Объединяй и завоевывай

– А почему же он не тронул меня? Ведь делать нечего было – пристрелить меня во сне.

Напяливая на себя одежду, Иветт потребовала плату за визит.

Магут Ферозе в изумлении уставился на нее.

– Ты не предупредила меня об опасности и полагаешь, я тебе еще что-то должен?! – прорычал он.

– Мне платят за любовь, а не за охрану. Получил удовольствие, вот и плати!

– Уж лучше я найму девицу, которая преуспела еще и в искусстве охраны.

– Бон шанс[2]. – Иветт вовсе не собиралась покидать номер без денег и уселась в ожидании.

Под конец Анин сдался. Отказаться платить по счету в роскошном отеле куда легче, нежели спровадить назойливую девицу. Кроме того, пора убираться из Бужумбуры подобру-поздорову. И чем скорее, тем лучше.

* * *

В Найроби при поселении в гостиницу у Анина возникли определенные трудности.

– Вы хотите получить номер, в котором бы не было огнетушителя? – недоуменно уставился на него служитель.

– Нет. Я хочу вселиться в комнату на этаже, где нет пожарного щита и соответственно огнетушителей.

– Но огнетушители у нас на всех четырех этажах. Это всего лишь мера безопасности.

– У меня, знаете ли, фобия. Не могу находиться рядом с огнетушителем. Прямо аллергия какая-то!

Поскольку Магут Ферозе Анин в прошлом являлся главой государства и, кроме того, по слухам, был сказочно богат, все противопожарные принадлежности тотчас убрали. Затем он торжественно вселился в номер – и не в какой-нибудь, а президентский!

К тому времени ему стало ясно, что за ним следят.

Настало время забыть о всех революциях и заручиться надежной защитой. Самой надежной.

– Хочу нанять охрану, – заявил Анин Жану-Эрику Лофисье в офисе Агентства по службе безопасности в Найроби. Магут Ферозе обрядился в полосатую рубашечку, расстегнул ворот и привел в порядок свои курчавые седеющие волосы. Несмотря на кенийскую жару, лицо Анина выглядело безукоризненно. Опершись ладонями о массивный набалдашник трости, он ждал.

– Желаете обезопасить себя от кого-то конкретно? – осведомился белый.

– Меня преследует человек, который называет себя Огнетушитель. Кроме того, он известен также под именем Фьюри. Ничего более определенного сказать не могу.

Брови Жана-Эрика Лофисье поползли вверх.

– Если за вами охотится Огнетушитель, – мрачно сказал он, – можете считать себя мертвецом. Огнетушитель слов на ветер не бросает.

– Вы его знаете?

– Читал о его подвигах, когда был мальчишкой. Честно говоря, удивительно, что он еще жив.

– Все еще жив, хотите вы сказать, – произнес Анин и промокнул лоб огромным платком веселенького канареечного цвета.

– Что хотел, то и сказал. Временами мне кажется, что это не человек, а легенда. Бесплотный призрак, так сказать.

– Вы призваны защитить меня от него!

Жан-Эрик поднялся во весь рост, сохраняя мрачное выражение на лице.

– Не могу. И никто не сможет. Я уже сказал, Огнетушитель слов на ветер не бросает. Никогда.

– В таком случае помогите мне разузнать о нем!

– За пять тысяч франков я предоставлю вам соответствующее досье.

Верховный главнокомандующий Магут Ферозе Анин подался к французу и осторожно взял его за руку.

– С нетерпением жду вашего доклада.

– Да уж, об Огнетушителе есть что почитать. Сама мысль собрать досье на этого господина связана для меня с ностальгией по юности. Ведь только он – и никто другой – вдохновил меня заняться частным сыском.

Из офиса Анин вышел весьма озабоченный.

В другом подобном же заведении его просто-напросто подняли на смех:

– Мы с призраками не работаем.

И ни слова больше.

Под конец Анин решил воспользоваться тем, в чем преуспел на заре своей революционной деятельности: нанять обыкновенных бродяг с улицы. Эх, были бы у него АК-47 и немного «хата», чтобы эти подонки могли и пострелять, и пожевать в свое удовольствие! Его солдаты, к примеру, получали жалованье в виде наркотиков, что придавало им смелости. И глупости. Когда достойных противников не находилось, они принимались пулять в обыкновенных прохожих.

На поиски у Анина ушел целый день, но в результате ему удалось сколотить целую группу – если, разумеется, количество участников и тупое желание убивать, чтобы прокормиться, являются единственными условиями для функционирования подобной боевой единицы.

– Обеспечьте мне безопасность, – обратился он к своим охранникам в президентском номере. – Будете хорошо работать – я сделаю вас богатыми.

Свежеиспеченные солдаты удачи, осмотрев роскошный номер, тотчас ощутили притягательную силу богатства. Поэтому, пользуясь случаем, стащили из номера мыло, флакон шампуня и еще несколько мелочей.

Вернувшись после короткой отлучки в апартаменты, Анин обнаружил у себя на кровати плитку отличного шоколада. Магут Ферозе любил шоколад, а потому даже не задумался над вопросами «как» и «откуда». Поначалу все шло отлично, плитка просто таяла во рту, но вот зубы Анина клацнули обо что-то жесткое. Великий вождь выплюнул несъедобный сегмент на ладонь и тщательно его осмотрел. В коричневом сладком месиве виднелся крохотный кусочек пластмассы. Мгновенно вспомнив об отраве, Магут Ферозе тщательно расковырял шоколад зубочисткой и обнаружил крохотную модель огнетушителя, изготовленную с большим тщанием. Она, правда, сильно пострадала от соприкосновения с зубами вождя.

Анин свечой взмыл вверх.

– Здесь! Он был здесь! Проклятый Фьюри пару минут назад находился в моем номере!

Новобранцы тотчас учинили в комнате погром – они передвигали мебель, прощупывали перину и вспарывали ножами подушки, пытаясь выяснить, что внутри. Анин же, развалившись в кресле, мрачно размышлял. Видимо, в самом ближайшем будущем придется покинуть и этот номер.

Солдаты Анина перешли в апартаменты, предварительно изрешетив пулями двери. Впрочем, в Найроби, да и вообще в Африке на пистолетную стрельбу почти не обращают внимания: лидеры африканских государств, останавливаясь здесь, имеют обыкновение время от времени пристреливать нерадивых слуг или не в меру возомнивших о себе родственников. Так уж случилось, что лучшего места для подобного выяснения отношений было не сыскать.

В номер тем временем постучали.

– Ну-ка, взгляните, кто пришел, – скомандовал Магут Ферозе.

Один из людей подчинился, но, к ужасу вождя, не глянул в глазок, а широко распахнул двери.

– Стреляйте! – тотчас заорал Анин. – Стреляйте!

Доблестные новобранцы не слишком хорошо поняли, в кого именно надо стрелять, и на всякий случай открыли огонь и по тому, кто пришел, и по тому, кто его встретил.

Несчастный наемник выпал в коридор, гость же, наоборот, ввалился в номер. Поскольку они совершили этот маневр одновременно, то их головы на какой-то момент соприкоснулись. Раздался глуховатый удар, словно раскололся кокосовый орех, а затем они успокоились на одном и том же алом коврике у входа.

– Ну-ка втащите их в номер! – прошипел Магут Ферозе. – Быстро! И не забудьте закрыть дверь, придурки!

Приказание вождя было мгновенно исполнено. Анин лично обследовал тело нежданного визитера. Тот оказался белокожим, но на первый взгляд впечатления опасного человека не производил. В руке у него был зажат коричневый конверт солидных размеров.

Вождь торопливо вскрыл конверт. Оттуда выскользнула пачечка бумажных листов.

На самом верхнем значилось: «Конфиденциальный рапорт».

К рапорту был присовокуплен счет Агентства службы безопасности Найроби. Анин с отвращением выкинул его в корзину для ненужных бумаг.

Как только трупы оттащили в ванную и – за неимением лучшего места – там оставили, вождь уселся на кровать и без всяких комментариев прочитал отчет.

"Блейз Фьюри, он же Ака, он же Огнетушитель.

Гражданин Соединенных Штатов. В прошлом – «зеленый берет». Известны три успешно выполненных задания во Вьетнаме. Четвертое задание прервал из-за случившейся в семье драмы. Все его родственники были сожжены представителями преступного мира. В этой связи решил мстить и принял «ном де гер» – прозвище – Огнетушитель.

Начал личную войну с американской мафией на континенте, позже, в одиночку уничтожив целую мафиозную сеть, занялся борьбой против террористов. Вполне вероятно, что подобный вид деятельности получил одобрение и поддержку в самых высоких сферах, включая и Овальный кабинет.

На месте расправы с врагами оставляет визитные карточки черного цвета. Иногда – крохотные пластмассовые модели огнетушителя. Модус операнди включает умение вести разведку на занятой врагом территории, поиск и уничтожение враждебно настроенных элементов. Прекрасно знает тактику снайперской стрельбы, равно как и технику ликвидации тщательно оберегаемых и охраняемых субъектов.

Прозвище Огнетушитель, судя по всему, унаследовал в силу семейной традиции – его предки, отбыв воинскую повинность, служили в пожарной части родного городишки Флинт, штат Мичиган. Подозреваемый никогда сам официально в пожарных не числился.

Рост и вес до сих пор не установлены.

Цвет волос и глаз меняется в зависимости от воли автора".

– Автора? – пробормотал Анин себе под нос. – Что, черт возьми, они хотят этим сказать?

Бросив взгляд в сторону ванной. Верховный главнокомандующий понял, что задавать подобный вопрос посланцу поздновато.

Продолжая чтение, Анин все больше и больше вдумывался в текст. Его преследователь и в самом деле походил на некий фантом. Одевался он в черное, превосходно владел всеми видами рукопашного боя и воинских искусств и слыл известным экспертом по части ведения антипартизанской и психологической войны. К тому же отлично стрелял из всех видов оружия.

Более всего ставило в тупик последнее предложение отчета. Дословно говорилось следующее: «В самых широких кругах подозреваемый считается лицом вымышленным».

– Вымышленным? – Анин поднял трубку и набрал номер телефона Агентства службы безопасности.

– Соедините меня с Лофисье.

– Я слушаю.

– Это Анин. Получил ваш рапорт. Что значит «считается лицом вымышленным»?

– Вымышленный – то есть несуществующий.

– Несуществующий – значит несуществующий! В слово «вымышленный» вкладывается несколько иной смысл. Почему вы так написали?

– Потому что это самая верная характеристика нашего ужасного Огнетушителя.

– Объясните.

– Заплатите по счету, и я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы.

– Или вы объясните все прямо сейчас, или я вовсе не стану платить.

Лофисье вздохнул:

– Что ж, как вам будет угодно. Этот Блейз Фьюри и в самом деле вымышленный, поскольку он плод писательского воображения.

– Только не пытайтесь меня уверить, что меня преследует призрачное детище какого-то там писаки! По мне, так Фьюри очень даже существует.

– Судя по тому, что по миру «гуляет» более двухсот романов серии «Блейз Фьюри», за вами гоняется вымышленный персонаж.

– Романов, подумать только! Что, пресловутый Фьюри еще и романист?!

– Да нет же! Демонический Фьюри – лицо вымышленное. Тот, кто о нем писал, ничуть на него не похож. Теперь понимаете?

– Только то, что ваше агентство пытается играть со мной в детские игры! – вспылил Анин. – Вы зачем-то посылаете мне досье на человека, которого не существует. Огнетушитель, который меня преследует, живет себе и здравствует – уж будьте покойны! Он и карточки мне свои оставлял, и пластмассовые сувениры, и, кроме того – не хотелось бы вас, конечно, огорчать, – вынужден сообщить, что он пристрелил вашего посланца.

– Жана-Соля?

– Его самого. Нагло расстрелял в упор.

– Что ж, в таком случае вы – следующий, месье.

– Отнюдь, если в вашем досье содержится хотя бы толика правды! – отрезал Анин и в сердцах швырнул трубку.

Отослав досье по тому же адресу, куда предварительно был препровожден счет, Магут Ферозе Анин сердито вскочил.

– Меня обманули! – заявил он. – Придется вам выметаться отсюда.

Вооруженные головорезы и не подумали сдвинуться с места. На их лицах появилось загадочное выражение, какое обыкновенно бывает у поджидающих добычу грифонов. Двое на всякий случай даже взвели курки полуавтоматических пистолетов.

– Разумеется, когда вы сочтете нужным, – закончил фразу вождь. – Кстати, не вызвать ли мне прислугу и не заказать ли что-нибудь в номер?

На мрачных лицах сидевших затеплились одобрительные улыбки, и Анин решил больше не рыпаться. По крайней мере до завтрашнего утра.

Ночью Великий вождь никак не мог заснуть. И вовсе не потому, что рядом на полу храпели охранники. И не потому, что из ванной явственно тянуло металлическим запахом крови. Нет, просто его обуревало сильнейшее подозрение, что жизнь складывается совсем не так, как следовало бы.

Ну с какой, спрашивается, стати его преследует человек, избравший в качестве прозвища имя литературного героя?

Или это все-таки не литературный герой?

Яркий лунный свет, пробиваясь сквозь штору, бил Анину прямо в глаза. Несмотря на отдельные неудобства, здесь, в гостинице, вождь чувствовал себя в относительной безопасности.