Убийство в заснеженных горах

Станция, однако, оказалась самой настоящей, с натопленным залом и горячей бобовой похлебкой. Для господина волшебника тут же кинулись готовить что-нибудь посущественнее, но и похлебке Скай был рад неимоверно.

Еще в зале обнаружился посланный за помощью кучер Джо – высокий мрачный мужик с полуседой бородой и калечными пальцами на правой руке. Пит тут же подсел к нему и поведал, что с ходячим покойником покончено. Новость, конечно же, запоздала: гонец в город уже давно уехал. Но кучер обрадовался и на деле оказался вовсе не мрачным, а очень даже разговорчивым и веселым дядькой. Он тут же взялся на радостях угощать озябшего коллегу. К веселью присоединились местные кучер с конюхом, подсела послушать о победе над нежитью подавальщица. Подошел подбросить дров в камин, да так и остался слушать работник. Как-то незаметно присоединились служанка и кухонный мальчишка.

Скай даже почувствовал себя всеми забытым и немного уязвленным. Самую малость. Но тут подавальщица отвлеклась от разговора и сбегала на кухню. Огромное блюдо жаркого из свинины с баклажанами полностью утешило и Ская, и тоже было взгрустнувшего Ника.

После сытного обеда планировали ехать дальше, но выглянувший на двор конюх вернулся, облепленный снегом с ног до головы.

– Не ехали бы вы, милсдарь волшебник? Пусть распогодится хоть маленечко.

Скай задержке рад не был. Дело, порученное ему господином Марком, было не то чтобы совершенно срочным и не терпящим отлагательств, но для молодого мага оно было в новинку. Ничего подобного он раньше не делал, а потому изрядно нервничал и спешил приступить к выполнению. Ведь тогда переживать и прокручивать в голове полные белых пятен планы будет уже некогда. Однако сейчас метель превратила в сплошное белое пятно весь окружающий мир.

– Остаемся, – решил Скай.

Зато будет время спокойно разобраться с каменной шкатулкой. Если так и не удастся выяснить, что именно делает загадочная вещица, придется в Лареже занести ее в Гильдию. Однако такой визит может пойти совсем не на пользу планам. Ведь если старый приятель Крей все-таки окажется преступником, показывать лояльность Гильдии будет совсем неуместно. А врать лишний раз, да еще и в том, что можно легко проверить, Скай не хотел.

Конечно же, в виновность Крея он не верил совершенно. То есть не поверил бы ни за что, если бы не господин Марк. Как бы Скаю того ни хотелось, а организовывать эту поездку, основываясь на одних только догадках, его работодатель не стал бы. Значит, какие-то доказательства у него есть. С другой стороны, успокаивал себя Скай, будь эти доказательства непреложными и весомыми, в его деле тоже не было бы нужды. Арестовали бы Крея без долгих разговоров и вытрясли все и про сообщников, и про запретную магию, и про убийства. Уж Тайной-то службе королевства никто не помешает применить на допросе что угодно, хоть даже и пыльцу среброзвонника. Тем более той пыльцы у них теперь, благодаря удаче Ская и Пита, большой мешок и небольшая горная плантация.

А раз все-таки послали проверять, получается, есть надежда на невиновность? Ну не мог, просто не мог его старый приятель заняться делами настолько ужасными и незаконными, чтобы этим заинтересовалась уже даже не Гильдия, а Тайная служба. Нарушение незначительных, дурацких и устаревших правил – это одно, а опыты на людях и убийства – это уже слишком.

Мысль пошла по кругу, по которому она бродила все время с самого ужина у дядюшки Арли. Скай мотнул головой и вернулся к делам насущным. Что толку думать зря – только есть опять захочется.

Глава шестая

Приличные комнаты были свободны все, но занимать самые большие апартаменты Скай не захотел. Успел уже убедиться, что никакой камин не справляется с осенней сырой промозглостью просторных комнат. Да и сквозняки от больших окон совершенно неистребимы. Поэтому волшебник выбрал уютную комнатушку на двоих с небольшой прихожей, где стояла широкая лавка для слуги. Здесь вполне мог, не вызывая лишних вопросов, расположиться Пит. Бросать друга в тесной комнатенке при конюшне, а самому наслаждаться теплом казалось волшебнику совсем негожим. Пит, впрочем, заботу не оценил и долго ворчал о нехватке у «его мажества» подобающего барства. Но здесь уже у волшебника закончилось терпение.

– Хватит! Ты, конечно, чаще всего прав…

– Почти всегда, – согласился Пит, но Скай жестом его остановил.

– Но сейчас мы едем к моему старому приятелю, – Скай выделил голосом слово «моему». – И рассчитываем на то, что он поверит, что я все такой же балбес, каким он меня помнит.

Пит молча кивнул.

– А если я не особо изменился, то никакой Леший не заставил бы меня нанять себе слуг, чтобы ими командовать. И если уж я терплю рядом с собой людей, то только потому, что эти люди мне симпатичны. Что, кстати, большая редкость. И я не позволю симпатичному мне человеку, пусть даже и кучеру, отморозить себе задницу в холодной каморке на конюшне.

– А ничего, что, возможно, твой старый приятель нынче людей без волшебных способностей за людей вообще не считает? – осторожно поинтересовался Пит.

– Почему же «нынче»? – усмехнулся Скай. – Он и раньше мало кого за людей считал, независимо от способностей, кстати. Чтобы он тебя зауважал, нужно быть умным, храбрым и немного с чудинкой. У тебя неплохие шансы.

– И вот про этого человека ты говоришь, что уверен в его невиновности? – удивился Пит.

– Ну, его презрение к человечеству – оно такое, теоретическое, – неопределенно помахал рукой Скай. – На уровне высокомерных речей. Ну, помогать кому-то просто так он тоже, возможно, не стал бы. Но его всегда можно было убедить влезть в какое-то дельце безвозмездно, если пообещать, что это будет весело.

– Ты же понимаешь, что я хочу сейчас сказать? – спросил Пит.

– Это пока ты с ним не познакомился, – заверил его Скай. – Он вовсе не так плох.

Ник, молча слушавший разговор, всем своим видом выражал скепсис и солидарность с Питом. Скай демонстративно махнул на них рукой и полез в саквояж за шкатулкой.

К вечеру он зарисовал на трех листах схемы потоков силы внутри коробочки, скормил «змее» десяток мелких заклятий и склянку волшебного зелья для удаления клякс. Зелье тоже содержало немного силы, которую синяя «лента» без труда впитала, оставив во флаконе бесполезную бурую жижу. Сила разливалась вокруг коробочки бессмысленной лужицей. Ткнув в нее морду «змеи», Скай обнаружил, что разлитое волшебство она тоже способна поглощать, хоть и не до последней капли. Убрать следы сильного волшебства с помощью коробочки не представлялось возможным. Так зачем же она нужна?

После ужина, приведя мысли в порядок, Скай пришел к выводу, что в коробочке просто-напросто не хватает чего-то еще. Какого-то предмета, который, собственно, и должен был поглощать и использовать собранную Силу.

– Точно! – восхитился Ник, с которым волшебник поделился догадкой. – «Змеюка» ведь уменьшается и место в шкатулке почти не занимает. Значит, что-то в ней лежало!

– Узнать бы еще что, – вздохнул Скай. – Но искать по лесу этих злодеев-охотников, чтобы у них это спросить, нам некогда.

– А по своим схемам ты этого понять не сможешь? – Ник кивнул на исчерченные листы.

– Нет, судя по схемам, там могло быть вообще что угодно. Вся эта часть, – Скай обвел пальцем значительную часть рисунка, – предназначалась, похоже, только для того, чтобы регулировать равномерную подачу силы внутрь.

– Но если внутри могло быть что угодно, то значит ли это, что туда можно и положить что угодно?

Скай с минуту потрясенно молчал. Потом достал из мусорного ящика флакон с испорченным зельем и осторожно поставил в раскрытую коробочку. Ничего не произошло.

– Наверное, надо закрыть шкатулку, – предположил Скай. – Принеси вон тот Мухогон.

Висевший над кроватью стеклянный шарик с отпугивающим насекомых заклятьем без труда поместился в шкатулке, но Скай тут же вытащил его обратно.

– Что не так? – удивился Ник.

– Все так, просто надо сначала глянуть, сколько в нем силы, – объяснил волшебник. – Кстати, на, попрактикуйся.

Учить Ника он взялся, едва тот смог сам подниматься с постели. Призрак волшебника, вселявшийся в травника в начале осени, разбудил способности к магии, но, конечно же, не научил с этими способностями управляться. Вопреки байкам о великих волшебниках, не колдовавших тридцать лет и три года, а потом как начавших совершать невероятные подвиги, реальность была сурова и грустна. Непривычное к манипуляциям с Силой тело так и норовило сотворить что-то не то, недодать тут, выплеснуть слишком много там, а то и вовсе дойти до крайнего истощения. Ник учился колдовству, как учится ходить младенец – медленно и неуклюже. Вряд ли он смог бы освоить программу Академии, но этого от него, по счастью, и не требовалось. Гильдия волшебников дозволяла любое не запретное колдовство для личного пользования каждому, кто способен был его освоить. А вот для работы за плату, пусть даже самой простой и мелкой, строго требовался Гильдейский знак, получить который можно было лишь окончив Академию. О возможной работе в случае Ника речи не шло, но учился он охотно и с интересом.

– Заряжено где-то на треть, – отчитался Ник почти четверть свечки спустя.

Скай подставил шкатулку, и помощник осторожно опустил туда шарик. Крышку закрыли. Высунулась «змея» и нацелилась на второй Мухогон, висящий над кроватью Ская. Волшебник отогнал нахалку и скормил ей немного силы, влив ее в заклятье Укрепления на кончике пера.

– Заодно посмотрим, сколько силы она донесет до цели – тут как раз столько, чтобы зарядить его до конца. Часть достанется самой шкатулке, часть «змее», сколько-то прольется мимо, поглядим, что останется.

Вернувшийся Пит застал приятелей, напряженно созерцающих шкатулку.

– Вас можно отвлекать, или тогда все взорвется? – вполголоса поинтересовался он.

Скай показал ему кулак.

– Если бы могло, то вот сейчас и взорвалось бы.

– Значит, не может, – удовлетворенно кивнул Пит. – Там твой коллега приехал. Вроде как его из Ларежа послали мертвеца ловить. Наверняка же захочет с тобой пообщаться.

Скай недовольно поморщился. Вот именно сейчас, когда он так близок к разгадке, общаться с каким-то незнакомым волшебником совсем не хотелось. А коллега без всяких сомнений захочет поговорить с тем, кто перехватил у него заказ, зато избавил от дюжины миль пути и грязной работенки. Может быть, у него хотя бы хватит тактичности не беспокоить Ская до завтрака? Или, наоборот, выйти в общий зал сейчас и покончить с этим? Утром, если погода будет получше, надо будет ехать дальше, а не пустые разговоры разговаривать.

Скай вздохнул и посмотрел на Ника.

– Ну что, открываем?

– Конечно! А вдруг он там и не заряжается вообще, а мы тут ждем? Или даже разряжается, «змеюка-то» сейчас внутри.

Волшебник откинул крышечку и достал стеклянный шарик. Быстро проверил заряд и с невозмутимым видом передал Мухогон Нику. Помощник глянул возмущенно, но спорить не стал. Сжал шарик в кулаке, сосредоточился, зажмурился…

В дверь постучали.

Ник едва не выронил шарик от неожиданности. Скай убрал шкатулку в саквояж и отправил Пита открывать. Кто требовал барских манер, тот пусть и бегает!

За дверью обнаружилась служанка.

– Господин волшебник Фаул изволит узнать, не желает ли господин волшебник Скай присоединиться к нему за поздним ужином?

Вот у господина волшебника Фаула проблем с барскими манерами явно не было.

Пит обернулся к Скаю, и тот обреченно кивнул.

Служанка, получив ответ, убежала.

Скай подошел к тусклому зеркалу, висящему над умывальным столиком, и принялся расчесывать волосы. Раз уж на то пошло, волшебник не обязан тотчас являться по первому зову. К тому же ему нужно было время. Имя Фаул было смутно знакомо, но сразу вспомнить не удалось. В памяти всплыл образ круглолицего юнца с жесткими волосами цвета пшеничной соломы. Точно, Недотепа Фаул – приятель Крея! Он был младше на пару курсов и вечно влипал в глупые истории. На взгляд Ская, Фаул был бестолковее многих из тех, кого Крей с презрением игнорировал, однако приятель почему-то позволял глупому юнцу путаться под ногами. Со званием «господин волшебник» образ Недотепы Фаула не увязывался совершенно, но ведь и времени прошло немало.

– Две трети, – торжественно провозгласил вернувшийся к своему занятию Ник. – Зарядилось!

Скай удовлетворенно кивнул.

– Давайте про нашу находку пока промолчим. Не знаю точно, но что-то мне в этой истории все равно не нравится.

Товарищи кивнули. Скай пригладил собранные в хвост волосы и отправился на поздний ужин.

Волшебник Фаул был уже не круглолиц, но волосы и бородка по-прежнему топорщились соломенной щеткой. Это было, пожалуй, все, что напоминало в этом достойном господине о прежнем Недотепе Фауле. Безупречный дорожный костюм, Гильдейский знак, вышитый золотыми нитками на лацкане камзола, массивные перстни на ухоженных пальцах – все говорило о достоинстве и успехе. Скай впервые порадовался, что по настоянию нанимателя полностью сменил гардероб перед поездкой.

– Скай! Рад тебя видеть! – казалось, Фаул и правда счастлив встретить старого знакомца. – А я-то думал, кто это увел моего мертвяка?

– Было ваше, стало наше, – развел руками Скай.

– Да не очень-то и хотелось, – рассмеялся Фаул. – Рассказывай, как сам? Давно ничего о тебе не слышал.

– Да все так же. Подустал от столицы, решил вот попытать удачи в Лареже. Ну и просто развеяться, там же всяко повеселее будет. А ты как?

– Да в Лареже тоже веселья не особо, если по нашей части. Ну разве что ты вдруг возлюбил балы и всякие светские увеселения… Тогда да – волшебников молодая аристократия чтит, от приглашений отбоя не будет. Ну и работенки по мелочи всегда много.

– То-то ты за мертвяком в такую даль поехал? – съехидничал Скай.

Фаул внезапно насторожился, даже помрачнел на миг, но тут же снова рассмеялся.

– Да я проверить кое-что хотел в тех краях, а тут как раз случай подвернулся. Но не в такую погоду, леший ее забери. Так что за мертвяка спасибо. Чего ему, кстати, надо было?

И снова Скаю показалось, что вопрос совсем не праздный и ответа Фаул ждет как-то чересчур внимательно.

– Еще бы они нам о таком рассказывали, – рассмеялся Скай в ответ. – Шарахался там да мычал. Видно, убийц искал.

– Еще и убийство?

– Ага, похоже разбойники постарались. Но это уже не по нашей части, я для дознавателя записульку оставил, вот пусть и разбираются.

– Точно, – Фаул покосился на окно.

Ставни были закрыты, но слышно было, как они пошатываются и скрипят под напором ветра.

– Пожалуй, я с тобой завтра вернусь в Лареж. Ты же не верхом? – с надеждой уточнил Фаул после недолгого молчания. – Меня по пути сюда чуть из седла не выдуло! Да и кобыла наемная, а теперь мне за эту поездочку городской почтмейстер не заплатит, само собой. Я бы тут ее сдал и с тобой уехал, если ты в экипаже.

– В экипаже, – кивнул Скай. – И для старого приятеля там найдется местечко.

– Замечательно! А угадай, кто еще из наших сейчас в Лареже?

– Э-э-э… – Скай знал, но решил не показывать осведомленность. – Вроде у старины Винга там родня?

– Не угадал. Винг нынче устроился в Югоре каким-то мелким клерком в тамошней Гильдии. Глядишь, через сто лет исправного протирания штанов карьеру сделает.

– Вот как? Не замечал за ним таких стремлений.

– Женился он, – рассмеялся Фаул. – Детей трое уже точно есть, может, и еще родились, не знаю. Тут уже не до подвигов, лишь бы жалованье в срок платили и домой к ужину возвращаться. Жаль парня, совсем еще молодой!

– Ну, жизнь после рождения детишек все-таки не заканчивается.

– Да какая же это жизнь-то! – почти возмутился Фаул. – Так, жалкое существование! На службе ты на побегушках у начальства, дома – на побегушках у жены, а в свободное время только и думаешь, как бы так улучшить заклятье тишины, чтоб весь дом накрыло, да наконец выспаться.

– Ты-то откуда знаешь? – удивился Скай.

– А у меня два старших брата и четыре младшеньких. Я на отца в детстве довольно насмотрелся. Сам такой глупости ни за что не совершу. Ну да хватит о грустном, ты же так и не угадал!

– Рейм? Он веселье любит.

– А, ну да, Рейм тоже в Лареже. Только мы с ним не виделись давно. Но раз уж его ты угадал, не буду тебя дальше мучить. Дружище Крей будет безумно рад тебя увидеть!

– О! – Скай очень надеялся, что его удивление похоже на искреннее. – Его-то как занесло в этот, как он сам выражался, «павлинятник»?

– Сам у него и выспросишь, – улыбнулся Фаул и зевнул. – Может, спать? Дорога трудная была, а завтра обратно трястись.