Котоняня таверны «Грань»

— А что мне делать в магической лавке? — удивилась я.

— Разве ты не упоминала, что идешь к Оракулу? — уточнила она. — Чтобы Оракул с тобой говорил, нужно поднести ему любой амулет в дар. Один вопрос — один амулет. Поэтому мы продаем сразу связками по десять.

— Ага…

Я обернулась и выразительно посмотрела на Равана. Про амулеты он ничего не говорил. Собирался выдать мне пару связок или «забыть», оставив меня без возможности пообщаться с Оракулом?

— У меня есть, — рыкнул он.

Что же…

— В следующий раз, — заверила я Бетани.

— Ах ты паразит! — гневно воскликнула она.

— Что? — обычно рычащий Раван отозвался с арктическим холодом, и я поняла, что вот теперь он зол по-настоящему и терпеть оскорбления не будет.

— Паразит! — припечатала Бетани и резко юркнула под конторку.

И тут же на середину свободного пространства выскочил Талисман. А по обеим сторонам от него волочились разноцветные кулончики на шнурках, которые он держал в пасти, из-за чего высоко и неудобно задирал голову.

— Раван, — снова не удержалась я и позвала на грани слышимости, чтобы слышал только он, благо торговцы были заняты Талисманом, — а почему ты принял обращение «паразит» на свой счет?

В ответ он зашипел рассерженным кошаком.

— Талисман! — переключилась я, вспомнив о своих обязанностях котоняни.

Мохнатому поганцу явно очень нравилось происходящее. Он не убегал по-настоящему, не прятался, а лишь уворачивался и гремел украденными амулетами по полу. Это ведь они? Совпадение, в которое трудно поверить.

На мой окрик кот не отреагировал, точнее, отреагировал, только совсем не так, как мне бы хотелось. Он с разгону запрыгнул на прилавок, с прилавка на полку. Бетани попыталась перекрыть коту пути отступления. Куда там!

Талисман оттолкнулся всеми четырьмя лапами, растянулся в воздухе, изображая белку-летягу. И был ловко перехвачен за шкирку.

— Демон тебя побери! — рявкнул Раван.

— Паразит, — повторила Бетани.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Кот обмяк и посмотрел на меня жалобно с призывом о помощи, но я не повелась и, строго погрозив ему пальцем, отобрала добычу. Кот прикинулся меховой тряпочкой и окончательно поник.

Я протянула связку Бетани:

— Вот. — Хоть шнурки и были изрядно пожеваны, кулоны на первый взгляд не пострадали, разве что сколами обзавелись.

Но она непреклонно скрестила руки на груди:

— Нет уж! Если вашему коту тоже есть что спросить у Оракула, извольте выкупить!

То есть я не ошиблась? Это и есть амулеты?

А сколько они стоят?

— Добавьте один к остальным покупкам, — распорядился Раван.

Брат Бетани меланхолично кивнул, и еще один отправился в общую кучу. Продавец сделал запись в толстой тетради и удовлетворенно щелкнул костяшками счет, после чего развернул их к нам. Мог показать только Равану — для меня итоговая сумма осталась загадкой.

Глава 16

Вроде и бегала всего ничего, да и погода стояла теплая, погожая, но стоило мне выйти на улицу, как я от неожиданности остановилась, удивленно уставившись в темноту. Нет, сплошной она не была, фонари исправно освещали улицу, пусть и горели тускло, но этого было достаточно, чтобы не завалиться в кусты или не споткнуться о неучтенный булыжник.

— А который сейчас час? — спросила я, догоняя Равана. Талисман бодро трусил рядом с ним, держа в пасти отвоеванный амулет. Как и когда он успел его забрать себе снова, я не заметила, но Раван больше не пытался забрать его совсем незаконную добычу. Впрочем, может, сделает это позже, как придем в таверну.

— Послезакатный, — бросил он отрывисто сквозь зубы, не сбавляя шага. Мысленно обозвав его бесчувственным чурбаном, я пристроилась рядом, стараясь не отставать. У-у, каланча высокая, отрастил себе ноги двухметровые и шагает. Он шаг, я — десять!

— Мне это должно о чем-то говорить? — уточнила я спокойно, ненавязчиво напоминая, что я как бы в прямом смысле слова не от мира сего.

— Солнце зашло, что непонятного? Или ваше светило не прячется за горизонт? — пояснил Раван с каплей заинтересованности и, заметив, что мне тяжело держать его темп, самую малость замедлился.

— Прячется, но какое-то время после этого еще светло. Такого, что дневной свет вырубили словно по щелчку, нет… Точнее, есть, но не везде. В большинстве случаев у нас после заката наступают сумерки, да и некоторые ночи бывают звездными, лунными, можно спокойно гулять даже без фонарей, — протянула я, невольно посмотрев на небо. Звезды тут имелись, но гораздо меньше, чем я привыкла наблюдать. Несколько неярких точек были редко рассыпаны по небосводу, да и только. Ничего похожего на луну я не заметила.

— Ясно. Теперь тебе, надеюсь, понятно, почему я давал сроку только час? И кстати, про нежить я не врал. Девушке не рекомендуется в одиночестве гулять по улице после заката. Особенно девушке из другого мира, — нравоучительно заметил Раван. Я чуть поморщилась от формулировки и тона, но лишь кивнула, признавая его правоту. В самом деле, прежде чем злиться и выдвигать какие-то претензии, пусть и мысленно, стоило раздобыть больше информации… Черт возьми, да с каких пор я вообще так лажать начала? Надо бы узнать у Оракула, может, при переходе между мирами есть какие-то побочные эффекты, такие как частичное тугодумие?

— Слушай, то, что произошло за ужином… — начала я, собравшись с духом. — Прости, я не знаю, что на меня нашло. Обычно я более спокойная и рассудительная, а тут за Талисманом полезла, и меня словно накрыло. — Я нервно хохотнула. — Пожалуй, стоит посоветовать Стэну чаще проветривать зал, наверное, под потолком скопились алкогольные пары, которыми я надышалась.

Раван на какое-то мгновение сбился с шага и бросил непонятный взгляд на бодро трусившего рядом Талисмана. Пробормотал себе под нос что-то явно ругательное и, заметив, как я споткнулась о неровность дороги, неожиданно выставил локоть в сторону, предлагая мне за него взяться.

— Не бери в голову. С этой рыжей скотиной и алкоголя не нужно для безумных поступков, — натянуто улыбнулся он.

Я кивнула. Развивать тему не хотелось, но в то же время я все еще чувствовала неловкость. Что бы Раван ни говорил, перед Стэном я извинюсь. Может, в качестве извинения похвалить его заведение во время открытия? Мысль мне вроде бы нравится, но решение принимать Равану.

Как только мы выбрались на широкую часть улицы, я закрутила головой в поисках экипажа, но ни одного не увидела.

— А?..

— Извозчики давно десятый сон смотрят, — фыркнул он, явно преувеличивая.

— Тут вроде бы недалеко?

— Угу.

Энтузиазма мое замечание у него не вызвало. Раван не любит ходить пешком? Дело явно не в бауле с покупками. Бетани собрала для меня небольшой пакет того, что может понадобиться девушке перед сном и наутро, и пообещала, что все остальное доставят в таверну до полудня. Пакет Раван у меня благородно отобрал, но едва ли пара килограммов доставляет ему неудобство.

Я понадеялась, что извозчика можно взять на проспекте, на который выходила Галантерейная улица, но и там нас никто не ждал. Раван даже пытаться не стал кого-то высмотреть и сразу повернул на тротуар.

Впереди зашуршало, мелькнул крысиный хвост, и Талисман прыжками бросился за добычей. Мы как раз оказались в пятне тусклого света от фонаря, и я рассмотрела, каким мрачным взглядом Раван проводил кота. Тот отправился на ночную охоту, и не похоже, что он собирался вернуться в ближайшее время.

— Ты не боишься, что он потеряется? — на всякий случай уточнила я. Талисман не походил на домашнего мурлыку, скорее на уличного бандита, но все же…

— Я на это даже не надеюсь! — рыкнул Раван.

Ладно, ему виднее.

Хотя на языке по-прежнему крутился миллион вопросов, я сделала над собой волевое усилие и дальше пошла молча.

Мы свернули с проспекта на одну из улочек и нырнули в переплетение проулков. Ехали мы по другому маршруту. Вероятно, Раван срезал путь. На плечи навалилась темнота — проулки не освещались. Вдвойне неуютно стало, когда я поняла, что, кроме нас, здесь никого, а света нет даже в домах. Точнее, изредка свет просачивался из трещин в наглухо закрытых ставнях.

Временами слева и справа раздавалось знакомое шуршание. Крыс в городе оказалось неожиданно много. Не полчища, нет. То справа шмыгнет, то слева пискнет. Но все равно непривычно. Надеюсь, они чуму не разносят?

Впереди запахло помойкой, и я невольно заинтересовалась, как в городе справляются с проблемой мусора и отходов. Улочки, несмотря на тесноту, не показались мне грязными.

Я уже хотела нарушить молчание и спросить, когда произошло то, чего я меньше всего ожидала, хотя предупреждали меня, можно сказать, все.

Раздалось шуршание, но в этот раз неожиданно громкое, как будто копошилась собака или, не знаю, поросенок. Раван отреагировал мгновенно. Я не поняла, что именно он сделал, но в воздух взмыл светлячок и осветил самый обычный на первый взгляд мусорный контейнер, только не прямоугольный, а овальный, похожий на ванну для великана.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Что-то посыпалось.

Над краем контейнера появилась когтистая лапа, и пальцев на ней… я не смогла сосчитать, но их было точно гораздо больше пяти. Потом появилась вторая лапа. Неизвестное мне существо подтянулось, и на краю контейнера оказалась уродливая обезьянка с залысинами по всему телу и горящими светло-серебристым сиянием глазами.

Обезьянка ощерилась, демонстрируя акульи зубы.

— А вот и нечисть, — представил мне ее Раван.

Глава 17

Все цензурные слова мигом вылетели из моей головы, а нецензурных попросту не завезли, ибо я девочка воспитанная, из интеллигентной семьи… Оно шагнуло к нам?! Мамочка, что ж ты меня в свое время на секцию фехтования не отдала?!

— Зачем ты сняла туфлю? — удивленно спросил Раван, остававшийся возмутительно спокойным, когда тут такая херобора на нас скалила зубы!

— А? — Я перевела взгляд на свою правую руку, в которой успела сжать неведомо когда снятую балетку. Босую ногу я поджимала как цапля, не особо желая ставить ее на не очень-то чистую мостовую.

— Да сделай уже что-нибудь, пока оно нас не сожрало, — прошипела я, ткнув этой самой балеткой самого Равана. Еще и Талисман куда-то запропастился. А ну как его сожрут? Для кого я тогда няней буду в таверне, если жилец там пока только один, он же по совместительству владелец? Тьфу ты, не о том думаю.

— Подавится, — фыркнул мужчина, непонятно отчего развеселившись, и пульнул в кракозябру то ли светлячком, то ли просто искоркой.

Жуткая обезьяна возмущенно расчихалась-закашлялась, утробно зарычала и нырнула обратно в кучу мусора, откуда почти сразу раздалось чавканье. Беспокойство за кота мигом достигло небывалых высот.

— А вдруг он кота ест? — шепотом озвучила я свои мысли.

— Не с моим счастьем, — печально вздохнул Раван, но, покосившись на меня и оценив мое перепуганное выражение лица, добавил мягче: — Дома уже твой кот, он не любит нечисть. Подозреваю, просто не терпит конкуренции. Правда, и она спешит убраться с его пути… Ладно, не о том сейчас. Давай, обувайся скорее и пошли. Зараглики еще сонные, только по помойкам и шарятся, но вскоре проснутся окончательно, будут расхаживать по улицам как у себя дома.

— А торговцы? — спросила я уже на ходу, вспомнив, что большинство лавок еще было открыто, когда Раван за мной пришел. Даже если они в эту секунду закрываются, людям еще как-то нужно добраться до дома.

— Час-полтора в запасе есть, этого с лихвой хватит добраться домой. И потом, думаешь, тут после заката кто-то ходит безоружный? — фыркнул Раван. — Нам сюда.

Я послушно завернула на указанную улицу, уже совсем иначе воспринимая шебуршание и копошение в темных неосвещаемых кустах, под забором, за баком для мусора. Возможно, во многом больше разыгралось мое воображение, но расслабляться определенно не стоило.

— А эти зарга… как их там…

— Зараглики.

— Ага. Они именно опасны или ты меня просто пугаешь? — решила я прояснить все до конца.

— По одиночке не опаснее лающей дворняжки. Когда их группа — лучше не сталкиваться, — охотно пояснил Раван, подхватив меня под локоть.

Но я и не думала сопротивляться или как-то выказывать недовольство тем, что меня сейчас тащили как ребенка домой. Наоборот, это внушало чувство безопасности. Серьезно, много бы я там намахала туфлей? По мордасам съездила бы, а дальше что?

— Первыми полезут лишь от сильной голодухи, но гулять по городу, надеясь на их сытость, так себе развлечение. К тому же к полуночи могут подтянуться их старшие собратья. — Раван продолжал читать лекцию о вреде ночных прогулок, когда внезапно мы остановились. Я запоздало опознала знакомую коновязь нашей таверны. — Все, пришли. Смотри, вон рыжая морда, из окна выглядывает, а ты переживала… Ах ты зараза, из моей комнаты выглядывает!

В ответ раздался утробный вой, и на миг у меня мелькнуло удивление — неужели Талисман способен издавать настолько громкий звук?! Не ожидала такого от пусть и крупного, но все же котика. Только вот морда в окне пасть не открывала и, следовательно, звуков не издавала. С очень нехорошим подозрением я обернулась.

Раван был куда проворнее меня.

— А это что? — тихо спросила я, увидев, как из переулка, откуда мы только что вышли, появляется нечто неуловимо похожее на обезьяну из мусорки и одновременно совершенно на нее не похожее.

Существо не было крупнее, разве что самую малость. Но если обезьяна была скорее неуклюже-нелепой, то это… походило на помесь крысы и лысой гончей. Шкура лоснилась. Вместо шерсти — графитово-серая чешуя. Гораздо больше меня поразила мускулатура. Мышцы перекатывались под шкурой, превращая тварь в подвижную каплю ртути.

Я инстинктивно поняла, что эта нежить в разы опаснее.

Раван тоже напрягся, мимоходом задвинул меня себе за плечо и коротко, отрывисто приказал:

— Иди в дом.

— А ты?

Умом я понимала, что только помешаю, но как я брошу Равана?!

— Мяу? — раздалось сверху.

Я попыталась, отступая на крыльцо.

Я видела, что тварь хочет напасть. Она принюхивалась, порыкивала, но сделать к нам последний рывок почему-то не решалась.

Раван опустил руку. В свете фонарей блеснуло лезвие. Только вот Раван не выхватил оружие, а зачем-то порезал палец. Нежить завыла вдвое громче прежнего, припала на передние лапы. Вой повторился, и нежить сорвалась, но не в атаку, а просто. Раван же с руганью кинулся следом. С его руки сорвалось светящееся серебром призрачное лассо. Судя по ругательствам, он промахнулся.

— Мяу?

— Ась? — Я вдруг поняла, что, если бы не боднувший меня Талисман, так бы и таращилась во тьму, в которой скрылся Раван.

— Мр-р-р.

Стоять на крыльце было бессмысленно и опасно. Я торопливо зашла в таверну и захлопнула за собой дверь. Может, для надежности еще и запереть? А если там стая и Раван будет спасаться бегством?

— С ним ведь ничего не случится? — спросила я у кота. Звук собственного голоса успокаивал.

— Мяу.

Прозвучало с такой интонацией, будто Талисман пренебрежительно спрашивал: «Да что с ним сделается?»