— Гуманоиды были очень вежливы, но настойчивы. Капитан сказал, что он и его люди пойдут своим путем. А потом гуманоиды решили, что фузионная энергия слишком опасна для людей. Они вели себя мягко и ласково, но пришли и разобрали фузионную установку.

В самый последний момент Ворн взорвал ее. Там оставался только котел, но этого вполне хватило, чтобы убить Ворна и большую часть его сподвижников. И они сделали правильный выбор, — при этих словах Бронг серьезно глянул на Кета. — Чудесный город оказался настоящей тюрьмой, только обитой войлоком. Гостеприимные хозяева ввели запреты практически на все. Даже на любовь были наложены ограничения, потому что секс дает слишком сильную нагрузку на сердце. Большинство людей пришлось накачать наркотиками, чтобы ввести их в «счастливое» состояние. А наркотики у гуманоидов впечатляющие.

Вот и вся история, — Бронг грустно посмотрел на няню Веш и протянул свою чашку, чтобы она ее наполнила. — Вся печальная история, которую я собирался рассказать спасателю Кирону.

— Он захочет узнать еще кое-что, — ответила та, наливая ему еще отвару. — Как ты сумел вернуться?

На мгновение маленький инженер замер, уподобившись своему вечно неподвижному лицу.

— Я-то представлял, на что способны гуманоиды, — он покосился на свою кружку и отставил ее в сторону. — Взрыв, произведенный Ворном, забрал с собой и сотню этих мерзавцев, при этом испугав остальных. В возникшей суматохе я забрался в посадочный аппарат и рванул на нем прочь прежде, чем они успели меня перехватить. Я очень долго летел домой, но все же долетел. Так и оказался здесь.

В это время вернулся отец Кета, увидев бросившегося навстречу Бронга, он остановился и потрясенно уставился на инженера, не говоря ни слова. Наконец он произнес:

— Ты… тебя не может здесь быть!

— Но я здесь, — Бронг не мог улыбаться, но голос его звучал неожиданно довольно. — Должен сказать, что ты оказался прав насчет гуманоидов. Я видел их, астронавт, и представляю себе мир, который они хотят для нас сотворить. Очень своеобразный ад, надо заметить.

— Никогда не был склонен доверять тебе, — мрачно кивнул Рин Кирон. — Но послушаю, что ты собираешься рассказать.

— Этого я и ожидал, — Бронг кивнул, искоса глядя на него. — Хотя мы никогда не были друзьями.

Они ушли в потайную комнату. Кет пытался подслушивать у запертой двери, пока его не спугнула няня Веш: разговор велся на повышенных тонах и становился все резче. Прошло много времени, пока они наконец появились оттуда, оба хмурые и раздраженные. По голофону в гостиной отец позвонил брату покойного капитана Ворна.

Адмирал Торку Ворн был членом Мостика и главой флота. Секретарша сообщила, что он сейчас на конференции и она не может отрывать его от дел. Однако она передумала, когда Бронг продемонстрировал свои золотые руки и объяснил ей, что был на борту «Кирона».

Торку Ворн был похож на своего брата, но моложе, коренастее и сильнее. Обветренное суровое лицо, внимательный взгляд — это было лицо игрока, не выдававшее никаких чувств, пока Бронг рассказывал свою историю. После этого адмирал улыбнулся, тепло и широко.

— Прекрасная история, Бозун, но кое-что меня сильно удивляет, — он говорил дружелюбно и как бы извиняясь. — Нам не сообщали о том, что с Киронии вернулся хоть один аппарат.

— Но я не добрался до космопорта, сэр, — Бронг ссутулился и выглядел очень маленьким и несчастным в своей потрепанной зимней одежде. — Я разбился возле фермы на Темной Стороне и добрался оттуда пешком до ближайшей станции.

— Возможно, — спокойно кивнул адмирал. — Но я участвовал в проектировании этих посадочных аппаратов. Они рассчитаны только на межпланетные перелеты, а не на межзвездные, — его серо-голубые глаза по-прежнему оставались ясными и добрыми. — Бозун, ты не мог прилететь ни на одном из них. По крайней мере, с Дракона.

— Это было довольно трудно, сэр, — инженер скривился, затем моргнул. — Я вам сейчас объясню…

— Объяснишь это вахте, — улыбка адмирала стала холодной. — Я думаю, им захочется посмотреть на обломки твоего аппарата. И если они их не найдут, у тебя будут проблемы.

Изображение исчезло.

— Проблемы будут не только у меня. Во всяком случае, когда явятся гуманоиды, — Бронг встал, устало вздохнул и спросил у хозяина дома, можно ли ему воспользоваться потайной комнатой. В коридоре он остановился под мигающей красной лампочкой. — Ты получил мое сообщение, Рин Кирон. Вахта скажет, что я солгал относительно аппарата. Но то, что я говорил о гуманоидах, — правда. Запомни это, спасатель, я надеюсь: ты сумеешь остановить их.

Инженер вошел в комнату и закрыл за собой дверь.

Трое офицеров вахты появились через полчаса с ордером на арест, отец Кета провел их к секретной комнате и постучал. Красный огонек все мигал, но Бозун не отвечал. Офицеры вытащили свои лазерные пистолеты, и Кирон открыл дверь.

Бронг исчез.

4. Спасательная Команда

Организация, созданная для того, чтобы предупреждать людей о появлении гуманоидов и защищать от них; в свое время имела значительное влияние, но позже дискредитировала себя частыми ложными тревогами.

Офицеры вахты никак не хотели поверить в случившееся. Они требовали объяснений, кричали на отца, на няню Веш и даже на Кета, спрашивали об одном и том же по двадцать раз и злились все больше. Они нарисовали план комнат, простучали стены, сделали голограмму всего помещения. Безрезультатно.

«Эта комната находится в восьми метрах под землей, — говорили они, — она вырублена в гранитной скале и имеет только один выход. Если человек и впрямь вошел туда и действительно не выходил, то почему его нет внутри?!»

Отец нервничал, голос его стал резким, а шрам на лице побелел. Он повторял, что ничего не знает:

— Мне не имело смысла его прятать. Я действительно познакомился с ним на Малили, но другом мне Бронг никогда не был. Он ведь жалкий полукровка! Я не доверял его словам, а как он сбежал — сам не могу понять!

Офицеры наконец ушли, но вскоре позвонил адмирал.

— Спасатель Кирон, я получил отчет, который мне неясен, — на его красном широком лице застыло жесткое и напряженное выражение. — Мне кажется, вам следует объясниться.

— Извините, сэр, — несчастным голосом ответил отец. — Я ничего не могу объяснить.

— А вот я, кажется, могу, — адмирал чуть наклонился вперед. — Хотя вы, разумеется, станете это отрицать. Вы хотите поддержать вашу умирающую Спасательную Команду этой дикой историей о вторжении гуманоидов…

— Я ничего не выдумывал, — пробормотал Кирон. — Я не верю рассказу Бронга о том, как он вернулся, но его история меня пугает.

Торку Ворн ждал, и его мясистое лицо приняло совсем недружелюбное выражение.

— Я о нем мало что знал, — отец уже взмок от волнения. — Вы ведь в курсе: он наполовину лелейо , а теперь — наполовину машина. Почти что и не человек… Я никогда его толком не понимал.

— К сожалению, спасатель, теперь я не понимаю вас, — холодная полуулыбка пропала с лица адмирала. — Хотя, возможно, смогу понять, когда узнаю, как исчез Бронг. А между тем, я полагаю, весь этот фарс добьет остатки вашей Спасательной Команды…

Он уже собирался отключиться.

— Сэр, подождите! — взмолился отец. — Если гуманоиды и впрямь обосновались на Драконе, мы все здесь в опасности. Спасательная Команда должна продолжать работу…

— Посмотрим, — коротко ответил Ворн. — Если я смогу поверить, что мой брат погиб именно из-за гуманоидов.

Его жесткое лицо наконец исчезло.

Поздно вечером отец впервые позвал Кета в секретную комнату.

— Плохой сегодня день, Шкипер, — он тяжело уселся за стол, неожиданно показавшись старше, чем чернобородый человек со странной плоской картинки. — Я не знаю, что случилось с Бозуном Бронгом, — его взгляд беспокойно скользнул по стенам, — но нам с тобой пора поговорить.

Кет слушал его, затаив дыхание.

— Я собирался подождать с этим, пока ты не станешь старше… Ты слышал историю Бронга: частично она может оказаться просто нелепой ложью, но, боюсь, рассказ о гуманоидах вполне правдив. Каи в опасности, Шкипер, и только Спасательная Команда может противостоять врагу. Вот наши укрепления, — с грустной усмешкой он махнул рукой в сторону старого сейфа, плоских книг и картины. — Да на Малили есть один форт, а весь гарнизон его — храбрая женщина, спасатель Кира Сайр. Мы двое против несметного легиона гуманоидов… Именно по этой причине, малыш, я так мало уделял тебе внимания все время. Надеюсь, ты меня поймешь.

— Спасибо, сэр, — он посмотрел отцу в глаза. — А они придут сюда?

— Хотел бы я знать… Но теперь они имеют информацию о нас. Нам же остается только ждать, ждать и готовиться, как только можем.

— Если еще есть время… — Кету пришлось перевести дыхание. — Когда я вырасту, я хочу присоединиться к Спасательной Команде. Можно, сэр?

— Если к тому времени еще будет Команда, — отец чуть улыбнулся ему. — И если тебя на это хватит. Но бороться против них…

Спасатель замолк, уставившись в никуда. Кет ждал, совершенно позабытый, и ему было горько видеть отца таким растерянным и испуганным.

— Ну ладно, Шкипер, — очнулся наконец Кирон. — Я не хотел тебя расстраивать, но тебе нужно это знать.

— А Малили? — набрался наконец он храбрости спросить. — Там есть гуманоиды? Няня Веш говорит, что есть. Она говорит, что они убили мою маму…

— Не смей говорить о ней! — Шрам почти мгновенно побелел, и его рваные края показались Кету чем-то вроде следа паука, пробежавшего по отцовскому лицу. — Никогда, слышишь, никогда не заговаривай о ней!

— Из-звините, сэр.

Мальчику очень хотелось узнать о планете, где он родился, о своей матери, о том, как у отца появился шрам, о ржавке и кровяной гнили, о загадочных лелейо. Но порыв откровенности у Рина Кирона уже прошел.

— Иди-ка отсюда, Шкипер, — и он повернулся к голофону. — Мне надо позвонить.

Выйдя из комнаты, Кет услышал, что за ним защелкнулся знакомый специальный замок. Он подумал: не звонит ли отец той самой Кире Сайр, чтобы рассказать о гуманоидах с Киронии.

Весь остаток зимы мальчик ходил на тренировки, собирал утиль и учил уроки, как велела няня Веш. Иногда он слушал головизор, но о пропавшем корабле по-прежнему не было никаких новостей. Не говорилось ни о капитане Ворне, ни о гуманоидах, ни о человеке с золотыми руками, ни даже о драконах.

К его следующему дню рождения Веш накопила достаточно талонов, чтобы сделать пирог с ягодами, а отец обещал преподнести сюрприз. Сюрпризом оказалась прилетевшая с Малили Кира Сайр, высокая, с темными блестящими волосами и маленькой родинкой под глазом. И еще она должна была стать его новой мамой.

Кира Сайр сразу понравилась Кету: от нее исходит запах листьев солнечника и она гораздо добрее няни Веш.

Только она все время была занята. Как и отец, она постоянно боялась чего-то и много работала. Часто их вообще не было дома, и мальчик не знал, где они пропадают. А когда возвращались, то запирались в секретной комнате.

Однажды, когда они в очередной раз уходили, Кет не смог сдержать слез. Кира вернулась в дом и села рядом, обняв его рукой.

— Мы тебя любим, Кет, но ты должен понять своего отца. Жаль, что он так мало разговаривает с нами обоими, но ведь он несет очень тяжелое бремя. Сейчас отец просит денег у членов Мостика и людей из флота, а те не хотят давать, потому что не верят в присутствие гуманоидов на Драконе. А я ищу…

— Кира! — послышался голос отца, ждавшего в туннеле. — Ты идешь?

— Секундочку, Рин.

Она притянула ребенка к себе, в ореол аромата солнечника, и заговорила быстрее:

— Ищу утраченный секрет. Он нам необходим. Ты ведь знаешь: на Каи люди прилетели на родомагнитном корабле «Деливеранс» Ланса Мэнсфилда. Он боялся, что гуманоиды обнаружат излучение и после посадки разобрал корабль, а бумаги с расчетами сжег. Но я не верю, что он уничтожил все…

— Кира, пожалуйста!

— Мэнсфилд должен был предвидеть, что знание родомагнетики понадобится, если гуманоиды вдруг найдут нас. Он наверняка оставил какую-нибудь запись — во всяком случае, мы надеемся, что она существует. Вот эти-то данные я и разыскиваю.

Кира Сайр встала, собираясь уходить.

— Твой отец считает, что это тщетная надежда. Слишком многое погибло в Черные века. Но нам очень нужны эти знания.

Кет снова всхлипнул и уцепился за нее.

— Мне надо бежать, — женщина наклонилась и поцеловала его. — Я надеюсь, ты попробуешь понять своего отца: он один против всех гуманоидов. У него нет времени на нас с тобой.

Мальчик выпустил ее руку, хотя комок все еще стоял у него в горле. Позже он часто думал, не нашла ли она родомагнитное оружие против гуманоидов, но Кира больше не заговаривала об этом. А Кет не спрашивал, думая, что хороших новостей нет и она не хочет его пугать.

5. Малили

Большая из двух планет звезды Кошка; она и ее спутник, Каи, постоянно обращены друг к другу одной и той же стороной. Малили населена мутантами лелейо, Каи — нормальными людьми.

Теперь, когда у мальчика возникали вопросы, он обращался к Доктору Смарту, новому домашнему учителю-роботу. На день рождения Кира подарила ему большую зеленую коробку, и, когда Кет поднял крышку, появилась улыбающаяся голографическая голова. У Доктора Смарта были седые волосы, розовое лицо и очки с темной оправой, а запрограммировали его, чтобы развлекать и учить ребенка. Доктор никогда не сердился и не обижался, ему можно было задавать любые вопросы.

Первым делом Кет решил узнать про Малили. Робот показал изображение двух маленьких шариков. Шарики медленно вращались вокруг определенной точки в пространстве, светлые с одной стороны и черные с другой.

— Это Каи и Малили, — сказал Доктор Смарт. — Они летят друг за другом по орбите точно так же, как по гораздо большим орбитам следуют Кошка и Дракон. Планеты постоянно повернуты друг к другу одной стороной. Поэтому в каждый орбитальный период, длящийся шестьдесят дней, у нас есть и солнечное, и лунное время.

Приободренный таким обстоятельным ответом, мальчик спросил, как умерла его мать.

— Извини, Кет, — голос оставался все таким же веселым, — нет данных.

— Няня Веш говорит, что ее убили гуманоиды. На Малили есть гуманоиды?

— Извини, Кет. — Розовощекая голограмма все так же улыбалась. — Нет данных.

Мальчик сделал еще одну попытку:

— Расскажи мне о родомагнетике.

— Это мифическая наука, — на сей раз голограмма ненадолго замерла, прежде чем договорить. Когда веселый голос прерывался, улыбка пропадала вместе с ним. — Извини, Кет. Больше данных нет. Хочешь сыграть в шахматы?

Кет шахматы не любил. У Киры и у отца никогда не хватало времени, а няня всякий раз вспоминала ту последнюю партию, которую играла с мужем, и начинала плакать. Доктор Смарт был запрограммирован так, чтобы давать Кету выигрывать каждую вторую партию, но побеждать такую машину оказалось неинтересно.

— Я предпочел бы узнать про лелейо. Кто они такие?

— Это мутировавшая раса. Они физически идентичны людям почти во всех аспектах, но обладают иммунитетом к кровяной гнили. Язык и культура в целом неизвестны, предположительно — примитивны. Может, перейдем к твоему уроку права?

Но его не интересовали ни право, ни математика, ни грамматика. А если Кет спрашивал о чем-нибудь, что ему действительно хотелось знать, у Доктора Смарта никогда не было данных. Мальчик по-прежнему учился, ходил на тренировки. Долгие дни лунного времени под землей текли бесконечно.

Когда наступил радостный день Восхода, Кет всю дорогу из спортивного зала бежал, чтобы приготовиться к экскурсии по снегу. Няня Веш послала его к отцу, в ту самую потайную комнату, куда он заходил только дважды. Кира тоже оказалась там, и у обоих был очень серьезный вид.

— Садись, Кет, — пригласила она.

Он пристроился рядом с ней на кушетке.

— У нас есть для тебя новости, — Кира попыталась улыбнуться. — Надеюсь, они тебя не очень расстроят.

Мальчик с беспокойством глянул на отца.

— Мы уезжаем, Шкипер, — сказал тот. — Возвращаемся в Зону.

— А я поеду с вами? — с надеждой спросил Кет.