Последнее испытание

– Черт! – ругнулся Римо и нырнул за ними.

Он надел их прямо под водой и прошелся по дну, высматривая губки. Затем выбрался на каменистый берег; под ногами хлюпала серая липкая грязь.

– Как называется это место? – крикнул он.

– По-гречески все равно не разберешь, а по-английски – остров Гуано.

– Кажется, я понял, для чего мне нужны губки.

– Ну и для чего?

– Не для еды, уж это точно.

– Отлично. Тогда для чего?

– Для чистки, – скривился Римо.

– Что ж, приступай. Времени у тебя в обрез. До захода солнца надо сняться с якоря.

И Римо, стоя в воде, принялся за работу. Птицы наблюдали за ним с явным неодобрением. Время от времени какая-нибудь из них картинно ныряла в воду.

Вскоре Римо с головы до ног испачкался вонючей грязью.

– Я прямо как Геркулес, совершающий свой двенадцатый подвиг! – буркнул он себе под нос.

Мастер Синанджу вежливо зааплодировал ему с борта судна.

– Ну и за что ты мне хлопаешь, интересно знать?

– Ты уже наполовину выполнил свою благородную миссию.

– Очень благородно – копаться в птичьем дерьме!

– Зато птицам следующего поколения достанется чистое место для гнездования.

– Ерунда какая-то… – проворчал ученик.

– Нет, не ерунда, а чайки гуано.

К вечеру Римо почти управился. Солнце уже садилось, на улицах и в домах Афин зажегся свет. Акрополь с колоннадой Пантеона вдруг затеплился желтоватым светом, отчего камень стал похожим на слоновую кость.

Римо вскинул изодранные губки к ночному небу.

– Аллилуйя! Я закончил!

Комочек серого помета пролетевшей над головой чайки упал прямо на носок его разодранной туфли.

Сохранив на лице невозмутимо-торжественное выражение, Римо прикрыл пятнышко ногой.

– А я все видел! – крикнул ему Чиун.

Римо нехотя нагнулся, стер пятно, затем погрозил кружившей вверху птице и швырнул губку в воду.

Не успел он войти в воду, как налетели другие чайки.

Римо попытался распугать их. Птицы отлетели, но тут же вернулись вновь.

– Ты не уйдешь оттуда, пока останется хоть малейшее пятнышко! – крикнул ему Чиун.

– Да стоит только отвернуться, как через минуту они все тут загадят!

– Что поделаешь, таков твой атлой.

– А я думал, мой атлой – это очистить остров.

– Не совсем так. Сначала отдраишь остров до блеска, а уж потом начнется атлой.

– Дурацкий атлой.

– Да, – кивнул Чиун. – Дурацкий не дурацкий, но атлой.

– Дьявол!

Римо поднял голову. Белые чайки, раскинув крылья, парили в потоках воздуха.

– Тогда придется проторчать тут всю ночь.

– Всю ночь не получится. Надо еще отыскать монету.

Ученик сложил ладони рупором.

– А почему бы не начать искать ее прямо сейчас, раз уж она так важна для нас, эта монета?

– Потому, что ты не вправе уйти, не выполнив атлой.

– Только сегодня? Или вообще никогда?

– Вообще никогда. Таковы правила.

– И кто только их придумал!

– Великий Ванг.

– Да он ведь умер три тысячи лет тому назад!

– Лодырь! – сплюнул в воду Чиун.

Ворча себе под нос, ученик оглядел остров. Камни, камни… Возможно, он возник на месте окаменевшего кораллового рифа. Трудно сказать… Поры, присущие кораллам, могли образоваться за сотни и тысячи лет непрерывного воздействия ветров и воды.

Пористая плита слегка качнулась под его весом, но Римо удержал равновесие. И тут в голову ему пришла блестящая идея.

Он добежал до края островка и сильно топнул ногой. Действие возымело желаемый результат: чайки с пронзительными криками разлетелись в разные стороны, а в грязно-белую воду обрушился изрядный кусок породы.

Усмехнувшись, Римо на шаг отступил и повторил маневр. Эгейское море поглотило еще один ком земли.

– Что ты делаешь? – взвизгнул мастер Синанджу при виде того, как западная оконечность острова ушла под воду.

– Выполняю свой дурацкий атлой! – крикнул в ответ Римо.

– А что останется мастерам будущего?

– Я просто облегчаю им задачу. Уверен, все они только спасибо мне скажут.

– Но это не по правилам!

– Остановлюсь только тогда, когда прикажет Великий Ванг, – заявил ученик и с удвоенной энергией продолжил занятие.

– Ты упрям и непокорен! – завопил кореец.

– Вероятно. Зато прекрасное море скоро избавится от этой дурацкой шишки!

К полуночи островок уменьшился до размеров крышки от мусорного бачка. Стало ясно – еще один шаг, и Римо просто свалится в темную воду. А потому, набрав в грудь побольше воздуха, он высоко подпрыгнул и ударил по жалким останкам островка двумя ногами.

Камни обрушились, Римо оказался в воде.

И поплыл с закрытыми глазами к мягко покачивающемуся на волнах траулеру.

Вынырнув на поверхность, он поймал на себе укоризненный взгляд учителя.

– Какой ты грязный!

– Зато чувствую себя победителем.

– Ты осквернил священные законы Синанджу!

– Давай сматываться отсюда. Я страшно устал.

Чиун покачал седой головой.

– Не вздумай подниматься на борт в таком виде. Поплывешь следом.

И не успел Римо возразить, как загремела цепь: из грязной, белесой воды показался якорь. Траулер отчалил.

Римо поплыл за ним, ругаясь на чем свет стоит.

Спустя какое-то время стало ясно, что они плывут не на север к Афинам, а на юг – туда, где рассыпало свои бесчисленные острова Эгейское море.

– Не нравится мне все это, – буркнул пловец себе под нос.

В ответ с борта траулера донесся тоненький голосок мастера Синанджу:

– Как ты можешь! Ведь тебе даже неизвестно, какова наша цель?!

– Зато я хорошо знаю тебя.

– Если бы!..

Римо призадумался. Интересно, что этим хотел сказать его учитель?..

Глава 7

Через четыре часа греческий траулер бросил якорь у большого острова.

– О нет, нет! – запротестовал Римо, еле шевеля в воде руками. – Этот я чистить не буду! Ни под каким видом!

– И не надо, – успокоил его мастер Синанджу. – Поднимайся, только не оскверняй палубу этого славного судна своими грязными ногами.

Чиун затрусил к носу, и ученик быстро поплыл вокруг судна, пытаясь поспеть за ним.

Мастер Синанджу указал на темнеющую впереди береговую линию:

– Видишь там, на берегу, пещера…

– Не полезу я ни в какую пещеру! И ты прекрасно знаешь почему.

– Меня там не будет, так что бояться нечего.

– И что я должен сделать?

– Войдешь в пещеру, – ответил Чиун, – а выйдешь с другой стороны. – Он указал на южный берег. – А я буду ждать тебя.

– Судя по твоим словам, все очень просто, – хмыкнул Римо.

– И не надейся.

– Кстати, как называется этот остров?

– Узнаешь, когда попадешь в пещеру.

Римо поплыл к острову и у самого берега услышал странный хлюпающий звук волн, напоминающий женский плач.

Под ногами Римо почувствовал острые камни. Вроде бы тоже кораллы, однако, выбравшись на сушу, Римо понял, что весь остров состоит из сероватой вулканической породы.

Он подошел к пещере и прислушался, но услышал только плеск волн. Римо зажмурился, затем быстро открыл глаза. Вход в пещеру по-прежнему зиял жутким темным провалом.

– Что ж, смелее, – пробормотал Римо и решительно шагнул вперед.

Широкая у входа, пещера постепенно сужалась и вскоре превратилась в туннель. Прикосновение к шероховатым холодным камням было малоприятным, однако вскоре Римо приспособился и уже не обращал на это внимания.