Последнее испытание

– Быстро! – Чиун вцепился в рукав ученика. – Отвечай быстрее, что на сей раз сказала тебе эта шлюха?

– Да отпусти ты меня! Ничего не сказала! Не она мне снилась. Не то, что в прошлый раз.

– Так ты спал?

– Конечно.

– Мало того, что прошлой ночью продрых целых шесть часов подряд, так еще и теперь прихватил минут десять?

– Да, спал я, спал! Ну и что? Делай со мной что хочешь, переломи мою саблю, сорви все ордена и знаки отличия, я спал!

Чиун прищурился, пристально вглядываясь в лицо ученика.

– И что же тебе снилось, Римо? – тихо осведомился он.

– Ничего.

– Отвечай.

– Пещера, мне снилась пещера.

– Другая, не та, что прошлой ночью?

– Да я толком и не разглядел.

– Ладно, если тебе еще раз приснится эта пещера, не вздумай в нее входить. А если ослушаешься, не вздумай рассказывать мне потом, что там видел.

Ну, разве только в том случае, если увидишь там что-то очень важное.

– А потом из этой пещеры вышел…

– Кто?

– Парень.

– Парень? Какой такой парень? Назови имя.

– Имени он не назвал. И ни с того ни с сего вдруг решил со мной драться.

– Что дальше?

Римо пожал плечами.

– А ты как думаешь? Я уложил его одним выстрелом.

– Ага… – протянул Чиун. – Хорошо. Значит, ты убил его, да?

– Нет. Просто уложил.

– А почему ты сказал: «С чем тебя и поздравляю»?

– Парень предупредил меня, что он только первый.

Глаза Чиуна сузились еще больше и превратились в еле видные щелочки.

– И как же он выглядел, этот человек?

– Азиат. У него не было глаз. Словно их выкололи, а потом зашили веки ниткой.

Мастер Синанджу многозначительно кивнул.

– Кореец?

Римо покачал головой.

– Возможно, я не разглядел. Он весь был окутан туманом.

– Туманом?

– Именно. Из пещеры валил туман, прилипал к нему клочьями. Очень противно. Как будто он был одет в белый туман. Вот и попробуй, растолкуй.

– С чего ты взял, что это должно что-то означать?

– Да я недавно читал какую-то статью о снах, – ответил Римо. – По мнению ученых, сны – не что иное, как подсознательное отражение событий, произошедших с человеком. Только с примесью фантазий и прочей чепухи, которая лезет в голову, являясь отражением его подспудных страхов и тревог.

– Ба, что я слышу! Суеверия белого человека?

– Валяй, не стесняйся! Ты, наверное, считаешь меня инкарнацией Шивы-Разрушителя?

– Да. Так оно и есть.

– И еще я – старый мастер Синанджу по имени Лу, да?

– И Лу тоже.

– Я – Римо Уильямс, и с тех пор, как увидел Сон Смерти, мне больше ни разу не снились обычные сны. С тех пор прошло вот уже десять лет.

– Если ты чего-то не понимаешь, то это вовсе не значит, что ты прав.

– Я понимаю, почему мне снится пещера. Видимо, мозг пытается осмыслить видение. Но кто этот безглазый человек в клочьях тумана?

– Может быть, нищий бродяга.

– Здорово было бы разбираться в снах…

– А мне хотелось бы понять наконец белых, – проговорил Чиун и взмахнул сухонькой ручкой с длинными ногтями, как бы заканчивая разговор.

Когда минуту спустя ученик покосился на него, то увидел нахмуренный лоб мастера Синанджу и его мрачный сосредоточенный взгляд. Напряженная работа мысли!

Глава 5

Самолет приземлился, и тут же к трапу высыпали стюардессы со слезами на глазах, провожая Римо.

Они махали ему вслед, хлопали по спине, желали весело провести время в Мадриде, гладили по рукаву, плотоядно ощупывая сильные тренированные мышцы.

Одна особенно страстно хлопнула его по спине, и даже в здании аэровокзала Римо ощущал их присутствие.

– Взгляни, папочка! Неужели стюардессы все еще преследуют нас?

– Нет, – отозвался Чиун.

– Слава Богу!

– Они преследуют тебя!

– Вот крысы!

На улице, при выходе, между стюардессами разгорелась нешуточная драка – каждая стремилась забраться в такси рядом с Римо.

– Никто из вас со мной не поедет! – крикнул Римо, расталкивая плюющихся и царапающихся девиц.

Но те не унимались.

– Я просто умру без тебя! – зарыдала одна.

– Я тоже!

Римо вскинул руки.

– О'кей, сдаюсь! Давайте, полезайте все в машину.

У дверцы началась настоящая свалка. Римо, открыв, любезно придерживал ее, давая возможность распаленным девицам разместиться в такси. Когда наконец на заднем сиденье не осталось свободного дюйма, Римо отворил переднюю дверцу рядом с водителем. Беднягу шофера буквально вытеснили из машины.

Одна из стюардесс наклонилась, подхватила кепи несчастного, натянула себе на голову и подняла боковое стекло.

– Ну как, все устроились, всем удобно? – поинтересовался Римо.

– Да, да! О, да! – дружно запищали девицы.

– Вот и прекрасно, – улыбнулся Римо и обошел автомобиль, быстро и намертво захлопывая дверцы стальными пальцами.

Он решительно двинулся прочь, оставив в этой ловушке отчаянно вопящих и судорожно пытающихся выбраться через окна стюардесс.

– Что, черт возьми, происходит? – пожаловался он шагавшему рядом мастеру Синанджу. – Бывали у меня проблемы с развязными стюардессами, но такое!..

– Очевидно, они находят тебя совершенно неотразимым.

– Да нет, я о другом. Где мои мужские права? Они не соблюдаются. Первая девица попыталась меня изнасиловать, пришлось ее удовлетворить, чтоб отстала. Но должен же и я хоть что-то поиметь с этого, как тебе кажется?

– Агрессор.

– Ладно. Сваливаем отсюда.

К обочине подкатило такси. Чиун плюхнулся рядом с водителем и произнес что-то на безукоризненном испанском.

– Помпело.

– Que? note 8 – переспросил водитель.

– Помпело, – повторил кореец. Однако водитель все еще непонимающе смотрел на него, и старик добавил: – Сан Фермин.

– А! – воскликнул водитель. И машина рванула вперед. Римо едва втянул ногу в салон. И не успел он захлопнуть дверцу, как они уже проскочили под знаком «Выезд с территории аэропорта».

– Куда мы едем? – спросил Римо учителя.

– В один очень славный маленький городок в предгорьях Пиренеи.

– Что за город?

– Он был основан одним из сыновей Помпея. Насколько я помню, юноша страдал косоглазием.

Так, во всяком случае, утверждают древние рукописи моих предков.

– Ну а имя-то его ты помнишь?

– Помпело.

– Никогда не слышал. О Памплоне знаю, но о Помпело…

Чиун состроил гримасу.

– Эти современные иберийцы не в состоянии правильно произнести названия своих городов.

Тьфу!

Машина на бешеной скорости выскочила за пределы Мадрида и помчалась по извилистой сельской дороге.

На дорожном указателе значилось: «Памплона – 300 км».

– Да до него целых двести миль!

– Это если бы мы ехали в Памплону. Но мы туда не едем. Мы едем в Помпело, – возразил Чиун.

Ехали они часа четыре, дорога вилась по холмам и долинам, на востоке виднелись отроги Пиренеи. Наконец горы уступили место ровному плато, видимо, они были близки к цели.

Показался небольшой, довольно неказистый городок, дымящиеся трубы фабричных зданий.

– На указателе написано «Памплона», – заметил Римо.