' Сыны Рагузы'

За пять минут до окончания работы к нему подошел мистер Паутер.

- Я забыл сказать, Хольбрук, что вам нужно посетить мистера Ламберга Стоуна, американского миллионера, торгующего котиковыми шкурами. Он приезжает в Лондон сегодня, и я уже разработал проект рекламы.

- Котики!.. Но котиками теперь почти не торгуют!

- Может быть, вы измените свое мнение, если я скажу, что повидать мистера Стоуна вы можете и в понедельник утром. Условьтесь о встрече и заходите ко мне за проектом. Сегодня у вас свидание с доктором, не так ли?

Билл кивнул.

- И постарайтесь узнать, что в самом деле кроется за этими конторками. Я видел их - они старого образца, и я не могу себе представить, что люди согласятся тратить деньги на их приобретение.

Билл улыбнулся.

- Я и так скажу вам, что за ними кроется - убийство, кровь!

Мистер Паутер широко открыл глаза.

- Как странно, что вам пришла в голову такая мысль... Доктор Лэффин говорил мне, что эти конторки были изобретены человеком, которого повесили за убийство жены!

Глава 4

Возле доков расположен квартал, подобного которому уже не найти в Лондоне. Он весь состоит из бедных, совершенно ветхих и запущенных домиков.

Один из них был сдан в аренду под чайную. Арендаторы поставили во главе заведения капитана Харвея Хеля, рыжего детину огромного роста, который каждому встречному жаловался на несправедливость английского суда, засадившего его на двенадцать месяцев в тюрьму за то, что он в пьяном виде потопил вверенный ему пароход. Менее охотно распространялся он о том, что ему, кроме того, с величайшим трудом удалось бежать из Калькутты, где ему угрожала смертная казнь за убийство, и из Сиэтла, где его разыскивал суд за хищение вверенного ему груза.

- Может быть, он хочет поставить вас на доставку рома в Соединенные Штаты? - спросил капитана его приятель Тэйлор, с которым они распивали в чайной пинту пива.

- Весьма возможно, - ответил тот, - и я охотно за это дело возьмусь!

При этом он бросил взгляд на часы и на дверь.

- Вы ждете кого-нибудь? - спросил Тэйлор.

- Весьма возможно...

С этими словами капитан вынул из кармана письмо и передал его Тэйлору. Тот надел очки и прочел по складам:

"Могу предоставить вам работу, сулящую крупные деньги. Предупреждаю, что работа необычная и сопряжена с опасностями. Если согласны, то ждите в чайной в 10 ч. 30 мин. С вами будет беседовать мой агент мистер Смит".

- Что это может значить? - спросил Хель.

- Наверное, перевозка спирта. В Лондоне есть синдикат, который зарабатывает на этом миллионы.

Капитан Хель пожевал губами.

- Не думаю. Впрочем, все может быть...

Через несколько минут в чайную вошел незнакомец, по виду - норвежский моряк. Хель подошел к нему, и тот сразу же заявил:

- Я Смит. Мне нужно говорить с капитаном Харвеем.

- Я тот, кто вам нужен.

...Незнакомец, видимо, хорошо знал местность, так как шел уверенно в этом лабиринте трущоб. Через четверть часа они свернули к развалинам старого сахарного завода.

- Место подходящее, - сказал Смит.

Немного помолчав, он добавил:

- Хель, я знаю ваши дела. Вы недавно вышли из тюрьмы. В Калькутте вы за двести фунтов убили человека. Если вы сделали это за двести, то как далеко вы пошли бы за пять тысяч?

- До самого ада и даже дальше, - не задумываясь, ответил Хель. - Кого нужно прикончить?

Незнакомец рассмеялся.

- Дорогой мой, на этот вопрос не так-то легко ответить.

- Ну, так дайте любую работу. Возить, что ли, ром в Штаты...

- Я не занимаюсь этим делом.

- Ну, все равно! Дайте мне заработать пять тысяч, и я ни перед чем не остановлюсь. Я вообще никогда ни перед чем не отступаю и никого не выдаю. Знаете, я мог бы засадить хозяина потопленного корабля на двадцать лет, так как утопил я эту посудину по его приказу. Кстати, сегодня утром я у него был и попросил немного денег...

- Знаю, - со скучающим видом перебил его Смит - Вы тогда получили от него тысячу фунтов за молчание и имели глупость отдать эти деньги женщине...

- Если я когда-нибудь до нее доберусь...

- Не доберетесь, потому что она уехала в Канаду! Вы видите, я все знаю о вас... Теперь вопрос: готовы ли вы работать на меня?

- Что мне придется делать?

- Разные дела. Между прочим, умеете ли вы управлять автомобилем?

- Еще не было автомобиля, на котором я не мог бы... - начал было Хель.

- Это может пригодиться. А теперь слушайте: за те пять тысяч, которые вам обещаны, вы обязуетесь сделать нечто, грозящее в случае неудачи пожизненной каторгой. В случае же успеха - разговор у нас пойдет уже не о пяти, а о пятидесяти тысячах, в дополнение к которым вам гарантируется доставка в любую страну, где вы будете в безопасности.

Хмель мгновенно выветрился из головы капитана.

- Пятьдесят тысяч? - запинаясь, проговорил он. - Вы шутите?

- Нисколько! Так вы согласны?

- Еще бы, черт возьми!..

- Вы покинете дом, в котором живете, купите новую одежду, чтобы иметь приличный вид, и поедете в Дартмур. Там вы поселитесь в отеле и дадите понять хозяину, что намерены приобрести небольшую ферму. Кроме того, вы немедленно купите подержанный автомобиль.

- А что мне с ним делать?

- Изучите все дороги в окрестностях Дартмура, особенно в сторону Бафа. Когда придет время и вы нам понадобитесь, мы дадим знать. Еще два слова... Вы, наверное, слышали о существовании общества "Сыны Рагузы"...

- Да, я знаю о нем. Там много моряков. Они разыгрывают какую-то лотерею... - стал вспоминать Хель, но Смит перебил его.

- Вступите в него под своим или чужим именем. Вы найдете, конечно, людей, которые согласятся поддержать вашу кандидатуру...

- Но какой во всем этом смысл? - спросил Хель, заглядывая в лицо собеседнику.

- Смысл в том, чтобы не задавать мне лишних вопросов. Ясно?..

Глава 5

Бенсон еще раз обвел взглядом стол, на котором все было приготовлено к чаю, и остался доволен своим искусством.

В это мгновение в комнату вошел Клайв Лоубридж.

- Отлично, Бенсон, - сказал он, поглядывая на часы. - Мисс Карен приедет сразу же по окончании дневного спектакля. Вы заказали автомобиль?

- Так точно, милорд. Осмелюсь доложить - я все разузнал относительно этого молодого Хольбрука. Он американец, родом из Огайо, и несколько лет состоял репортером в "Лондонском Герольде". Теперь он служит в рекламной конторе Паутера...

- Спасибо, Бенсон. Привыкаете к новой службе?

- Так точно, милорд.

- Она, думается, несколько приятнее, чем работа в клубе?

- Много приятнее, но...

- Но не так прибыльна, как вы думали? Что делать! Дядя оставил мне гораздо меньше, чем я ожидал.

- Это не удивляет меня, милорд. Покойного лорда Лоубриджа я частенько видел в нашем клубе. Он прямо сорил деньгами. За одну ночь он проиграл двадцать тысяч фунтов! Это был очень приятный джентльмен...

- А вы знали и моего кузена?

- Так точно, милорд. Мне не хотелось бы наводить вас на тревожные размышления, но в вашей семье творится что-то неладное. Достопочтенный Джон скончался от разрыва сердца, а ведь раньше никто не заикался о его болезни. Так же умер и ваш дядюшка, которого все считали необычайно крепким и долговечным человеком. И это несмотря на то, что оба находились под наблюдением такого опытного врача, как доктор Лэффин...

- Лэффина вы тоже встречали?

- Да. Он был членом нашего клуба.

В это время в передней раздался звонок, и Бенсон вышел. В комнату вбежала Бетти.

- Почему вы так серьезны, Клайв? Уж не случилось ли чего?

- Нет. Я беседовал с Бенсоном...

- С Бенсоном, вашим лакеем?

- Да, он знал моего дядю и кузена, знал их по клубу, в котором дядя просадил все свое состояние. Возможно, что и доктор оставил там немало денег...

Бетти села за стол.

- Доктор Лэффин всегда был очень беден, - сказала она, - хотя у него есть очень дорогие вещи. Однажды я вошла в комнату, не постучавшись, и увидела у него в руках чудесный золотой обруч с крупными бриллиантами. Он очень рассердился на меня и объяснил, что это всего лишь копия диадемы Изиды, не имеющая никакой цены. Но я уверена, что он солгал, и что бриллианты были настоящими...

Клайв закусил губу.

- Когда вы видели эту вещь?

- Примерно с год назад, сейчас же после одного очень странного происшествия в Дартмуре. Вы помните мой рассказ о двух монахах?

Клайв молча кивнул и задумчиво посмотрел на девушку.

- Этот человек навсегда останется для меня загадкой, - сказал он. - Но я не могу не чувствовать к нему некоторой признательности. Он не взял ни пенса за свои труды по опеке надо мной...

* * *

Когда через два часа Бетти подъезжала к зданию театра, оно было почти затемнено. Ван-Кампе, антрепренер, был склонен к экономии. Впрочем, на сей раз он имел для этого все основания. Заглянув через щелку в зрительный зал, Бетти обнаружила там всего человек семь, да и те, по-видимому, принадлежали к числу бесплатных. К девушке подошел помощник режиссера.

- Нечего сказать, аншлаг! - проговорил он.

- Да, не слишком утешительное зрелище.

- Этого следовало ожидать! Тоже мне музыкальная комедия, в которой нет ни намека на музыку, ни одной остроумной реплики! Видели вы объявление у кассы?

Бетти кивнула.

"Девушка из Фецца" шла две недели. А до этого семь недель были репетиции, и в итоге дирекция объявила, что через две недели все получат расчет, так как пьеса снимается с репертуара.

- Это касается и меня, мистер Тиллет? - спросила Бетти.

- Боюсь, что так, - ответил тот. - Директор крепко ругался, читая сегодняшние рецензии, в которых есть несколько нелестных замечаний и о вас. К тому же, вы знаете, что Ла Флоретт вас, мягко сказать, не любит...

Бетти хорошо знала это. Ла Флоретт, французская танцовщица, все время сидела рядом с Ван-Кампе на репетициях и неустанно трещала о том, насколько лучше все это делается во Франции. А Ван-Кампе был ее рабом...

В это мгновение открылась боковая дверь, и вошла осыпанная бриллиантами француженка.

- А, Карен! Я как раз хотела с вами поговорить. Вы отвратительная актриса, и голос ваш прямо ужасен, но у вас есть нечто, что вызывает мое восхищение. Это ваши волосы. Я обещала Шарлю, что узнаю ваш секрет. Вы надеюсь, не откажете?..

- Но здесь нет никакого секрета. Мои волосы сделала такими природа.

Ла Флоретт пожала плечами и высокомерно отрезала:

- Несомненная ложь! Так, кажется, говорится на вашем примитивном языке?

Бетти рассердилась.

- Как раз все то, что вы говорите, сплошная ложь! На самом деле вы уроженка Лондона. Кстати, я недурно владею французским и утверждаю, что вы говорите по-французски не лучше, чем я по-китайски.

- Вот как, вот как!