Помоги проекту - поделись книгой:
– Я думал, их пять.
– Четыре. Еще в школе учат, что нужно обязательно употреблять в пищу столько-то зерна, столько-то фруктов, овощей и мяса.
– А как же молочные продукты? Вот тебе и пятая группа пищи. Правда, в наши дни никто уже не пьет молоко.
– Ну хорошо, пять основных групп, признаю свою ошибку. Не четыре, не шесть, а ровно пять! – Она подняла руку и растопырила пальцы.
– А если считать наше изобретение, то их шесть!
– Перри, люди не станут платить за то, чтобы съесть жуков!
– Каких «жуков»? Обычных насекомых, или членистоногих. Ты так говоришь слово «жуки», словно это какие-то сопли или козявки.
– Так оно и есть! Ты собираешься угощать своих клиентов соплями в сахаре!
– Ничего подобного. В нашем ресторане будут подавать жареных кузнечиков с гарниром из свежего салата, муравьев в шоколадной глазури, сверчков в кисло-сладком соусе, шершней в собственном соку. Отличная естественная еда! Вот он, Лос-Анджелес! Здесь рушатся все культурные и кулинарные барьеры! Наша новая, революционная концепция ресторанного обслуживания завоюет все побережье, и к концу века мы станем свидетелями расцвета империи...
– Пожирателей тараканов!
Перри поморщился.
– Забудь о тараканах. В нашем ресторане никаких тараканов подавать не будут. Это было бы уж слишком!
– Давай в меню так и напишем – тараканов здесь не подают!
– Не смешно, Хедер.
– Не аппетитно, Перри.
Перри Ното взглянул на свою жену. После всех этих подтяжек живота, груди и ягодиц на нее приятно было посмотреть. Туго натянутая кожа лица, испытавшего не одну пластическую операцию, казалась чистой и в меру загорелой. Еще три-четыре года она будет вполне презентабельной, даже в условиях калифорнийской жары и беспощадного солнца. В конце концов ей ведь только двадцать шесть!
– А волосы могла бы сделать посветлее, – заметил Перри, пытаясь сменить тему разговора.
– Что?
– Твои волосы могли бы быть посветлее, Хедер, – повторил Перри.
– Следующий оттенок называется платиновым, а платиновые блондинки сейчас не в моде.
– И все же лучше бы посветлее.
– Послушай, я уже была пепельной, потом медовой блондинкой, теперь я летняя блондинка. Все, на этом я хочу остановиться. Мои волосы больше не выдержат окрашивания!
– В нашем деле внешний вид играет огромную роль.
– На нас с тобой никто и не взглянет, если мы не придумаем подходящего названия твоей безумной затее.
– Я уже кое-что подготовил, – пробормотал Перри, доставая с полки книгу в красной суперобложке.
– Что это?
– Тезаурус.
– Что?
– Ну, что-то вроде словаря, только составлен по тематическому признаку. В нем можно найти всевозможные синонимы, включая и стилистические. Сейчас поищем слово «пища»...
– Лучше уж слово «жуки».
– Стой-ка...
Внезапно глаза Перри Ното округлились и стали похожи на две большие светлые виноградины.
– Нашел! Нашел! – завопил он.
– Что?
– Жратва! Жратва?[2]
– Отличное название! Ведь точно так же называются личинки, из которых потом вырастают вполне съедобные насекомые!
Тогда почему бы не назвать наш ресторан «У Макмагота»?[3] – ехидно предложила Хедер.
– Не пори чушь!
– Ну сам посуди: какой нормальный человек станет платить сорок долларов, чтобы войти в заведение под названием «Жратва»?!
– А по-моему, очень остроумно!
– Не остроумно, а гибельно!
Хедер тотчас сняла с полки другую книгу, в желтой пластиковой обложке.
– Что за вещь? – подозрительно спросил Перри.
– Французский словарь.
– Но у нас же не французский ресторан!
– И ресторана под названием «Жратва» тоже не будет. Может, твоей затее подойдет какое-нибудь французское слово.
– Отлично! Как будет по-французски «личинка»?
– Секундочку, ладно?
Хедер стала листать карманный словарь с помощью наманикюренного пальчика.
– Вот, нашла. Личинка по-французски будет «ларва».
– А что, мне нравится! – просиял Перри.
– Да уж, куда лучше, – недовольно пробормотала Хедер, отворачиваясь от мужа.
– Попробуй теперь найти слово «жук», – подсказал ей Перри.
– Уже ищу...
– Ну и?
– Жук по-французски будет «инсект». Подожди, тут полно синонимов...
– Надо же! А я и не знал, что во французском тоже есть синонимы.
– Так... «бацили». Нет, это слишком похоже на «бациллы». Подожди-ка, вот кое-что интересное!
Перри подошел к жене и попытался прочитать страницу вверх ногами, но у него тут же разболелась голова.
– Смотри! «Большой жук» по-французски звучит «Ла гросс легум».
– Мне нравится слово «гросс».
– Слушай, точно так же они называют то, что вечно кладут в свои консоме.
– Они кладут в консоме жуков?!
– Да нет же! Бобы и фасоль!
– Ну-ка, дай мне словарь! Теперь я поищу подходящее слово!
Выхватив словарь из рук жены, Перри стал быстро перелистывать страницы.
– Вот отличное словечко – «пунез»! Как тебе?
– Хорошо рифмуется со словом «майонез».
Перри Ното задумчиво уставился в потолок и нараспев произнес по-французски:
– Ла мезон пунез...
– Дом клопов! Клоповник, что ли? Да ты с ума сошел!
– А кто поймет?
– Любой, кто откроет меню и увидит в нем пюре из навозных жуков! – выпалила Хедер.
– Короче, мы назовем свой ресторан «Ла мезон пунез»!
– А мне больше нравится «Ла гросс легум»!
– Ладно, если ресторан не будет иметь успеха под названием «Ла мезон пунез», мы воспользуемся твоим названием. Когда нам придется переехать в другое место.
– Если твоя затея кончится провалом, нам придется не переезжать, а пересматривать всю концепцию ресторанного сервиса!
– Если моя затея провалится, от нас за милю будет пахнуть тухлятиной!
– А вот это блюдо в меню лучше не ставить.
Перри Ното улыбнулся:
– Может, я и безумен, но не до такой же степени!
На открытие ресторана «Ла мезон пунез» пригласили только избранных, среди которых мелькали кинозвезды и представители прессы. Самым главным для Перри и Хедер Ното было то, что гости с аппетитом поглощали предложенное угощение и оно не просилось прочь из желудков.
– Как тебе понравились муравьи в шоколадной глазури, Арнольд? – поинтересовалась Хедер у одного из приглашенных.
– Превосходно! – загрохотал собеседник, пикантно грассируя. – Я их даже не почувствовал среди отличного молочного шоколада!
– Что это? – спросила у Перри известная киноактриса, протягивая палочки с нанизанными на них темными кусочками.
– Так, позвольте взглянуть поближе... Кажется, это японские крылатые жучки.
– Японские блюда мне нравятся.
– А наше как, понравилось?
– Ничего, хрустящее такое...
В этот момент к хозяину ресторана, слегка виляя бедрами, подошла ослепительная блондинка и совершенно серьезно спросила:
– Что бы вы рекомендовали мне попробовать? Видите ли, я придерживаюсь строгой вегетарианской диеты, исключение делаю только для морепродуктов.
– Морепродукты... морепродукты... – задумчиво бормотал Перри, лихорадочно пытаясь найти выход из щекотливого положения.
– Через минуту будут поданы бабочки «золотые рыбки» в тесте! – поспешила ему на помощь супруга.
– Ах, какая прелесть! Благодарю вас! – улыбнулась блондинка и отошла к весело щебечущим гостям.
– Приятного аппетита! – улыбнулась ей вслед Хедер, отводя мужа в сторону.
– Все свои ругательства беру назад, – прошептала она. – Кажется, успех нам обеспечен!
– Как там дела на кухне?
– Все кипит и гудит, словно пчелиный улей.
– Теперь мы озолотимся!
Поделиться книгой: