Котоняня таверны «Грань»

— Их еще называют речными крысами. Стэн ловит их на плотине неподалеку. Понятия не имею, чем они питаются, но падали там особо взяться неоткуда, так что, может, рыбу какую едят…

— Пижон, пришел выпендриться, а элементарного не знает, — фыркнул парень в рубахе с разными рукавами и торчащими нитками. — Рыбешку наши крыски будут есть только с голодухи, если ничего другого не останется. И то до этого они слопают пиявок. От рыбы знаешь, как их мясо смердело бы? А оно нежное, сочное, мраморное. А все потому, что кушают они корневища, стебли и листья тростника и рогоза. Еще могут полакомиться кувшинками, водяным орехом или камышом. Вообще неприхотливые создания. Слышал, на западе есть целые фермы, только там наших крысок называют как-то иначе, даже какие-то породы определяют, чтобы потом лупить втридорога за тушку.

Угу. Так я и думала. Раз речные и питаются растительностью, это что-то типа наших нутрий. Я, правда, никогда не ела, но слышала, что в каких-то странах их едят с той же охотой, что у нас кроликов. В общем-то, и у нас есть те, кто этих зверьков держит дома. Визуально же да, что-то общее с крысами у них есть.

— Стэн, я тоже хочу лапы! — радостно крикнула я и помахала парню, вышедшему из кухни с заказом для бородача.

Разносчик аж споткнулся на ровном месте, но озадаченно-удивленный взгляд достался Равану. Я же просто нокаутировала его следующим своим заявлением:

— Говорят, они у вас тут умопомрачительно вкусные. Ни за что себе не прощу, если не попробую.

Раван снова хмыкнул, привлекая мое внимание.

— Продолжаешь утолять любопытство? — отреагировала я.

— Наслаждаюсь, — еще шире ухмыльнулся он. — Спрашивай.

— Почему здесь в ходу крысы? И почему ты посещаешь именно это заведение?

— Потому что два других своим качеством не радуют. Есть еще третье, но там такие цены, что за один обед придется заложить таверну, а если еще и десерт заказать, то долговое рабство обеспечено.

— То есть у местного контингента с деньгами не очень, — пробормотала я.

— Здесь и с местным контингентом не очень, — подтвердил мою догадку Раван. — Раньше был достаточно процветающий городок, но с тех пор, как появился новый мост через реку, основные торговые пути стали пролегать через другой город. Две фабрики и один завод, которые здесь были, закрылись, количество рабочих мест значительно сократилось, молодежь разъехалась кто куда в поисках лучшей жизни. Достопримечательностей, которые заинтересуют туристов, здесь нет. Аристократия в основном повыезжала, остались те, у кого хватает кристаллов на телепорты в любой город, хоть каждый день скачи по ним. Вот они и являются постоянными посетителями единственного ресторана.

— И здесь ничего не осталось? — неприятно поразилась я.

— Ну почему же. Лесопилка неподалеку, коптильня, мелкие лавки с различными бытовыми предметами, приют для лишенцев, гильдия наемников свою базу переносить не стала. Им, кстати, как раз на руку это местоположение — власти лишний раз не дергают, да и наемникам удобно здесь жить, на заказы выезжать в другие места. Ну и в целом здесь тихо, спокойно, леса кругом… Нежитью, правда, кишат, но это если вглубь пойти, так-то сюда она не лезет.

— Ага… Сразу не мог сказать, что крысиная лапа мне, а не чайная-кондитерская? — досадливо скривилась я.

— А ты вспомни, сколько вопросов махом на меня вывалила. И про мое недовольство розовым безумием, и про театры, модные платья, порты… И это только то, на что у тебя хватило дыхания за раз. Проще уж показать. Да и есть хотелось, вообще-то.

Я пожала плечами.

Иногда меня действительно заносит, особенно если я увлекусь, а таверна меня увлекла еще тогда, когда я воспринимала ее как мультик на экране, как ни к чему не обязывающую игрушку. Как наемная няня я точно не должна переживать за ремонт и сервис, но мне искренне хотелось помочь. Раван же не против?

Вздохнув, я попыталась подобрать слова, но нам принесли заказ, и стало не до разговоров. Не знаю, лапы это или что, но аромат был умопомрачительный. Повар явно знал толк в специях.

По виду лапы напоминали куриные бедрышки — запеченное мясо на косточке, их оказалось аж шесть штук, и выложили их по кругу, а в центр тарелки налили жирный сметанный соус.

— А приборы?

— Лапы едят лапами, — фыркнул парень за соседним столиком.

Я покосилась на Равана. На его тарелке оказалась самая настоящая отбивная, которую официант почему-то не упомянул, когда перечислял блюда. И ножик с вилкой Равану тоже подали.

Осторожно подхватив лапку, я не стала с ходу обмакивать ее в соус, покрутила, рассматривая. Меня насторожила корочка, и я постаралась укусить так, чтобы сок на меня не брызнул. Получилось… Сок брызнул, но не на меня. К счастью, на одежду Равану не попало, только на его отбивную.

Возмутиться Раван не успел.

Из-под стола раздалось пугающее:

— Мяу!

Раван замер, будто его током шарахнуло. Он оцепенел, напрягся.

— Это ведь не Талисман, няня? — зашипел он не хуже кота.

— Талисман оставался дома, — отчиталась я.

Мало ли котов на улицах. Я заглянула под стол.

— Этого демона я узнаю по голосу из тысячи котов.

— Мяу.

Раван оказался прав. Из-под стола высунулась знакомая морда. Талисман запрыгнул ко мне на колени и сунул нос в тарелку. Надо ли говорить, что отбивная Талисмана заинтересовала гораздо больше, чем лапы? По-моему, чисто из вредности.

Прежде чем кот успел забраться на стол, я подхватила его на руки и пересадила рядом с собой. Талисман обиженно мявкнул и растянулся на лавке. Я же поспешила воспользоваться моментом спокойствия и все-таки поужинать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Лапы оказались на удивление нежными и вкусными. А еще сытными. Три я съела с удовольствием, четвертую осилила и почувствовала, что переедаю.

— Компот, пожалуйста, — попросила я у официанта. Тот как раз рассчитывал соседа.

— Мяу, — напомнил о себе кот.

— Тебе не вредно? — на всякий случай уточнила я. Котам можно давать мясо сырое или отварное. Жареное точно нельзя. Но что насчет запеченного?

Пока я предавалась сомнениям, Талисман поднялся, выгнулся дугой. Я глазом моргнуть не успела. Талисман распрямился как пружина, схватил лапку зубами, оттолкнулся от лавки, от стола, прыгнул Равану на плечи, а оттуда взвился под потолок и уцепился за связку чеснока. Связка опасно закачалась, кот заорал то ли испуганно, то ли, наоборот, торжествующе. Раван выругался.

— Цирковой кот? — Кто-то зааплодировал.

Я же подперла щеку кулаком и с интересом продолжила наблюдать, что будет дальше. Кот раскачивался на связке, не выпуская добычи. Складывалось впечатление, что он сам себя загнал в трудное положение — ни вперед, ни назад. Еще и пасть занята.

Глава 12

— Сними его сейчас же! — прошипел Раван мне на ухо.

— Я ем, — отозвалась я лаконично, сосредоточив внимание на оставшейся лапе. На мне не написано, что я больше не в состоянии втиснуть в себя ни кусочка, а значит, я не обязана срочно все бросать и думать, как уладить ситуацию с котом. В особенности учитывая, что я понятия не имею, что с ним можно сейчас сделать. Авось сам спустится… Нет?

— Нас из-за него сейчас выгонят, — продолжил бухтеть Раван, потирая плечи, должно быть саднящие от царапин.

— Учитывая, что мы еще не заплатили за заказ? — скептически прищурилась я. — Сомневаюсь.

— Няня! — практически рыкнул Раван, но, натолкнувшись на мой пристальный взгляд, добавил: — Лилия…

— Как ты себе представляешь, я буду его снимать? Мне банально роста не хватит, — со вздохом призналась я, отставляя в сторону тарелку.

— Ну ты же котоняня, — убежденно заявил мужчина.

Замечательная логика! Еще круче, чем когда мне мой бывший жених в качестве довода заявлял: ты же девушка.

— Я школу кошачьих нянь не заканчивала. Талисман, ну хватит висеть, — произнесла я, намереваясь доказать Равану, что это так не работает.

— Мя-а, — совсем по-котеночьи тоненько жалобно протянул кот, устремив на меня взгляд повлажневших глаз.

— И ты туда же? Ну как я тебя сниму? — пробормотала я, поднимаясь со своего места. Пока говорила, взглядом уже рыскала вокруг, прикидывая, что можно сделать в этой ситуации. — Раван, подтяни лавку поближе к нему.

— С ума сошла, она дубовая, как я ее подниму? — возмутился уже он. Тем временем внимание всех присутствующих сосредоточилось на нашем столике и висящем под потолком коте.

— Ма… — начала было я, собираясь напомнить о его магическом даре, но мужчина за несколько секунд взвился на ноги, оказавшись рядом со мной, и, заглушая меня, зычно крикнул:

— Эй, мужики, кто поможет сдвинуть стол, чтобы Лилия могла снять этого рыжего монстра?

— Отчего ж не помочь? — крякнул бородач, с сожалением отодвигая тарелку с недоеденной последней лапой.

— Точно, со стола ей будет проще, чем с лавки… — подхватил парень в рубахе и одним глотком осушил свою кружку.

Я прям даже умилилась, насколько здесь отзывчивые люди, оказывается. Несколько секунд — и трое мужчин подвинули стол аккурат под висящего Талисмана. Тот, паскуда такая, начал раскачиваться на связке чеснока, очень сильно напоминая мне сейчас момент из клипа Майли Сайрус, где она каталась на шаре для сноса зданий. Клянусь, откидывался назад точь-в-точь так же, еще и крысиная ножка у него оказалась уже не в зубах, а в вытянутой лапе, насаженная на когти. Даже в мяуканье мне почудилась знакомая мелодия. Я аж потрясла головой, пытаясь отогнать устойчивые ассоциации.

И пропустила момент, когда вслед за подвинутым столом кто-то одним махом высадил еще и меня на него.

— Мря! — то ли мяукнул, то ли крякнул Талисман, тоже удивленный происходящим.

И с царственным видом снизошел ко мне на плечи. Все бы ничего, но, выражая свою признательность, он потерся испачканной в жире мордой о мои волосы и щеку. Блеск! Затем наглая рожа встала на задние лапы, отчего меня едва не перекосило на одну сторону, и положила передние мне на голову.

— Уау! — завопил Талисман громогласно, а у меня перед носом пронеслась изрядно пожеванная крысиная лапа. Приземлилась прицельно аккурат в мою же тарелку, будто там и лежала все это время.

— Шикарно смотритесь, — не упустил возможности съехидничать Раван. Но ответить ему в тон мне не дали посетители таверны, заулюлюкавшие и захлопавшие в ладоши.

— Отличное представление, а будет что-то еще? — бесхитростно поинтересовалась молоденькая девушка, сидящая здесь, судя по всему, с отцом и матерью.

— В пятницу вечером в нашей таверне будет полная версия, — тут же сориентировалась я, прикидывая, как бы половчее ссадить Талисмана на стол.

Но рыжая вредина растянулась у меня на плечах, изображая живую горжетку. Свесил хвост и задние лапы с правого плеча, а мордочку положил мне на левую… хм… ну, пусть будет ключицу. Кот, а ты точно кот?

— В какой это таверне? — нахмурился тем временем бородач.

— Ты что творишь? — зашипел вновь оказавшийся рядом Раван и попытался меня снять. Но я ловко увернулась.

— Как называется твоя таверна? — спросила я шепотом.

— «Грань». Лилия, прекращай… — Раван предпринял еще одну попытку меня поймать. Но я была настроена решительно и даже была готова использовать Талисмана в качестве оружия ближнего боя, размахивая им за задние лапы и позволяя драть всех передними.

— В таверне «Грань»! — звонко воскликнула я, осторожно переступив через свою тарелку, вновь ускользая от ручонок загребущих. — В эту пятницу у нас грандиозное открытие! Приходите все желающие! Будут ошеломительные трюки в исполнении Талисмана…

— А пожрать? — напомнил кто-то из посетителей о насущном.

— Никто не останется голодным, — заверила я, внутренне надеясь, что на один банкет мы с Раваном уж как-нибудь наскребем средств, да и до пятницы у нас есть время придумать, в чем именно будет заключаться изюминка нашей таверны, выгодно отличающая ее от прочих. Главное сейчас — успеть договорить все, что рождается у меня в голове, до того, как Раван залезет на стол и снимет меня… Упс, сглазила!

— Еще один ресторан для аристократов, — проворчал отец семейства, игнорируя горящие надеждой взгляды дочери и жены.

— Доступные цены! — еще громче крикнула я, пока Раван, шипя на ухо все, что об этом думает, тащил меня со стола и пытался зажать широкой ладонью рот.

— Какого хрена?! — завопил опомнившийся Стэн. — В моей таверне устраивать рекламу своей, да вы совсем обнаглели?

— Эй, дружище, не обессудь, она просто пошут… Ай, не кусайся! И ты тоже! — вскрикнул Раван, когда его за палец грызанула я, требуя свободы слова, а за запястье уже хряпнул кот, вспомнивший, что он только изображает горжетку. И вообще, лежать неудобно, когда его няню так трясут.

— Мы не конкуренты, сумеем договориться, тоже приходи, — заорала я Стэну, пользуясь случаем.

— На мой счет! — рыкнул Раван, указав подбородком на наш неоплаченный обед.

И, попросту взвалив меня на одно плечо, а кота на второе, выбежал из таверны под еще один шквал аплодисментов посетителей, решивших, что и это часть представления. Ну что ж, могу поздравить себя с первой победой в этом мире — рекламная кампания определенно удалась!

Глава 13

Даже на улице Раван не отпустил меня и попытку вывернуться проигнорировал. Теоретически я могла бы дернуться посильнее, выпрямиться и свалить на мостовую нас обоих, но я предусмотрительно не стала и покорно позволила затащить себя в салон наемного экипажа. Раван сгрузил нас с котом на сиденье.

— Ты что творишь?! — рыкнул он.

— Ну…

Запал угас, и я почувствовала себя неловко. Рекламировать свою таверну у конкурентов, да еще и таким беспардонным образом, действительно очень дурной тон.

Я покаянно потупилась.

— Значит, так, няня… — Раван намеренно вернулся к старому обращению, подчеркивая глубину своего недовольства.

Еще раз тяжело вздохнув, я невольно отметила, что Раван, несмотря на обуревающий его гнев, даже пальцы в кулаки не сжимает. Он явно не из тех, кто решает споры кулаком. Повезло мне…

— Мяу? — вместо меня отозвался кот.

— Значит, так, — повторил Раван. — Не знаю, из какого мира ты вылезла. Здесь так не принято. Поэтому… перечитай контракт, внимательно ознакомься со своими обязанностями и полномочиями. И оставайся в рамках. Не надо брать на себя лишнее. Реклама точно вне твоей компетенции.

Он прав…

Что со мной?

Я ведь поняла, что здесь не игра, здесь настоящий мир. Раван — живой человек, не НПС. Таверна реальная. Даже зараза кот живой. Почему, зная все это, я продолжаю относиться к происходящему как к игре? «Чтобы в дурной головушке шарики не заехали за ролики» — так себе объяснение, слишком пессимистичное.

— Угу.

— Мяу!

В отличие от меня коту даже намеки на угрызения совести были незнакомы. Он снова встал на задние лапы, упершись передними мне в плечи, и от души боднул. Прямо в нос. Не больно, но неприятно. А уж когда он полез меня обнюхивать, тоже нос в нос, мне почудилось, что он пытается ввинтиться мне в ноздрю. Я вяло отмахнулась, и Талисман перебрался на сиденье.