Волк 5: Лихие 90-е

— Прокатимся? — предложил я, думая, что он хочет поговорить наедине. — Соляры много, можно поездить. Потом к Жене заскочим.

— Да, — он оживился и поднялся, не допив чай.

— Деда, Жени сегодня и, наверное, завтра не будет, — сказал я, глянув в окно. — Потом посмотрим, нам ещё в Читу с ним надо ехать, если у него здоровье позволит. Поглядывай у него за домом, что так звони мне. Его долго держать не будут, оклемается, бык здоровый.

— Погляжу, Максим.

Я вышел на улицу, уселся на водительское место паджерика и глянул на брата. Тот сел на переднее сидение, посмотрел на магнитолу, но ничего включать не стал.

— Значит, в тебя в упор из обреза пальнули? — спросил он, уставившись на меня.

— Пять метров, Женька прикрыл. А у него броник был.

— Какой?

Я показал на заднее сидение, как раз захватил жилет с собой. Решил носить какое-то время. Мало ли, а то короткое затишье в городе закончилось, стволов у нас ещё не было, а сейчас стало прохладно, так что в жилете будет нежарко. Надо закупить ещё несколько таких же, когда подпишем контракт.

— Класс! — Кирилл потыкал жилет пальцем и снова помрачнел.

— Чего такое, Кирюх?

— Глеб приехал с отцом, — он выдохнул через нос. — Надо с ним поговорить. Он звонил мне сам. Типа прощения просить, но да иди он нахрен! Только встретиться с ним всё равно надо.

— Погнали, — я завёл двигатель. — Закроем вопрос, чтобы это не повторилось. Хорош уже, мне надоело уже к вам всем в больницу ездить. Ты со Славкой, теперь и Женя.

Кирилл усмехнулся.

— Только это я с ним поговорить должен, — сказал он. — Так правильнее. А ты тогда…

— Прикрою, — я хмыкнул. — Не переживай, нормально всё будет. Но почему так решил?

— Просто ты сам со всем справляешься, — он посмотрел на меня. — За это лето и с Крюковым говорил, и с Черепом, и даже с Душманом! Тебя и братва искала, и Майор, а ты всё справляешь. И фирма своя теперь есть. Я тоже… думаю, — Кирилл замялся. — Надо, короче, как-то как ты, учиться говорить. И все проблемы решать самому. По серьёзному, а не у тебя за спиной прятаться. Вот, — он выдохнул.

— Ну да. Учись жить по-взрослому. Но если что, старшего брата звать на помощь не западло, сам знаешь. Я-то тебя точно не оставлю.

— Я же с ним тусовался раньше. Вот мне и решать, что делать дальше, и базарить надо самому. Да же?

— Договорились, — я кивнул и пожал ему руку.

Пусть говорит сам, раз так хочет, а я пригляжу. Родителей не стало давно, нас воспитывал дед, а Кирилл смотрел на меня, как на пример для подражания. И если в прошлый раз я давал брату хреновый пример, но в этот раз я исправился.

По правде, я едва держался, ведь снова обозлился, вспомнив, как этот Глеб, так называемый «друг» Кирилла, нанял какую-то хлебозаводскую шпану, чтобы избили его из-за девушки. И у меня были серьёзные основания полагать, что именно этот парень испортил тормоза во время моей первой жизни, и Кирилл погиб. В любом случае та тачка разбита, и эта история не повторится. А всё остальное нужно проконтролировать.

«Стрелка» была во дворе дома этого Глеба, как раз на границе между районом хлебозавода и «черёмушками». Недалеко отсюда били Кирилла, и где-то поблизости тот парень на свою беду невовремя сходил в магазин.

Я остановил машину. Во дворе был всего один мальчишка, высокий и сутулый, в очках, он сидел за деревянным столиком под грибком.

— Если что, зови, — сказал я. — Научу его, как друзей подставлять.

Кирилл кивнул, вышел, подошёл к столику, но руку в ответ жать не стал. Тот что-то оправдывался, Кирилл слушал, потом говорил со спокойным, но серьёзным видом. Я даже засмотрелся, ведь брат, даже сам того не понимая, копировал мою позу, да и при разговоре наверняка использовал мои интонации. Но его решение я уважал, так что пока не лез, только в конце скажу одну вещь.

Пока же позвонил на вторую мобилу нашей конторы, которая была у Лёни, узнал, как там Женя, ну и всё остальное. Женя уже очнулся, я слышал, как они со Славой подкалывают друг друга. От сердца отлегло, всё с ним хорошо.

А разговор пацанов уже заканчивался. Кирилл поднялся и отвернулся. Он даже пальцем не прикоснулся к Глебу, но вид у второго такой, будто получил по башке ногой. Я вылез и закрыл дверь машины.

— Всего раз скажу, Кирюха, — произнёс я и подошёл ближе к Глебу, смотря ему в глаза через очки. — Тогда ты нашёл какую-то шпану, мы их разогнали. Если повторится что-то подобное… если кто-то кирпичом ударит, с ножом подберётся, если даже шина лопнет или тормоза не сработают, я к тебе приду. Ещё никто, кто на нас наезжал, не получил взамен. Запомни это навсегда.

Жалобные оправдания сопляка, что он не подумал, что творит, я слушать не стал. С Кириллом сели в машину, он вздохнул.

— Как я с ним раньше тусил? — со злостью спросил Кирилл. — Ссыкло это, в натуре, чёрт. Даже бить такого западло. Я тут для него… ладно, я всё, Макся. Куда теперь?

— Погнали к Жене, — сказал я. — Чего-нибудь ему возьмём, и посидим, чтобы не скучал. Ну а пока, — я остановился на обочине и вылез. — Садись.

— Можно?

— Конечно. Только сильно не гони, я тебе давно уже говорил.

— Конечно, я же обещал.

Съехали с трассы в поле, погоняли по просёлочной дороге, чтобы не тормознули гаишники. Кирилл вошёл в раж, резво переключал передачи и хорошо держался в колее.

— Не гони, — сказал я, поглядывая на него. — По луже тоже осторожно, мало ли что там лежит в воде, проволока или камень острый. И габариты пока не чуешь.

— Да я не гоню, — Кирилл выворачивал руль, объезжая огромную лужу.

— В Читу поедешь с нами? — спросил я. — Мы тут на следующей неделе хотим, если Женька в себя придёт.

— Конечно! Давно хотел съездить, а то мы тогда с дедом всего на день приехали. Даже не походили нигде.

— Вот и договорились… стой!

Поздно, застряли в яме, колесо прокручивалась, разбрасывая грязюку. Благо в багажнике лежала доска как раз на такие случаи. Я подложил её под колесо, и осторожно вывел джип из ямы.

— Блин, не хотел, Макся, — оправдывался Кирилл.

— Да ладно, бывает. Погнали дальше.

* * *

Этим вечером, Новозаводск, улица Ленина

Операцию организовали быстро. Она рискованная, и чтобы никто не сдал, о ней знали только Крюков, Душман, Студент и бывший армейский снайпер из бригады Душмана, молчаливый мужик по прозвищу Морж. Его так прозвали из-за густых усов как у моржа.

Но дело своё он знал. В пустой однокомнатной квартире, которую давно забрал за долги ещё Фрол, Морж спокойно собрал Винторез, молча приоткрыл окно и встал на позицию, ожидая цели.

С другой стороны, через дорогу, был ещё один жилой дом. У второго подъезда остановился чёрный мерседес, из него вылез охранник. Студент, сидящий внизу в старой серой ниве, посмотрел в бинокль. Охрана — типичные быки, нет никого из молодых, кто мог быть боевиком из команды покойного Богатова.

Где этот Мишаня, о котором говорили многие, кто наезжал на точки, никто не знал. А ведь этот Мишаня доставил проблем, особенно со стрельбой. И если во вчерашней, где Волков и его друган пришли к девке, и отбились сами, то за утренний случай, где завалили непричастного, менты прессовали жёстко.

Душман намекнул, что было бы неплохо этого Мишаню отдать ментам, чтобы они отстали. Только хитрый вояка где-то прятался, как и Богатов в своё время.

Но сегодняшнее задание было конкретным. Цель обречена.

Дверь подъезда открылась, вышел Лука в чёрном деловом костюме, чёрной рубашке и галстуке. На шее чёрный шёлковый шарф. Он пошёл к своему мерсу, но раздался всего один негромкий хлопок. Лука упал навзничь, телохранители напрыгнули на него сверху. Какая-то женщина заорала от страха.

Готов, Душман говорил, что Морж не промахивается. Студент объехал двор на ниве, которую взял для дела, и остановился у нужного подъезда. Морж спокойно вышел, держа в руках футляр от гитары, и сел на заднее сидение.

— Наглухо? — спросил Студент.

Тот кивнул. Машина выехала со двора и скрылась в проулке за магазином.

* * *

Рано утром в понедельник я приехал в контору. Думал, никого не будет, но ещё за полчаса до открытия в курилке сидела целая толпа из новых и старых сотрудников. Все уставились на меня.

— На всякий случай объявлю перед всеми, — сказал я. — Вопрос с РУОП, который приходил в четверг вечером, мы решили. Женя в порядке, но ещё в больнице, долго лежать не будет. Скоро мне надо будет ехать в Читу подписывать контракт и ещё для одного дела.

— Мне с тобой? — спросил Лёня.

— Ты за главного. В конторе всегда должен быть кто-то из троих старших, я, ты или Женька. Потом, может, и ещё кто-нибудь будет.

Ехать я собирался на своей машине. На поезде комфортнее, но назад повезём с собой оружие, а переживать из-за него в поезде я не хотел. Мало ли что там случится, а на машине можно добраться всего за шесть часов.

Насчёт Жени я пока не знал. Он чувствовал себя в порядке, и две недели, как Слава тогда, лежать не будет. Если бы я там не бегал и не суетился, дробь из него вообще бы доставали с местным наркозом, а сломанное ребро не повод для полной госпитализации. Но я заплатил, поэтому сервис был лучше.

В любом случае, в таких условиях был положен больничный, и беспокоить раненого я не хотел. На крайний случай я бы мог сделать ответственным за оружие Славу, с ним и поехать. В пушках понимали многие, можно было ещё взять бывшего капитана Машукова. Заодно присмотреться к нему получше, стоит ли ему доверять что-то более серьёзное. Вот только в бумагах на оружие разбирался один Женя, надо будет кого-то срочно обучать.

Когда сидел у себя в кабинете, изо всех помещений раздались громогласные крики и рукоплескания. Я вышел на шум. У двери стоял Женя, немного смущённый всеобщим вниманием, остальные ему хлопали. Я хотел ему купить трость, но не было, пришлось принести ему костыль. В ногу попала всего одна дробинка, так что Женя прихрамывал.

— Смотрите-ка, кто вернулся, — с усмешкой произнёс Слава. — Закрыл шефа от пуль, и пришёл работать дальше.

— А чтобы никто в моё хозяйство не лез своими руками, — Женя торопливо откашлялся. — Имею в виду, чтобы мои пушки никто не трогал, пока я не разрешу, кхе! Знаешь, сколько с ними бумажной работы? Принять, перевезти, а потом ещё вам выдавать под учёт. А то я вас знаю, пацаны, не сломаете, так потеряете, как в том анекдоте.

Все засмеялись, а я поманил Женю в кабинет. Он зашёл ко мне и уселся в кресло.

— Рвём в Читу? — с энтузиазмом спросил он.

— Слушай, старик, я не имею права тебя заставлять, — сказал я. — Ты пострадал, тебя лежать надо. Больничный без проблем получишь.

— Отлежусь ещё, — он помотал головой. — Просто тяжести пусть кто-то другой таскает, и нормально. А я так, отсижусь, да бумажки подписывать буду. Вон, Петьку можно взять, он бык здоровый, пусть таскает.

— Ладно. Едем мы с тобой, я беру Кирилла, обещал ему. И наверное, возьму капитана Машукова.

— И Славку ещё?

— Да, а Лёня останется, он ответственный за контору. Деду скажу, чтобы и дальше у тебя за домом смотрел. А на речку, — я поднялся. — Потом съездим, в следующие выходные. Надеюсь, ещё не совсем холодно будет.

В тот же день мы поехать не смогли, была куча дел с милицией, показаниями, с ФСБ и прочим. Так что Женю я отправил домой лежать ещё два дня, несмотря на его протесты.

Ранним утром в среду мы поехали на моём паджерике по трассе прямо в Читу. Хорошо, что джип просторный, на заднем сидение не тесно. На улице было тепло, окна мы открыли. Из магнитолы играла «Агата Кристи», Женя взахлёб рассказывал о недавнем случае в магазине, а я следил за дорогой. Было совсем недалеко до кафе, за которым начинался поворот к Новозаводску, как мы увидели Уазик с надписью ДПС на борту.

— Хоть бы дали проехать, — тихо сказал Женя.

— Вряд ли, — произнёс я. — Вон как он на нас смотрит.

Так и вышло. Усатый мужик в форме заметил нас давно, и когда мы подъехали ближе, взмахнул полосатым жезлом и показал на обочину.

* * *

Тем временем, Новозаводск

— Ночью спокойно было, — сказал Танкист, который сидел за рулём Лэнд Крузера Студента. — Никто не наезжал.

— Жаль, — произнёс Студент. — Так бы их потрепали.

Пивзавод готовился к нападению, поэтому в городе, держась подальше от усиленных нарядов милиции, дежурили вооружённые группы, которые должны были крепко ответить тем, кто наезжал на точки.

Возможно, на это повлияла внезапная гибель Луки. Только Душман не расслаблялся, а Студент уже давно понял, что старый бандит, который всегда врёт о том, чем занимался раньше, ошибается редко. Раз он на взводе, то и самому надо следить по сторонам. Поэтому он и брал с собой Танкиста на всякий пожарный. Ну и чтобы тот делал для него всякую мелочь.

— Сгоняй за сигаретами, — сказал Студент, когда они остановились у очередной точки. — ЛМ красный.

Танкист молча вылез и зашёл в магазин. Оттуда выходили спокойные покупатели, так что и сюда никто не наехал. Студент достал последнюю сигарету, но не прикурил.

Из-за угла вышла толпа парней в спортивных куртках и направилась к крузаку. Вид серьёзный… и очень знакомый. Те самые, которые тогда явились на стрелку, но съехали. Никак расхрабрились? Тем хуже для них. Вот только их много, и они явно злые.

Студент глянул на водительское место.

— Мать твою, — тихо выругался он. Танкист забрал ключи. Хоть бы ствол он не забыл и догадался выглянуть наружу.

Студент открыл окно и убрал руку за пазуху. Толпа обступила машину. Взгляды недобрые.

— Ну чё? — спросил Студент, выглядывая из окна. — Бабки никак принесли?

— Нет, — высокий белобрысый парень недобро посмотрел на Студента. — Мы…

— Ты кого тогда чертями назвал, мудила? — агрессивно спросил другой, рыжий, и тут же добавил: — Валим его!

Толпа ринулась на машину, будто только и ждали приказа.

Глава 3

Новозаводск

Студент начал доставать пистолет из кобуры под кожанкой, но не успел. Не закрытое до конца стекло со стороны пассажира разбили битой. Белобрысый схватил его за правую руку и потянул на себя через окно, а рыжий за левую, остальные помогали вытаскивать.

Беретта куда-то выпала. Кто-то дёргал ручку двери, не догадываясь дотянуться и снять блокировку. Раздался ещё звон битого стекла с другой стороны, это какой-то придурок бил молотком лобовое стекло крузака, другой дырявил капот ломом. Кто-то сбил зеркало битой и теперь примерялся к самому Студенту, но толпа вокруг мешала.

— Где нож, ***? — прокричал кто-то рядом с ухом. — Тащи по-бырому!