Помоги проекту - поделись книгой:
Кэтлин не спеша вчитывалась в стихи.
— Что ж, первая строка вполне однозначна, — произнесла она после некоторого раздумья. — Блажен человек, который снискал мудрость. Если считать мудрость синонимом слова «знание», то это, вероятнее всего, относится ко всем сведениям о ковчеге и символам власти, которые вам удалось собрать.
— Нет, мне кажется, что это относится к Венцу Соломона, — с уверенностью возразил Адам. — Данди говорил, что Венец дарует мудрость, чтобы противостоять безумию Зла. Вот что пришло мне в голову. Иудейско-христианская традиция очень часто соотносит Мудрость с женщиной, Святой Софией. А тамплиеров обвиняли в поклонении некоему идолу, какой-то женской головке. Во всяком случае, таково было одно из обвинений, выдвинутых против них. Скорее всего его корни лежат в неверном истолковании их почтения к Венцу Соломона и той Мудрости, которая заключена в нем.
— Венец Мудрости, — задумчиво произнесла Кэтлин. — Что ж, пожалуй, вы правы. Во всяком случае, теперь можно совершенно точно сказать, что вам предоставлен карт-бланш на обретение Венца от самого царя Соломона.
Встретившись с девушкой взглядом, Адам тяжело вздохнул. Им удалось расшифровать загадку, но бремя, отягощавшее его плечи, от этого не становилось легче.
— Если вы правы насчет Венца, — продолжила Кэтлин, — тогда другая часть сна говорит о Скипетре. Перевод короля Джеймса относится к «древу жизни», но латинское слово «lignum» имеет более широкое значение, чем просто древо. Оно означает жезл и понимается как «стержень власти, скипетр». Древо жизни она для тех, кто постигнет ее, и кто удержит ее, тот счастлив. — Девушка растерянно вздохнула. — Не хочу паниковать, но это звучит как дополнительное предупреждение: Венец сам по себе еще не способен помочь вам в успешном завершении миссии.
— Что лишний раз подтверждает слова Данди: для власти над демонами необходимы и Венец, и Скипетр. К тому же у меня такое впечатление, что без Скипетра невозможно поставить Печать.
— Значит, даже завладев Венцом, вы не сможете подойти к ковчегу, пока не найдете Скипетр, — промолвила Кэтлин. — Тогда сама попытка приблизиться к нему была бы безумием. А что, если Печатью уже воспользовались, и демоны на свободе?
Адам угрюмо вздохнул и продолжил:
— Наша миссия становится еще более опасной: мне придется решать две задачи одновременно, то есть сделать все возможное, чтобы завладеть Венцом и выяснить местонахождение ковчега и Скипетра. Что ж, подумаем над этим, когда придет время.
— А сейчас пришло время завтракать, — раздался голос у двери.
Адам и Кэтлин обернулись и увидели сэра Джона, который улыбался им с порога, опираясь руками на трость.
— Доброе утро.
Кэтлин изобразила испуг и, смеясь, поднялась со стула, чтобы поцеловать деда.
— Теперь вы понимаете, почему Седоголовому так хорошо удавалась служба в разведке? — обратилась она к Адаму. — Он появляется, словно Чеширский кот!
— Глупости, — возразил сэр Джон, обнимая внучку за талию. — Просто вас настолько увлекла беседа, что вы не услышали моих шагов. Нет, не рассказывайте мне ничего, — опередил он Адама, не дав ему заговорить. Если хотите, после завтрака, который, по словам Линтона, уже накрыт в столовой, мы все обсудим. Безусловно, вы можете остаться здесь, — старик лукаво усмехнулся, — но хочу предупредить, что юный Перегрин уже с жадностью поглядывает на булочки.
— В таком случае мы идем, — улыбнувшись, сказал Адам, убирая в карман записную книжку и ручку. — Обычно мой юный друг являет собой воплощение скромности и учтивости, но перед булочками он может не устоять…
За завтраком собралось почти вдвое больше народу, чем накануне вечером. У входа в столовую Синклер был представлен по очереди сначала дедушке и бабушке Кэтлин, графу и графине Селвин, затем ее матери, леди Джордан.
— Мы столько слышали о вас, сэр Адам, — сказал лорд Селвин, энергично пожимая ему руку. Он был крепким седоволосым мужчиной чуть старше семидесяти. — Прошу прощения за вчерашнее отсутствие. Вы знаете, что отец Кэтлин заседает в Палате общин. На выходных мне с Одри и Сарой пришлось отправиться в Лондон — мы должны были присутствовать на приеме. Вернулись поздно вечером. Надеюсь, другие домочадцы встретили вас, как полагается?
— Все было безупречно, — смеясь, заверил его Адам, — а ведь ваши не ждали, что три джентльмена останутся еще и ночевать. Надеюсь, мы не доставили им слишком много хлопот?
— Должен заметить, что нашим слугам приходилось решать куда более серьезные проблемы, чем наплыв неожиданных гостей, — сказала леди Селвин. — Один Линтон чего стоит: он столько раз выручал нас в тяжелые минуты, которых было больше, чем штормов у мыса Горн!
За завтраком леди Селвин продолжала развлекать их историями о хладнокровии доблестного дворецкого. Адам тоже поведал несколько эпизодов из семейной хроники Стратмурна.
— Мне кажется, что ваш Линтон и мой Хэмфри принадлежат к исключительно редкой, по всей видимости, вымирающей породе дворецких, — шутливо подытожил он и усмехнулся, будто вспомнив что-то. — Когда вам доведется вновь побывать к северу от стены Адриана, непременно заезжайте в Стратмурн — убедитесь в этом сами.
Завтрак завершился на той же дружеской ноте. Когда Кэтлин и ее мать пошли погулять с гостями в розарий, сэр Джон увлек Адама в библиотеку, чтобы подвести итоги и обсудить все, что произошло за последнее время.
— Я согласен с вашими выводами, — внимательно выслушав Адама, сказал сэр Джон. — А слухи о голове, которой якобы поклонялись тамплиеры, имеют под собой основание. Я слышал, что некоторые ученые пытались обнаружить истоки этого верования в одном из многочисленных культов, в основном кельтского происхождения. У меня же всегда было ощущение, что оно берет начало на Ближнем Востоке. И Венец Соломона как нельзя лучше подходит под эту гипотезу. Как бы там ни было, прежде всего мы должны выяснить, как нам использовать силу Венца, — продолжал он, вынимая из кармана коробочку, в которой лежал крест Данди. — Не забудь этот крест. Он послужит тебе пропуском к Зеленой Леди и будет оберегать тебя от невзгод. Ведь он долго был связан с Орденом и обладает защитными свойствами. Надень его. И не снимай, особенно когда будешь работать с ковчегом.
Коротко кивнув, Адам убрал коробочку с крестом в карман пальто.
— Я последую вашему совету, Седоголовый. Благодарю за помощь. Надеюсь, вы понимаете, что у меня просто не хватает слов, чтобы выразить вам свою признательность.
— Слова — это оружие, с которым нам чаще всего приходится иметь дело, — задумчиво улыбнувшись, ответил сэр Джон. — Жаль, что мы встретились так поздно и при столь печальных обстоятельствах. Хотя порой именно они помогают людям отбросить все внешнее и сосредоточиться на действительно важном. При нормальном течении жизни нам бы, вероятно, понадобились годы, чтобы достигнуть того доверия, которое родилось вчера вечером. Несмотря на разницу в возрасте, в свои девяносто два я почти не ощущаю разделяющих нас лет.
— Тем более хорошо, что нам удалось перешагнуть эти годы, — сказал Адам с улыбкой. — Для меня было честью работать с вами. Благословите меня.
На морщинистом лице сэра Джона мелькнуло удивление, которую сменила грустная улыбка.
— Ты уверен, что хочешь этого?
— Как никогда, — ответил Адам.
Синклер наклонил голову и закрыл глаза. Он почувствовал, как руки генерала слегка тронули его волосы, и его душа наполнилась ощущением глубокого покоя.
— Благословляю тебя именем Света, к которому ты призван, — прошептал сэр Джон. — Да снизойдет на тебя мудрость Всевышнего и направит стопы твои. Пусть Его сила станет твоей силой, да устоишь ты и защитишь себя и близких. Да пребудет с тобой это благословение отныне и вовек. Аминь.
— Да будет так, — эхом откликнулся Адам, подняв голову, когда сэр Джон убрал свои руки. — Спасибо, Седоголовый.
— Спасибо тебе, сынок.
Глаза генерала потеплели, когда он выглянул за стеклянные двери и увидел Маклеода и Перегрина, возвращавшихся с прогулки в обществе Кэтлин и леди Селвин.
— Я думаю, Линтон уже отнес ваш багаж к машине, — внезапно сказал он. — Поторопитесь, время не ждет!
— Да, конечно, пора уезжать, — согласился Адам. — Полагаю, вряд ли мы окажемся в Файви раньше, чем завтрашним вечером. Ведь нельзя же запросто с порога попросить разрешения побеседовать с Зеленой Леди. Боюсь, нас сочтут сумасшедшими.
— И тем не менее Венец прежде всего, — коротко заметил сэр Джон. — Без него вы не только не узнаете, где спрятан ковчег, но и не сможете оказать реального сопротивления, если ваш соперник доберется до него первым. Действуйте как можно быстрее, однако не рискуйте понапрасну.
— Ценный совет, — заметил Адам. — Я свяжусь с вами, как только завершу эту миссию и смогу представить отчет. Кроме того, я должен вернуть вам крест, — добавил он, похлопав по карману, в котором лежала драгоценная коробочка.
Глава 20
Обратный путь пролегал по другой дороге. Маклеод предпочел направиться на север от Эшфорда и выйти на шоссе, чтобы, обогнув Лондон, сразу свернуть в сторону Гатвика. Спустя несколько часов они были в аэропорту Эдинбурга, чуть задержавшись из-за сильного дождя. Никто не встречал друзей у ворот, но, как оказалось, Хэмфри ждал их на обочине возле синего «рейнджровера».
— Добро пожаловать домой, сэр, — сказал он, взяв из рук Адама сумку и аккуратно положив ее в багажник. — Сегодня утром курьер принес для вас посылку. Я подумал, что дело может быть срочным, и взял на себя смелость захватить ее с собой. Она в бардачке.
— Прекрасно, Хэмфри! — пробормотал Адам, обмениваясь взглядами с Перегрином и Маклеодом. — Это, должно быть, от Питера Финнса. Интересно, что он нашел.
Пока Хэмфри укладывал сумки Маклеода и Перегрина, Адам легко скользнул в пассажирское кресло и открыл бардачок. Посылка оказалась завернутой в бумагу коробкой, по размерам напоминающей толстую книгу в мягкой обложке, и достаточно тяжелой. Внутри покоилось что-то плотное и тяжелое, завернутое в несколько слоев оберточной бумаги. На ощупь вещица напоминала каменное пресс-папье.
Сверху лежала записка от Питера. Адам достал ее и прочитал вслух для Маклеода и Перегрина:
«Дорогой Адам, вот, нашел вчера, когда разбирал бумаги в университетском кабинете отца. Похоже на оттиск печати. По-моему, вам следует это увидеть. Надеюсь, оттиск поможет в расследовании. Еще раз спасибо за помощь и поддержку. Питер Финнс».
Пока Перегрин и Маклеод рассматривали посылку, Адам осторожно развернул ее содержимое. Там действительно оказался толстый квадратный кусок из красного воска размером чуть больше мужской ладони. На воске было четко выдавленное изображение шестиконечной звезды в обрамлении каббалистических символов.
— Оттиск Печати, — пробормотал Перегрин. — Если я не ошибаюсь, его вполне мог сделать и Натан.
— Интересно, зачем? — спросил Маклеод.
— Возможно, он хотел посмотреть, как изображение будет выглядеть в трехмерной плоскости, — ответил Адам, — или хотел отдать отпечаток на экспертизу. Так или иначе, это первая вещь, которая непосредственно связывает нас с исчезнувшей Печатью. Этот кусочек воска является ее зеркальным отражением.
В воображении Адама вновь возник образ царя Соломона, ставящего свою Печать на гроб со злыми духами. Воспоминания принесли с собой ощущение легкого покалывания в кончиках пальцев, исходящего от оттиска. Его сила была осязаема. У Синклера не было никаких сомнений, что оттиск сделан с подлинной Печати, а не с копии.
Голос Перегрина вернул его в реальность:
— Что дальше?
— Пока ничего, — отозвался Адам, — сперва выясним что-нибудь в Файви.
Они приехали в дом Маклеода, где решили выпить чаю, пока инспектор пытался дозвониться в полицейское управление.
— Да… Да… Ясно. Спасибо, Дональд, — сказал он, прежде чем повесить трубку. — Конечно, продолжай работать. До завтра.
С хмурым выражением лица он посмотрел на Адама:
— О Жераре по-прежнему ничего. Кажется, нам предстоит потрудиться.
— Ну, по крайней мере мы к этому готовы лучше, чем вчера, — со смирением в голосе сказал Адам.
— Перегрин, у меня есть для тебя задание в Стратмурне. Ноэль, мы вернемся вечером, но сначала попытаемся выяснить что-нибудь о Файви.
Вернувшись в поместье, Адам и Перегрин удалились в библиотеку и в течение двух часов изучали шотландские книги в надежде найти информацию о замке в Файви. Пока Адам был погружен в тома об истории и фольклоре, Перегрин сосредоточился на устройстве и структуре замка. Он обнаружил то, что искал, во втором томе Макгиббона и Росса «Городская и дворцовая скульптура Шотландии».
— Возможно, это именно то, что нам нужно, Адам. Здесь достаточно много технических подробностей и никакого упоминания о Зеленой Леди. Посмотри сам.
Перегрин передал Адаму желтовато-коричневый том. Взглянув на планировку комнат замка, Адам удовлетворенно кивнул.
— Это нам очень пригодится, — сказал он своему молодому товарищу. — Я тоже обнаружил кое-что интересное. Между нами говоря, мы должны выяснить, где была похоронена Гризель Сетон.
— Что ты нашел? — переспросил Перегрин, подходя ближе.
— Для начала несколько любопытных моментов о местном фольклоре, которые могут относиться к делу. Оказывается, есть поверье, что в замке Файви живет дьявол, запертый в потайной комнате.
— Дьявол, — пробормотал Перегрин, чуть побледнев.
— Успокойся! Вряд ли мы нос к носу столкнемся с Принцем Тьмы. Разве что только с несколькими его любимчиками…
— Адам, это не смешно!
Лукаво посмотрев на Перегрина, Адам вернулся к своим записям.
— Там говорится, что эта комната находится в башне, как раз под гостиной. Посмотри на план. Макгиббон и Росс даже утверждают, что она запечатана. Любая попытка открыть ее влечет за собой проклятие.
— Господи! Неужели кто-нибудь пытался это сделать? — с ужасом спросил Перегрин.
— Да. Два здешних помещика, и оба вскоре после этого умерли, а у их жен начались проблемы со зрением. Поэтому ничего удивительного, что, когда в 1984 году замок был выставлен на продажу, всем возможным покупателям, в том числе и Королевскому шотландскому обществу по охране памятников, которое в конце концов выкупило замок, было запрещено открывать комнату, а также исследовать ее с помощью рентгеновских лучей или любых других достижений высокой технологии. Просто на случай, если дьявол действительно заперт в замке. Или нечто вроде дьявола.
— Например, Гог и Магог. — У Перегрина перехватило дыхание, а глаза округлились. — Адам, ты ведь не думаешь, что шкатулка и Венец могут быть в Файви?
— Не думаю, хотя вполне возможно, что они там были когда-то, — ответил Адам, — отсюда поверье о дьяволе, уж не говоря о царящей там атмосфере зла. Но даже если моя догадка верна, шкатулки там наверняка уже нет.
— Согласен, — поддержал его Перегрин, — и также маловероятно, что Данди мог отправить Венец в замок, если там находилась шкатулка.
— Только если не знал об этом, — напомнил Адам. — Все же, думаю, что к тому времени ее уже забрали. Вот Венец — другое дело.
— Ты полагаешь, она могла быть спрятана в секретной комнате? Если люди действительно думали, что там замурован дьявол, они бы вряд ли захотели его беспокоить.
— Да, идеальное место для тайника, если там действительно что-то есть. Пожалуй, мы осмотрим комнаты, прилегающие к залу Хартий, — просто чтобы убедиться, что я неправ. И все же мне кажется, что в башне Гордон мы найдем то, что ищем.
Когда Адам указал на соответствующее место на плане, Перегрин покосился на набранный петитом текст легенды.
— Зал Дугласа… Почему там?
— Потому что он связан с Зеленой Леди, — пояснил Адам, — и если она — Гризель Сетон, то вполне сможет рассказать нам, где находится Венец. Мне не удалось найти что-нибудь связывающее Зеленую Леди с каким-то конкретным именем. Но эту комнату иногда называют Залой Смерти, и вполне возможно, что именно там была убита Гризель. Говорят даже, что на полу зала осталось кровавое пятно, которое невозможно смыть.
Взволнованный Перегрин судорожно кивнул.
— Не могу спорить с твоей логикой, — согласился он. — Теперь наша задача — придумать, как попасть внутрь и осмотреть там все так, чтобы никто об этом не узнал.
Адам задумчиво покачал головой.
— Попасть туда не составляет труда, — отозвался он, — ведь сейчас все еще туристический сезон, и Файви открыт для туристов в обычные часы. Но там будет слишком много народу, и если мы хотим попасть в замок в другое время, то должны избрать иной план действий. Лучше всего обойтись без взлома.
Перегрин облегченно вздохнул.
— Это утешает. Не думаю, что мне бы пришлось по душе такое приключение.
Поделиться книгой: