Случай в Джунглях

Пошли дальше, вдоль берега реки. Иногда им попадались песчаные отмели, по которым можно было идти быстрее, иногда путь им преграждали густые заросли лиан, в которых приходилось прорубать дорогу ножом, или обходить кругом по лесу. Тогда их продвижение замедлялось. Солнце сильно палило, и идти было жарко.

Они прошли около двух километров, когда далеко впереди, за зарослями, послышался какой-то шум и голоса. Джим и Том остановились и стали прислушиваться, на всякий случай приготовив оружие. Дикарка потянула ноздрями воздух, потом сказала:

— Там остановился большой отряд, или солдаты, или партизаны. Скорее всего, партизаны.

— Почему ты так решила? — спросил Джим.

— Партизаны курят дешевый табак, из самокруток, а солдаты покупают сигареты, пахнет по-разному, — пояснила девушка.

— Кроме того, — добавила она, — от солдат пóтом на километр пахнет.

Джим непроизвольно понюхал свою солдатскую куртку, тоже насквозь промокшую от пота, и подумал, что надо будет при первом удобном случае помыться.

— Пойдем вперед, посмотрим. — сказал Джим.

Том недоверчиво покосился на диверсантку, и сказал

— А она им нас не выдаст?

Джим задумался, не зная как ответить. Он сам был почему-то уверен что девушка не станет их намеренно выдавать, но не знал как это лучше выразить. Он посмотрел на девушку, как бы ожидая подтверждения.

— Вы меня из завала спасли, — сказала девушка, — за это я помогу вам живыми до города добраться.

Джим счел что этого достаточно, и пошел вперед первым. За ним неохотно пошел Том. Девушка следовала за ними.

Когда друзья осторожно выглянули из зарослей, они увидели на берегу отряд мятежников, не меньше тридцати человек. Одни вытаскивали из лодок снаряжение, другие расчищали место для палаток. Видимо, партизаны собирались устроить здесь лагерь.

— Будем вступать с ними в бой? — спросил Том.

Джим покачал головой. Было конечно заманчиво посчитаться с мятежниками за убитых товарищей, кроме того у партизан были лодки, и неплохо было бы отбить у них хоть одну. Но врагов было слишком много. И к тому же, у Джима с Томом было другое задание, нехорошо было бы сейчас им погибнуть.

Том заметил, что девушка напряглась, как пантера перед прыжком, как будто она приготовилась к схватке. Только непонятно было, на чьей она стороне. Том забеспокоился, ведь стоило ей только крикнуть — и они с Джимом погибли. Но тут девушка вдруг сказала:

— А давайте, вы спрячетесь вон там, а я выйду из кустов и отвлеку их внимание. Они все на меня смотреть будут. А вы их всех расстреляете.

— А ты что будешь делать? — спросил Том.

— Убегу, когда стрельба начнется, — ответила она.

Джим с Томом оторопели от такого дерзкого предложения. Но все таки Джиму оно не понравилось. Он отрицательно покачал головой и сказал:

— Не стоит. Просто обойдем их со стороны леса, и пойдем дальше вдоль берега.

Джим подумал, что есть же и на войне хоть какие-то правила. Пусть дикари используют голых женщин как приманку, а он до такого опускаться не станет.

Девушка поглядела разочарованно, как будто ее лишили любимого развлечения, но спорить не стала.

Джим поднялся и осторожно двинулся под прикрытием зарослей, вдоль опушки леса, обходя лагерь партизан. За ним пошли Том и дикарка. Они обогнули лагерь врагов, и двинулись дальше вдоль реки по берегу.

За день, до темноты, успели пройти километров десять. Все ужасно устали. Когда начало темнеть, сели под деревом и стали устраиваться на ночлег.

Костер разводить не решились, опасаясь что их могут заметить. На ужин Джим с Томом достали сухие пайки, распаковали и стали есть, запивая водой из фляжек. Один такой паек дали дикарке. Она развернула упаковку, и с неудовольствием пожевала содержимое.

Сухой солдатский паек был по вкусу не лучше, чем подметка от ботинка. Потом пренебрежительно сказала:

— И как только вы это едите?

— Да, есть сухой паек это не очень вкусно, — со вздохом согласился Джим.

Он повертел в руках упаковку от пайка, и попытался прочитать что на нем было написано.

— Зато паек содержит все необходимые нам в походе витамины и эти, как их, микроэлементы, — солидно добавил Джим.

— А что такое микроэлементы? — спросила дикарка наивным тоном.

— Не знаю, — признался Джим, — это что-то такое, что содержится в этих пайках.

— Тогда откуда же ты знаешь, что они тебе необходимы, — съязвила девушка.

Потом она помолчала, и вдруг спросила:

— А сгущенки у тебя с собой нет?

— Есть, — сказал озадаченный Джим.

Он полез в рюкзак, вытащил банку сгущенки и протянул девушке. Та ловко открыла, и начала с аппетитом есть сгущенку, не пользуясь ложкой, зачерпывая пальцами прямо из банки, а потом их облизывая.

Это выглядело так комично, что Джим с Томом расхохотались.

— Почему вы смеетесь? — спросила дикарка.

— Ничего, — сказал Джим немного успокоившись, — просто у нас девушки тоже очень любят сладкое есть.

Джим подумал, что хоть в этом, сидевшая с ними дикарка была похожа на обыкновенную городскую девушку. Они все любят сладкое.

— А что еще у вас девушки любят? — с интересом спросила дикарка.

— Ну, — подумав, сказал Джим, — Еще они одеваться красиво любят.

— А зачем им одеваться? — сказала девушка, — в джунглях, например, лучше совсем не одеваться. Под вашей городской одеждой жарко, и муравьи залезают и кусают.

— А тебя будто не кусают, — сказал Джим.

— А меня — нет, — отрезала та.

Том подумал, что девушка просто нарочно издевается над ними, разыгрывая из себя “наивную дикарку”. Девушка была, на самом деле, опытная шпионка и диверсантка. Она была далеко не такая дура, как изображала. Просто, ее наверно учили входить в роль, и никогда не показывать своих истинных знаний, это было ее второй натурой. Она — то как раз знала, что такое эти микроэлементы, и для чего они необходимы.

Еще Том подумал, что там, в армии мятежников, она почти наверняка имела офицерское звание. А ее зарплата, там, наверняка была больше, чем у него и у Джима, вместе взятых.

Если только она сумеет добраться туда к мятежникам живой, и получить свою огромную зарплату, язвительно подумал Том.

Глава 8

Ночью в лесу стало прохладно. Дикарка уснула прямо лежа на траве. Джим и Том сидели, прислонившись спиной к дереву в промокших за день гимнастерках. Но в конце концов уснули и они.

Когда Том проснулся утром, спина затекла от сидения всю ночь опираясь на дерево, а все тело чесалось от укусов муравьёв которые забирались под одежду. Том встал и сделал несколько разминочных движений. Скоро поднялся и Джим.

Дикарки нигде не было видно. Том уже с облегчением подумал, что она сбежала. Но девушка вскоре появилась. Оказалось, что она ходила на реку умываться, и попить воды.

Джим и Том позавтракали сухим печеньем, экономно запивая глотком воды из фляжек. Дикарка собрала себе каких-то червяков и личинок, которые поела, предварительно посыпав их солью. Она предложила их Джиму и Тому, сказав что это считается чуть ли не деликатесом, но они есть червяков отказались.

Поев завтрак, друзья и девушка двинулись дальше вдоль берега. В одном месте дикарка заметила на берегу какую-то особую, не очень приятно пахнущую глину, или грязь, и вся ей обмазалась. На удивленный взгляд Джима, она пояснила:

— От укусов москитов и прочих насекомых помогает. И от солнца тоже.

Джим потрогал рукой грязь, понюхал, но сам мазаться ею не стал. Они двинулись дальше в путь вдоль реки. К полудню прошли километров двенадцать, и решили сделать привал. Девушка опять выпила воду прямо из реки. Джим не выдержал и спросил:

— Ты точно знаешь что можно воду из реки пить?

— Да, — уверенно сказала дикарка, — здесь в реке вода чистая. А вот ниже по течению нельзя будет, там где плантации и фабрики начинаются. Вода там отравлена вашей промышленностью.

Девушка сделала ударение на слове промышленность, как будто оно было ей особенно неприятно.

Джим понимал, о чем она говорит. В этих местах государство не следило за экологией, и корпорации могли делать, что хотели. В реку стекали пестициды с плантаций, и отходы с фабрик. А ещё дальше, в устье реки, где начали добывать нефть, говорят, совсем ужас что творилось. Рассказывали, будто там иногда река чёрная текла.

После привала встали и пошли дальше. Путь опять преграждали заросли, пришлось углубиться в джунгли. Они шли по узкой тропе, иногда прорубая путь ножом.

Вдруг дикарка сказала им остановиться. Друзья было подумали, что она опять заметила мину. Но она взяла палку, и пошевелила концом в ветвях дерева, свисавших над тропой. Оттуда в траву перед ними свалилась большая змея, которая уже приготовилась на них бросится. Друзья отступили на шаг, подняв автоматы прикладами вперед. Их учили, при необходимости, бить змею прикладом.

— Дай нож, — сказала девушка Джиму. Тот снял с пояса и протянул ей нож. Раньше оружия ей не давали.

Дикарка шагнула вперёд, придавила змею палкой, и моментально одним движением отрубила змее голову. Голову она тут же выбросила, а ещё извивающееся тело змеи подняла, ловко надрезала, и сняла как чулок змеиную кожу.

Затем она разделила змею на три части, и протянула по одной Джиму и Тому. Те машинально взяли. Девушка уселась на землю, и с аппетитом вонзилась зубами в сырое змеиное мясо. Джим с Томом переглянулись, и осторожно последовали её примеру.

Сырое мясо змеи было жёстким и невкусным, но утоляло голод и восстанавливало силы.

Джиму и раньше случалось есть мясо змеи, если не было никакой другой еды джунглях, но раньше он всегда змей варил, или жарил на костре.

Когда закончили есть, Джим спросил:

— Вы что, всегда змей едите?

— Нет, — сказала дикарка, — только когда рыба не ловится. Но змей у нас тоже есть любят.

В тот день им приходилось много идти по джунглям, прокладывая дорогу, потому что путь по берегу реки преграждали мангровые заросли. Иногда путь пересекали болотистые ручьи или протоки. Тогда приходилось лезть в воду и идти по колено, или даже по пояс, в мутной воде.

Друзья много страдали от укусов москитов и диких пчёл, которые были в это время года особенно агрессивными. Потом Джима укусила в ногу болотная гадюка. Необходимо было останавливаться, и вкладывать ему сыворотку из медицинского пакета. А Тома ужалил скорпион, на которого Том случайно наступил. К счастью, скорпион оказался не опасного вида. Но все равно пришлось ждать полчаса пока боль в его ноге пройдет, и можно было двигаться дальше.

В общем, к вечеру друзья были оба сильно покусаны и измучены. Когда стемнело, и устроились на ночлег, Джим спросил:

— Интересно, почему нас все время кусают всякие гады и насекомые, а тебя вроде как нет?

— Вы чужие в лесу, вот вас и кусают, — ответила дикарка.

Джим удивился такому простому объяснению.

— А что, тебя совсем никогда не кусают? — спросил он.

— Кусают, но реже, — ответила дикарка.

— Ты что же, и укусов болотных змей не боишься? — спросил Джим.

— Змей боюсь, — призналась девушка, — змей лучше не трогать.

Ночью Джиму снилась эта девушка, танцующая на песке вальс со змеёй в руках. Змея обвивала ее за талию, они вместе кружились. Головы у змеи не было. А потом голова змеи вдруг выскакивала из-под земли, раскрывала челюсти и кусала Джима.

Глава 9

Друзья и девушка шли вдоль берега реки уже третий день. От голода они не страдали. Запасы еды у них ещё были, они в основном обходились тем, что добывали по дороге. Но вот питьевая вода в фляжках у Джима и Тома начала заканчиваться, хотя они и старались расходовать экономно. Пить сырую воду из реки, как дикарка, они не решались, опасаясь дизентерии или других инфекций, которые можно было получить от воды. Разжигать костер, чтобы вскипятить воду, тоже не хотели, опасаясь привлечь внимание партизан дымом.

Днем, когда устроили привал, дикарка сделала самодельную острогу, привязав нож Джима к концу длинной палки. С помощью этого приспособления она поймала несколько больших рыбин, которых им правда пришлось съесть сырыми.

Когда они поели, и пошли дальше, Том отобрал у неё острогу. Он все еще не доверял девушке носить оружие, которым можно было убить человека. Том все время внимательно наблюдал за каждым шагом девушки, не забывая, как она расправилась с солдатами ранее. Он ничего не говорил, но она постоянно чувствовала на себе его подозрительный взгляд.

Иногда проплывали какие-то люди на лодках. Тогда разведчики прятались в зарослях, держа проплывающие лодки на прицеле, ведь это могли оказаться партизаны. Девушка оставалась на берегу, на неё люди с лодок не обращали внимания, только иногда смеялись, и махали руками. Вид обнажённой дикарки, ловящей рыбу или собирающей пресноводных моллюсков в грязи на берегу, никого здесь не удивлял. Местные женщины часто так добывали на берегу пропитание для своей семьи, пока мужчины охотились.

Позже, снова устроили привал. Во время привала Джим задал один интересовавший его вопрос:

— А где ты научилась на нашем языке говорить?

Девушка подумала, потом ответила

— У нас в деревне был учитель. Миссионер из города. Открыл в деревне школу, учил детей грамоте. Я даже думала, когда выучусь, поехать в город, поступить в университет.

— А потом? — спросил Джим.

— А потом, его съел на реке крокодил, — ответила девушка. — А нового учителя так и не прислали. Или никто больше не согласился поехать в лес. В общем, школу закрыли, и доучиться не удалось.

Джим задал ещё один мучивший его вопрос:

— Зачем ты пошла в диверсанты к мятежникам, тебе что, так дорога их идея?

Девушка помолчала, как будто решала, говорить или нет, потом сказала:

— Ваши солдаты моего мужа убили. Вошли и половину деревни перестреляли. Я должна была отомстить.

— А может, это вовсе не солдаты были, а переодетые мятежники, — сказал тогда Джим, — они тоже иногда такую же одежду носят.