее, тем лучше — на улице уже было довольно жарко, а к полудню вообще будет пекло. Поэтому мы все решили собраться пораньше, что бы, во-первых, успеть дойти до пляжа по свежачку. А во вторых, опередить остальных желающих и занять места поближе к воде.
Но Димон своим опозданием срывал наши планы.
Мы шли молча по тропинке, когда Аня вдруг споткнулась и вскрикнула. Я бросился к ней на помощь и придержал её за талию. Но как только мои пальцы ощутили мягкость её тела, меня охватило желание, что показалось мне просто нелепым.
Аня — младшая сестра Димона, это раз. И два: я всё ещё не пришёл в себя после разрыва с Таней. Меньше всего мне хотелось думать о сексе с девушкой, тем более с девчонкой, которая когда-то у меня на глазах нюхала подмышки, чтобы проверить, не пора ли начать пользоваться дезодорантом.
И, наверно, она стала-таки пользоваться им. Потому что, идя сзади неё, я чувствовал лёгкий фруктовый аромат. Он был ненавязчивый, чуть сладковатый, от чего во рту скапливалась слюна. А взгляд машинально опускался к её округлым и упругим бедрам, заставляя думать о том, о чем не надо…
Мы первыми добрались до места, пляж был ещё пуст. Аня остановилась перекинуться парой слов со спасателем. Тот глупо улыбался ей в ответ и согласно кивал на все её вопросы. Я с жалостью смотрел на парня, хотя… Не будь моё сердце разбито, тоже не устоял бы от лучезарной улыбки Ани, которая в сочетании с легка хрипловатым голосом производила эффект разорвавшейся бомбы. Поэтому я старался не замечать эту улыбку, от которой черты лица Ани смягчались и, она становилась похожа на какое-то сказочное существо.
— Ник? Ты слышал, что я тебе сказала?
— Эм… — растерялся я. — Да, конечно, слышал.
— Обманщик.
— Ты спросила, нравится ли мне вот это место, чтобы расположиться здесь. — ткнул я пальцем на кусок песка близ воды.
— Ты угадал путем логического вывода, но не потому, что слышал, что я говорю. И что ты скажешь?
— Оно отличное.
Мы расстелили покрывала и установили зонт, который принесли с собой. Димон с Маринкой все ещё задерживались. Не было и остальных отдыхающих.
— Да пошли они к чёрту, — буркнула Аня. — Мне жарко, я тащилась сюда по солнцепёку и заслуживаю того, чтобы искупаться.
Я даже не успел ей возразить, когда она стянула свою маечку и сбросила шорты. И теперь я смотрел на неё, потрясённый красотой её тела.
Она не для меня… не для меня… не для меня…
Повторял эти слова, словно мантру, и старался не замечать, как белый купальник-бикини изумительно подчёркивал её смуглую кожу. Её округлая грудь и бёдра могли стать предметом фантазий любого парня. Так же как и моих собственных…
Она не для тебя… не для тебя… не для тебя.
Аня странно улыбнулась, а потом швырнула в меня свою одежду. Я едва успел поймать её, чтобы не уронить на землю. А потом, когда она повернулась ко мне спиной и я смог получше рассмотреть её упругие ягодицы, я почти перестаю дышать. И одежду всё же выронил из рук…
Она глянула на меня через плечо, хитро улыбнулась, а потом разбежалась и прыгнула в воду.
До меня не сразу дошло, что Аня пыталась соблазнить меня. Я просто отказывался в это верить. Это же Анчоус…
Но я машинально разделся и тоже прыгнул в воду.
— Ну как, охладилась? — спросил я, удивлённый тем, как ровно прозвучал мой голос.
— О да.
Её глаза поблескивали, а на губах играла насмешливая улыбка. Но в её взгляде сквозила также серьезность.
Неужели она собралась и дальше меня соблазнять?
— Мне ведь не кажется? — едва слышно выдохнула она.
— Не понимаю, о чём ты. — смотрю ей в глаза и медленно продолжаю плыть рядом.
— В таком случае будем притворяться дальше. — её голос звучит взволнованно. — Будем делать вид, что ты не смотришь на меня так, как сейчас. И что я ничего не сказала по этому поводу. По поводу нас двоих. — Она замолчала, а потом добавила: — Можем притворяться, что этого не случилось. Как в тот раз, когда мы поцеловались в первый раз.
— Ты сама меня попросила…
— Ты мог отказаться, — не дала договорить Аня. — По правде говоря, тебе следовало отказаться. Я сестра твоего лучшего друга. Ты не имел права целовать меня.
— Знаю. — я подплыл к ней ещё ближе.
— Тогда почему ты согласился?
Она робеет и пытается восстановить сбившееся дыхание, когда расстояние между нашими телами сокращается с каждой секундой.
— Потому что ты попросила меня, — повторил я. — Тебе исполнилось шестнадцать. Слишком старая, чтобы оставаться не целованной.
Аня рассмеялась, и её хрипловатый смех завибрировал в моём теле. Я хочу её… Очень хочу! И прямо сейчас…
— Неужели существуют какие-то сроки?
— Ага.
Мы уже не плывём, а стоим в воде друг напротив друга, чуть покачиваясь на волнах словно поплавки.
— Наподобие правил о том, с кем нужно спать в первый раз?
— Если честно, мне всё равно. — И в тот момент я подумал, что рехнулся окончательно. — Мне плевать на правила и на возраст.
— Потому что на самом деле ты хотел поцеловать меня? — понижает голос до шёпота.
— Да. — прижимаюсь к ней почти вплотную, отчего по телу с новой силой проносится горячая волна.
— Как и сейчас? — спрашивает она, уже дрожащим голосом.
Я не ответил. А только обхватил её за талию и, рывком притянул Аню к себе. Подхватил искусительницу под ягодицы и, оторвав её тело от дна, заставил широко раздвинуть бёдра, чтобы она могла обхватить меня за торс ногами. Когда на моей пояснице послушно сомкнулись тонкие щиколотки, я припадаю к пухлым губам в поцелуе. Врываюсь языком в глубину рта, не оставляя шанса сомкнуть зубы.
Сначала Аня позволяет моему языку ласкать её язык, а затем я уже чувствую, как она сама проявляет инициативу, прикусывая и посасывая мою нижнюю губу. Мои уроки не прошли даром… Она такая сладкая, вкусная — у меня просто тогда снесло крышу. Мои тормоза давно отказали и, я бы с огромным удовольствием взял Аню прямо там, в озере, но…
Глава 7 Анна Смирнова
Когда пауза слишком затянулась, мне начало казаться, что я перестаралась со своим игривым настроением. А под его внимательным взглядом чувствовала себя не очень комфортно. Может я что-то не то сказала? Короче, я не выдержала…
— Что случилось? — нервно спросила я, глядя на натянутое выражение лица Никиты.
— Ничего, — сипло выдавил он.
Как это ничего? Да у него такой вид, того и гляди удар хватит. Хуже, чем вчера, когда я над ним пошутила…
— С тобой всё хорошо? — я бросила елочную игрушку, которую держала в руках, на диван и подошла к нему. — Может, отвезти тебя в больницу?
— Нет. — Его голос стал более четким. — Нет, — повторил Ник. — Я в порядке. Просто… немного задумался.
Задумался он… не фига себе! Задумался…
— О чём? Мне показалось, что тебя сейчас удар хватит.
— Извини, — всё ещё немного натянуто ответил он. — Кстати, в доме стало намного красивее. Но ты не обязана заниматься этим делом.
— Знаю. — вздыхаю я. — Но это самое меньшее, что я могу сделать после того, как ты проявил такую заботу о нас с Лаки.
Он пристально смотрит мне в глаза, и мне приходится приложить немало усилий, чтобы не отвести взгляд.
— Не выспалась, да?
Я рассмеялась, но его слова поразили меня. Как он узнал?
— Я хорошо спала.
Поняла, что сказала это не убедительно, когда Никита вопросительно приподнял бровь.
— Ладно. — сдалась я. — Я уснула, а потом почти сразу же проснулась и начала думать обо всём, что случилось, и о том, что случится… Короче, я так больше и не смогла заснуть. Хорошо, что сегодня суббота.
— Куча времени, чтобы подумать о своей сгоревшей дотла квартире?
— Прекрати. — я чуть толкнула его в плечо. — Мне и так не хватает смелости, чтобы позвонить и узнать, как там обстоят дела и ты ещё…
— Я позвоню, Анчоус.
— Спасибо, Ник.
Он вышел из комнаты, а я вернулась к своему занятию — продолжила снимать игрушки с ёлки.
Я не сказала, что в данный момент волновалась не так о своей квартире, как о Нике и Лаки.
Первый рисковал из-за меня жизнью… Ладно. Не из-за меня, а из-за Лаки, но по моей вине. Я поискала в Интернете информацию о последствиях отравления угарным газом и пришла в ужас. Даже в телевизионных передачах я не видела таких кошмарных вещей. Правду говорят: «Меньше знаешь, лучше спишь» Вот, я вчера начиталась и так и не смогла потом уснуть.
Но, вспомнив своего маленького пушистого котика, я не смогла заставить себя пожалеть о том, что подвергла Ника такой опасности. Ведь Лаки помог мне пережить самый тяжелый период в моей жизни… Ну, пусть не самый… Но всё равно очень сложный период для меня. Когда я боролась с отчаянием и одиночеством, грозившими поглотить меня. Когда мысли о том, что мне необходимо меняться, не давали спать до самого утра. А потом всё повторялось, когда я приходила в ужас от того, что у меня ничего не получится. И что никто никогда не полюбит меня.
Затем, конечно же, мои мысли возвращались к свадьбе брата. И я даже не представляю, во что может вылиться вся эта свадебная церемония. Выдержу ли?
— Пожар ликвидировали, — вернувшись в гостиную, сказал Никита. — И твоей квартире ничего не грозит. — Он подошёл ко мне и начал помогать снимать игрушки с ёлки. — Но пока никого не пускают — ждут, пока установят причину возгорания. Так что, тебе в любом случае сегодня домой не попасть.
— Понятно.
— Ты так спокойно отреагировала. — удивляется он. — Мне казалось, что ты переживала по поводу своего жилища.
— Да, переживала. И сейчас переживаю. — Я поднялась на цыпочки, чтобы дотянуться до верхних веток. — Но у меня хватает и других проблем.
— Например?
— Ну, ты знаешь… — Я не стала уточнять, о чём думала минутой ранее, и в разговоре повисла пауза.
— Ты вчера дразнила меня насчёт моего отца, — немного погодя говорит Ник.
Его голос прозвучал спокойно, но я видела, что это стоило ему немалых усилий.
— Ага.
Почти все игрушки были сняты, и оставался только ангел у самой верхушке ёлки. Я потянулась к нему, но не смогла достать. Тогда я подпрыгнула, но опять ничего не получилось.
— Да, чтоб тебя…
Я сердито одёрнула футболку, и хотела было попробовать ещё раз добрать до этой игрушки. Но только я собралась подпрыгнуть, как Никита без предупреждения обхватил меня за талию и приподнял вверх.
Этот абсолютно невинный жест вызвал во мне такую бурю эмоций, что у меня перехватило дыхание. Я потрясена, и скрыть это невозможно. А, посмотрев на Никиту сверху вниз, я поняла, что он тоже не остался безучастным.
Я быстро сняла ангела, чтобы меня поскорее поставили обратно. Но стоило мне оказаться на твёрдой поверхности, как мой взгляд тут же утыкается в грудь Ника. И хотя та была спрятана под футболкой, я прекрасно помнила каждый её мускул. Вчерашняя картинка надёжно запечатлелась в моей памяти. Хотя нет. Не только вчерашняя… Я прекрасно помнила тот день, когда Никита последовал за мной в озеро, и у меня появилась возможность провести ладонями по его обнажённой груди…
Теперь его тело стало крепче. Сильнее.
Я не способна даже моргнуть. Оторопело скольжу взглядом по мощной груди, по широкой шее, по нервно — пульсирующей венке… И мне отчаянно захотелось снова прикоснуться к нему, чтобы вытеснить новыми воспоминаниями те, которые посещали меня в особо нелегкие времена. Что, опять же, навело меня на мысль, что я обманывала себя, когда поверила, что отношения с Мишей помогут мне забыть Ника.
Я сделала шаг назад и положила ангела на диван к остальным игрушкам. Хорошо, что Ник не закрыл дверь в гостиную, потому что мне вдруг стало нечем дышать. Я инстинктивно принимаюсь дышать осторожно. Прочистив горло, я всё таки нарушаю тишину.
— Знаю, наряжать ёлку — это священный ритуал, но…
— Нет, — решительно возразил он.
— Что нет? — удивленно смотрю на него.
