Затерянный поезд

– Э-ге-ге! – звал Красавчик.

Ответом была лишь полная тишина. Глубокая, ничем не нарушаемая тишина ночной реки под покровом тумана.

– Э-ге-ге! – прокричал Красавчик еще раз.

На этот раз ответило лишь отдаленное эхо.

– О, дьявол! – ругался разбойник. – Фантомас, Иллюминатор и Горелка утонули! Ну и невезуха же!

Лодку опять несло по течению.

Красавчик чиркнул спичкой и зажег фонарь.

– Может, они увидят нас, если еще держатся на плаву!

Фонарь осветил лодку красноватым светом. Тулуш, которую всю трясло, испуганно воскликнула:

– Смотрите! Там… там письмо!

Тулуш не ошиблась. К краю лодки был кинжалом пригвожден белый конверт!

Красавчик вырвал клинок из дерева, развернул лист бумаги и при свете фонаря прочитал дрожащим голосом:

«Я забираю Иллюминатора и Горелку с собой, они мне понадобятся. Будьте каждый вечер в восемь часов у Вержю, я скоро дам вам знать о себе. Повторяю: я обещаю вам и крови, и золота».

Красавчик тряс этим странным посланием.

– Подписано «Фантомас», – прошептал он. – Так, оказывается, это Фантомас устроил столкновение с опорой моста! Это он увел Иллюминатора и Горелку, а те и ахнуть не успели! Он обещал нам крови и золота! Фантомасу слава!

Женщины и Бузотер поддержали его дружно:

– Фантомасу слава!

Восклицание из уст этого отребья разнеслось далеко в ночи и растаяло.

* * *

На следующий вечер, в половине восьмого, перед входом элегантного заведения на улице Рояль, которое весь Париж называл «Шотландским рестораном», остановилось такси дорогой марки. Из него вышли двое мужчин, одетых в роскошные черные костюмы, которые хорошо сидели на них.

– Старина, – сказал один из них другому очень тихо на ухо, – вспомни, что хозяин говорил: пятнадцати су вполне достаточно здесь на чай.

Второй смерил своего приятеля долгим презрительным взглядом.

– Да знаю я эти манеры, старина, – ответил он, опираясь небрежно на плечо грума, который подбежал открывать дверцы автомобиля, сняв форменную фуражку с головы. – Знаю я манеры. Вспомни-ка лучше, как я поразил в свое время публику в «Золотом доме».

Говоря это, человек вылез из автомобиля, щедро расплатился с шофером, который рассыпался в благодарностях, дал на чай груму и, взяв приятеля под руку, направился к входу в ресторан.

– Наверх! – скомандовал он, поправляя немного нервной рукой цилиндр, который он носил, согласно последней моде, сдвинутым на затылок. – Наверх, старина! И смотри, держи язык за зубами и не выступай. Хозяин сказал, что один из них англичанин, другой тип – австриец, что будут еще аргентинцы и антильцы, в общем, все тузы.

Он по-прежнему говорил очень тихо, его приятель отвечал ему так же.

– Не беспокойся, старик, не беспокойся, раз мы уже тут, мы найдем их, у нас есть фото этих фраеров.

Так они вошли в двери. В вестибюле посыльные наперебой предлагали свои услуги, чтобы проводить новых клиентов в зал. Те обменялись лукавой и восхищенной улыбкой.

– Вот это класс, старик!

– Да, неслабо.

Они, казалось, были охвачены настоящим восторгом, глядя на ярко освещенный, роскошный и изысканный зал фешенебельного ресторана.

К ним, между тем, подошел метрдотель:

– Господа, у вас заказан столик?

– Еще чего? Нет…

Тут гость осекся, прикусив язык.

– Я хотел сказать, – продолжил он вежливым тоном, – что мы не звонили вам предварительно.

Он покосился на товарища, очень обеспокоенного его ляпсусом и решившего помочь ему:

– Проводите нас в такой зал, где было бы непыльно, то есть, я имел в виду, где можно поразвлечься.

Метрдотель привык к капризам разных снобов, как правило, никогда не соглашающихся сесть за предлагаемый им столик. Поэтому, думая о своем, ему было не до стилистических тонкостей новых гостей.

– Господам будет угодно выбрать большой или малый салон?

Первый посетитель опередил своего приятеля:

– Мы бы предпочли другой зал, – сказал он, явно не зная, считается ли зал, в котором они находились, большим или малым.

Гости последовали за метрдотелем и, забывшись, засунули руки в карманы. Они шли вразвалку, с любопытством разглядывая сидевших за столиками.

– А дичи-то нет, – сказал один.

– Может, они в другом зале, – ответил второй.

Они вошли вслед за метрдотелем во второй зал. Едва они приблизились к столикам, как их сомнения развеялись.

– Эй, гарсон, – сказал один из них метрдотелю, задетому таким фамильярным обращением, – мы хотим сесть вон там, в углу.

Гости уселись за несколько игриво накрытым столиком в углу большого зала «Шотландского ресторана». Более отважный из них, заглянув разочек в меню, распорядился пресыщенным тоном:

– Приготовьте нам чего-нибудь вкусненького похавать. Мы что, этих меню не видали, там всегда одно и то же.

Метрдотель с поклоном предложил им:

– Не угодно ли господам посмотреть на список вин?

Двое приятелей обменялись удрученными взглядами.

– Минеральную воду, – заказали они.

Метрдотель поклонился еще ниже. «Конечно, – размышлял он, – вид у этих людей пошлый и вульгарный. К тому же они выказали полнейшее равнодушие и редкую наглость. Это, без сомнения, богатые коммерсанты. А может, и плебеи, выигравшие крупно на бегах».

Метрдотель повернулся и позвал официантов, гордый тем, что ему оказали доверие и поручили составить меню:

– Значит, подадите двоим закуску, омары по-американски, перепелки, телятину с рисом и щавелем, сыр, десерт…

Потом он добавил:

– Счет-то будет немножко соленый, но раз желудки пустые, то стесняться тут нечего.

И, рассмеявшись, подошел к другим клиентам.

Пока метрдотель «Шотландского ресторана» пытался прощупать и оценить двух гостей, которых он усадил за угловой столик, те обменялись довольными взглядами.

– Ну, теперь ты поверил, что я знаком с хорошими манерами, стерва? Разве я не говорил именно то, что полагалось при голодном желудке?

Сообщник прошептал ему очень тихо:

– Не воображай, что ты умнее всех, Иллюминатор. Тебе бы только выпендриваться, черт побери! Разве Фантомас не учил тебя уму-разуму? А ты только что трещал, как настоящий попугай.

На что Иллюминатор, – а это был именно он! – ответил:

– Горелка, ты мне надоел, я бы прекрасно держался в великосветском кругу и без всякой на то помощи. Был бы только случай, а я бы с удовольствием… Потом, учти, это свинство, что Фантомас с нами сделал. Послал сюда и запретил всякую выпивку. Ничего, кроме минеральной воды! Испугался, похоже, что мы налижемся.

В голосе Иллюминатора звучало глубокое сожаление. Он исподтишка рассматривал соблазнительные бутылки на соседних столиках, заботливо уложенные в плетеные корзиночки. Они невольно притягивали его тоскливый взгляд.

Совершенно ясно, что Фантомас послал Иллюминатора и Горелку в «Шотландский ресторан» вовсе не из удовольствия угостить их дорогим обедом.

Неразлучная парочка получила, должно быть, очень четкие и строгие наставления.

Горелка напомнил своему напарнику:

– Ты это брось, стерва, – сказал он, с высокомерным видом беря пальцами кружочки колбасы, тщательно уложенные на блюде. – Брось коситься на бутылки и заткнись. Ты лучше порубай. А вот и фраеры!

Горелка обратил незаметным движением руки внимание Иллюминатора на трех молодых людей и двух чрезвычайно элегантных женщин, чьи прически украшали пышные султаны. Они только что вошли и направились к одному из столиков.

– Разве нам не повезло? – продолжал Горелка. – Сидим себе тихо-мирно, а тут подваливают эти чуваки и чувихи и прямо за соседний столик!

– Молчи, старик. Сейчас начинается комедь.

Иллюминатор согласился:

– Точно. Давай жевать потихоньку, но держать ухо востро.

Они договорились, что больше – ни слова.

В это время элегантная публика занимала места за столиком, который оказался столь удачно по соседству.

– Дорогой! Вы поухаживаете за нами?

– Ни за что на свете, моя красавица.

– Это почему же, мой хороший?

– Если я буду ухаживать за вами, это даст вам определенные права.

Пока новые гости церемонно усаживались, на почтительном расстоянии застыли официанты, поближе к столику лебезил метрдотель.

Наконец все уселись. Молодая, очень смуглая женщина откинула на банкетку медленным и томным движением длинную шелковую шаль.

Справа от нее расположился молодой человек с гладко выбритым и густо напудренным лицом, на пальцах его красовались перстни. По правую руку от него сидела очень тоненькая белокурая женщина с прической мадонны и самыми прекрасными на свете глазами.

По другую сторону столика сидели двое молодых людей, один ярко выраженный блондин, другой смуглый, с напомаженными волосами, и, что самое примечательное, – из-за манжеты у него вызывающе выглядывал лиловый носовой платок.

Все очень долго и тщательно изучали меню. Когда наконец был сделан заказ и наполнены рюмки, беседа возобновилась.

– Силы небесные! – воскликнула одна из молодых женщин. – Только подумать, что существуют люди, которым жизнь кажется скучной! Это ужасно! Они что, не любят хороших вин?!

Все засмеялись. Затем молодой человек, который был, вероятно, главным у них, произнес фразу, в которой сквозил легкий иностранный акцент:

– О боги! Я с вами совершенно согласен, дорогая. Со стаканом доброго вина в руке жизнь кажется мне всегда приятней.

– А коли стакан выпит до дна?

– Милый мой, когда мой стакан полон, я осушаю его, а когда он пуст, я хандрю.

Все опять засмеялись. Затем юный блондин спросил с заметным английским акцентом:

– Вы в самом деле такой выпивоха? Но вы еще не так захандрите, когда отправитесь со мной в унылую Англию.

– Есть вещи погрустнее для меня, – ответил молодой человек в шутливом тоне. – Я должен вскоре расстаться с красавицей, которую обожаю.

Он метнул пылкий взгляд в сторону белокурой девушки, сидящей рядом с ним.

– Князь Владимир, – заявила красавица, – у вас есть способ избежать разлуки. Возьмите меня с собой.

– Куда? В Лондон?

– Ну да.

Молодой человек, которого только что назвали князем Владимиром, поднялся с полным до краев стаканом в руке, приветствуя даму.

– Я поднимаю свой кубок, – сказал он, – в честь этой блестящей мысли. Естественно, я возьму вас с собой, коли вы этого желаете. Что вы скажете по этому поводу, Гаррисон?