Октавия

Наступит ли день, что тебе принесет

Избавленье от бед?

Октавия

Наступит: в тот день я к Стиксу сойду.

Кормилица

Да не скоро сбудется слово твое!

Октавия

Не твоя мольба, а злая судьба

Правит жизнью моей.

Кормилица

Удрученной пошлет благосклонный бог

Перемену к лучшему; ты сама

Смиреньем и кротостью мужа смягчи.

Октавия

Легче смягчить свирепых львов

Или тигров лесных,

Чем тирана сердце. Всем, кто рожден

От славной крови, - он лютый враг,

Презирает он людей и богов;

Злодеяньем ему преступная мать

Добыла счастье, с которым он

Совладать не в силах. Пусть он, стыдясь,

Что в подарок от матери получил

Над империей власть, в благодарность смерть

Несчастной послал за этот дар

Но ужасную славу во веки веков

И за гробом женщина та сохранит.

Кормилица

Замолчи! Не давай безрассудным речам

Из смятенного сердца свободно течь.

Октавия

Нет, сколько б ни терпела я, одна лишь смерть

Моим страданьям может положить конец.

Убита мать, злодейски умерщвлен отец,

Погублен брат - лавиной беды сыплются.

Живу в тоске, супругу ненавистная,

Служанке повинуясь - и не мил мне день;

Трепещет сердце - но боюсь не смерти я,

А преступленья: если бы судьбы моей

Злодейство не коснулось - умерла бы я

Охотно, потому что хуже смерти мне

Встречать тирана взгляд спесивый, яростный,

Со страхом целовать врага, которому

Нет сил повиноваться с той поры, как брат

Погублен, а престолом завладел его

Братоубийца, гордый благоденствием.

Как часто брат приходит тенью грустною

Ко мне, когда глаза, от слез усталые,

Смежит мне сон и тело обретет покой.

То, факелы схватив руками слабыми,

Глаза убийце выжечь он пытается,

То в спальный мой покой вбегает в ужасе,

А. враг за ним; прильнув ко мне, трепещет брат,

И нас обоих меч пронзает гибельный.

Холодный ужас прогоняет сон с очей,

И снова страх и горе возвращаются.

Прибавь еще соперницу, похищенным

У нас величьем гордую: в угоду ей

Отправил мать на корабле чудовищном,

А после при крушении спасенную

Зарезал сын, что бездны был безжалостней.

Так есть ли мне надежда на спасение?

Чертог мой брачный перейдет к сопернице,

Что за разврат в награду громко требует

Жены законной, ненавистной голову.

Приди из мрака к дочери взывающей,

Отец, на помощь! Иль разверзни пропастью

Покров земли, чтоб тотчас взял Аид меня!

Кормилица

Напрасно тень отца зовешь, несчастная,

Напрасно: после смерти до потомков нет

Ему и дела, если мог при жизни он

Родному сыну предпочесть чужую кровь,

Коль мог возжечь он брачный факел пагубный

Дочь брата взять на ложе нечестивое.

Отсюда потянулась преступлений цепь:

Убийства, козни, жажда крови, спор за власть.

В день свадьбы тестя в жертву принесен был зять,

Чтоб, в брак вступив с тобою, не возвысился.

Злодейство! Отдан был в подарок женщине

Силан, и, кровью окропив отеческих

Пенатов, пал, безвинно оклеветанный.

Увы мне! Враг в порабощенный дом вступил:

Преступный по природе, зятем Цезаря

И сыном стал он, - происками мачехи,

Которая насильно, запугав тебя,

Обрядом брачным пагубным связала вас.

Удача ей свирепости прибавила:

Дерзнула посягнуть на власть священную

Над миром. Кто опишет козни льстивые,

Преступные надежды, ковы женщины,

Дорогою злодейств к престолу рвущейся?

Тогда святое Благочестье в ужасе

Покинуло дворец, и поселилась в нем

Жестокая Эриния; священные

Пенаты осквернила адским факелом

Закон природы и стыда поправшая:

Жена подносит мужу яд, потом сама

От рук сыновних гибнет; вскоре ты почил,

Несчастный мальчик, по котором слезы льем;