Помоги проекту - поделись книгой:
Образ События
Наше внутреннее представление о Событии, действительном или воображаемом. (Прошлом, будущем, настоящем...) Образ может быть осознанным или неосознанным, простым или сложным, конкретно-картинным или абстрактно-символическим, закодированным (в том числе словесно), оставаться внутри нас или запечатлеваться, выводиться вовне...
Действующий Образ События
Такой Образ, который так или иначе влияет на вероятность События — увеличивает ее или уменьшает. Способствует, приближает Событие — или препятствует, отдаляет. Меняет расклад судьбы хотя бы на микроскопическую долю, могущую оказаться достаточной для перевешивания чаши...
Насквозь и глубже: как воля идет в обход
Вот один из простейших наглядных примеров создания ДОС на телесном уровне — всегда существующая возможность сознательно управлять размером своих зрачков (при неизменности освещения и не закрывая глаза).
Эти мышцы в отличие от поперечно-полосатых скелетных не подчиняются воле — но могут повиноваться нам, если воля идет в обход.
Прямиком — приказанием «зрачки, расширяйтесь! — а ну расширяться, кому сказано!» — или представлением «зрачки расширяются» — эти маленькие, но такие драгоценные и могучие входные дырочки зрения не возьмешь, нечего и пытаться.
Зато очень просто представить себе, что смотришь куда-то в далекую-далекую даль — и смотреть действительно вдаль-насквозь, в бесконечность — сквозь человека рядом или сквозь зеркало...
Зрачки тут же начнут расширяться!..
Это, кстати, очень хороший прием для быстрого самоуспокоения, душевного отдыха и восстановления внимания — после всего лишь пятнадцати секунд смотрения вдаль-насквозь способность сосредоточения значительно возрастает.
Еще способ быстро расширить зрачки — напрячься физически или психически, живо вспомнить-представить себе волнующую картину, воспроизвести какое-то яркое переживание...
А сузить ооратно можно сбрасыванием зажимов и расслаблением, сонным дыханием...
Убедились?.. Вот так же, в основе, можно управляться и со своими сосудами, и с любым органом тела, включая Его Величество Мозг. И с судьбой тоже...
Никогда не известно, сколько судьбы в нас, а нас — в судьбе
Если вам кажется, что судьба повернулась к вам задом — возможно, это вы подошли к ней не с той стороны...
Без Легионера: Сказано-Сделано
Здравствуйте, Доктор. Может быть, вам любопытно будет узнать, каким способом через ваш труд произошло превращение личинки, казалось, уже навсегда окуклившейся в ипостаси младшего научного сотрудника с недописанным диссером, в бабочку Олигарх Махровый. (Мой банк сейчас занимает энное место...)
До нашей встречи камнем преткновения был перевод «Сказано» в «Сделано». Вы вроде называли это «желанием желания». Я хотел хотеть быть организованным и работоспособным, хотел хотеть самопреодолеваться, хотел хотеть защититься, хотел хотеть жить...
А хотелось чего и каждому: вина, женщин, квартиру нормальную, загранпоездок, похвал пять раз в день и два раза в ночь, какой я хороший мальчик и сильненький мужичок... ну и деньжонок на все это откуда-нибудь.
Мечтал в космос слетать по блату, как мой везучий сосед Борька Е., и мерцал где-то огонек тщеславной надежды, что после моей жизни останется след, если не улица, то хоть тропинка...
Так вот: путь от Сказано к Сделано.
Вас читая, на третьем чтении осознал одну из своих основных внутренних ошибок. Всегда по инерции детства ощущал себя изнутри маленьким, а свою Цель — несоизмеримо большой. Покуда предмет желания оставался мечтой и не становился Целью — все было классно, чувствовал себя великаном.
Как же только Мечта переносилась из миражных далей в суровую близь действительности...
Ну как я, такой крохотный, влезу на эту гору, на этот небоскреб заберусь?..
Да разве справлюсь, да сколько же всего нужно суметь, надо сделать, требуется обеспечить, необходимо учесть... Страшно, давит...
Путь от желания к осуществлению оказывался разделенным на множество неодолимых горных вершин с одним именем — «Надо», и каждая требовала немыслимого, и с каждой на каждую — как без крыльев над пропастью...Без чуда — никак!
Ну все, баста, сказал я себе. Никаких чудес. Отныне: Я ОЩУЩАЮ СЕБЯ БОЛЬШИМ, Я БОЛЬШОЙ! - вот и все, а любая моя цель — маленькая, как детская игрушка, забавная... Ну что такое какой-то мильончик долларов?.. Пустячок. Фигня. Не надо его ни сколачивать, ни заколачивать: он существует, он есть в природе как еще тысячи миллиончиков, точно таких же. Маленькие, ничтожненькие, забавненькие мильончики.
Есть среди них и мой — и он ждет и зовет Меня, своего хозяина, и Я, как небезызвестный командор, окажу ему милость: возьму — пройду по дорожке к тому месту, где он лежит и скучает без меня, подойду и возьму. А потом пойду дальше, возьму другой...
Вот такой подход к себе и к предметам моих желаний внушили мне вы. Когда так себя чувствуешь — вместо мечты в тебе поселяется Дело, с конкретным расчетом. Когда смотришь на цель как на близкую и почти достигнутую, когда созерцаешь ее хозяйски-спокойно — путь к ней уже не разбит на точечные эвересты, а видится как одна линия, по которой ведет тебя мощный едино-полетный шаг — я его для себя называю Бегом Легионера. И уже нет разницы — сделать шаг или тысячу.
Длинная дорожка к цели или короткая, пологая или крутая, мне теперь все равно, потому что Я ЕСМЬ БОЛЬШОЙ. И уже не вопрос такие признаки Легионера, как воля, энергия, уверенность, неукротимая целенаправленность. Ну и чуть-чуть юмора в дорогу...
Всю жизнь и по сей день ненавижу считать деньги. Просто люблю, что греха таить, наркотически люблю это зелье. Любовная аллергия к волшебной палочке... Деньги же, как справедливо замечено, счет любят, и вся наука разбогатения состоит в умении считать не столько наличные, сколько возможные — деньги-цель, деньги-будушее. Считать так, будто они уже есть.
Я уменьшил в себе деньги-цель до игрушечных размеров и обнаружил, что они во мне научились считать себя сами, обратно — от искомой суммы к слагаемым.
Видеть Дело как Дерево — держать в голове ветвистые многовариантные схемы на цельном стволе — и растить его стало так же просто, как ориентироваться по карте: смотри внимательно, выбирай маршрут, комбинируй отрезки пути. Конечно, есть многое и вне карты, в этом и интерес...
Мир российского, с позволения сказать, бизнеса — нравственный антимир, царство нечистого в чистом виде. Но ведь все это было тут, среди нас, когда и слова этого буржуйского «бизнес» еще и в помине не было — и в сталинские времена, и в петровские, и в ивановские...
Вся наша антижизнь, вся заказуха как была, так и есть, вычислима и предсказуема.
Из дерьма этого произрастает наш хлеб и наши цветы, в нем рождаются наши дети...
Итак, спасибо за основное внушение, я его себе пересамовнушил и теперь возвращаю как обратную связь.
Сделано — Сказано. Легионер продолжает Бег — а куда? — спросите. В жизнь, отвечаю, в другие
измерения жизни...
Как нажимать на кнопки Судьбы?
...Вспоминаю одного своего психиатрического пациента, из давних, кащенковских. Грузин Датико из Абхазии, совершенно здоровый и трезвомыслящий девятнадцатилетний парень, солдат стройбата, косивший от армии. Отличался умением моментально вызывать у себя на коже крапивницу с жуткими волдырями по всему телу, включая уши и половые органы. Так же мгновенно, если давал себе самоприказ, все опадало, сходило начисто...
По этому поводу и привезен был из военчасти на психэкспертизу: он утверждал, что у него сифилис, анализы не подтверждали, а психиатры, хоть и заподозрили «симуляцио обыкновенус», поставить такой диагноз не решились — волдыри были конкретные.
На первой же нашей беседе в наблюдательной палате Датико понял, что я его понял, а я понял, что он понял, что я его понял... Я пообещал ему помочь откосить — но с условием: объяснить лично мне, как это у него получается, раскрыть ноу-хау.
Датико долго боялся, потом решился и рассказал...
В детстве он наступил на осиное гнездо, несколько ос ужалили его в разные места, было очень больно, пошли волдыри. В поликлинике сделали «горячий укол» (хлористый кальций), и все прошло. Но с тех пор, стоило ему вспомнить этот случай, как тут же по телу шли пятна и волдыри вздувались опять. А исчезали, когда вспоминал ощущение от укола.
— Вот, паасмаатры, — сказал Датико, вытягивая обнаженную выше локтя руку и отводя глаза вверх-вниз и влево, — смаатры вныматэлно...
Через секунду рука начала краснеть, а через пять-семь покрылась водянистыми волдырями...
— Кусаэт аса, кусааэт, смаатры...
— Все, хватит, — не выдержал я, — ведь больно!
— Терпэт нада... в армыы тэрпиш и нэ такоэ...
— Hу ладно, все, все!..
— Та-ак... А тэпер гарачий укол дэлаем...
Закатил глаза в противоположную сторону. Волдыри тут же сдулись, как воздушные шарики, и пропали. Рука приняла прежний нормальный вид.
Мозг Датико, стало быть, целиком и полностью запечатлел в памяти все, что произошло с телом, когда его покусали осы, все, что было потом, — и овладел этой памятью в совершенстве, как музыкант-виртуоз! Человека, который мог бы повторить подобный психоцирковой номер, я с тех пор не встречал. Но запала мысль: такая возможность есть в каждом, только вызывает ее к действию каждый по-своему...
Тузик Маресьев и тузкина мать
Было это в городе Евпатория в году от сотворения мира не важно каком, ибо рассказ мой — о случае, воистину предостойном Вечности.
...Лето. Бреду по уютной зеленой улочке. Обжитые дворики, ребятишки, скамеечки. В воздухе лень курортная, тихо, тепло... Вижу вдруг: близ кучки бабулек-дедулек, возле одной из скамеек — столбик какой-то странный. Не выше колена моего. Чуть покачивается. А внизу голова собачья. Не может быть!.. Это и впрямь собачка. Стоит на передних лапах вниз головой, в акробатической стойке. А задние лапы... а задних нет. Две культяпки выше суставов, которых нет. Хвостик меж ними колечком, дворняжий.
Поближе подхожу, вижу, что этот акробат-инвалид - кобелек, рыже-серый, короткошерстный. Стоит на своих двоих совершенно устойчиво, как человек на ногах. Рядом косточка недогрызенная. Голова выгнута почти под прямым углом к позвоночнику.
Смотрит хозяйски, решительно и деловито, как смотрят только очень уверенные в себе граждане небольшого роста, наделенные всеми правами на жизнь.
При моем приближении вертикально пошел мне навстречу:
— Р-р-хам! Хам! (Ну чё уставился?)
Один из скамеечных дедулек, заметив мое остолбенение, понимающе закивал:
— Идите, пожалте... Тузик пропустит. Это он для порядка. А, Тузька, верно?
— Он что, родился такой?
— Щенок был, переехало его, лапы отрезало... Уж как выжил и не понять, на помойке где-то. Во двор к нам сам приполз, прикормили. Сперва волочился, потом вставать научился прямо, потом на двух лапах ходить. И бегать может.
Тузька меж тем, обойдя скамейку, прошествовал к углу дома, остановился, нюхнул, подумал.
Затем, отставив одну из культяпок градусов на сорок пять и совершив немыслимый винтовой изворот туловища, запустил струйку почти вертикально и с большой точностью попадания в заданный квадрат.
— Вишь, мастер какой. — Дедок ухмыляется, обращаясь к другому. — Тебе бы так, а?..
— Да чё, сам-то, — сипит другой в прокуренные усы, - сам-то на костыли...
— Ты хоть на руки вжись вставал?
— Да ты и на ноги не встаешь...
— Ладно подначивать! — Бабка включается. — Вы, молодой человек, на них вниманья не обращайте, они так... Вы к кому?
— Да я так...
— А, на Тузьку смотреть пришли?.. Он у нас хоть кино снимай. Вниз головой живет. Спуску собакам никому не дает, псы большие его, знаете, как боятся, у-уу, всем тузькину мать... Женился четыре раза.
— Женился?!
— Ну да. Сучки-то у него больше его в два раза, красавицы. Сами приходят. Щенков в Москву запустил. Никто не учил, сам все, сам до всего дошел!..
— А кто хозяин его?
— Он сам тут хозяин. Уважаем его.
— Тузька у нас человек, — соглашается другой дед, — мужик настоящий у нас Тузька...
— Летчик Маресьев, герой, а?..
— Во, во, гляди!.. - кричит вдруг бабка.
В этот миг Тузька уже мчался невероятными прыжками вдоль дома, к дальнему углу — гнал кота, чтобы показать ему тузькину мать...
А я чуть не выл от досады, что нет видеокамеры — запечатлеть для друзей, потомков и всего страждущего человечества этот живой урок самоутверждения вопреки судьбе, образец победы над обреченностью.
Поделиться книгой: