Арднер

— Физика? Это новый бог или сила? — она явно первый раз слышала это слово.

— Её изучают в школе и в университете на протяжение нескольких лет и мне будет сложно объяснить тебе вкратце. Считай, что это просто сила, — слабо улыбнулся я. — Вспомнил тебя. Прости, — вырвалось из моих уст.

— Это было в прошлом, — она вытерла слезы с глаз.

* * *

Невысокий деревянный храм предстал перед взором Арднера и трёх его компаньонов. Они направлялись к нему быстрым шагом. Навстречу вышли два монаха и хотели остановить их, но два рубящих удара секирами по головам быстро свело останавливающее действие на нет. Арднер открыл огромную деревянную дверь ударом ноги. Внутри находилось четыре девушки и семь мужчин. Прихвостни Арднера быстро всех поставили на колени. Тех, кто пытались сопротивляться, быстро усмиряли отрубанием конечностей. В основном кисти рук. Через пять минут наведения порядка в храме стало тихо. Были слышны всхлипы, тихий плачь, но ни криков, ни ругательств с проклятиями не прозвучало.

Арднер сел на скамью и обвёл всех взглядом. Подозвал к себе одного из шестёрок и прошептал ему на ухо: «Приведи настоятельницу храма ко мне». Услышав команду, прихвостень начал быстро опрашивать монахов, но не получив от них ответа, переключил внимание на монахинь. Девушки напугано всхлипывали, но продолжали молчать. Тогда подлец перешёл к жёстким мерам, со всей силы ударил самую молодую девушку сапогом в живот. Не выдержав насилия, из ряда резко встала женщина лет сорока.

— Хватит, — громко воскликнула она.

— Значит, ты и есть настоятельница храма, — тихо проговорил Арднер. — Хочу увидеть твоего бога света. Зови.

— Он тебе не мальчик на побегушках, — возразила она.

— Я слышал, что ваш бог приходит в самую трудную минуту, и как я понимаю, эта минута ещё не настала. Нет той самой трудности, — усмехнулся он. — Самое интересное, что смерть для вашего бога не является трудностью. Это же прямой путь к диалогу с ним. Может, подскажешь, как вам создать трудности? — Арднер явно пытался дать шанс настоятельнице.

— Убирайтесь отсюда, и наш бог вас не тронет, — грозно произнесла она.

— Никогда не понимал женщин. Откуда у вас столько храбрости при таких маленьких силах и не умениях сражаться на мечах? Вы как собаки, которые лают на медведя. Если медведь разозлится, то от собаки останется только хвост… — не успел закончить свою речь охотник на оборотней, как зашёл внутрь двухметровый сильный монах. Он осмотрелся и пошёл прямо на захватчиков.

— Босс, вы не справитесь с ним без оружия, да и с оружием… — не успел договорить один из прихвостней, как Арднер ударил ему кулаком в живот.

Здоровый монах снял с себя балахон и обнажил свои мускулы. Арднеру было плевать на все его физические данные. Охотник на оборотней снял с себя все ножны с оружием и даже кожаный доспех. Был только в штанах и сапогах. Размял мышцы и пошёл на монаха без страха и сомнения. От такого хода шестёрки просто открыли рот в неописуемом шоке. Монахини и монахи подняли головы и стали внимательно следить за поединком, так как от этого поединка зависела их жизнь.

Монах не стал ждать и нанёс первый удар с ноги в грудь противнику. Охотник это ожидал и сделав шаг влево, нанёс удар локтем в коленную чашку. Выбил коленную чашечку так, что все услышали этот хруст. Арднер нанёс четыре удара в бок здоровяку и один подлый в кадык. Монах встал на здоровое колено, пытаясь дышать. Его лицо мгновенно покраснело. Мощные руки пытались сделать что-то с кадыком, но хрящик так просто не вставить обратно. Охотник плюнул в сторону здоровяка. Его не устраивал такой быстрый исход.

Монах хватался за жизнь, за каждый глоток воздуха, но это было просто невыполнимо. Кряхтение и всхлипы разносились по храму вперемешку с противным смехом и выкрикиваниями шестёрок. Арднер подошёл к монаху и молниеносно впился двумя большими пальцами в глаза. Давил до тех пор, пока из глазниц не потекла кровь. Крика здоровяка не было слышно из-за повреждённого горла. Довольный охотник пнул в грудь замученного здоровяка. Монах дёргался в агонии на деревянном полу, пачкая его кровью. Арднер смотрел на эти мучения и считал, что это слишком просто и неинтересно. Сняв с себя штаны и насвистывая песню, он начал мочиться на поверженного противника. Закончив дело, застегнул пуговицу на штанах и медленно подошёл к своему оружию. Достал из ножен нож и вернулся к монаху, продолжая насвистывать мелодию, отрезал уши, затем нос и добил его, перерезав горло. Тело дёргалось минуту и окончательно затихло.

Убедившись, что монах больше не встанет, Арднер направился к одному из шестёрок, а именно к тому, кто сказал ему, что он не сможет одолеть этого монаха. Схватил его за шиворот и потянул на себя, ударив лбом в переносицу парню, затем схватил за челюсть и приблизил к себе.

— Ещё раз скажешь мне, что я не смогу кого-то одолеть, то… — Арднер быстро схватил его руку, освободив его челюсть, и приложил к столбу. Выхватив свободной рукой нож, вонзил в ладонь парню. — В следующий раз вместо твоей руки будут твои яички. Понял?

— Да, — сдерживаясь от боли, простонал шестёрка.

— Значит, мы определись кто тут у нас настоятельница храма? — он зловеще посмотрел на женщину. — Приведите её мне, — двое парней сразу приволокли её к охотнику и ударом по ногам поставили на колени.

— Делай, что хочешь, но наш бог тебя покарает, — она плюнула ему в лицо.

— Это замечательно, что ты дала добро на мои действия, так меня меньше будет мучить совесть, — и заржал, как конь.

Арднер начал срывать одежду с женщины на потеху остальным прихвостням. Один монах попытался напасть на охотника, но сильный удар в грудь отправил его в нокаут. Арднер улыбнулся и поставил женщину на четвереньки, задрал юбки и начал насиловать. Насиловал он её долго. Когда уставал сам, то её продолжали насиловать его шестёрки. Про других девушек они не забыли. В течение трёх часов квартет насиловал девушек чем только было возможно. Сначала было в пределах людских утех, но когда достигали физического истощения, то в ход шли все продолговатые предметы. Даже черенки от вил и лопат.

И вот спустя три часа Арднеру всё это наскучило. Он сидел на скамье, курил самокрутку и смотрел на голых монахинь, которые тихо плакали, забившись в углу, истекая кровью из промежности. Парень с пробитой ладонью пытался присунуть свой стручок молодой монахине, но ничего не получалось. Два других помощника лежали на полу в алкогольном опьянении и разговаривали по душам между собой. Монахи были все без сознания, так как много раз пытались помочь своим сёстрам. Но все попытки были тщетны.

— Им надо охладиться, — громко произнёс охотник и кинул самокрутку в шестёрку, который наяривал свой причиндал с надеждой на чудо.

— Там же снег. Мороз в конце концов, — напомнил один из помощников.

— Так даже будет лучше, — довольный произнёс Арднер.

Три помощника вывели четырёх монахинь на белый снег. Когда они открыли двери, то увидели много жителей с ближайшей деревни. Они даже встали в ступор, как бы их не сожгли на костре за такое богохульство, но приказ главного выполнили и пинками отправили девушек на холодный снег.

— Босс, там жители пришли, — с дрожью в голосе известил один из шестёрок Арднера.

— И что? — недовольно спросил охотник. — Нам надо в путь. Сегодня первая ночь полнолуния и нельзя опаздывать на рандеву с оборотнем. Слушайте меня, черти. Эти поскуды пусть мёрзнут на холоде, а этих кретинов, — указал на монахов. — Сжечь вместе с храмом. Привяжите их к столбам, предварительно сняв с них всю одежду. Говорят, им в раю выдают белые балахоны. Пусть проверят.

* * *

— У тебя были все доводы, чтобы оставить меня гнить в лесу под дождём.

— Были. И я хотела это сделать. Но вот твой поступок перевесил всё то зло, которое ты причинил мне… Говорю же, что никто не смог выстоять против двух братьев, а они намного опаснее тебя. Рано или поздно бог тебя накажет, но пока живи. Возможно ты исправишься, — она подошла к столу и налила из графина воду, поставила возле меня. — Тебя, кстати, искал Костнер, — произнесла она слегка улыбнувшись.

— Ты знаешь Костнера? — удивился я.

— С чего ты так решил?

— Всё просто. Ты произнесла его имя с улыбкой и сиянием в глазах. Старый знакомый? — умею я обращать внимание на мелкие детали.

— Вместе учились в столице много лет назад. Потом наши пути разошлись…

— Старая любовь, — шёпотом произнёс я. — Где его искать?

— В деревне в четырёх километрах к северу.

— Сколько я тут? — забыл задать самый на сущий вопрос для меня.

— Пару дней, — она вытерла слезы с глаз и посмотрела на меня. — Возможно, я ошибаюсь, но ты изменился. Я не вижу тебя тем, кем ты был пару лет назад. В тебе что-то изменилось. В твоих глазах нет той злости и яда… Что с тобой произошло? — она пыталась найти в моих глазах что-то.

— Время меняет людей, — выдал философскую цитату из очередной книги для тех, кому не хватает простой жизни. — Мне нужно идти. Спасибо за лечение и реабилитацию, но мне кажется, что я тут немного задержался…

— Сейчас глубокая ночь, — женщина села около меня.

— Ты права, — я положил свою руку на её руку. — Ты права…

Глава 12

«Веселей дорога»

Я покинул целительницу рано утром с первыми криками петухов. Как выяснилось под утро, всю мою экипировку и амуницию забрал Костнер, и теперь точно придётся топать в соседнюю деревню. Вышел на порог дома и моментально нашёл конюшню. Местный конюх уже приготовил моего коня, и тот радостно поскакал ко мне. Подойдя, заржал и боднул меня головой. Я в ответ погладил его по шее и тоже боднул головой. Снял удила, так как мне не требовалось полное послушание коня. Показав конюху приспособление, положил на ближайший чурбан. Тот молча кивнул головой. Я ловко взобрался на коня и прошептал тихо: «Вперёд». Санта рысью поскакал на север, в сторону нужной мне деревни.

Найти Костнера оказалось просто. Первый встречный на вопрос: «Не видал тут здорового мужика?», сразу указал в сторону трактира. Санту я привязал к столбу возле трактира, а сам вошёл внутрь. Увидеть трактир в современном виде в моём понимании я уж точно не ожидал, но этот трактир был намного уютнее и приятнее. Огромный светлый зал за счёт обшивки стен из светлого дерева. Большие окна с открытыми деревянными ставнями давали больше солнечного света. Длинные дубовые столы были расставлены так, как расставляют в столовках моего мира. Рядами поперёк стен, освобождая путь от главной двери до стойки. Рядов было десять, что очень много для небольшой деревушки. Хотя, как я помню, деревня является самым ближайшим поселением к тракту. Был я тут один раз, точнее не я.

Костнер сидел в самом углу и что-то с аппетитом уплетал. В моём животе предательски заурчало. Думаю, что ел я точно пару дней назад, не меньше. Подсел к нему. Посмотрел на его трапезу, и меня чуть не вырвало. Непонятная рыба с яичницей и местное «Элитное» пиво, от которого точно в туалет приспичит в ближайшие полчаса.

— Думаешь, кто нам попадётся на пути: вампир или оборотень? — взял в руки здешнее меню. Более привлекательными мне показались яичница, хлеб и квас. Жестом подозвал к себе милую девушку и указал на позиции в меню, она без слов поняла и ушла.

— Вампир или оборотень? — не понял Костнер и повторно назвал значимых нежелательных гостей на нашем пути. — Сейчас солнечная погода, они все спят или работают на полях. Шутки у тебя не очень смешные.

— Шутки не смешные? — мне даже стало смешно. — Или, может, не настолько умён для их понимания?

— В моих краях есть поговорка: «Кулак сильнее слов», — здоровяк сжал ладонь в кулак, подтверждая свои слова.

— Есть лучшая интерпретация твоей поговорки: «Сила есть — ума не надо», — я улыбнулся, так как в это время принесли мой заказ. — Ты же угощаешь?

— С чего бы? — возмутился собеседник.

— Кто-то так заботливо забрал всё моё, — я не стал перечислять прилюдно.

— Сколько? — не стал спорить Костнер и просто обратился к девушке.

— Четыре медные монеты, — робко ответила она.

— Одна серебряная монета, — Костнер решил меня медленно перевести из одного социального слоя в другой, который чуть ниже. — И ещё одна серебряная монета за обслуживание, — он демонстративно достал две серебряные монеты из моего кошелька и вручил девушке. Она приняла столь большую сумму, поклонилась и с улыбкой вприпрыжку удалилась за стойку.

— Как приятно быть щедрым, когда не твои деньги. Случайно не состоишь в благотворительных организациях?

— Есть благотворительные организации? — сильно удивился здоровяк.

— Ага, но видимо не в этом мире, — шёпотом произнёс фразу.

— Почему ты решил идти один на двух самых сильных и опасных боевых магов в королевстве? — спросил Костнер, когда в зале никого не было.

— Мне нужно было задать им пару вопросов, — с лёгкостью ответил я.

— Задать пару вопросов самым разыскиваемым людям во всём королевстве? Тем, за чьи головы назначено огромное вознаграждение? Я правильно понимаю?

— Вроде бы да.

— На что ты надеялся? — он понял, что искать смысл в моих действиях нет сил и времени.

— На информацию. И я её достал, — улыбнулся и ловко забрал своё кошелёк со стола, который лежал возле собеседника.

— Знаешь, я и не удивлён, — поднял руки Костнер. — Это в твоём стиле. Мне много раз рассказывали про тебя разные истории. Выбить информацию с помощью пыток до смерти? Да без проблем. Вырезать полдеревни ради красивого коня? Пустяк. Снять кожу заживо с человека за подозрение в помощи оборотням? Чуть не каждый месяц проводишь подобные мероприятия. Твои действия давно не подаются никакому логическому объяснению. Только лояльность короля была для тебя сильным щитом до поры до времени.

— До поры до времени? — теперь понятно, почему меня граф публично казнил. Не побоялся такой выходки.

— Неделю назад король сменился. Теперь его сын взошёл на престол. Ты разве не слышал?

— Нет. Видимо, был на очередной казни. Причём на собственной.

— Хорошо. Что за информация?

— Город Изгоев, — кратко ответил я.

— Они прям так сказали? — скептически спросил Костнер.

— Да, — не буду же я рассказывать, что вся моя информация — это просто догадки. — Нам надо в путь, — я уже доел свой завтрак, да и собеседник тоже.

— Ага, — мрачно произнёс он.

Костнер выдал всю мою амуницию, и я быстро экипировался. Также закупились провизией в трактире. Теперь уже я дал девушке три серебряные монеты после быстрого секса в её комнате, пока Костнер ходил к целительнице за якобы травами. Я, естественно сделал вид, что поверил. Когда он пришёл, то объяснил, что дорога займёт два дня. На пути будет ещё одна деревушка, там можно пополнить провизию. И вот, спустя почти час, мы выдвинулись в дорогу.

Провожать нас никто не вышел. Обидно немного, но это, наверное, говорит мой маленький ЧСВ-шный дружок внутри меня. Погода была солнечной, и это главное, так как дожди не вселяли радости, особенно в пути. Скакали мы молча, так как надрывать глотки никто не хотел, пытаясь перекричать топот копыт лошадей. Да к тому же опасно говорить в полный голос на тракте, где могут находиться не только разбойники, но и твари поопаснее.

И только солнце начало близиться к горизонту, как на нашем пути образовалось местное ДТП без участия второго водителя, а именно: повозка со сломанным колесом и без лошадей. Странно всё это. Старик пытался починить колесо, но на мой взгляд колесо не починить. Нельзя починить то, что легко можно сложить в охапку дров. Деревянные спицы поломаны, а обод лопнут на три части. Даже железный обод тут не поможет. «Синяя изолента точно бы помогла» — всплыла в голове шутка, но, жаль, её никто не поймёт.

— Надо помочь мужику, — произнёс Костнер, когда остановил свою лошадь.

— Уверен? — вспомнился мне эпизод с автоподставой в родном городе. Не повезло автоподставщикам, так как они не на того нарвались. Я присмотрелся и увидел некоторые детали, которые вызывали у меня вопросы.

— Почему ты такая бесчувственная скотина? — здоровяк ударил пятками по бокам лошади, и та помчалась к повозке.

— Останови её, — приказал я Санте, тот заржал, и лошадь Костнера развернулась и снова встала возле нас.

— Это было странно, — он недоверчиво посмотрел на свою лошадь. — Ты мне явно что-то хочешь сказать?

— Резво ты поскакал на своей лошади помогать мужику, мой сердобольный меценат.

— Я уже привык к твоим новым словечкам, но почему ты заставил своего коня вернуть мою лошадь? — по лицу Костнера читалась только ярость.

— Присмотрись внимательнее и скажи мне, а действительно мужику нужна помощь?

— У его повозки сломано колесо и, если не починить до захода солнца, то его явно сожрут волки или вампиры. Ему нужна наша помощь…

— Где его лошади? — задал наводящий вопрос. Должен же этот здоровяк мыслить критически, или тут никто такое не практикует?

— Может отпустил для выгула? Я откуда знаю?

— С одной стороны логично, а с другой стороны нет. Я с пятидесяти метров вижу, что нет никаких следов от копыт возле телеги, хотя вчера был дождь — это заметно по некоторым участкам дороги. Либо этот мужик со вчерашнего дня тут торчит и лошадей вчера отпустил, либо это обычная засада на мамонта, а точнее, на лоха. Какая версия тебе нравится больше?

— Та, которая со вчерашним днём, — почесал затылок он. — Думаешь, что всё-таки засада?

— Как ты дожил до своих лет? Ещё решил поучаствовать в охоте на высших оборотней. Включай нюх и скажи мне, сколько спряталось людей? — я успел заметить пятерых в лесу и троих в кустах. Уже минимум восемь человек. Серьёзная засада.

— Слишком много запахов. В человеческом обличье сложно улавливать запахи. С чего ты решил, что тут всё-таки засада?

— Есть у солнца одно хорошее свойство, — начал я демонстрировать свои научные познания. — Оно хорошо отсвечивается от предметов, особенно от металла. На дереве в лесу спрятался лучник. Его выдал наконечник от стрелы, которая так неудачно блеснула. Зная стратегию засады, то, возможно, разбойников больше. Я успел насчитать восемь человек.

— Тогда я разберусь с ними сам, — Костнер спрыгнул с лошади и начал убирать оружие в сумки, закинутые на лошадь.

— Ещё нет ночи, да и полнолуние прошло, — решил напомнить я ему. — Тем более, что мы точно не знаем сколько их. Представь, что будет, если хотя бы один выживший сбежит с воплями об оборотне, который не должен существовать без полной луны? Паника и хаос в ближайших окрестностях. Ещё не факт, что они тебя не знают. Что-то мне подсказывает, что тут среди разбойников есть эльфы, а у них острое зрение. Предлагаю следующий вариант событий, если ты готов его услышать, — в последнее время стал чересчур гуманным для охотника на оборотней и слишком жестоким для агента.

— Хорошо, — согласился здоровяк и на всякий случай сложил оружие и снял кожаный доспех. — Второй вариант в любом случае есть. Ты же понимаешь, что разбойники редко оставляют кого-то в живых на трактах?

— Всё будет хорошо, а если нет, то у тебя будет сытный обед, — улыбнулся я.

Спешился и пошёл к мужику, который так старательно делал вид, что чинит колесо. Меч пришлось оставить с конём, так как его наличие было бы подозрительным. Придётся орудовать кинжалом и надеяться на оборотня. Мужик увидел приближающегося меня. Да кому я вру? Он давно нас заметил и просто ждал. Подойдя ближе, горе-крестьянин встал и выпрямился. Окинув его беглым взглядом, я не нашёл у него никакого оружия, кроме зубила, но им не успеешь провести прямую атаку. Двухметровый накачанный амбал смотрел на меня свысока. Надеюсь, что эти данные у него от природы, а не от того, что он много жрёт и тягает железо, ну или брёвна на худой конец.