- Задолго до того, как мы дошли бы до города, я бы притворилась, что полностью перестроилась на ваш образ мышления. Я бы раскаялась в совершенных ошибках. И вам было бы гораздо легче принять меня, поскольку я сделала бы вид, что удручена своим горьким опытом и что исправилась и знаю теперь путь истинный. И тогда у тебя уже не осталось бы сомнений по поводу женитьбы на мне, правда?

- Честно говоря - да. Я бы порадовался переменам в тебе и ухватился за возможность жениться. Но я бы женился только в том случае, если бы ты ясно дала понять, что хочешь этого так же, как я.

- Ну уж я бы сделала так, чтобы у тебя не оставалось и капли сомнения, - сказала Дана. - И тогда, став твоей женой и членом отряда верующих, я бы начала сеять зернышки сомнений там и сям, тайком орошая их, все время определяя слабые и сильные стороны города и готовясь ко тому дню, когда мы пойдем в атаку.

- Мы?

- Новые правители вселенной назначили нас своими наместниками на Земле. Мы - раса избранных, пастухи человеческого стада. Еще до того, как все это началось, с нами связались, рассказали, как все будет происходить, и объяснили наши обязанности. И все случилось так, как нам и говорили. Новые правители - истинные пророки, а не какие-то полусумасшедшие островитяне. Они знали, что напряжение, накопившееся внутри Земли, вызовет мощнейшие, ранее не виданные землетрясения и что к Земле направляется группа гигантских астероидов. Новые правители запустили астероиды много веков назад, они располагают устройствами для накопления энергии под земной поверхностью и приведения такой энергии в действие в любой желаемый момент.

- Они? - Кельвин поморщился, почувствовав, как камень в мозгу накаляется и становится все больше.

- Да, существа, населяющие планету-спутник одной из звезд в созвездии Андромеда. Они - истинные правители вселенной, выполняющие свою священную миссию. Они могут передвигаться по межзвездному пространству со скоростью, во много раз превышающей скорость света. Но существует и другая раса, наделенная такими же силами и возможностями, но это - раса зла, враждующая с анромедянами с давних времен.

Кельвин застонал - боль, терзавшая душу была еще мучительней, чем та, от которой раскалывалась голова.

- Где-то я уже слышал нечто подобное, - сказал он. - Я не имею в виду научно-фантастические рассказы, которыми мы частенько увлекались, пока Зверь не запретил подобные книги.

- Все это сказано в Библии, - ответила Дана, - но в несколько искаженной форме. Я не обманула, когда сказала, что некоторые люди могут вычислять наиболее вероятное будущее. Хотя, конечно, лишь в какой-то степени - в общих чертах и неточно. Тем не менее арктуриане собирались захватить Землю и безраздельно властвовать на ней, перебив андромедян. Арктуриане - это те, кого вы принимаете за ангелов. Именно они собираются построить Возлюбленный город, который, как они думают, станет надежной крепостью для удержания власти на Земле.

- Даже если заточить Сатану на веки веков, помощники его останутся на свободе, - сказал Кельвин. - Но и они не смогут долго творить свое зло. Тем более целую тысячу лет.

- Ты все еще веришь в свою дурацкую старую сказку? -засмеялась Дана.

- Нет, это ты веришь в новые сказки, - ответил Кельвин. - Но попытайся поразмыслить логически. Тебе приходится верить, что злые духи на самом деле не духи, а существа с какой-то звезды. И, конечно же, эти существа - добрые, ведь никто не станет вступать в союз с силами, цель которых - зло. Нет, цели и намерения должны быть добрыми, независимо от того, какое зло надо свершить для их осуществления. А мы, христиане, конечно же, плохие. Ведь Врагу всегда приходится думать о себе как об олицетворении добра.

Несколько язычников, держащие в руках ножи и зажигалки, приближались к Кельвину.

- Я должна идти, - сказала Дана Вебстер, - у меня еще много дел. Тебе же придется остаться с ними. Они очень разозлятся, если я убью тебя и сорву их планы. Но эти люди нужны мне, а потому сейчас они получат то, чего хотят. Я даже в некотором смысле расстроена, поскольку не люблю пыток. Но порой без них не обойтись.

- Между мной и тобой, между нами и такими, как ты, существует огромная разница, - проговорил Кельвин. - Мне жаль тебя, Дана Вебстер, жаль от всего сердца. Даже сейчас я хотел бы, чтобы ты увидела свет и узнала Господа так, как знаю его я. Но уже слишком поздно. Тысяча лет началась, и участь твоя предопределена.

И когда я буду молить о пощаде тех, кому неведомо сострадание, и закричу, пытаясь преодолеть уготованные мне муки, то какими бы долгими они ни показались - всему придет конец. И я возрожусь в новом теле, и канут в небытие все старые порядки, и не будет более ни смерти, ни печали, ни боли.

- Ты отвратительный, эгоистичный глупец! - крикнула Дана.

- Время покажет, кто из нас глупец. Уже и без того ясно, кто из нас служил людям и Господу.

И когда наступила смерть, по лицу Кельвина пробежала мимолетная улыбка, - улыбка, которую Дана Вебстер не поняла бы, да и не могла бы понять.